Уровое небо заморосикапило
Серую дремоту на дворы пустило.
Мама заговаторилась и рассерединилась,
Я от звонкой радости заколоколился,
А суровый папа задумакувалдился!
Эх, высонебо засомоварилось!
Облетеловолосый, носокартофельный
По тропинке скачет джентельменчуганчик!
Спрыгнутоватая в сундуковыпуклое дно
Ухоколесовастая бабуляблинная
Оконнопристально глазопырится!
Собакашерстая во дворе залаялазлобилась,
На всехлю без разбору забасоголосила.
А сквозь тучи-серости солнцезвёздное
Тихозарно в лужи светосмеялося!
Мы шагаем рядом, веселотопаем,
Сыновословами воздух расколопаем!
Эх, высонебо засомоварилось!
Облетеловолосый, носокартофельный
По тропинке скачет джентельменчуганчик!
Крючкогнутоватая, на одно ногу тяпу коротковатая
Ухоколесовастая бабуляблинная
Оконнопристально глазопырится!
Понедельдень на дворе асфальтплясался,
За мешокбанк крепко держакредитовался!
Ветер по кустам сухим зашуршалел,
Город запыхтел да захорохорел!
Мы дуплетасмеялися на всюширу-улицу,
Грохотоулыбкою день теперь любуется!
Словалилися, вилися, колосослагалися,
Песней звонкою в народ разбежалися!
Словалилися!
Колосослагалися!
Ой-да!
Свидетельство о публикации №226091901968
Это необычное, яркое и удивительно живое произведение, целиком построенное на неологизмах, словесной игре и свободном соединении самых неожиданных образов. Автор словно заново создаёт язык — непосредственный, детский, озорной и музыкальный. В этом мире привычные слова оказываются слишком тесными, поэтому им на смену приходят новые: «заморосикапило», «заговаторилась», «заколоколился», «задумакувалдился», «светосмеялося».
Главная особенность стихотворения — его удивительная детская чистота. Лирический герой смотрит на окружающий мир без привычной взрослой рассудочности. Для него небо может «засомовариться», асфальт — «плясаться», город — «запыхтеть» и «захорохориться», а слова — «виться» и «колосослагаться». Здесь всё живёт, движется, звучит и вступает в игру. Даже пасмурное утро, серые тучи и осенняя дремота не воспринимаются как унылые: они становятся частью фантастического и весёлого представления.
Неологизмы в стихотворении не являются случайным набором звуков. Каждый из них рождается из соединения нескольких смыслов, признаков или ощущений. Так, «солнцезвёздное» объединяет солнечный свет и звёздное сияние, «веселотопаем» передаёт и движение, и настроение, а «грохотоулыбкою» превращает улыбку в почти зримую и слышимую силу. Благодаря подобным словам читатель не только понимает происходящее, но и видит, слышит, ощущает его.
Особенно выразительно автор изображает героев. Мама «заговаторилась и рассерединилась», папа «задумакувалдился», бабушка становится «ухоколесовастой» и «бабуляблинной», а по тропинке скачет «джентельменчуганчик». Эти определения не дают традиционных портретов, но создают эмоциональные образы. Мы воспринимаем персонажей не столько через внешность, сколько через движение, характер и настроение.
Большую роль играет звукопись. В произведении много повторов, созвучий, звонких согласных и необычных сочетаний: «солнцезвёздное — светосмеялося», «дуплетасмеялися», «грохотоулыбкою», «словались — колосослагалися». Стихотворение хочется читать вслух, потому что оно построено не только на значении слов, но и на их звучании. Оно напоминает весёлую детскую песенку, считалку, скороговорку и одновременно маленький театральный спектакль.
Повторяющийся рефрен «Эх, высонебо засомоварилось!» придаёт произведению музыкальную цельность. Этот образ особенно интересен: огромное небо соединяется с домашним самоваром, небесное — с земным, высокое — с уютным и родным. В результате возникает ощущение тёплого, почти сказочного мира, где природа и человеческая жизнь существуют в едином пространстве.
При всей своей игровой форме стихотворение наполнено светлым смыслом. В нём выражены радость общения, семейное тепло, любовь к повседневной жизни и способность видеть необыкновенное в самых простых вещах. Серый день превращается в праздник, улица — в сцену, а обычные слова — в материал для творчества. Автор показывает, что мир становится ярче, если смотреть на него свободно, с детским удивлением и открытостью.
Название ««Уровое небо заморосикапило» звучит по детски иронично. И все же в нем сразу ощущается любовь к утру, и какой-то нежной привязанности к дождю. Это стихотворение о детском восприятии, о радости игры, о свободе языка и о способности человека творить новый мир посредством слова. Неологизмы здесь становятся не украшением, а главным способом выражения авторской идеи.
В целом произведение оставляет впечатление весёлой, звонкой и очень доброй словесной фантазии. Оно возвращает читателя в состояние детства, когда любое слово может превратиться в открытие, а обычный дождливый день — в увлекательное приключение. Это поэзия непосредственного восприятия, где смысл рождается из звука, движения, ассоциации и радости самой речи.
После этого произведения мне стало лучше понятно за что боролись наши поэты авангардисты, за свободу словотворчества! Это не значит я за анархию, но такое творчество подобно закваске, катализатору, который возвращает (или даже просто напоминает) языку его детство и молодость.
Все-таки какая это прелесть!!!
Игорь Щербаков 22.09.2026 18:51 Заявить о нарушении