Маленькая Леночка. Часть II - Схватки. Глава 11

Лена внимательно слушала рассуждение на английском языке Ярославы, дистанционной ученицы сорока лет, входящей в тройку Лениных фаворитов. Предметом размышлений на этот раз были не больше не меньше как основные различия между мужчиной и женщиной. Такое домашнее задание задала Лена под дружный хохот ученицы и учительницы, находясь, по всей видимости,  во власти накинувшихся на неё в очередной раз размышлений о Викторе и попыткой понять, почему его животные инстинкты с удивительной настойчивостью старались превалировать над всеми остальными прекрасными качествами, полученными в дар от щедрого Бога. Она с огромным удовольствием следила не только за грамотностью и корректным произношением, но и за ходом мысли Ярославы. Обаятельная женщина полюбилась Лене не только потому, что была хорошо образованна и проявляла явные способности к изучению иностранных языков. Она полностью соответствовала запросу своей учительницы на выбираемого ученика, который в идеале должен был быть взрослым и beginner. Сайт, на котором размещалось предложение Лениных услуг и где она имела высокий рейтинг «очень хвалят», пару осенних месяцев не мог предложить ничего интересного, кроме дошкольников, «ОГЭшников» и «ЕГЭшников», и у Лены долгое время пустовала пара местечек, освободившихся после благополучного поступления в ВУЗы двух её воспитанников. Она отдавала предпочтение обучению английскому «с нуля», используя свою собственную методику, сложившуюся по мере накопления ею опыта. Лене совсем не нравилось раскапывать залежи отрывочных бессистемных знаний учеников, позиционирующих себя как «знающих английский, но не очень», и очищать эти знания от въевшейся плесени ошибок, давно превратившихся во вредные привычки. Натягивание ученика на формат ОГЭ или ЕГЭ тоже представлялось Лене малопривлекательным. Она не испытывала никакого вдохновения, находясь в ограниченных рамках, установленных европейскими «богами» образования для учебного процесса, который, по её твердому убеждению, мог быть продуктивным только в творческом формате, индивидуальным для каждого. По этой же причине она ни дня не простояла у школьной доски напротив не особо благодарной в наши дни аудитории… Может, ничего плохого и не было в ленте конвейера, где на одинаковом расстоянии друг от друга ехали одинаковые жестяные банки, коими обучающиеся представлялись режиссерам нынешнего образовательного беспредела и в которые, согласно заданному алгоритму, громадными порциями закладывались байты однообразного информационного паштета, трудного для переваривания даже взрослыми с видавшими виды мозгами. Но применительно к учебному процессу это больше напоминало болезненное вживление одинаковых чипов в разнокалиберные головы, да ещё и по далеко не совершенной схеме, призванной превратить интеллект школьника в беспорядочную барабанную дробь памяти. 
          - Great! You are quite good at English! – похвалила Лена старательную ученицу за остроумное и довольно интересное сочинение. К тому же, оно не содержало феминистских выводов и не оскорбляло доблестное звание мужчины, а лишь слегка его компрометировало. – Что касается ваших основательных умозаключений, то я подписываюсь под каждым словом!
          - Жизнь сыграла, как по нотам, удивительнейшее произведение на заданную вами тему, Елена, и это была не «Лунная соната» Бетховена, а скорее, его Пятая симфония, «Так судьба стучится в дверь», - пошутила Ярослава и внезапно стала серьёзной.
          Интуиция подсказала Лене, что сейчас она услышит ещё одну удивительную историю, которых за долгие годы преподавания накопилось на три тома «Книги судеб человеческих».
          - Когда я окончила среднюю школу, все мужчины казались мне одинаковыми по содержанию и разными лишь по форме, - начала Ярослава. -  Пару попыток построить отношения с представителями противоположного пола, страстная любовь которых не сумела зажечь у меня ответного чувства, потерпели фиаско. После этого я стала обращать внимание на красивую обёртку в надежде, что смогу насладиться конфеткой, не разворачивая её… Ох уж эти ошибки молодости, которые портят нашу зрелость!  И вот однажды я встретила ЕГО. Он свалился на меня неожиданно, как яблоко на Ньютона, заставив открыть закон притяжения им меня. По началу складывалось впечатление идеальной пары: два огненных знака, воспламеняющиеся жизнью в любом её проявлении, слились друг с другом в горячем танце чувственного пламени. Меня даже преследовало удручающее чувство собственной неполноценности: мой любимый оказался настолько начитанным, что золотая медаль, полученная мною по окончании школы, превратилась в медный грош на фоне его эрудиции. Мне ничего не оставалось, как броситься вдогонку за своим избранником! Я стала читать всё без разбору и чаще в аудио формате, стараясь заталкивать в себя информацию везде: в ванной, у плиты, за уборкой и за рулём. Постепенно серьёзные произведения на духовные темы вытеснили беллетристику, и я с головой погрузилась в их изучение. Так в один весенний день я оказалась на исповеди, затем последовало Святое причастие, и спустя несколько месяцев я уже не могла представить свою жизнь без молитв, постов, службы в храме и, конечно, без того, кто стоял за всем этим – без Бога…
          - Невероятно! – воскликнула Лена. – Меня в храм «привела» мама спустя восемь лет после своей смерти. Однажды она явилась мне во сне и, согнувшись на пороге нашего дома до земли, простонала: «Не могу больше!» Затем я перенеслась на безлюдную незнакомую улицу, по обеим сторонам которой тянулись абсолютно одинаковые постройки, и у одной из них я вновь увидела мамин силуэт. Он указывал рукой на что-то позади меня, и обернувшись, я тут же проснулась, но очертания купола на синем небе мне хорошо запомнились. Стало понятно, о чём меня хотела попросить покойная родительница. В нашей семье не было молитвенника, и мои редкие монголо-татарские набеги в храм для «поставить свечку и написать записочку» больше напоминали поход в аптеку за аспирином, когда поднимается температура. Тот сон приснился мне во время Великого Поста, за две недели до наступления Светлой Пасхи. Я поинтересовалась у своей коллеги, православной христианки, какой храм она посещает. Женщина порекомендовала мне небольшую деревянную церквушку, заверив, что там служит самый лучший батюшка на свете. Вскоре состоялась моя первая в жизни исповедь. На тот момент мне было сорок два года, и я была увешана не одной дюжиной грехов, помноженных на заблуждения о том, что и не грехи это вовсе, просто «по-другому было нельзя». Весь этот неподъёмный груз можно было поделить только на мою смелость о нём поведать, оттого исповедь была долгой, глаза от слёз – красными, батюшка от услышанного – застывшим. До сих пор помню его епитимью: «Надо тебе, милая, до окончания Поста каждую службу посещать и строгий пост держать. А в Вербное воскресенье – причаститься. Нет, нет! Потом, в Чистый четверг Христовы таинства примешь… Хотя… Рановато будет, пожалуй… Давай уже на саму Светлую Пасху! А до этого, дитя моё, читай молитвы покаянные и старайся ни одной службы не пропускать». Вышла я из храма с подкашивающимися ногами, кое-как залезла в машину, голову повернула - и оцепенела! Моему взору предстала та самая улица с одинаковыми домами из сна… Церквушка та располагалась в новом квартале, совсем недавно застроенном типовыми домами…
                - Удивительно, как Господь ведёт к себе человека! – отреагировала Ярослава на Ленин рассказ. – Нет готового сценария и заданного алгоритма, в отличие от земной программы: поход в школу, затем в институт, потом на работу, на пенсию, на кладбище... Время и место встречи человек никогда не знает. Оно известно только Богу.
          - Простите, Ярослава, что перебила вас, - спохватившись, извинилась Лена.
          - Напротив, я с удовольствием выслушала вашу историю, - улыбнулась женщина. – Итак, на чём я остановилась? Ах, да! На моем воцерковлении… Надо указать на одну печальную деталь, которая до поры до времени представлялась мне крохотной капелькой дёгтя в бездонной бочке медового счастья: мой избранник имел пристрастие к спиртному, казавшееся мне безобидным недоразумением. Обладая крепким здоровьем, молодой и энергичный, он никогда не напивался «до смерти», просто становился оживлённее, разговорчивее и весьма романтичным, что поначалу мне очень даже нравилось. После воцерковления, по волне понятным причинам, я предложила оформить наши отношения официально, и он не возражал. Мы расписались тихо, без свидетелей и традиционного торжества. Я стала мечтать, что рано или поздно мы обвенчаемся и станем настоящей христианской семьёй. Но время шло, а супруг не торопился приходить к вере, не смотря на все мои старания. О «высших материях» мы могли разговаривать только на традиционных посиделках вечером в субботу, когда он расслаблялся с помощью коньячка, а я потягивала за компанию вино. В остальное время муж отмахивался от подобных разговоров, как от назойливых мух. Затем алкоголя стало выпиваться всё больше и чаще, и периодически по этой причине случались ссоры, вплоть до периодов, когда мы жили раздельно. Так мой любимый научился стряпать блюда измен под соусом: «А как ты хотела? Я молодой мужчина; не хочешь ты – захотят другие!»
          Ощущение, что счастье рядом, в полушаге от тебя, стОит только протянуть руку - и оно случится, стало тускнеть и сменилось на больное, тянущее подозрение, что в наших отношениях что-то не так. Затем последовали годы тщетных поисков причин и не менее тщетных попыток жить без этого самого счастья, пока я не поняла, что наши отношения не больше, чем затянувшийся реквием по мечте. Мой любимый сидел, заякорившись в своей нижней чакре и направляя всю энергию на перебирание плотских удовольствий, а я хотела поделиться с ним энергиями своих верхних, пусть и не очень активных центров, которые абсолютно не интересовали моего супруга. Жалкий фонтан нашего энергообмена беспорядочно брызгал где-то на самом дне, не в состоянии взмыть вверх, и захлёбывался от отсутствия должного напора, беспрестанно ломаясь. Следом за ним проваливалась и я, понимая, что сил карабкаться наверх с таким грузом не хватит, и рано или поздно я окончательно сольюсь вниз, навсегда лишившись обратного билета… Происходила роковая переоценка мною своего супруга: если раньше я не представляла своего существования без него и могла радоваться жизни только рядом с ним, то спустя десять лет нахождение рядом с этим человеком казалось уже невыносимым, и о радости совместного пребывания под одной крышей уже не могло быть и речи. Знаете, Елена, человек всегда пребывает на том уровне бытия, где находится его внимание, туда же он направляет свою энергию. Глядя на своего спивающегося супруга, я чувствовала, как иссякает моя энергия, сливаясь в зловонное и тёмное болото, бывшее когда-то озером. Когда же я обращала свой взор внутрь себя, то погружалась в мир тихого блаженства, ощущая незримое присутствие Бога, который наполнял меня живительной силой и чистой энергией. Я ни в коем случае не хочу унизить человека, сделавшего выбор, отличный от моего, ибо на то было его право.
          Однажды супруг сказал мне: «Ты не такая, как я, и твое мировоззрение отлично от моего, хотя я тоже верю в Бога. Но он однозначно не в храме, и нечего там делать». «А где Он тогда? На ВДНХ? Или в Эрмитаже? Может, поискать его в Кунсткамере или среди экспонатов Зоологического музея?» - вспылила я. «Нет, он у меня в душе!», - ткнул муж пальцем в свои рёбра. «Хорошо, если Бог находится в твоей душе, то каким же испытаниям ты Его подвергаешь? Заставляя вместе с собой упиваться до чёртиков, блудить с женщинами, смотреть порнографию, сквернословить и переваривать обгоревшие тушки существ, им же созданные?» - воскликнула я тогда. Но мой вопрос так и остался без ответа, лишь в мутных глазах промелькнуло что-то похожее на: «Не делайте мне, как лучше, оставьте мне, как хорошо…»
          Со временем мы стали чужими друг для друга. Периоды нашего дистанционного общения становились всё длиннее и длиннее, а в коротких промежутках не особо весёлого для нас обоих пребывания рядом друг с другом предлагался один-единственный логин для входа в попытку устранить третьего лишнего - алкогольный дурман. «Хочешь, чтобы я не пил, сделай меня таким!» - «Милый, не женщины меняют мужчин, а любовь мужчины к женщине заставляет его изменяться!» «А почему бы твоей любви ко мне не заставить меня измениться? - возражал он. – Плохо любишь, раз я не меняюсь!» Так мы педалировали на одном месте в абсурдной попытке выяснить, чья же любовь должна победить алкоголизм. В последние дни нашего общения, которое преимущественно происходило посредством переписки по ватсап, я ещё раз предприняла отчаянную попытку «очистить сознание» любимого и открыть ему глаза на истину в том виде, в каком она мне представлялась. Не скупясь на доводы, аргументы и художественные сравнения, я пытаясь описать свою боль и предложить верные, на мой взгляд, способы спасения наших отношений. Но я позабыла о том, что мозг и интеллект моего любимого настроены на другие частоты и находятся в других измерениях. Посоветовав ему почитать книги, авторы которых в своё время потрясли меня своими глубокими душеспасительными размышлениями, я получила ответ: «В своё время я начитался до сыта и ПЕРЕчитал…» «Когда же ты ПЕРЕпьёшь?» - отреагировала я, понимая, что это конец…  Мой супруг тоже это понял и сделал вывод, что я сумасшедшая, указав на эту причину в заявлении на развод. Наше расставание было воспринято мной как освобождение от тяжкого груза, как противоядие от токсичных отношений. Я с лёгким сердцем отпустила мужчину, до уровня которого мне пришлось бы падать всю жизнь – по крайней мере, ту её часть, которую действительно можно назвать жизнью. Память о нём осталась лишь в кодах на чемодане и паролях для входа в некоторые приложения на телефоне - шесть чисел, обозначающих дату его рождения. Так я научилась вспоминать о нём только лучшее!
          Женщины громко рассмеялись.
          - Ярослава, разрешите задать вам нескромный вопрос: это конец грустной сказки или  начало счастливой истории?
         - Есть, но счастье просит тишины, - загадочно улыбнулась ученица. – Скажу одно: однажды мир здоровых отношений, который существовал лишь в моём воображении и готов был уже подвергнуться утилизации, обрёл реальные черты! Освободившись от своей привязанности, я встретила такого же свободного человека, который подарил мне возможность испытать незнакомые и прекрасные чувства, возникающие при взаимодействии двух людей с одинаковыми ценностями. Любовь друг к другу, жизни, людям и Богу, но самое главное – мы сохранили свою целостность, общаясь не детской или родительской частями, а взрослыми!
          Ярослава замолчала, поймав на себе задумчивый взгляд Лены, смотрящей сквозь неё куда-то вдаль…
          … Запах солёного моря ударил Лене в нос, и она тут же ощутила кожей колючий жар парящего южного зноя. Место было незнакомое, но, если бы её попросили нарисовать дом своей мечты, она расположила бы его именно здесь. Высокие пальмы раскачивались от тёплого ветерка, то открывая, то закрывая своей экзотической кроной мягкие очертания синих гор вдалеке. В арочных окнах белоснежного двухэтажного дома отражалось яркий диск солнца, а на крытой террасе, между тонкими колоннами, обвитыми зелёными гибкими ветвями декоративного винограда, на таком же белоснежном столе красовалась огромная фруктовая ваза, наполненная персиками и инжиром. Рядом стояла откупоренная бутылка красного вина и два фужера: один пустой, второй наполовину полный. Или наполовину пустой?
          Громкий заливистый смех и шум расплескавшейся воды, в которую что-то плюхнулось, заставили Лену обернуться.
          - Мирель! Иди ко мне! Охладись! – нараспев протянула девушка по-английски.
          Чернокожая подтянутая Мирель с длинными ногами и копной выкрашенных в рыжий цвет кучерявых волос грациозно поднялась с лежака и походкой крадущейся пантеры медленно подошла к краю бассейна. Маленькая Леночка попыталась схватить негритянку за ногу и стащить к себе в воду, но смогла ухватиться лишь за шёлковое парео, завязанное на упругих бёдрах девушки, и через секунду оно поплыло по ярко-голубой поверхности воды.
          - Я уже накупалась! Пойду допью вино, пока его не вылакали жуки, - хрипловатым голосом отозвалась Мирель, и Лена различила ярко выраженный французский акцент.
          - Ладно, капризуля! Но не надейся, что у тебя получится надолго от меня избавиться!
          «Шикарно шпарит, совсем без акцента», - Лена почти позавидовала Маленькой Леночке. Подождав, пока Мирель изящно закинет нога на ногу, расположившись в ротанговом кресле, и поднесёт винный фужер к своим ярко-красным пухлым губам, сложенным в трубочку, словно для поцелуя, Лена направилась к Маленькой Леночке.
          - А, вот кто хочет со мной искупаться! - рассмеялась Маленькая Леночка, и Лена, не успев опомниться, плюхнулась в бассейн, не удержавшись на ногах, за которые её схватили цепкие руки Маленькой Леночки.
          Бассейн оказался неглубоким, и мгновенный ужас, который испытала Лена, погружаясь в воду, тут же испарился. Заглянув в её испуганные глаза, Маленькая Леночка расхохоталась ещё громче:
          - Да перестань! Ты же знаешь, что я ни за что не полезу в воду, если под ногами не будет дна! – она продолжала говорить по-английски, и Лена, не церемонясь, тоже переключилась на него.
          - Объясни, что происходит? Как ты здесь оказалась? Кто эта девушка? Что это, вообще, за место?!
          - Фуууу, - Маленькая Леночка артистично нахмурила лобик и прикрыла рот рукой. – Какой грубый акцент! Где ты обучалась?
          - Вообще-то, я преподаю английский… И в универе была отличницей! – смутившись, пробормотала Лена.
          - Ай-ай-ай, - весело погрозила Маленькая Леночка пальчиком с длинным, загибающимся под своей тяжестью ногтем цвета мадженты, на котором была нарисована ярко-зелёная пальма. – Ладно, не расстраивайся! Когда я сюда приехала, кудахтала по- английски так отвратительно, что даже индюки разбегались врассыпную. Без длительного погружения в языковую среду от родного акцента не избавиться!
          - Я и вижу, что ты погрузилась по самое некуда… Где мы? – допытывалась Лена, вертя головой во все стороны.
          - Мы – в раю! – пропела Маленькая Леночка и приблизилась к Лене. – Неплохо выглядишь! Сколько нам уже – лет сорок?
          «Похоже, выгляжу неважно, если не тридцать пять», - пронеслось в голове у Лены.
          - Мимо! За полтинничек перевалило. А где мама? В доме?
          Маленькая Леночка кивнула головой:
          - В доме, только не в этом. И ей там очень нравится.
          - Ты что, сдала маму в интернат?! – Лена широко раскрыла глаза, а потом резко их сузила и негодующе свела брови.
          - Поверь мне, если бы ты хоть раз оказалась в таком «интернате», ты бы попросила оставить тебя там на всю жизнь! С ней занимаются лучшие специалисты по рассеянному склерозу, ест она шесть раз в день и спит почти на лепестках роз! Наша мама уверена, что скоро побежит, и всецело поглощена мероприятиями по достижению этой цели.
          Лена расслабила лицо и недоверчиво протянула:
          - Ну ладно… Дай-ка теперь я попробую отгадать, какой возраст у нашей принцессы, – немного помолчав, выдавила она из себя.
          Лена стала оценивающе вглядываться в лицо Маленькой Леночки, пытаясь отталкиваться от особенностей их возрастной шкалы. – Тебе… В диапазоне от тридцати до тридцати трех!
          - Промахнулась, красотка! Мне двадцать семь!
          - Не может быть! – на этот раз настал Ленин черёд поднести руку к своим губам. Она заметила, как взгляд Маленькой Леночки оценивающе пробежался по Лениным ногтям с недавно сделанным маникюром. -Ты выглядишь старше своих лет?!
          Ленины глаза выражали недоумение с оттенком досады и недоверия ко всему происходящему.
          - Чем ты уничтожила наш ген Мафусаила?
          В ответ она услышала заливистый хохот Маленькой Леночки.
          - Неееет, Мафусаил – это не про меня! Никаких Мафусаилов, а также Джонов, Вано и Акакиев! Мужчины – это там у вас, в России! Но не в моей жизни…
          Встретившись с Лениным взглядом, в котором просвечивались смутные догадки, она, в свою очередь, тоже изобразила на своём лице удивление.
          - Если я не ошибаюсь, это было твоим единственным пожеланием при нашей последней встрече! С тех пор для меня все представители мужского пола превратились в деревья, и всё моё общение происходило и происходит преимущественно с женщинами! Или ты предпочла бы встретиться со мной в женском монастыре?!
          Плохо скрываемое негодование в глазах Лены заставил Маленькую Леночку замолчать. После небольшой паузы она вплотную приблизилась к Лене, обвила своим руками её талию и воткнула нос в Ленины волосы.
          - Ммм… Аромат будоражащий… А ты прелестна!
                - Я запрещаю, запрещаю тебе быть такой! Слышишь?!! Запрееещаааааюуууу! – Лена со всех сил колотила Маленькую Леночку, а та лишь жалобно мяукала, а потом вдруг зашипела на неё, обдав противным запахом изо рта. Потом Лена почувствовала, что кто-то больно царапает её руку.
          - Няша, больно! – она услышала, как Няша спрыгивает с кровати, и увидела клок его шерсти, зажатый в Ленином кулаке…