Враги народа

Их вели на рассвете летом 1937 года.

Всех восьмерых. Все в том, в чём были на допросах — мятое, порванное, с кровавыми пятнами. Один из них шёл, держась за ребра. Другой — чуть волоча ногу. Третий смотрел прямо, но глаза уже не видели ничего конкретного. Еще один едва слышно то ли хныкал, то ли шмыгал носом. Восемь теней, которых скоро поглотит в своем нутре столь любимая ими страна, не поперхнувшись ими.

Яма была вырыта заранее.

Их поставили у края. Конвой отступил. Щёлкнули затворы.

И тогда тот, что шёл первым — с разбитым лицом, с рукой, которая не поднималась выше плеча — подал голос.

— Равняйсь, — сказал он, обращаясь к товарищам по судьбе. И тут же добавил: — Три-четыре.

И они все вместе по команде закричали. Все восьмеро. Голосами сорванными, хриплыми, но вместе — как на параде:

— Слава товарищу Сталину!

Прозвучал залп.

Тишина.

Восемь врагов народа лежали в яме.

Утро продолжалось. Ему не было до этого действа никакого дела. Задорно пел дрозд, словно отпевая ушедших.