Глава 17. День четвёртый. Мир людей. Утро Вечер

Несмотря на раннее утро, Сергей Борисович вёл отряд уже пять часов. Ноги у всех гудели. За спиной остались три притока. Маршрут изгибался петлёй, и он был уверен — где-то рядом то самое озеро. Вчера они так и не смогли его обнаружить и, измученные тяжёлыми переправами, рано легли спать. Сейчас он чувствовал запах воды, значит, озеро было уже совсем близко. Но ему не давала покоя мысль: а искали ли они его на самом деле? Почему он вообще поверил тому знаку? И кто провёл их через туман?

Катя шла рядом с ним, молчаливая. Она несла рюкзак с провизией, но вид у неё был такой, будто она тащит на себе весь мир.

— Сергей Борисович, — вдруг тихо спросила она. — А вы верите в духов?

Вопрос застал его врасплох. Он подумал секунду.

— Я верю в то, что вижу, Катя. А вижу я лес, который ведёт себя странно. Духов я не видел, но в тайге иногда происходят необъяснимые вещи. А почему ты спросила?

— Я видела волка, — тихо сказала Катя. — Сегодня утром, когда мы вышли. Он стоял и смотрел на нас. А потом исчез. Просто исчез, как будто его и не было.

— Волка?

— Серый, большой, с зелёными глазами.

Сергей Борисович остановился, повернулся к ней.

— Точно зелёными?

— Да. Они как будто светились.

Старик провёл рукой по лицу.

— Это не простой волк, Катя. Это, возможно, покровитель этих мест. Или страж. Если он помог нам уйти от морока, значит, мы ему зачем-то нужны.

— Или он просто охотится на нас, — мрачно пошутил Костя, догнавший их. — Нравится вам стращать девушек россказнями про всякое волшебство! Морок вон приплели сюда. Просто сознайтесь, что вы сбились с пути и заблудились.

— Не каркай, — оборвал его Александр. — У нас и так проблем хватает.

Даша, шедшая в хвосте, вдруг споткнулась и вскрикнула.

— Осторожнее, — поддержал её Вячеслав Юрьевич.

— Там коряга, — оправдалась она.

Сергей Борисович посмотрел на небо. Солнце уже стало склоняться к закату, и лес наполнился жёлто-оранжевым светом. Деревья отбрасывали длинные тени, похожие на пальцы великанов.

— Мы до озера вообще дойдём когда-нибудь? — с раздражением спросил Вячеслав Юрьевич.

— Дойдём, — ответил Сергей Борисович. — Но сначала нам надо понять, где мы находимся.

Он огляделся. Лес вокруг был густой, тёмный, полный звуков — треск веток, шорох листвы, далёкий крик птицы. Но где-то впереди, сквозь стволы, пробивался слабый свет. Свет от воды.

— Там озеро, — сказал Сергей Борисович шёпотом. — Я чувствую.

И они пошли на свет. Озеро открылось внезапно. Просто в один миг деревья расступились, и перед ними засверкала гладь воды, тёмной, как старое стекло, отражающая закатное небо. По краям росли камыши, а у самой воды лежал большой валун, поросший мхом.

— Смотрите, — сказал Костя, указав на валун. — Тут что-то есть.

На валуне лежала ветка. Обычная, но сложенная в форму круга. Внутри круга — три камня.

— Знак, — прошептал Сергей Борисович. — Кто-то оставил послание.

Катя подошла ближе, наклонилась. И вдруг замерла.

— Сергей Борисович… там, под камнем, что-то торчит.

Старик подошёл, отодвинул ветку. Под ней, в мягкой земле, был вдавлен серебряный ободок. Он потянул — и вытащил старую монету. Тёмную, позеленевшую от времени, с выбитым по краю арабским узором. Обычная монета. Ни тепла, ни холода, ни звука — ничего, кроме веса старого серебра в ладони.

— Это старинная монета, такие оставляют как откуп духам, — тихо сказал он. — Ей лет двести, не меньше.

— Кто её здесь оставил? — спросила Даша.

Никто не ответил. Только ветер шевельнул камыши, и по озеру побежала рябь.

— Это не то озеро, — сказал Вячеслав Юрьевич, всматриваясь в карту. — Оно намного меньше, чем нужное нам Па;хка.

— В Карелии тысячи озёр, так что найти нужное… — начал было Александр.

— Главное, вышли к водоёму, — перебила его Катя, — по карте определим, к какому именно, и так сможем сориентироваться.

Сергей Борисович спрятал монету в карман, оглянулся на лес. Там, в тени, снова мелькнула серая тень. Волк с зелёными глазами.

— Это он! — вскрикнула Катя. — Я его видела утром.

Все обернулись.

Он стоял на краю поляны, глядя на них. А потом медленно развернулся и исчез в лесу.

— Так, — сказал Костя. — Тут, я смотрю, небезопасно.

— Идём, — согласился Сергей Борисович. — Тут задерживаться нельзя.

Было решено не медлить и продолжить путь. Катя на ходу попыталась понять, к какому озеру они вышли.

***

Экспедиция пробиралась по тайге долгих три часа. Последствия урагана в этих местах были меньше, но путь от этого не становился легче. Топи, заросли молодых елей, крутые каменные утёсы — всё это сильно усложняло и без того тяжёлое продвижение.

— Может, привал? — взвыл Костя. — У меня ноги гудят.

— Привал, — согласился Сергей Борисович. Он выглядел осунувшимся. — Давайте перекусим, а там решим, куда идти дальше.

Девушки опустились на поваленное дерево, Катя вытащила бутылку воды. Горло пересохло, хотя шли они не так долго. Она сделала глоток и вдруг замерла. С востока, со стороны леса, донёсся крик. Не птичий, не звериный — протяжный, надрывный, словно плач ребёнка, умноженный эхом.

— Вы слышали? — шёпотом спросила Катя.

— Слышал, — ответил Костя, побледнев.

Даша молча кивнула и со страхом посмотрела на Сергея Борисовича.

Крик повторился ещё раз, ближе. Затем ещё. И вдруг всё стихло.

— Болотная птица, — заявил Александр. Он был уверен, что неплохо разбирается в зоологии.

Вячеслав Юрьевич молча отмахнулся. Его заботили другие вопросы. Где сейчас дорогое оборудование, цело ли оно? Заметили ли их исчезновение и как скоро начнутся поиски? Связи не было, аккумуляторы сели, зарядить их нечем. Провизия в очень ограниченном количестве. Если с ребятами что-то случится, особенно с Костей, проблем ему не миновать.

Сергей Борисович тоже молчал. Он смотрел в ту сторону, откуда доносился крик, и лицо у него было странное — не испуганное, а скорее задумчивое, словно он узнал этот звук, но не хотел его признавать.

— То была болотная выпь, — прервала тишину Даша. — Вепсы верят, что когда выпь кричит, она оплакивает свои потерянные ключи от ворот в нижний мир.

— Но это не крик выпи, — заговорил Сергей Борисович. — Она плачет не по ключам. Она заманивает путников глубже в трясину.

— Снова эти россказни и легенды! — закатил глаза Александр. — Ну сколько можно?

— И что нам делать? — спросила Даша, не обращая внимания на выпад Александра.

Старик развёл руками.

— Нам нужно найти дорогу. И мы её найдём.

Он произнёс это так, словно сам в это не верил. Или верил, но боялся того, что эта дорога может оказаться совсем не той, которую они искали.

Катя отставила бутылку и вслушалась в тишину. Лес шумел — ровно, монотонно, без резких звуков. Но где-то далеко, на границе слышимости, снова запела болотная выпь. Или не выпь. Катя не могла понять. Она вдруг почувствовала — здесь, в этом лесу, за ними наблюдают. Кто-то невидимый следит за каждым их шагом.

Она подняла голову. В просвете между кронами мелькнула тень. Крылья — большие, чёрные — и острая голова. Ворон. Он сел на ветку, наклонив голову набок, и смотрел на неё в упор чёрными, как смоль, глазами. Катя поёжилась. Ворон каркнул — резко, гортанно — и сорвался с ветки, исчезнув в чаще.

— Всё в порядке? — спросил Костя, заметив её взгляд.

— Да, — ответила Катя, хотя внутри у неё всё сжалось. — Просто птица.

Но она уже поняла: в этом лесу ничего не бывает «просто». Каждая тень, каждый звук, каждый взмах крыла — всё это часть чего-то большего. Чего-то, что они пока не понимали. Катя прижалась к Даше и взяла её за руку.

— Всё будет хорошо, — погладила её по плечу Даша.

Сергей Борисович поднялся, отряхнул штаны.

— Чувствую, нам надо в ту сторону.

Он указал на запад. Туда же, куда улетел ворон.

— Ваше чутьё уже завело нас чёрт знает куда, — буркнул Вячеслав Юрьевич. — Может, обсудим маршрут сообща, по карте?

— Хорошо, — Сергей Борисович пожал плечами. — Слушаю вас.

— Господа, я, кажется, поняла, в каком направлении мы идём, — радостно крикнула Катя. — Мы были у озера Яков-Ла;мбина. Нам надо свернуть на северо-запад, и мы выйдем к Па;хке.

Вячеслав Юрьевич бросился к Кате и, вырвав из её рук карту, стал сверяться со своими заметками.

— Ну что, следопыт, — Костя с издёвкой обратился к Сергею Борисовичу, — сделала вас Катя. А она, между прочим, впервые в этих местах.

Старик ничего не ответил. Он высматривал волка в глубине леса. Но тот не появлялся. Три камня в круге и ворон, указывающий путь. Вот что сейчас волновало его. Он машинально сунул руку в карман, нащупал холодный кружок и достал старинную монету. Повертел в пальцах. Обычная старая вещь: потемневшая, с узорчатым краем. Ни тепла, ни холода, ни намёка на тайну — просто металл, который кто-то когда-то положил на камень.

— Ты здесь случайно оказалась? — тихо проговорил он, глядя на монету. — Или ещё один знак, который я пока не могу понять?

Он убрал её обратно, не ожидая ответа. Лес не собирался ничего объяснять.

— Зачем ты так грубо говоришь с Сергеем Борисовичем? — отведя в сторону Костю, зашептала Даша. — Он, между прочим, верное направление показал, а Катя только подтвердила это по карте.

— Ну да, — фыркнул Костя. — Только старик по ворону сориентировался, а Катя в карту посмотрела. Чувствуешь разницу?

— Да ну тебя… — Даша обиженно отошла от него.