Эпидемия. ОРВИ

ОРВИ

Под аккомпанемент ограничительных мер, плановых и экстренных госпитализаций эпидемия ковида продолжала распространяться по всей стране. По официальным сообщениям, 11 мая 2020 года было пиком распространения ковида в России. Затем прирост заболевших новой коронавирусной инфекцией стал снижаться. И к середине июня   суточный прирост заболевших ковидом уменьшился в 16 раз!  Но в нашей области максимальный прирост заболевших был зарегистрирован только в середине июня, а потом тоже пошёл на понижение. Появилась надежда, что эта опасная вирусная инфекция (якобы впервые возникшая в декабре 2019 года в Китае, в городе Ухань провинции Хубей) вообще самоликвидируется или настолько ослабнет, что перейдёт в группу обычных сезонных респираторно-вирусных инфекций. С 1 августа в России было возобновлено авиационное сообщение.

Август выдался жарким даже для нашего северо-западного региона – обычно в этом месяце у нас дождливая погода. А сейчас печёт до +30. И ветра нет. Количество заболевших в области уменьшилось, как и по всей стране. Народ в городе поснимал маски и надевал их только в общественных местах. В связи с отменой ограничительных мер, многие отправлялись отдыхать на черноморское побережье и в другие регионы. На городских пляжах купались и загорали те горожане, кто по различным причинам не смог уехать к берегам тёплых морей. Народ успокоился, расслабился, и многие (те, у кого не было умерших от ковида родственников) считали, что никакой эпидемии не существует, а это всё выдумки врачей.
Но, несмотря на улучшение эпидемической обстановки, даже в эти тёплые дни люди продолжали заболевать ковидом и умирать от его осложнений. Умирали и медработники, несмотря на использование СИЗов и соблюдение масочного режима в общественных местах. Не доверяя официальной статистике, инициативная группа медицинских работников создала в интернете Список памяти погибших медработников от ковида, который постоянно пополнялся. Но это, конечно, были неполные цифры, потому что пополнение списка шло только на основе полученных сведений от родственников и коллег умерших.
Совсем недавно по всей стране сообщили, что 11 августа 2020 года Министерством здравоохранения РФ зарегистрирована первая в мире комбинированная векторная вакцина «Спутник V» для профилактики новой коронавирусной инфекции. Россия опять оказалась впереди всей планеты, и это радовало. Особенно, если действительно на практике подтвердится эффективность этой вакцины. Но до массовой вакцинация было ещё нескоро…
 
На этом дежурстве я почувствовал себя не вполне удовлетворительно. Ещё раньше, в течение двух-трёх дней, у меня появилась слабость и чувство першения в глотке. Но слабость была небольшая, без повышения температуры. И поэтому сегодня утром я приступил к своей работе. До обеда поработал благополучно, съездил к нескольким больным с аритмией и артериальной гипертензией. Незначительный сухой кашель нисколько не мешал работе. Но я всё же, чтобы не заражать бригаду, пересел в салон «Газели», на вызовах ходил в респираторе, а на подстанции одевал маску. Ломота в суставах и ощущение жара появились к вечеру. И работать теперь приходилось с большим трудом. Уже ночью, после полуночи я решил померить температуру. Результат не обрадовал – 38,2. Хорошо хоть вызовов стало в этом месяце поменьше и мне удалось кое-как отработать до окончания смены.
Утром я сообщил о своих проблемах Татьяне Васильевне, старшему фельдшеру нашей подстанции, и был отправлен на центральную подстанцию для взятия мазков из ротоглотки и носоглотки для проведения ПЦР-теста на ковид-19.

В свой загородный дом я решил пока не возвращаться, так как пустовала городская квартира. Ещё неизвестно, какой будет результат анализа. Позвонил по телефону жене, что ухожу на самоизоляцию. А потом сел в свою машину и поехал в городскую квартиру. По пути купил в магазине «Пятёрочка» необходимый запас продуктов, а минимум лекарств у меня всегда был в наличии, и я его периодически пополнял. Вот и сейчас, приехав в квартиру я первым делом позвонил в поликлинику и вызвал врача на дом, при этом сообщив что мазки на ковид уже взяты. Теперь дело за лечением. Как лечить ковид пока никто в мире толком не знает, доказанной этиотропной терапии не существует, идут только эксперименты. Поэтому будем действовать как при обычной ОРВИ. Тем более, что потери обоняния и искажения вкуса у меня не наблюдалось. И первым делом принять противовирусные препараты, потому что очень важно начинать приём в первый день появления клинической картины. В моей аптечке имелся проверенный препарат Ингавирин-90, который я принял сразу в двойной дозе. И таблетку аскорбиновой кислоты. А такой препарат, как витамин Д3 я постоянно принимал с самого начала эпидемии. Температуру не сбивал, потому что она ещё не достигла 39, и её резкое понижение отрицательно скажется на защитных действиях иммунной системы.
После принятия лекарств я с часок отдохнул, а потом, невзирая на слабость и небольшое головокружение, приготовил лёгкий завтрак из макарон и полукопчёной кислоты. Накипятил полный чайник воды. И потом, хоть и не было особого аппетита, поел и завершил свой завтрак обильным чаепитием. И остатков кипячёной воды приготовил графин клюквенного морса. Клюква, лично собранная мной на местных болотах, в замороженном виде хранилась в холодильнике (и по приходу домой я сразу вытащил бокал ягоды из морозильника). До прихода врача периодически выпивал по стакану морса.
Участковый врач, женщина средних лет, вид усталый – наверное, это у неё далеко не единственный вызов – пришла около 16 часов. Кроме обычной маски никаких других средств защиты не было. Я кратко рассказал о своей болезни. Осмотр занял не более десяти минут – для хорошего врача этого времени достаточно.
– Я вам, Николай Павлович, выставляю предварительно диагноз ОРВИ. Больничный получите потом в поликлинике. Лечение пока оставим, как вы сами себе назначили. А дальше будем действовать, исходя из результатов мазка. На приём через пять дней. Вот талон, придёте в указанное время. Карточка будет в кабинете.
После ухода терапевта я проспал до самого вечера, потому что ночью на дежурстве полноценно отдохнуть, естественно, не удалось.
Пробудившись от сна, я опять попил морс, а потом начал готовить ужин.
Беспокоила неопределённость – неизвестно какой результат анализа, каков прогноз. Потому что ковид протекает непредсказуемо. И зачастую наряду с лихорадкой можно прихватить различные грозные осложнения и по итогу загреметь на кладбище. Я уже был на самоизоляции в самом начале эпидемии, после контакта а ковидным больным. Но тогда это была именно изоляция, а теперь я заболел…
Перед сном я опять измерил температуру – 38,0. Парацетамол решил не принимать – пусть справляется иммунитет.

На следующий день состояние было стабильным – без ухудшения и улучшения. Сохранялась слабость, небольшой кашель, температура с утра немного снизилась, но к обеду вновь поднялась до 38. Дозу ингавирина пока не снижал. Витамин Д3 и аскорбиновую кислоту также продолжил принимать. Пил клюквенный морс. Не спеша приготовил обед и ужин.
Позвонил по телефону водителю и фельдшеру – у них никаких проявлений заболевания не было, собираются выходить на следующую смену. Фельдшер сообщила что на нашей подстанции ковидом заболел врач педиатрической бригады Иван Савельев. Он ушёл на больничный лист за пару дней до моего заболевания, и теперь результаты мазков выявили наличие ковида. Савельев работал в смене, стоявшей накануне нашей. С ним я случайно пересекся на позапрошлом дежурстве, и на следующий день он ушёл на больничный лист. Кроме того, на том же позапрошлом дежурстве мне попался пациент с пневмонией, хотя повод к вызову был – боли в сердце. И поэтому я не сразу переоделся в СИЗы (средства индивидуальной защиты – респиратор, шапочка, халат бахилы, очки), а был в начале осмотра в обычной маске. Мог заразиться и при посещении магазина. В общем, вариантов возможного заражения было несколько.
В течение всего дня я пролежал на диване, читал книги, смотрел телевизор, стараясь отвлечься от мыслей о возможном неблагоприятном прогнозе. К ночи температура не выросла.

На следующее утро я почувствовал себя получше. Слабость поуменьшилась. Температура 37,5. Сохраняется сухой кашель.
После завтрака пришло сообщение от старшего фельдшера. Очень позитивное сообщение! По результатам мазка на ПЦР-тест ковид не обнаружен! Повышенную дозу ингавирина уменьшил вдвое. Остальные медикаменты принимал как обычно. Пил морс. Настроение позитивное. Опять весь день читал или смотрел телевизор, но негативные мысли уже исчезли. Иногда, когда самочувствие немного улучшалось, я подходил к окну и смотрел на улицу, где безмятежно и неспешно под летним солнышком шли прохожие, проезжали автомашины и автобусы – в общем, жизнь шла своим чередом. А я опять подходил к графину с морсом и выпивал очередной стакан.
В дальнейшем происходило постепенное улучшение самочувствия.

На пятый день лечения температура с утра едва превышала 37. Слабость уменьшилась и была вполне переносимой. Сухой кашель сохранялся, но был слабым, эпизодическим и большого дискомфорта не вызывал. На приём к терапевту поехал на своей машине.
В поликлинике народу было немного. Но я всё равно одел респиратор, перчатки и бахилы. Больных с высокой температурой принимают в доврачебном кабинете. А мне – к терапевту. У кабинета терапевта несколько человек. Все по своему времени, но наблюдалась небольшое смещение – возможно кого-то приняли вне очереди по экстренным показаниям, кто-то прорвался «только спросить». Но всё равно ждать мне пришлось не более 20 минут.
И вот я кабинете. Ответ мазка на ПЦР уже поступил. После осмотра врач поставила окончательный диагноз ОРВИ, выписала направление на анализы крови и мочи. Лечиться ещё пять дней.
По пути домой я заехал в магазин «Пятёрочка» и опять сделал необходимые покупки. Можно, конечно, ехать в свой загородный дом, но я решил не рисковать здоровьем своих близких.
На следующий день я пошёл в лабораторию, анализ крови сдавал в порядке очереди. Чтобы оградить себя от возможного ковида (так как считал, что болен ОРВИ), надел респиратор. Одновременно с этим сдал анализ мочи.
Теперь, когда самочувствие значительно улучшилось, болеть было комфортно. Я уже завершил приём ингавирина, принимал только таблетки омнитус от кашля, аскорбиновую кислоту и витамин Д3. Морс пил редко, потому что температура нормализовалась.
Вот и день выписки. Опять недолгое стояние в очереди. Опять я в респираторе, перчатках и бахилах.
В кабинете врач сообщила мне, что анализы в норме, потом провела осмотр и закрыла больничный лист.
Теперь можно и на работу. А на смену мне послезавтра. Поеду пока к своей семье, за город. Перед тем как выйти из дома я позвонил на подстанцию старшему фельдшеру и сообщил что выхожу на работу.
– Вот и хорошо, Николай Павлович, – сказала она. – Кстати, доктор Савельев всё ещё на больничном.
– Не поправился, тяжёлое течение? – поинтересовался я.
– Да все благополучно вначале было, выздоравливал, на выписку уже шёл. А потом внезапно инфаркт миокарда начался. Вчера вечером в больницу увезли.
Это сообщение меня огорчило. Савельев был очень грамотным педиатром, а человеком добродушным и компанейским. Но такое вот коварство ковида – всегда возможны внезапные осложнения, даже при лёгком течении заболевания. Учитывая возраст педиатра (а Савельеву было более 60 лет) вряд ли он сможет в дальнейшем работать на скорой помощи, даже если инфаркт будет протекать без осложнений.
 
Через три недели после выписки я решил сделать анализ на количественное определение антител к ковиду, потому что сомневался в результатах мазка на ПЦР – там иногда бывают ошибки. Анализ делал в платной клинике, которая славилась хорошей лабораторией и разумными ценами. Результат получил через день – 320 BAU. И это вдвое превышало минимальное количество, достаточное для защиты организма от уханьского штамма. Значит у меня все-таки был ковид! Я его благополучно перенёс. И даже обошёлся без осложнений. Теперь я теоретически мог контактировать с пациентами без средств индивидуальной защиты. А в респираторе шансов заразиться практически не было.
Правда для официального заключения о перенесённой новой коронавирусной инфекции антитела не учитываются. Единственным подтверждением считается мазок на ПЦР. И поэтому все выплаты, которые полагались медработникам, перенесших ковид при выполнении профессиональных обязанностей, на меня не распространялись.