Кресло, которое могло бы существовать

## Гусеницы для тех, кто не может выйти

В произведении «Её доспехи» есть строки об инвалидном кресле: футуристический реклайнер на изящных гусеницах вместо колёс, с мягкой подушкой под голову. Выглядит как фантастика. Но эскиз этого кресла — не выдумка. Он был нарисован много лет назад и отправлен в Министерство Республики Коми на рассмотрение.

Идея была простой: гусеницы вместо колёс. Не для красоты — для функции. Коляска на гусеницах может преодолевать бордюры, ступеньки, неровности. То, перед чем обычная коляска бессильна. То, что превращает выход из квартиры в непреодолимый барьер.

Тогда мне ещё можно было выйти. Дверь, подъезд, крыльцо, улица. Но думалось не о себе — о людях, которые этого не могут. Был один такой знакомый. Он уже скончался. Я его ещё тогда могла навещать. Талантливый - писал иконы. Он не выходил совсем. Ни разу. Не потому что не хотел — потому что некуда было ехать. Лежал без выхода из комнаты — и всё. Стена. И сколько таких людей, о которых мы не знаем? Они тоже пока живы. Тоже сидят. Тоже смотрят в стену.

Эскиз ушёл в Министерство Коми. Ответ пришёл: отказ. Не «дорого», не «сложно», не «подумаем» — просто отказ. Без обсуждения, без встречного вопроса, без «а расскажите подробнее». Как будто человека, который не может спуститься по ступенькам, не существует. Как будто проблема — не проблема. Как будто эскиз — рисунок ребёнка, который можно отложить в сторону и забыть.

Сегодня день выборов. Я не голосовала. Не потому что плохо, не потому что протест. Потому что не знакомы эти люди. Не знаю их, не слышала, не видела. Не могу отдать голос за того, кого не знаю. Отказалась. Это тоже право.

Я совсем не жалею себя. Совсем - не белая, не пушистая. Но очень сомневаюсь, что те, кто отказал, думали о людях, которые не выходят из квартир. Думали о тех, для кому ступенька — это стена. О тех, кто ждёт, что кто-то придумает, как её убрать. Или как через неё переехать.

В произведении кресло — на гусеницах, в жизни — отказ. В произведении девушка управляет им мыслью, в жизни — нельзя даже сдвинуться. Фантастика — это когда мечта получает форму. Реальность — это когда форму получает отказ.

Но эскиз существует. Где-то — в папке, в архиве, в министерстве. Или уже в мусорной корзине. Неважно. Он существует и здесь — в тексте, в строках, в описании кресла, которое может. Которое едет по ступенькам. Которое не боится бордюра. Которое вывозит человека на улицу — туда, где солнце, ветер, люди, жизнь.

Может быть, когда-нибудь кто-то прочитает и подумает: а почему нет? Почему кресло на гусеницах — фантастика, а кресло, которое не может преодолеть порог, — норма?

И тогда, может быть, эскиз достанут из архива. Или из мусорной корзины. Или нарисуют заново. И человек, который не выходил из квартиры десять лет, двадцать, тридцать, — выедет. По ступенькам. Через бордюр. На улицу.

Это ведь не так много. Всего — выйти.