Глава сорок вторая Республика черепах

Медицинская карта кружилась над площадью.

Ветер поднял её выше правительственных панцирей, перевернул несколько раз и аккуратно положил на золотую подушку.

Черепахи поклонились.

Четырёхногие концертные штаны исполнили государственный гимн. Они двигались строем, перебирая штанинами, а внутри них никого не было.

— Что происходит? — спросил я.

Самая крупная черепаха подъехала ближе. Её панцирь покоился на маленьких колёсах.

— Ветер сделал выбор.

— Какой?

— Назначил вашу медицинскую карту руководителем республики.

— Это не человек.

— Прекрасно. Значит, не будет злоупотреблять властью.

— Она вообще ничего не умеет.

— Ещё лучше. Не станет мешать правительству.

Две черепахи подняли карту и торжественно внесли в здание администрации.

— А меня зачем выбрали? — спросил я.

— Вы принадлежите документу.

— Наоборот, документ принадлежит мне.

— В нашей конституции такой порядок не предусмотрен.

Мне выдали ленту с надписью:

«ВРЕМЕННЫЙ СОПРОВОЖДАЮЩИЙ ВЕРХОВНОЙ МЕДИЦИНСКОЙ КАРТЫ».

— Сколько длится временное назначение?

— До постоянной отмены временности.

— Понятно.

— Если вам понятно, значит, вы неправильно поняли.

Черепахи повели меня во дворец.

На первом этаже располагался парламент. Депутаты сидели каждый на собственном небольшом панцире. Когда им не нравилось выступление, они втягивали головы и объявляли, что отсутствовали.

На трибуне стоял министр ветра.

— Уважаемые черепахи! — говорил он. — Сегодня направление государственной политики изменилось с западного на юго-восточное.

— Почему? — спросил депутат.

— Порыв.

— Сильный?

— Семь метров в секунду.

— Достаточное основание.

Все проголосовали.

— А если завтра ветер подует обратно? — спросил я.

Министр удивился:

— Тогда политика изменится.

— Как можно управлять страной без постоянного курса?

— Очень просто. Нужно идти туда, куда уже несёт, и объявлять это стратегией.

Медицинскую карту положили на главное кресло.

Она раскрылась на странице с диагнозом:

«Окончательность выводов начала отрастать».

Депутаты зааплодировали.

— Новая государственная доктрина! — объявил министр. — Все выводы считать окончательными до следующего заседания.

— Но там написано обратное, — возразил я.

— У руководящего документа не бывает обратного. Бывает официальное толкование.

Я забрал карту с кресла.

В зале стало тихо.

— Вы совершили захват власти, — сказала крупная черепаха.

— Это моя карта.

— Значит, вы тайно руководили руководителем.

— Я хочу только вернуть её в карман.

— Карман — нелегитимное место хранения власти.

Депутаты втянули головы.

— Почему они спрятались? — спросил я.

— Начался политический кризис.

— Но никто даже не спорит.

— Настоящий кризис всегда удобнее переждать внутри панциря.

В зал вошли концертные штаны.

На этот раз они были в орденах.

— Это армия? — спросил я.

— Парадная часть.

— А непарадная?

— Она не умеет маршировать, поэтому на публике не показывается.

Штаны окружили меня.

— Сдайте карту!

— Кому?

Черепахи выглянули из панцирей и заговорили одновременно:

— Народу!

— Правительству!

— Ветру!

— Архиву!

Одна маленькая черепаха сказала:

— Владельцу.

Все посмотрели на неё.

— Что? — спросила она. — На обложке его имя.

— Это подрыв республиканских основ, — объявил министр.

Маленькую черепаху отправили в музей неправильных мнений.

— Я пойду с ней, — сказал я.

— Посетители допускаются только по нечётным причинам.

— У меня есть причина.

— Она чётная?

— Не знаю.

— Подходит.

Музей находился в перевёрнутом здании. Вход располагался на крыше, а экспонаты стояли на потолке.

В первом зале хранились запрещённые вопросы:

«Почему?»

«Кто решил?»

«На каком основании?»

«Что будет, если сделать наоборот?»

— Опасная коллекция, — заметил я.

— Особенно первый вопрос, — ответила смотрительница. — После него люди иногда перестают выполнять бессмысленные распоряжения.

Во втором зале лежали решения, которые никто не исполнил.

Они сохранялись в идеальном состоянии.

— Почему не выбросить?

— Это исторические достижения. На бумаге они решили все проблемы республики.

В третьем находилась маленькая черепаха.

Перед ней висела табличка:

«ЭКСПОНАТ, СОМНЕВАЮЩИЙСЯ В ОФИЦИАЛЬНОМ ТОЛКОВАНИИ КАРМАНОВ».

— Вас надолго? — спросил я.

— Пока моё мнение не станет достаточно старым, чтобы его объявили мудростью.

— А когда это произойдёт?

— После смены ветра.

Снаружи засвистело.

Весь музей зашатался.

Министр вбежал в зал:

— Срочное сообщение! Ветер переменился!

— И что теперь?

— Верховная медицинская карта признана частным документом. Власть переходит к первому предмету, который прилетит с севера.

Все выбежали на площадь.

С севера летела пустая консервная банка.

Черепахи приготовили золотую подушку.

Банка ударилась о фонарь, изменила направление и упала в мусорный контейнер.

Следом прилетел железнодорожный билет.

Он опустился прямо на правительственный панцирь.

— Новый руководитель! — объявили штаны.

— Куда билет? — спросил я.

На нём было написано:

«ДО ЧЕЛЯБИНСКА».

Черепахи пришли в ужас.

— Небесный камень! — закричал министр.

— Где?

— Там, куда ведёт билет.

— Метеориты не падают в Челябинске каждое утро.

— Откуда вы знаете?

— Я оттуда.

Площадь замолчала.

Даже ветер остановился.

Крупная черепаха приблизилась:

— Вы живёте в городе, где с неба падают камни?

— Один известный случай ещё не превращает событие в ежедневное правило.

— Но риск существует?

— Как и в любом месте.

Министр записал:

«По сведениям очевидца, камни падают не ежедневно».

Черепахи облегчённо выдохнули.

— Тогда республика разрешает поездку.

— Я и не просил разрешения.

— Тем более разрешает.

Маленькую черепаху освободили из музея и назначили министром вопросов.

Первым распоряжением она вернула мне медицинскую карту.

— Заберите, пока ветер опять не передумал.

Я спрятал её в карман.

— А билет?

— Он стал главой государства.

— Мне нужен билет, чтобы уехать.

Черепахи посовещались.

— Вы можете взять руководителя в служебную командировку.

— Когда вернуть?

— После окончания срока его полномочий.

— Когда он закончится?

Министр посмотрел на небо:

— С первым встречным поездом.

Из-за дворца донёсся гудок.

Через площадь прошли рельсы. На них появился состав. На табличке первого вагона светилось:

«ЧЕЛЯБИНСК».

Я сел в поезд.

На соседнем месте находился мужчина с чемоданом. В руках он держал ещё один билет до Челябинска, но никак не решался подняться.

— Едете? — спросил я.

— Нет.

— Тогда зачем билет?

— Хотел поехать. Потом вспомнил про метеорит.

За окном небо озарила яркая точка.

Мужчина побледнел:

— Вот видите!

На обложке лежащего рядом текста появилось имя Александра Карпекина и название:

«Не поеду я в Челябинск…»

Поезд тронулся.

Теперь мне предстояло убедить попутчика, что на Южном Урале камни с неба всё-таки не входят в утреннее расписание.