Бант в супе

В середине 80-х прошлого века, когда холодная война уже начала сменяться потеплением, советская делегация прилетела в Вашингтон на переговоры по сотрудничеству в области космического пространства.

Поселили нас тогда в гостинице Вашингтон рядом с Белым домом. Из моего окна можно было видеть площадку на его крыше, куда садился и откуда брал высоту президентский вертолет.

 Гостиница была небольшая, туристов в нее не селили, а все больше тех, кто прилетал в столицу по государственным делам. С Американской делегацией мы были уже знакомы: она незадолго до этого прилетала в Москву. Надо сказать, что американцы, как и мы, были заинтересованы в успехе переговоров, а потому старались не допускать никаких шероховатостей в общении.

В тот день мы с американцами обедали в неофициальной обстановке в одном из небольших залов гостиницы. Члены нашей делегации не давали мне повода сомневаться в их понимании задач этой поездки. Был, однако, один товарищ, у которого всегда имелось «свое» мнение. По приезду в Вашингтон я советовалась с главой нашей делегации, как мне поступать при переводе этого «своего» мнения. Мне было дано разрешение товарища иногда чуть-чуть «заштриховывать».

Вернемся к обеду. За столом шел неспешный вежливый разговор. После закуски подали суп. И вот тут наш товарищ решил сделать резкое замечание по теме утренней встречи. Причем в конце своей речи сказал несколько слов по-английски. Тут уж ничего не «заштрихуешь»!

Напротив меня сидел руководитель Американской делегации. Пришлось мне «невзначай» уронить конец банта моего платья в тарелку с супом. Он подозвал официанта и сказал, что тоже хочет суп с бантом! Вслед за ним все обедающие заказали такой суп.

После обеда наш главный спросил меня: «Ты что же специально бант в супе утопила?».

А товарища больше на переговоры не брали.

Моя дружба с главой Американской делегации и его семьей длилась до того дня, когда несколько лет назад его жена написала мне, что он скончался в специальной клинике для пациентов с болезнью Альцгеймера.