Паром в деревне Старый Перевоз

Про Перевоз я уже опубликовал текст под названием «Перевоз, от которого осталось лишь название». Казалось бы, я там описал, до мельчайших подробностей, всю историю приокского села. Но, подробным описанием лодочной переправы, чуть ли не к санаторию «Кедр», я сокрыл свою некомпетентность в сфере знаний о самом пароме на переправе. Хотя, о том, что в Перевозе был паром, я точно знал – об этом мне рассказывала моя мама. Незадолго до войны, мой дед перевёз семью в Сибирь – подальше от надвигающейся в сторону СССР армии Гитлера. Вскоре, Гитлер признал опасения деда не напрасными и напал на нашу Советскую родину. А Перевоз, ещё на царских картах обозначенный, как Старый Перевоз и утративший своё былое стратегическое значение, как особо важная переправа на Оке к Балаганскому тракту, спасал жителей большой деревни от голода. Местный седой паромщик, дед Иннокентий, уже не мог работать в колхозе, но он ещё был способен перевозить пассажиров в своей лодке, от деревни, на правый берег. А там - тайга. А в тайге растёт дикий чеснок, папоротник, луковицы-саранки, черемша, брусника и обилие грибов, вплоть до боровиков. Плыли в правобережную тайгу по протоке между островами Брюшина (имеющим форму желудка) и Перевоз (переправа). Путь этот был удобен тем, что в этом месте стремительная Ока разделялась островами на два русла, и вода в протоке между ними была практически стоячей. Старому лодочнику было сподручнее два раза переплыть протоки, чем одну широкую и могучую Оку, а в протоке можно было расслабиться и неспешно двигаться к таёжным закромам. Пассажиры лодки были всё народ немощный и к работам в колхозе не задействованный – дети до 12 лет и бабки пенсионного возраста. Ну, может быть сопровождал их списанный по ранению фронтовик с охотничьим ружьём. Мало ли – медведь, или волк забалует. Не смотря на то, что народ был каличный, и голодный, силы духа им было не занимать, и над рекой на километры разносилась, усиленная акустикой реки, песня. Со слов мамы, в Перевозе пели всегда – это было частью деревенской культуры. Пели, когда спозаранку шли босиком по пыльной дороге на колхозные поля. Пели, когда от усталости валились с ног, возвращаясь с сельхоз работ домой. Пели, чуть ли не до утра на молодёжных вечёрках, за селом. А утром, чуть свет, опять на работу и, снова, с песнями. И, всё-таки, лодочная переправа по протоке была не основной. По ней плавили только пассажиров и ручную кладь. А грузоперевозки осуществлялись на пароме. И, когда переправа процветала, Перевоз располагался на перекрёстке двух столбовых дорог. От Кимильтея, Московский тракт следовал в Перевоз. Возле протоки, он ответвлялся, через Буринские дачи на Балаганск, а перед Буринскими дачами, по тракту через  современный Саянск, шёл на Бурю и Братск, а ещё – через Харайгун на Кумарейку. Но основное направление грузо и пассажиро перевозок, а также работы почты, шло от Перевоза по Московскому тракту, вдоль левого берега Оки – через Волокитино, Писарево, Подгорное, Мордино, Ухтуй и Зиму. И, казалось, переправа и логистика Московского тракта в Перевозе будет вечной. Но, в 1902 году, с Саян в долину Приангарья сошла водная лавина. Зима-то стояла на крутом яру левого берега. А правобережная и островная  Теребиловка, что построилась на равнине напротив села Зиминского, была смыта подчистую. Осталась только улица Трактовая, которая находится в современной Покровке.  Сильно пострадал и район переправы и обоих трактов в Перевозе, который находится в котловине. По сути – это яма, а её края в районе выхода на равнину называется Перевозская гора. Сильные наводнения  на Оке переодически наблюдаются через несколько десятков лет. Поэтому, уязвимая переправа в Перевозе, останавливала движение почты по двум трактам, пока стихия не отступит. А это может быть и неделя, и две, и три! А почта – это правительственная связь! Вот и перенесли Московский тракт примерно туда, где сейчас автострада Красноярск-Иркутск. На перевозском пароме, в своей первой публикации  о Перевозе, я не остановился конкретно, потому что не мог его найти на спутниковой карте. А ещё при социализме, я пытался найти место паромной переправы, приезжая в гости к родителям мамы. Примерные координаты паромной логистики я знал – мама рассказывала, что за селом – на Окинском берегу, есть ещё одна Перевозская гора. Это не та, которая перед автобусной остановкой на современном Московском тракте. Перед этой «горой», от которой проходит едва различимая просёлочная дорога по берегу, в сторону Саянского моста через Оку, и был Перевозский паром. Несколько раз я проезжал в 80-х годах, вдоль берега Оки на мотоцикле, до Перевозской «горы». И ничего, что представлялось мне паромной переправой, не нашёл. Даже, когда я писал про Перевоз, от которого осталось лишь название, на спутниковых картах ничего интересного я не усмотрел. Но, вот, же! Эта спутниковая карта оказалась наиболее удачной в расследовании «Паромного дела». По ней можно рассмотреть особенности «перевоза через Оку».  На этой карте видно, что село разделено на две части. То, что выставлено над текстом – это окраина села со стороны Саянского моста. Полагаю, что это часть логистики именно паромной переправы. А окраина основной двухкилометровой прибрежной улицы Перевоза заканчивается в полукилометре от того, что вы видите. Да и эта окраина окраин, держится «на почётном расстоянии» от переправы. То есть – жители основного Перевоза имели доступ к пассажирской лодочной переправе, но паромная переправа была объектом государственной важности, и контролировалась вооружённой охраной. Там был постоялый двор для купцов и богатых путешественников, склады для товаров, административное здание станционного смотрителя  с сейфом для казны, перевозимой почтовыми ямщиками. Думаю, что для ямщиков был отдельный постоялый двор с кузницей, ремонтными мастерскими, конюшней, «гаражом» для почтовых дилижансов, сеновалом и харчевней. На этом фрагменте карты, вся перечисленная мной логистика, умещается в этом прямоугольном изгибе просёлочной дороги. А ведь это был Московский тракт! И места переправы на пароме было два. Стрелками указаны два съезда с тракта к реке на паромную переправу. На противоположном берегу находится экзотической формы мыс, вид которого поясняет как смыло Теребиловку. Всё, что было на полуострове от паромной логистики унесло бурным водным потоком и, даже, часть мыса смыло, оставив на нём озеро, как след протоки,, промываемой половодьем через этот выступ суши. Несомненно, что поплыл по Оке и почтовый станец, и постоялый двор (и служебный и коммерческий). Но, судя по карте, Московский тракт был перенесён на Перевозскую «гору» не сразу. К берегу Оки просматривается два съезда – от острия красной стрелки, паром следовал на мыс, к которому, до сих пор, устремляется дорога с «материка» - в место контакта полуострова с сушей. После того, как смыло дорогу и паромную инфраструктуру на мысу, пристань перенесли в место, указанное жёлтой стрелкой (на левом берегу) и жёлтым кружочком, на правом. О наличии на берегу, со стороны села крупных объектов, свидетельствуют посадки кустов по их периметру. Периметры объектов паромной логистики можно даже измерить, ориентируясь на посадки. Площадь прямоугольника ниже красной стрелки равна ста метрам в длину и тридцати в ширину – 300 кв. м., а того прямоугольника, что над жёлтой стрелочкой – 70 м., на 30 м. (210 кв. м.). И это, впечатлит кого угодно. Как и то, что в правом верхнем углу находится озеро Перешеек. Объяснение этому небывалому для озера названию есть - оно состоит из двух озёр, соединённых узким водным перешейком. Через этот перешеек, лежал путь от лодочной переправы на протоке, к Буринским дачам, что зафиксировано на изображении над текстом "Перевоз, от которого осталось лишь название". "Буринский тракт" виден и сейчас - он справа от "нижнего озера" и перешейка к "верхнему".
Над текстом, можно выставить только одно изображение. И, по выбранному мной сегодня, не видно периметров построек логистики паромной переправы, ограниченной посадками кустов вдоль строений. Я выставлю эти фрагменты карты над следующими публикациями о пароме на Перевозском перевозе через Оку.