Сеть

Мессенджер Сеть -одна из самых популярных сетей в мире. Но что делать, если однажды тебе приходит сообщение от "мертвого" аккаунта? Журналистка Маргарита Кравцова попала именно в такой необъяснимый круговорот событий.

Яна Романчева
Сеть

Возвращение в родной город не приносило мне ровным счетом никакого удовольствия. Эти безликие улицы, серые дома, вечно хмурые лица прохожих... Все это снова и снова напоминает мне о том, что причин скучать по городу, где прошло мое детство и юность, у меня абсолютно нет. Пожалуй, у меня даже не найдется никаких счастливых воспоминаний, чтобы было за что зацепиться. Я была единственным ребенком в семье. Что, впрочем, было неудивительно, потому что мой родной отец ушел в закат, когда мне было года три, и больше я его так ни разу и не видела. Как и мама ни разу не увидела положенных алиментов. Чтобы хоть как-то прокормить себя, дочь и двух кошек, она работала на двух работах, с раннего утра до позднего вечера и практически без выходных. Понятное дело, что росла я «под приглядом» бесконечных маминых знакомых, так как ни бабушек-дедушек, ни других родственников у нее не было. Зато мы не голодали. Мамина занятость на работе никак не помешала ей строить свою личную жизнь. Череда ее ухажеров по своему количеству ничуть не уступала череде моих нянек. Слава богу, ни один из них дольше, чем на полгода, у нас дома не задерживался. Бывшие зэки, алкаши, «дамские угодники», альфонсы, те, кто не считал чем-то страшным поднять руку на женщину и маленького ребенка, — мама собрала всю коллекцию. Но когда мне исполнилось шестнадцать лет, в нашу с мамой жизнь ворвался дядя Валера. Видимо, она совсем отчаялась, потому что дядя Валера совмещал в себе все самые худшие качества прошлых маминых мужчин. Всеми правдами и неправдами я пыталась открыть маме глаза. Но она и слышать не хотела и в конце концов даже по-тихому расписалась с ним. Тогда я поняла, что страх провести в одиночестве всю оставшуюся жизнь оказался для нее слишком велик. Сдав последний экзамен, я собрала все свои вещи и, даже не попрощавшись, уехала. Я знаю, что меня осуждали, что говорили о том, какая я ужасная дочь, раз бросила мать на произвол судьбы. Но это был ее осознанный выбор, поэтому я нисколько не жалела о том, что сделала. Наше с мамой общение свелось к смс-поздравлениям на праздники. Последний раз, когда я получила от нее сообщение, — это весть о том, что дядя Валера умер. Его зарезал в пьяной драке собутыльник. Банальщина. Понимая, что вряд ли у матери есть необходимая для похорон сумма, я решила хоть как-то отблагодарить ее за то, что она подняла меня на ноги. На сами похороны я не поехала. После этого мама больше в моей жизни не появлялась. От маминой соседки я узнала, что, не пережив горя, Катенька сама пристрастилась к бутылке. «Где деньги только берет, непонятно? На Валеркины-то похороны мы с миру по нитке собирали». Зато мне стало сразу понятно — откуда. О маминой смерти я узнала все от той же соседки. Та позвонила мне и сообщила, что маму сбила машина. Она была «слегка выпившая и шла в магазин за хлебом». Нетрудно было догадаться, за каким «хлебом» она шла в десять вечера. А так как я была единственной маминой наследницей, то, как объяснил позвонивший мне нотариус, мне необходимо было приехать к нему, чтобы оформить все документы для получения наследства. Именно это и послужило причиной того, что спустя шестнадцать лет мне пришлось вернуться в родной город.

* * *

- Ритка? Ты что ли? Кравцова! Сколько лет, сколько зим?!
Черт же меня дернул заехать по пути в мамину квартиру, в магазин за продуктами! Я натянула на лицо дежурную улыбку и, сунув в магазинную тележку бутылку негазированной воды, повернулась на звук голоса. Ко мне, цокая каблуками, шагала моя бывшая одноклассница Лена Скворцова. Я ее сразу же узнала. За столько лет она ничуть не изменилась: такая же высокая, стройная, с длинными светлыми волосами и аккуратным макияжем. Лена всегда была одной из самых красивых девочек в школе, что не мешало ей быть на самом деле хорошим человеком: отличница, волонтер, редактор школьной газеты и капитан школьной команды по волейболу. Дежурная улыбка тут же сменилась на вполне искреннюю.
- Лена! Как я рада тебя видеть! Удивлена, что ты все еще здесь! Как ты? Как дела?
Та лишь беспечно отмахнулась, сообщив, что все отлично, и тут же спросила, какими судьбами я забрела в их глушь. Но тут же, видимо, заметив какие-то изменения в моем лице, быстро сменила тему.
- Рит, слушай, у меня сейчас должна быть встреча по рабочим вопросам. Давай с тобой через пару часов встретимся и поболтаем.
Я согласно кивнула. Лена была одной из немногих, с кем я с удовольствием бы встретилась. Как раз за это время съезжу на квартиру, хоть посмотрю, как там и что. Договорившись о месте встречи, мы наспех попрощались. Лена заторопилась к выходу, а я продолжила свои покупки.

* * *

Глубоко вдохнув, я повернула ключ в замке. Раздался тихий щелчок. От малейшего толчка дверь с тихим скрипом отворилась. В нос тут же ударил запах пыли и затхлости. Ну, конечно... За полгода я первый человек, вошедший в эту квартиру. Как мне ни хотелось оттянуть этот момент, но нежелание попасться на глаза соседям было сильнее. Поэтому я шагнула внутрь и как можно тише закрыла за собой дверь.
Тишина стояла оглушающая. Неудивительно. Мало того, что сам дом находился в довольно тихом районе, так еще и окна в квартире, расположенной на шестом этаже, были наглухо закрыты. Причины мне, конечно, были понятны, но это не меняло того, что ощущения были такие же, какие, наверное, чувствовали все герои хоррор-фильмов, попадая в заброшенные дома. Я мотнула головой, отгоняя от себя глупые мысли. Ничего, Кравцова, ты здесь ненадолго. Максимум три-четыре дня. Потерпим. Этого мотка головы хватило, чтобы в носу засвербило, и я принялась оглушительно чихать. Окна! Нужно срочно открыть все окна!
Квартира была небольшая, всего две крохотные комнаты, два окна на тридцать квадратов. Но дышать тут же стало легче. Что ж... Даже если я здесь всего на несколько дней, убраться в квартире все же придется. Спасибо соседям, которые после маминой смерти привели квартиру в порядок. Очень сомневаюсь, что мама, находясь в длительном запое, содержала квартиру в идеальном порядке. Но беглый взгляд не заметил ни одной кружки-тарелки, ни одной брошенной кофточки на кресле. Посуда аккуратными рядами стояла на полочках, мамины немногочисленные вещи висели на плечиках в шкафу, а на подоконнике аккуратным рядочком стояло с десяток книг. Из электроприборов во всей квартире я заметила только холодильник. Ни телевизора, ни микроволновой печки, ни даже электрического чайника. Не думаю, что технику вынесли «доброжелатели», так как я не заметила даже подходящего места, куда бы она могла встать. Скорее всего, когда закончились деньги, отправленные мной, мама, как и все алкоголики, принялась тащить из дома все ценное. Я вздохнула. Особой любви, тепла и нежности я к родительнице не испытывала, но осознавать то, что твой родной человек докатился до такой жизни, было все равно неприятно.
Я взглянула на экран телефона. До назначенного Леной времени оставался еще час. Хорошо хоть кафе, где мы договорились встретиться, всего в пяти минутах езды. Вымыть всю квартиру я, конечно, не успею, но протереть полы от пыли нужно срочно. Остальным займусь позже.
На удивление справилась я довольно быстро. В детстве мне казалось, что на мытье полов уходит целая вечность. Сейчас же мне хватило и получаса, чтобы вытереть их до идеальной чистоты. Надо же... Я даже еще могу позволить себе выпить чашечку кофе. Поставив чайник на плиту, я наконец-то взяла в руки телефон. На экране светилась куча уведомлений из Сети. Пара сообщений от знакомых, остальные значки были о новых выложенных постах да мои личные напоминания о все еще не сданных мной статьях. Быстренько отписавшись друзьям, я налила себе ароматный кофе и погрузилась в просмотр Сети.
Мессенджер «Сеть» появился не так давно, чуть больше года назад. Казалось бы, ничего необычного, все как и везде: личные странички, возможность общаться, выкладывать посты. Но по каким-то причинам Сеть завирусилась и сейчас входила в тройку самых популярных мессенджеров. Не успела я досмотреть свежие посты, как на экране высветилось сообщение.
— Хай, Марго. Ты как?
Я поморщилась. Терпеть не могла, когда мое имя сокращали до «Марго», и делал так только один человек — Стас. С ним мы познакомились еще на первом курсе универа, когда с моим ноутбуком произошла беда и он высветил мне девственно чистый экран без каких-либо папок и вкладок. Стас оказался толковым программистом на пару курсов старше меня. Мы сдружились и продолжали периодически списываться до сих пор. Он был крепко и счастливо женат и растил двоих детей-погодок. Да я как-то никогда и не рассматривала Стаса как кандидата, покоряющего мое сердце.
— И тебе не хворать, Станиславушка, — отпечатала я. — Все ок. Приехала по делам на родину. Думаю, дня через три вернусь. Ты как?
В ответ я получила кучу смайликов, клятвенные заверения, что все лучше некуда, контрольное «спишемся позже», и Стас покинул Сеть. Я пожала плечами. И смысл было писать? Ладно, у каждого свои тараканы, а мне пора бежать на встречу со Скворцовой. Опаздывать не хотелось.

* * *

— Рассказывай. Как ты? Кто ты? Где ты? — дождавшись, когда официант принесет нам кофе и отойдет подальше, Лена, не скрывая своего любопытства, принялась расспрашивать. — Судя по твоей машине и по внешнему виду, заработок у тебя приличный. Так что же ты забыла в нашей дыре?
Я хмыкнула. У Лены глаз-алмаз. Понятное дело, приличную машину можно и в кредит взять, сейчас многие так делают. Но вещи на мне и правда были не из дешевых. Другие я просто не могла себе позволить носить. Работая в крупном московском журнале одной из штатных журналисток, я всегда должна выглядеть на высоте. Мало ли где, когда и как подвернется интересный сюжет. Особо не вдаваясь в подробности, я рассказала о последних годах своей жизни и о причине своего прибытия. В ответ Лена рассказала о себе. Она удачно вышла замуж, родила сына. В благодарность муж подарил ей бизнес — ювелирный магазин. Работа ей понравилась. Даже очень. Сейчас магазин самый крупный в городе, и в планах у Лены в ближайшее время открыть еще один.
— Ты всегда меня восхищала своей способностью везде добиваться лучших результатов, — искренне восхитилась я. После чего задала вполне закономерный вопрос: — С кем еще из наших поддерживаешь связь?
— Да большинство, так же как и ты, уехали покорять столицу. Или в Питер. Остались-то человек шесть-семь. Костя Белов — механик в одной из СТО, Рома Круглов небольшой продуктовый магазин держит, а Маша Тимофеева за него замуж вышла, сидит дома теперь и растит троих детей. Анька Фролова и Лиза Носикова маникюром, ресничками занимаются, а Антон Рыжий на стройке работает. Про остальных, кто уехал, знаю всё только по слухам да по Сети.
— Подожди, а Танечка? Танечка Котина? Я в Сети фотки видела, она никуда не уезжала. Да и мы с ней недавно списывались, я ей говорила, что приеду. Договорились встретиться. А потом у нее что-то случилось дома, и она встречу отменила.
Услышав про Танечку, Лена как-то сразу побледнела. В глазах мелькнули слезы.
— А ты что, не слышала? Наша Танечка умерла.
Теперь уже пришла моя очередь бледнеть. Мне казалось, что сердце сейчас выскочит из груди.
— Как... Как умерла?
— Пошла с друзьями на пляж и утонула. Нелепая случайность.
— Но... Подожди... — мало того, что новость о смерти нашей хохотушки Танечки никак не могла уложиться в моей голове, так еще меня тревожила другая мысль: — Когда это случилось? Мы же с ней вот-вот списывались. Дня три назад. Да и в Сеть она буквально вчера фото выложила. Ты ничего не путаешь?
Лена смотрела на меня как на сумасшедшую. Да я уже и начинала себя таковой чувствовать. Ведь я же буквально час назад лайкнула ее свежее фото. Может, у кого из родственников есть доступ к аккаунту? Но почему мне никто не сказал, что Танечки больше нет?
— Ты что-то путаешь. Такого просто не может быть. Уже как две недели прошло. Мы вот буквально на прошлой неделе девять дней как справляли.
Дрожащими руками я достала телефон. Пару нажатий, и Сеть мне высветила недавний чат с Танечкой, ее вчерашнее фото. Нет, я ничего не перепутала. Я протянула однокласснице телефон.
— Смотри.
Та уставилась в экран. С каждой секундой выражение ее лица из недоверчивого превращалось в застывшую маску ужаса. Она пролистала чат, затем Танечкину страничку, а потом достала свой телефон. Ее трясло не меньше, чем меня, поэтому зайти в Сеть удалось не с первого раза.
На экране ее аккаунта горела надпись: «Татьяна Котина. Профиль удален». Мы тщательно сверили все данные, номер аккаунта, но все было верно. Профиль Тани был точно один и тот же. С той лишь разницей, что профиль на моем аккаунте был активен, а на Ленкином — удален.
— Бред какой-то... — прошептала Скворцова. И я была с ней полностью согласна. Бред.
— Надо написать в техподдержку, сообщить им об ошибке, — я одним глотком допила остывший кофе. Лена кивнула. А потом быстро засобиралась домой.
— Я пойду, пожалуй. Ужин еще готовить. Ты держи меня в курсе, что тебе ответят. Пожалуйста.
— Обязательно, — я кивнула. И Лена заспешила домой. Мне ничего не оставалось делать, как последовать ее примеру.

* * *
Техподдержка молчала. Может, просто коряво работала, как и большинство служб поддержки населения. А может, они просто не знали, что ответить на заданный мной вопрос. В любом случае, проблема Танечкиного аккаунта никак не решалась. Казалось бы, ну и какая мне разница, «живой» аккаунт или «мертвый», если его хозяйки нет в живых? Но я не зря столько лет отдала журналистике, поэтому профессиональное любопытство сыграло свою роль. Что я еще могла сделать, чтобы во всем разобраться? Разве что написать Стасу? Может, он в своих кругах слышал о таком глюке? Но время уже близилось к полуночи, поэтому я посчитала, что писать ему сейчас будет некультурно. Тем более вряд ли он сможет мне сразу ответить.
На завтра у меня была назначена встреча с нотариусом, но сна не было ни в одном глазу. Вай-фая в квартире у мамы не было, мобильный интернет тоже не хотел показывать все полоски, поэтому приходилось развлекать себя просмотром Сети. История с аккаунтом Танечки не выходила у меня из головы, и я в сотый раз зашла на ее страничку. Ничего не изменилось: новых постов не было, да и в сети она последний раз была вчера. Что же все-таки произошло?
«Пользователь Кристина Сычева хочет добавить вас в друзья» — на экране мобильного мелькнуло новое уведомление, а следом за ним тут же прилетело сообщение:
- Привет, подруга. Это Кристинка Светлова, узнала? Увидела тебя в «рекомендованных», вот и решила добавиться.
Кристина Светлова - моя университетская подруга. Мы с ней дружили на первом-втором курсе, потом она в спешке вышла замуж, родила ребенка и ушла из универа. Крис сменила номер телефона, первой на связь со мной не выходила, поэтому дальше о ее судьбе я не слышала. Не сказать, что я была несказанно рада ее сообщению, но заняться мне все равно было особо нечем, поэтому почему бы немного не поболтать.
Но разговор как-то не клеился. Мы обсудили, кто сейчас чем занят, вспомнили пару смешных моментов студенческих лет, каким-то чудом зацепили тему музыки, на этом наш разговор как-то стал сворачиваться.
- Слушай, я понимаю, что ты, наверное, дико занята на работе, - спустя минут десять тишины, когда я уже потихоньку начала клевать носом, пришло сообщение, - Но может, встретимся как-нибудь, когда в Москве будешь?
Я пожала плечами: почему бы и нет? Может, при личной встрече с Кристиной нам найдется, о чем еще поговорить? О чем я тут же ей и сообщила.
- Супер! Как будешь свободна, наберешь мне. Вот мой номер.
Не видя больше никакого смысла оставаться в Сети, я заблокировала телефон. Время близилось к двум часам ночи, а завтра намечался довольно напряженный день.

* * *

- Маргарита Руслановна, приношу свои глубочайшие соболезнования в связи с кончиной вашей матери. Меня зовут Леопольд Альбертович, приятно познакомиться.
Передо мной в огромном кожаном кресле сидел маленький щуплый старичок, который, судя по его внешнему виду, работал еще во времена Хрущева. Но голос его звучал четко, громко и с нотками легкой напыщенности. Как будто бы он не раскрывал мне содержание завещания, а минимум возвещал о присутствии в комнате членов царской фамилии. Ну что ж, за годы работы журналистом я и не таких индюков встречала, поэтому кивнула в знак приветствия и села на предлагаемый мне деревянный стул. Спасибо, что хоть не табурет.
Пока Леопольд Альбертович сыпал юридическими терминами и «жаловал» мне мамину квартиру, я беглым взглядом пробежалась по кабинету. Сам кабинет был не таким уж большим, но довольно компактно обставлен. Массивный стол с аккуратно разложенными на нем документами, большой шкаф с книгами и рядами папок, в углу громоздился огромный сейф, стул, на котором сидела я, да кресло, в котором уютно устроился сам юрист. Пожалуй, на этом все. А, ну и позади от Леопольда Альбертовича располагалось большое, ничем не занавешенное окно. В него то и дело соскальзывал мой взгляд, пока меня посвящали в мои права и обязанности как наследницы. Удивительное дело: за каких-то полчаса, пока я ехала в офис нотариуса, пока минут десять ждала, когда Леопольд Альбертович закончит разговор, на улице успели сгуститься тучи и заморосил мелкий дождь. Зонта, естественно, у меня не было, а машину я припарковала за пару домов отсюда. Что ж... Слегка намокнуть мне все же придется.
Я никогда не любила дождь. Что хорошего может быть в падающей с неба воде, заставляющей чувствовать себя мокрой курицей, если ты не взял с собой зонт? А если все же зонт оказался под рукой, то обязательно придется тащить с собой пакеты с продуктами или вещами. Еще и эти лужи... За рулем же машины легче мне не становилось. Постоянно мельтешащие перед глазами дворники жутко бесили и не давали сосредоточиться на дороге. Странно? Может быть. Но я старалась никогда не цепляться к своим заскокам.
- Маргарита Руслановна, у вас остались ко мне какие-либо вопросы? — Леопольд Альбертович учтиво улыбнулся, видимо, полагая, что раз я молчала, значит, внимательнейшим образом его слушала.
Я кивнула:
- Скажите, когда я могу выставить квартиру на продажу?
Видимо, такого вопроса он не ожидал. Похоже, он прозвучал чересчур меркантильно. Уголки губ старичка дрогнули, но улыбка никуда не делась. Вот что значит умение держать лицо.
- Хоть завтра, Маргарита Руслановна. И если у вас больше нет ко мне вопросов, мне нужна ваша подпись.
Получив необходимое и пожелав мне удачи в продаже жилья, Леопольд Альбертович поспешил со мной распрощаться и тут же схватил трубку телефона. Я пожала плечами и вышла из кабинета.
Дождь усилился. Я стояла под козырьком и не решалась сделать шаг вперед. Никакого желания намокнуть у меня не было, хотя я прекрасно понимала, что без этого не обойтись. Мой родной город и так был серым и безрадостным, а погрузившись в пелену дождя, казалось, стал еще мрачнее. Машин на дорогах практически не было, прохожих еще меньше. Если завтра на город опустится пелена тумана, то он мало чем будет отличаться от городов-призраков, воспетых в фильмах ужасов. Тишина, нарушаемая лишь звуком падающих на землю капель дождя. И в этой тишине оглушительным звоном раздался звук моего мобильного.
Звонила Ленка.
- Привет, Рит. Ну ты как там? — раздалось в трубке.
- Да вот... Только от нотариуса вышла, сейчас домой собираюсь ехать.
Лена пару секунд помолчала, а потом спросила:
- А как там с... — моя одноклассница запнулась, но все же выдавила из себя, — С Танечкиным аккаунтом. Тебе ответили в техподдержке?
В принципе, я и так понимала, зачем звонит Лена. Добрая душа. Похоже, искренне переживает из-за всего происходящего. Я покачала головой, совсем забыв, что она меня не видит. Но тут же исправилась:
- Нет. Тишина. Я с утра написала своему знакомому программисту, вкратце обрисовала ситуацию. От него пришел ответ, но я еще не открывала сообщение, не читала.
Лена тут же предложила:
- Может... Может, встретимся в кафе? Если хочешь, конечно... Я как раз сейчас здесь.
Ничего плохого в Ленином предложении я не видела. Вместе почитаем, что написал Стас. Может, еще что придумаем. Одна голова хорошо, а две лучше, как говорится.

* * *

Мы молчали. К своему кофе Лена так и не притронулась. Я в этот раз разрешила взять себе мохито и даже сделала пару глотков. Лена рассказала мне, что пообщалась с некоторыми нашими одноклассниками, и оказалось, что аккаунт Тани удален у всех. У всех, кроме меня. Стас же писал, что никогда лично не встречал такие случаи, но слышал, что иногда родственники и друзья умерших устанавливают себе на телефон специальную программу, которая имитирует общение с их близкими. Что-то типа психологической поддержки. Понятное дело, я никаких подобных программ не устанавливала. Мой друг попросил меня скинуть номер Танечкиного аккаунта и пообещал проверить и мой, и ее профили на наличие скрытых программ. Он почему-то пришел к выводу, что раз я работаю журналистом, то и враги у меня просто быть обязаны. Мало ли кто из них на что способен. Пообещал связаться, как только что-нибудь да нароет. На этом и сошлись. Мне оставалось только ждать результата, но стало немного легче. Версия Стаса о том, что происходящее — это всего лишь чья-то злая шутка, успокаивала гораздо больше, чем полное непонимание происходящего. Хотя даже не представляю, кому я могла так насолить, чтобы месть была настолько эксцентричной. Мои статьи не были кричащими, разоблачающими и никогда не касались тем, которые могли вызвать чье-то недовольство.
- Как думаешь, Стас прав? — тихо спросила Лена. Я не стала ее убеждать в обратном, поэтому просто кивнула.
- Вполне может быть. Не переживай. Скорее всего, просто какой-то псих. Сейчас Стас его быстренько вычислит и заблокирует ему доступ к моему аккаунту. Вот и все.
Лена облегченно вздохнула.
- Ты когда обратно?
- Да вот, завтра выставлю квартиру на продажу и поеду. Не вижу никакого смысла здесь дольше задерживаться. С риелтором я уже договорилась. Завтра подпишу договор, а дальше он будет всем заниматься сам. Мое присутствие будет необязательно.
- Понятно... То есть ты завтра уедешь и... все?
Я понимала, о чем она. Вроде мы с ней никогда и не были близки, но было немного грустно осознавать, что эта встреча может быть последней.
- Ну, может, наведаюсь к вам как-нибудь. Например, на вечер встреч. В любом случае есть Сеть. Будем поддерживать общение там.
Мы поболтали еще немного, а потом стали прощаться. И когда я уже садилась в машину, пришел ответ от Стаса:
- Слушай, Марго... Тут такое дело... Я по всем схемам пробил и твой аккаунт, и аккаунт этой Тани. Все чисто, никаких левых программ я не нашел. Тебе и правда писали с ее профиля.

* * *

Со дня моей поездки в родной город прошла неделя. Я вернулась в Москву, вернулась к работе и старалась забыть произошедшее с Танечкиным аккаунтом как страшный сон. Тем более что в Сеть ее аккаунт больше не выходил. Я старалась дальше жить своей жизнью, пока... Пока на глаза мне не попался чат с Кристиной Светловой. А почему бы и не встретиться? Вроде ж договаривались созвониться. Я провалилась в чат со старой знакомой. Странно. Аккаунт Кристины был удален. В голове сначала мелькнула мысль, что это какая-то ошибка. Но может, Кристина целенаправленно удалила аккаунт? Мало ли что могло случиться. Номер ее сотового у меня все еще оставался, поэтому я решила набрать свою бывшую одногруппницу. Но и здесь меня ожидало полное фиаско. Телефон был недоступен. На меня тут же нахлынуло стойкое ощущение, что что-то случилось. Ну и опять же, издержки профессии не давали мне бросить все на полпути. Домашний адрес Светловой я, конечно же, не знала, но нужные связи у меня были везде. Через полчаса адрес был у меня в кармане. Я решила не откладывать поездку в долгий ящик и тут же отправилась к месту жительства Кристины.

* * *

Дверь мне открыл мужчина. Видимо, Кристинин муж. Выглядел он, скажем прямо, не очень. Бледный, осунувшийся, с темными кругами под глазами, в которых явно читалось полное отсутствие любого интереса к жизни. Увидев меня, мужчина даже не спросил, кто я, откуда, зачем пришла. Он лишь молча отодвинулся, пропуская меня в квартиру, а затем, не оборачиваясь, пошел вглубь. Мне ничего не оставалось, как пойти за ним. Убранство жилища оставляло желать лучшего: везде пыль, грязь, разбросанные вещи вперемешку с мусором. И стойкий запах перегара. А не бросила ли Кристина своего мужа? Уж больно Гриша, вроде так его зовут, кажется убитым горем.
Как оказалось, шел мужчина на кухню. В раковине возвышалась гора посуды, на полу рядами выстроились с десяток бутылок из-под водки. На кухонном столе стояла полупустая бутылка, две рюмки и полузасохший кусок колбасы. Я как в детство вернулась. Пока я разглядывала кухню, Гриша плеснул по рюмкам горячительное.
— Не чокаясь, — прохрипел он и залпом осушил содержимое. Естественно, я не последовала его примеру, но на краешек выдвинутого стула присела.
— Гриша, скажите...
Но мужчина меня даже не слышал. Он смотрел перед собой абсолютно невидящим взглядом и что-то тихо бормотал себе под нос. Как я ни старалась услышать, что он говорит, ничего не могла разобрать. Я еще пару раз пыталась начать разговор, но все мои попытки заканчивались полной неудачей. И когда я уже, отчаявшись что-то узнать, собралась уходить, Гриша вдруг уронил голову на грудь и захрапел. Этого следовало ожидать. Я встала со стула. Ну что ж... Я так ничего про Кристину и не узнала, смысла оставаться не вижу. Мелькнуло желание пройтись по квартире, но я его быстро откинула, посчитав, что все же это будет лишним.
Я вышла из квартиры и тихонько прикрыла за собой дверь. Соседская дверь напротив тут же распахнулась, и в проеме показалось любопытное женское лицо.
— Ты кто еще такая? — совсем по-хамски спросила она. — Вроде одета прилично. Чего на чужое горе прилетела? Надо чего тебе?
Такие люди, как эта женщина, одетая в потертый домашний халат, с бигуди в волосах и абсолютным недоверием ко всему происходящему, всегда вызывали у меня желание ответить им тем же — нахамить, нагрубить и уйти куда подальше. Но по факту тетка была права: неизвестная женщина выходит из квартиры ее пьяного соседа. Поэтому я посчитала, что в этот раз ответить все же нужно. К тому же, кто знает, вдруг она полицию решит вызвать? Потом доказывай, что ты не верблюд.
— Здравствуйте. Я вообще к Кристине пришла. Но ее дома не оказалось. Только Гриша был.
Женщина тут же схватилась за сердце и запричитала:
— Ой, а ты что, не знала, что ль? Кристинка-то померла уже месяца три назад. Горе-то какое! Какое горе!

* * *

Я никогда не курила и даже не пробовала. Но сейчас, сидя в машине и трясущимися руками сжимая мобильный, я, пожалуй, впервые в жизни пожалела о том, что в моей жизни отсутствует эта вредная привычка. Соседка Кристины рассказала мне о том, что моя подруга долгое время болела. Рак желудка. Так что смерть Кристины вовсе не оказалась неожиданной. Да вот Гриша все равно оказался к ней не готов. Вот и запил с горя. Пока муж Кристины приходит в себя, дети уже три месяца как живут у его родителей.
— Понятное дело, тяжело мужику. Столько пережить пришлось. Они же столько лет с Кристиночкой душа в душу жили. Он так ее любил. Жалко-то как! — а потом, вспомнив, что у нее на печке суп кипит, женщина, охая и причитая, попрощалась и закрыла передо мной дверь.
Да, конечно, Кристину было жалко, Гришу было жалко, их детей было жалко. Но... Но больше меня беспокоило то, что Кристина мне писала. Хотя уже как три месяца была мертва. Так же как и была мертва Танечка... Что вообще происходит? Какая-то безумная злая шутка...
Я устало потерла виски. И хотела бы я просто махнуть на все рукой, но отрицать то, что кто-то намеренно взламывал чужие аккаунты и писал мне, не было никакого смысла. А это означало, что этот кто-то вряд ли остановится на достигнутом. Хотя Стас же сказал, что все аккаунты чистые и не было никакого взлома. Кстати, да, надо написать Стасу. Вдруг какая информация будет по аккаунту Кристины?
Не успела я об этом подумать, как раздался звук уведомления. Стас собственной персоной.
— Хэй, подруга, ты как? Что нового?
Я во всех подробностях описала своему другу последние новости моей жизни. И, получив от него обещание проверить и аккаунт Кристины, я задумалась. Могу ли я что-то сделать, чтобы разобраться во всем происходящем? Как оказалось — да, могу. Хоть «Сеть» была довольно крупной корпорацией, чтобы в офис пропустили обычного журналиста, но попробовать стоило.
Я решила, что откладывать визит нет никакого смысла. За пару минут я нашла в интернете адрес их головного офиса и, вбив в навигатор координаты, завела машину.

* * *

На удивление, внутрь офиса меня пропустили без проблем. Вежливая светловолосая девушка, которую пригласили специально для разговора со мной, провела меня в светлый просторный кабинет, налила кофе и попросила рассказать, что же привело меня к ним в офис. Я решила, что нет никакого смысла скрывать произошедшее со мной, и рассказала ей все и во всех подробностях. И даже показала сохраненные чаты и удаленные аккаунты. Внимательно выслушав мою историю, Светлана нахмурилась.
— Я бы могла сказать, что это какая-то ошибка, если бы вы не показали ваши личные переписки. А вы уверены, что владельцев аккаунтов нет в живых?
Я кивнула. Я прекрасно понимала, что моя история звучит максимально странно, а задавать подобные вопросы — это в принципе ее работа. Девушка озадаченно вздохнула.
— Подождите минуту, я должна уточнить насчет этих аккаунтов.
Она записала данные профилей Танечки и Кристины и вышла из кабинета. Но довольно быстро вернулась. Я даже не успела толком осмотреться. Несмотря на то, что Светлана старалась сохранить абсолютно спокойное выражение лица, голос ее слегка дрожал, выдавая волнение.
— Знаете, Маргарита, у нас нет никаких причин не верить вашим словам. Тем более вы мне лично показали ваши переписки. Наши сотрудники провели экспресс-проверку аккаунтов, но никаких попыток взлома и посторонних программ не было обнаружено. Думаю, нам понадобится более тщательное изучение этого вопроса. Если же мы так ничего и не сможем обнаружить, то вывод только один… Замешан кто-то из наших сотрудников. Оставьте ваши контакты, я с вами свяжусь, как только что-то станет известно.
Конечно, мне хотелось бы, чтобы результат был получен здесь и сейчас, но я прекрасно понимала, что это невозможно. Спасибо и на том, что меня приняли, поверили и пообещали разобраться. Надеюсь, что это не просто слова. Ну что ж, мне теперь ничего не остается делать, как ждать.

* * *

Не сказать, что я совсем забыла о происходящих странностях в моей жизни, но на работе дел было слишком много, и я как-то от всего отвлеклась. Стас наконец-то вышел на связь и сказал, что есть кое-какая зацепка по этому гаду, осталось кое-что проверить. Никаких сообщений «с того света» не появлялось, а вчера написала Светлана и сообщила, что появилась кое-какая информация. Сегодня вечером мы с ней должны были встретиться. А сейчас мне позвонил риелтор и сообщил, что нашелся покупатель на мамину квартиру. Жизнь наконец-то начинала налаживаться и возвращаться в прежнее русло. Я улыбнулась. Что ж, до встречи со Светланой оставалось еще несколько часов, я вполне могла успеть немного поработать. Сделав себе кофе покрепче, я успела даже написать пару строчек, пока не зазвонил телефон. Странно... Какой-то незнакомый номер. Понимая, что это может быть абсолютно кто угодно, я взяла трубку.
— Слушаю.
— Маргарита Руслановна? Здравствуйте, — в трубке зазвучал приглушенный мужской голос.
Я поздоровалась в ответ. Тогда мужчина продолжил:
— Меня зовут Сергей. Я сотрудник Сети.
Услышав эти слова, я напряглась. До сих пор я имела дело только со Светланой. Меня охватило нехорошее предчувствие.
— Светлана посвятила меня в ваше дело. А я что-то совсем замотался со всем происходящим и как-то забыл вам сразу позвонить.
— Что-то случилось? — мой голос даже охрип от напряжения.
Сергей на том конце провода немного помолчал, а потом сообщил:
— Светлану убили. Вечером того же дня, как вы к нам приходили, на нее напал грабитель по пути домой.
Я простонала. Отчаяние снова накрыло меня с головой. Я прошептала:
— Она мне вчера писала. Светлана. Хотела встретиться.
Руки мои дрожали так сильно, что я с трудом могла удержать трубку. Мужчина снова какое-то время молчал.
— Давайте завтра с вами встретимся, и вы мне еще раз все подробно расскажете. Связь держим только через звонки. Говорить о встрече с вами я никому не буду. Надеюсь, что доживу до нее.
Попрощавшись, Сергей отключился. А я, не выдержав напряжения последнего месяца моей жизни, в голос разревелась.

* * *

Вдоволь наплакавшись и наконец-то придя в себя, я смыла с себя весь макияж, вылила уже напрочь остывший кофе и достала из холодильника вино. Учитывая мое прошлое, я не очень любила алкоголь, но «на всякий случай» бутылочка красного у меня всегда была под рукой. Видимо, сейчас именно этот всякий случай наконец-то наступил. В очередной раз обдумывать всю неадекватность происходящего мне ужасно не хотелось, поэтому я налила бокал вина, включила какую-то комедию и уставилась в экран.
Наверное, я даже успела задремать. Но поза, в которой я умудрилась заснуть, оказалась слишком неудобной, и шея успела нещадно затечь. Ощущения теперь были не самые приятные. Я взглянула на экран телефона. Надо же, спала я не так уж и много времени, на часах высвечивалось всего-то пол-одиннадцатого вечера. А в глаза бросилось сообщение от Стаса:
— Ну что, Марго, ты там живая? У меня есть чем с тобой поделиться.
Я тут же открыла чат и ответила:
— Стас, тут такой бред происходит. Я в полном шоке и уже правда начинаю бояться. Светлану убили.
Мое сообщение тут же пометилось синей галочкой. Стас прочитал. Но почему-то не спешил отвечать. Что, в принципе, было неудивительно. Я сама до сих пор не могла прийти в себя. Наконец-то Стас ответил:
— Серьезно? Ну и дела... Я уже и сам начинаю переживать за твою жизнь. Ну и за свою, конечно. Не знаю даже, стоит ли тебе говорить, что я узнал. Может, не знать будет безопасней?
Я вздохнула. Нет, Стасик, назад дороги не было. Этот урод уже не просто занимается тем, что пугает меня. Он убивает людей. Я не знаю, зачем он это делает, но как далеко все может зайти? Поэтому я ответила:
— Нет, Стас. Все зашло слишком далеко. Со мной сегодня связался знакомый Светланы, он обещал помочь во всем разобраться. Мы завтра с ним встречаемся. Давай ты с нами? Расскажешь, что узнал.
Какое-то время сообщение снова висело без ответа, а потом... Потом возникла надпись «Профиль удален». Увидев эту надпись, я почувствовала, словно весь воздух выбили у меня из легких. Нет, не может быть. Нет. Это какая-то ошибка. Может... Может, Стас сам удалил свой профиль? Мало ли, вдруг он просто решил все-таки не влезать во всю эту историю и просто не смог мне об этом сказать?
Не проверить я не могла. В пару кликов я нашла профиль жены Стаса. В последнее время постов было не так много, поэтому я быстро нашла нужную информацию. С фотографии на меня смотрел улыбающийся Стас, а ниже были слова: «Мы никогда не забудем тот день, когда остановилось твое сердце. Любим. Помним. Скорбим». Пост был сделан двадцать второго апреля. Полгода назад.

Продолжение следует...