Действие сценическое. Причинное присвоение события

Причинное присвоение события действием

Предыдущее рассмотрение события как перестройки поля различений приводит к необходимости обозначить ещё один процесс. Между произошедшим событием и получением возникшим различием причинного права существует отношение, которое можно назвать причинным присвоением события действием.

Слово «присвоение» здесь требует осторожности. Речь не идёт о сознательном решении актёра, психологическом «принятии» события или объявлении его своим. Причинное присвоение происходит тогда, когда событие перестаёт быть только фактом изменившегося мира и начинает изменять условия продолжения именно этого действия.

Предельно:

событие произошло в мире пьесы; причинно присвоенное событие произошло в действии.

1. Событие может произойти, не будучи присвоенным действием

Это различение позволяет ещё точнее рассмотреть парадокс, обнаруженный на «Вишнёвом саде».

Лопахин сообщает:

имение будет продано.

Обстоятельство изменилось.

Информация воспринята.

Персонажи её понимают.

Драматическое событие существует.

Но из этого ещё не следует, что действие каждого субъекта перестроилось.

Следовательно, необходимо различать:

событие произошло;

событие воспринято;

событие понято;

событие оценено;

событие причинно присвоено действием.

Эти состояния могут совпасть во времени.

Но могут и разойтись.

Человек способен прекрасно понимать происходящее и продолжать действовать так, будто причинная структура его действия осталась прежней.

И наоборот: телесная и процессуальная перестройка может начаться раньше, чем субъект способен рефлексивно сформулировать, что именно произошло.

Поэтому причинное присвоение нельзя свести к пониманию.

Понять событие — ещё не значит предоставить ему причинное право изменить действие.

2. Что именно присваивается

Здесь необходимо избежать ещё одной неточности.

Действие не «забирает внутрь» событие целиком.

Событие может быть чрезвычайно сложным.

Например:

вишнёвый сад продан Лопахину.

Для драматургии это единое событие.

Но внутри него заключено множество различий:

мой / не мой;

возможно вернуть / невозможно вернуть;

хозяин / бывший хозяин;

зависимый / владелец;

прошлое продолжается / прошлое завершилось;

можно спасти / спасать уже нечего;

ключи имеют функцию / функция утрачена;

оставаться / уезжать.

Действие конкретного субъекта не обязано присваивать всю эту совокупность.

Оно оказывается перестроенным через то различие события, которое стало значимым относительно его продолжающегося неполученного результата.

Поэтому точнее говорить:

причинное присвоение события есть включение возникшего вследствие события различия в причинную генеалогию продолжающегося действия.

Это уже значительно строже.

Присваивается не «информация».

Присваивается не «смысл вощобще».

И даже не событие как фабульная единица.

Причинно действенным становится различие, которое событие создало или сделало актуальным для данного действия.

3. «Присвоение» означает принадлежность причинной генеалогии

Здесь термин приобретает собственный смысл внутри причинной теории.

До присвоения можно сказать:

это произошло рядом с действием.

После присвоения:

из-за этого действие уже не может иметь точно ту же причинную историю продолжения.

Именно поэтому присвоение следует определять не психологически, а генеалогически.

Событие присвоено действием, если дальнейшее состояние действия уже невозможно адекватно объяснить без ссылки на различие, возникшее вследствие этого события.

Например:

было действие A;

произошло событие E;

возникло различие ;;

после него действие перешло в состояние A;.

Если A; возникло потому, что ; стало причинно значимым относительно продолжающегося «что», событие вошло в причинную генеалогию действия.

Если же актёр изменил форму только потому, что:

«здесь по партитуре большое событие»,

генеалогия иная.

Внешне формы A; могут оказаться одинаковыми.

Но в первом случае событие присвоено действием.

Во втором — событие обозначено исполнением.

Это принципиальное различие.

4. Причинное присвоение и причинное право — не одно и то же

Здесь возникает опасность терминологического дублирования.

Если «причинное присвоение» означает ровно то же, что «получение причинного права», новый термин не нужен.

Поэтому необходимо развести их функции.

Причинное присвоение описывает процесс:

как изменение из мира обстоятельств становится изменением данного действия.

Причинное право описывает отношение, возникающее внутри этого процесса:

имеет ли данное различие основание участвовать в определении следующего состояния этого действия.

Можно сказать ещё короче:

присвоение — вхождение в причинную генеалогию;

право — допустимость причинного влияния внутри неё.

Тогда причинное присвоение не становится новой «плоскостью».

Оно обозначает переход через уже существующие категории.

Событие перестраивает поле различений.

Одно из различий оказывается значимым относительно продолжающегося действия.

Тем самым событие начинает входить в его причинную генеалогию.

Различие получает причинное право.

Если вследствие этого прежнее «как» утрачивает достаточность, возникает причинное требование.

И только затем — передел.

Получается:

СОБЫТИЕ

; перестройка поля различений

; причинное присвоение

; причинное право различия

; изменение отношения к неполученному результату

; утрата достаточности прежнего «как»
До
; причинное требование

; причинный передел

; новое «как».

Но это не следует понимать как обязательный линейный конвейер. Это аналитическое различение отношений внутри единого процесса.

5. Присвоенное событие не обязательно вызывает передел

Это особенно важно.

Если каждое причинно присвоенное событие автоматически вызывает передел, мы снова получаем механическую модель.

Допустим, партнёр сообщил нечто новое.

Это существенно.

Действие присвоило изменение.

Но существующий способ действия вполне способен продолжаться.

Тогда событие уже принадлежит причинной генеалогии действия, однако прежнее «как» ещё достаточно.

Например:

я добиваюсь от партнёра согласия;

он сообщает новое обстоятельство;

оно меняет мои представления о ситуации;

но мой существующий способ воздействия пока остаётся достаточным.

Событие присвоено.

Передела нет.

Поэтому:

причинное присвоение является необходимым условием причинного передела события, но не достаточным.

Для передела требуется ещё одна граница:

присвоенное различие должно сделать прежний способ продолжения недостаточным.

Именно здесь возникает причинное требование.

Так теория получает возможность различать ассимиляцию события и передел вследствие события.

Это важное новое различение.

Событие может быть присвоено существующей организацией действия:

я продолжаю иначе понимать ситуацию, но всё ещё могу действовать прежним способом.

А может потребовать перестройки самой организации:

теперь прежним способом продолжать уже нельзя.

6. Одно событие — множество причинных присвоений

Теперь можно точнее объяснить, почему одно драматическое событие производит разные сценические последствия.

Продажа сада существует однажды в фабуле.

Но Раневская, Лопахин, Варя и Аня не просто «по-разному относятся» к ней.

Это слишком психологическая формула.

Точнее:

событие входит в различные причинные генеалогии различных действий.

Для Раневской причинно присваивается утрата.

Для Лопахина — получение.

Для Вари — прекращение возможности продолжать прежнюю хозяйственную функцию.

Для Ани событие может присваиваться уже внутри процесса освобождения от прежней связи с садом.

Поэтому одно и то же:

сад продан

причинно не является одним и тем же событием действия.

Драматургически — одно.

Фабульно — одно.

Хронологически — одно.

Но процессуально:

оно становится множеством причинных событий, поскольку входит в множество различных продолжающихся действий.

Это позволяет уточнить прежнюю формулу:

драматическое событие общее; причинное присвоение индивидуализирует его внутри действия.

Именно после присвоения становится возможным говорить не только:

«что произошло?»

но:

«что именно из произошедшего произошло с этим действием?»

7. Причинное присвоение делает событие настоящим

Здесь открывается непосредственная связь с парадоксом Кретова.

Актёр заранее знает событие.

Он знает:

сад будет продан;

письмо придёт;

выстрел прозвучит;

партнёр откажет;

человек уйдёт;

финал наступит.

Следовательно, драматическое событие уже существует для актёра как знание будущего.

Но оно ещё не должно существовать для действия как присвоенное причинное событие.

Иначе будущее начинает причинять настоящее.

Получается:

актёр знает событие до его наступления; действие может присвоить его только в процессе его причинного становления.

Это, возможно, одно из наиболее точных продолжений парадокса Кретова.

Актёр может знать:

что произойдёт.

Но действие ещё не знает:

какое различие произошедшего получит причинное право изменить его продолжение сейчас.

Даже если режиссёр заранее определил событийный ряд.

Даже если актёр сто раз сыграл эту сцену.

Даже если место передела установлено.

Причинное присвоение должно состояться заново.

Иначе сегодняшнее действие получает причину из вчерашнего знания.

8. Режиссёр не может присвоить событие вместо актёра

Отсюда возникает важное практическое следствие.

Режиссёр определяет событие пьесы.

Он может чрезвычайно точно установить:

что изменилось;

для кого;

какие обстоятельства перестали существовать;

какие возникли;

какие различия теперь потенциально значимы.

Но режиссёр не может причинно присвоить событие действию актёра вместо него.

Если он говорит:

«Здесь для тебя рухнул весь мир, поэтому остановись, замолчи и потом медленно сядь»,

он уже назначил морфологию присвоения.

Актёр способен великолепно её воспроизвести.

Но тогда непосредственной причиной нового «как» становится режиссёрская партитура.

Причинная задача режиссуры иная:

создать и удержать такие условия, в которых различие события действительно сможет войти в причинную генеалогию действия актёра.

Это возвращает нас к формуле:

режиссёр не причиняет передел; он организует условия, в которых действие получает основание потребовать передела.

Теперь её можно дополнить:

режиссёр определяет событие, но действие должно причинно присвоить его самостоятельно.

Не «самостоятельно» в смысле изоляции актёра.

Наоборот — через партнёра, обстоятельства, пространство, текст, неполученный результат, телесность.

Но именно внутри собственной причинной генеалогии действия, а не посредством прямого копирования режиссёрского знания.

Причинное присвоение события

Теперь можно дать рабочее определение:

Причинное присвоение события действием — процесс, посредством которого возникшее вследствие события различие входит в причинную генеалогию продолжающегося действия, приобретая значимость относительно его неполученного результата и возможность участвовать в определении последующего способа осуществления.

Но определение можно сделать ещё строже.

Причинное присвоение состоялось, если после события:

дальнейшее состояние действия уже нельзя полностью объяснить из его предшествующей причинной организации без учёта возникшего различия.

Это даёт почти операциональный критерий.

Спросим:

если мысленно удалить событие из причинной истории, могло бы последующее «как» возникнуть тем же способом?

Если да — возможно, событие лишь совпало с изменением формы.

Если нет — оно вошло в причинную генеалогию.

Так появляется контрфактическая проверка причинного присвоения.

И тогда вся конструкция может быть сведена к нескольким различениям:

Событие произошло — факт изменился.

Событие воспринято — субъект обнаружил изменение.

Событие оценено — изменение получило значение относительно ситуации.

Событие причинно присвоено — возникшее различие вошло в причинную генеалогию действия.

Различие получило причинное право — оно способно определять дальнейшее состояние именно этого действия.

Возникло причинное требование — прежнего «как» вследствие этого уже недостаточно.

Произошёл причинный передел — действие осуществило перестройку.

Эта последовательность позволяет увидеть главное.

Событийный анализ пьесы обнаруживает что должно произойти.

Причинный анализ действия исследует как произошедшее становится принадлежащим действию.

Именно между ними располагается причинное присвоение.

Поэтому можно сформулировать:

Событие пьесы ещё не является событием действия. Оно становится событием действия через причинное присвоение.

Но предельно короткая формула ещё точнее:

Произошедшее становится событием действия тогда, когда без него уже нельзя объяснить, почему действие продолжилось именно так.

И здесь причинное присвоение перестаёт быть ещё одним термином.

Оно обозначает тот самый переход, который до сих пор оставался между двумя вопросами:

«Что произошло?»

и

«Почему действие стало другим?»

Событие отвечает на первый.

Причинный передел — на второй.

А причинное присвоение события действием связывает их в одну причинную генеалогию.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации.