Клыки и воля. Глава 2

Высокая дверь заскрипела и захлопнулась за спиной Одина. Одноглазый бог оказался в длинном коридоре. Сквозь густую серость проступали размытые образы. Бог поднял ладонь и прошептал заклинание. Фыркающие рубленные звуки загудели слабым эхом. Синие руны-искры закружились вокруг руки Одина и превратились в нежно желтый ореол.

Одноглазый медленно пошел по коридору. Половицы тяжело скрипели, а из серости неторопливо возникало наполнение зала. На полу проявился кроваво красный ковер. Свет периодически скользил по резным балкам. На стенах время от времени мелькали расколотые щиты, сломанные копья, рваная кольчуга и боевые топоры. Вдруг Одноглазый бог остановился.

Его взгляд привлек гобелен на стене. Разноцветная ткань резко выбивалась среди осколков войны, наполнявших зал. По широкому гобелену шагали каплеобразные человечки. Одни были вооружены копьями, другие восседали на исполинских конях, тянущих массивные колесницы. Шествие возглавляла широкоплечая фигура в рогатом шлеме с мечом в руке. Одина поразило многообразие цветов, использованных ткачом. Одежда каждой фигурки была раскрашена, а посреди шествия расползались ломаными змейками яркие узоры и солярные знаки.

Всемудрый жадно разглядывал полотно. Он силился найти присутствие изощренной магии. Мало кому удается достичь таких насыщенных цветов. Даже среди богов... Но больше всего Одина поразило, что гобеленом заинтересовался Тюр. Внимание к такой тонкой материи было несвойственно для бога войны… Может он тоже почувствовал следы колдовства?.. Хотя внутреннее чутье подсказывало Одину: все дело в рогатой фигуре…

Из размышлений бога вырвал приглушенный бой барабанов. Гобелен, у которого остановился Один, висел почти в конце коридора. В нескольких шагах находилась дверь, из-за которой глухо пульсировала музыка.


***

После темного коридора Одина ослепило мерцание огня. На улице стемнело поэтому везде горели факелы. Через большой тронный зал протянулся длинный костер в каменной ограде. По бокам располагались продолговатые столы для пиршеств. Пустые на данный момент.

В конце зала на возвышенности стоял трон. Трон Тюра. Отец Побед задумчиво восседал на престоле, уперев свой верный меч в пол. Бог ритмично проводил по лезвию точильным камнем. После каждого движения в основании меча вспыхивал оранжевая стрелка. Руна Тейваз. Руна Тюра.

Лязг металла вплетался в ударный ритм, наполнявший зал. Близ престола стояли пара музыкантов и громогласный скальд. За решительными ударами барабанов следовали резкие «разрезы» смычка. Удар за ударом. Шаг за шагом. Музыка увлекала в боевой транс.

В вибрациях рождались образы воинов.
Бьющих в свои щиты.
Идущих на смерть.

Поверх неколебимого ритма ложился тяжелый и звонкий речитатив скальда. Казалось, даже огонь мерцает в гипнотический такт песни. «Песни о Бьярки».
 
Близится день,
Бьет крылами петел,
Пора рабам
За работу браться,
Вставайте, вставайте,
Друзья первейшие,
Вы, достославные
Товарищи Адильса.
 
Поэт-воин чеканил каждое слово.
Лающие звуки.
Утробные кеннинги.
Слог за слогом поднимался из груди скальда и вместе с эхом звенел в полупустом зале.
 
Хар Крепкорукий
И Хрольв Стрелец,
Вы доброго рода,
Не дрогнете духом.
 
Скальд крепко сжимал рукоять меча в ножнах. Он был где-то там. Впереди дружины. Шагающий в ногу с решительным ритмом.

Вас зову не на пир,
Не на встречу с подругой,
Зову вас на бранные
Игры валькирий.


***


В лицо бога войны врезались мерцающие тени. В свете огня его черты казались острыми. Резкими. Черная как смоль борода покрывала впалые щеки. Густые брови надвинулись над глубокими глазницами. Бог смотрел куда-то в пустоту. Неподвижно. Только рука с точильным камнем машинально скользила по лезвию.

Вдруг боковым зрением Тюр заметил темную фигуру, приблизившуюся к трону. Он поднял голову. Музыка в мгновение остановилась.

— Тюр. Владыка небес. Отец побед. Повелитель воинств. Приветствую тебя. — медленно проговорил Один, почтительно поклонившись.

— Один Всемудрый. — лаконично ответил Тюр. Отец Побед наклонил голову в знак приветствия. Затем бог повернул голову в сторону музыкантов. Кратко кивнул. Не говоря ни слова, они скрылись из тронного зала.

Повисло молчание. Лишь потрескивал огонь. За спиной Одина играли языки пламени. В своей темной мантии широкоплечий старец был похож на тень, возникшую из игры оранжевого света. Один выжидающе смотрел на Тюра. Но Владыка небес молчал.

Наконец тишину прервал скрип трона. Тюр неспешно поместил меч в ножны и расправил плечи.
Бог войны тяжело уронил:

- Прилетал Хугин. Что случилось?

- Есть серьезный разговор, Тюр... Насчет Фенрира…




_________

ссылка на мой канал:
https://t.me/stranstvia_po_inim_miram

и конкретно на данный рассказ (с картинками):
https://t.me/stranstvia_po_inim_miram/121

Примечание

- Гобелен, о котором говорится отсылает к Осебергскому гобелену, который, как я понял, до сих пор вызывает множество вопросов. До  наших дней гобелен дошел в крайне потрепанном виде, поэтому все разноцветные картинки — попытки реконструкции.

- "Песня о Бьярки" реальная песня, которая, к сожалению, дошла до наших дней только частично. Сюжет в полной мере сохранился на латинском языке, как я понял, в рационализированном варианте (Саксон Грамматик. «Деяния данов»).
Фрагмент был взят из Саге об Олаве Святом, где один из персонажей с ее помощью поднимет боевой дух