Четыре мушкетёра Восхождение часть 27

СЦЕНА 27

(Зал в Лувре. Кардинал Мазарини и Королева Анна)

АННА

Жюль. Мне страшно. Не столько за себя, сколько за сыновей.

МАЗАРИНИ

Вы полагаете, что Дофину и маленькому Месье что-то грозит?

АННА

А вы как считаете?

МАЗАРИНИ

Не думаю, что вся эта Фронда затеяна для того, чтобы усадить на трон вашего сына кого-то другого. Народ Франции этого не поймёт. Они упустили эту возмоность.

АННА

Тогда для чего затеяно всё это?

МАЗАРИНИ

Ну, те, кто это затевал, полагаю, хотели бы удалить меня из Франции, или даже уничтожить физически.

АННА
За что? Почему, Жюль? За что  они вас так ненавидят?

МАЗАРИНИ

Проще всего было бы сказать, что за то, что я иностранец. Но это не так. Они ненавидят меня за то, что вместе со мной вы сильней, чем без меня.

АННА

Да, это так, Жюль. Не оставляйте же меня.

МАЗАРИНИ

Я бы раз, Ваше Величество. Знайте же, что если ради вашего блага мне придётся уступить настойчивым просьбам народа, подогореваемого смутьянами, то и издалека я всегда буду помогать вам моими молитвами и советами.

АННА

Почему же народ может потребовать вашего удаления? Зачем ему надо ослаблять меня, их законную Королеву?

МАЗАРИНИ

Народ обычно сам никогда не порождает политических лозунгов. Народ волнуют кастрюли и то, что  они могут в них положить. В каждом бунте, который выглядит как спонтанное выступление народа, всегда следует искать тех людей, которые своими деньгами и провокационными всегда лживыми памфлетами, сплетнями, слухами и лозунгами этот народ возбуждает и провоцирует на бунт.

АННА

Кто же стоит за Фрондой, в таком случае?

МАЗАРИНИ

Вы всех их отлично знаете. Это все те, чьего удаления из Парижа народ не требует.

АННА

Вы хотите сказать, что надо искать среди принцев крови, герцогов и других грандов?

МАЗАРИНИ

Вы уже сказали это, а мне остаётся лишь согласиться с вами.

АННА

Кто же конкретно?

МАЗАРИНИ

В первую очередь, принцы. Конде, Конти, Бофор. Иже с ними. Кроме того, конечно, герцог Бульонский, и, разумеется, коадьютор Парижский.

АННА

И вот эти зачинщики подняли на бунт весь Париж?

МАЗАРИНИ

Радуйтесь, что  пока только лишь Париж. Как бы вся Франция не примкнула к Фронде.

АННА

Что же нам делать?  Направить на Париж войска?

МАЗАРИНИ

Войска – это прекрасно, когда ваше преимущество неоспоримо и тотально. Во всех остальных случаях желательно использовать  такой инструмент, как переговоры.

АННА

Вступать в сделку с мятежниками?

МАЗАРИНИ

Переговоры – это ещё не сделка!

АННА

Но если переговоры ведутся не для заключения сделки, тогда для чего же?

МАЗАРИНИ

Исключительно для того, чтобы внушить противнику, что сделка возможна, выиграть время и произвести разведку, рекогносцировку, собрать силы в кулак и ударить туда, куда удар будет наиболее болезненным и тогда, когда враг его меньше всего ожидает.

АННА

Значит, переговоры и дипломатия – это лишь обман?

МАЗАРИНИ

Именно так, Ваше Величество.

АННА
И все это понимают?

МАЗАРИНИ

Конечно!

АННА

Но всё же идут на переговоры?

МАЗАРИНИ

Да, потому что каждый надеется, что  его обману противник поверит, тогда как самого себя он не даст провести. Можно сказать, что это такая акция, когда разбойник у разбойника надеется украсть кистень.

АННА

Отвратительно!

МАЗАРИНИ

Смотря с какой стороны посмотреть на это.

АННА
Итак, с чего же мы начнём?

МАЗАРИНИ

Мы поговорим с коадьютором.

АННА

С предателем?

МАЗАРИНИ

Мы сделаем вид, что не знаем о том, что он наш враг, и что мы просим его о помощи. Он же со своей стороны сделает вид, что он не знает, что мы знаем, что он враг, и лишь притворяемся незнающими это.

АННА

Как сложно! Что же дальше?

МАЗАРИНИ

Вы попросите его ради Короля попытаться найти общий язык с бунтовщиками. Он сделает вид, что не может даже надеяться на это, но потом в обмен на обещания каких-нибудь благ скажет, что приложит все усилия, хотя заранее знает, что ничего не выйдет.

АННА

И что же это будет означать на самом деле?

МАЗАРИНИ

Это будет означать то, что он готов поторговаться с Вашим Величеством, готов постараться убедить другую сторону пойти на сделку.

АННА

Опять это слово! Сделка! Отвратительное слово!

МАЗАРИНИ

На самом деле  он видит себя одним из руководителей бунтовщиков. Но всеми силами будет выставлять себя всего лишь переговорщиком. Так безопаснее на случай проигрыша, и так очен удобно на случай выигриша.

АННА

Что ж, надо его позвать на разговор.

МАЗАРИНИ

Уже позвал. Через несколько минут он явится.