Четыре мушкетёра Восхождение часть 28

СЦЕНА 28

(Там же. Кардинал Мазарини и Королева Анна. Входит секретарь)

СЕКРЕТАРЬ

Коадьютор парижский Поль де Гонди, Ваше Величество.

АННА

Пусть  войдёт.

(Секретарь уходит, входит Гонди, кланяется Королеве, затем холодно едва заметно кланяется Мазарини)

МАЗАРИНИ

А вот и наш замечательный коадьютор!  Вам, монсеньор, Королева поручает изыскать пути мирного  решения проблем с возникшим волнением в Париже.

ГОНДИ

Я бы не назвал это всего лишь волнением.

АННА

Умоляю, коадьютор, не учите нас формулировкам и терминам. Назовите это как угодно, вы же понимаете, о чём идёт речь

МАЗАРИНИ

Весьма неловкую ситуацию следует урегилировать как можно скорее.

ГОНДИ

Неправильная оценка ситуации может привести к самым трагическим последствиям, как это уже произошло в Англии.

АННА

Вы нам угрожаете, коадьютор?

ГОНДИ

Ни в коей мере, Ваше Величество! Я лишь предупреждаю о возможных последствиях.

МАЗАРИНИ

Мы всегда считали вас самым лучшим переговорщиком во Франции, а может быть и во всей Европе, но вы, оказывается, ещё и самый лучший предсказатель будущего?

ГОНДИ

Я ничего не предсказываю, я рассуждаю.

АННА

Рассудите тогда нас с кардиналом, коадьютор. Кардинал считает, что вы способны воздействовать на чернь Парижа, как духовное лицо, поставленное во главе парижских католиков.

ГОНДИ

Как глава парижских католиков, я, безусловно, имею некоторое влияние на парижан.

АННА

Надеюсь, это влияние всё же не превышает влияние Короля Франции на французов?

ГОНДИ

Как знать, Ваше Величество? Иногда духовная власть выше светской.

МАЗАРИНИ

Её Величество говорит вовсе не об этом. Духовная ипростась владычествует над душами и устремлениями, а светская власть повелевает телами и поступками. Это несколько иное. Вы можете велеть своим прихожанам прочесть «Отче наш» столько раз, сколько сочтёте нужным, тогда как Её Величество на правах единоличной регентши именем Короля, своего сына, может отправить любого парижанина на войну. В том числе и на войну с Парижем.

ГОНДИ

Направить она, разумеется, может. Вопрос в том, пойдёт ли этот самый «любой парижанин» на войну с собственными согражданами и земляками?

МАЗАРИНИ

А вот вы, как самый лучший переговорщик во Франции, и постарайтесь выяснить  это.

ГОНДИ

Значит ли это, что Её Величество признаёт за парижанами право вести переговоры с ней?

МАЗАРИНИ

Мы говорим о вождях этого временного незаконного образования на территории Французского Королевство, которое временно вышло из подчинения. Мы не хотели бы разрешать противоречия военной силой.

ГОНДИ

Правильно ли я услыша, Ваше Преосвященство, что вы говорили о какой-то  военной силе? О чём это вы? Какая военная сила имеется у вас?

МАЗАРИНИ

После того, как мы продемонстрируем эту силу, переговоры утратят всякий смысл. Скажите тем парижанам, которые готвы ради снижения налогов и ради ежедневной курицы к обеду, которую им опрометчиво пообещал Генрих IV, готовы строить баррикады и размахивать флагами, объясните им, что размахивание флагами прекратится. Что им предстоит  погибать  на этих самых баррикадах от свинцовых пуль, которые армия и гвардия будут вынуждены выпустить по ним, как по врагу. И тогда, может быть, указанное снежине налогов и упомянутая курица уже не будет видиться им столь желанной, поскольку на том свете не кормят и налогов не собирают.

ГОНДИ

Мне кажется, Ваше Преосвященство, вы обладаете даром убеждения намного лучшим, чем я. Почему бы вам не попытаться самому провести переговоры с лидерами Фронды?

МАЗАРИНИ

Потому что Её Величество поручает это вам.

ГОНДИ

Но если я…

МАЗАРИНИ
Если вы не подчинитесь Королеве? Это будет прискорбно. Её Величество будет вынуждена причислить вас к бунтовщикам.

ГОНДИ

Я имел в виду не это. Я хотел спросить, что если я не достигну ожидаемого результата в переговорах?

МАЗАРИНИ

Не клевещите на себя, дорогой коадэютор. Вы, как я уже сказаал, переговорщик от Бога Вы достигнете желаемого результата. Если, конечно, предпримете должную старательность. Вы, кажется, хотели бы стать  кардиналом?

ГОНДИ

Я, разумеется, имею все права на это, но я пока ещё не высказывал этого столь явно. И я не смею говорить, что указанная награда является ценой за мои усилия.

АННА

Ступайте, коадъютор. Я жду от вас вести о том, что народ угомонился, и тогда, разумеется, мы выполним наше обещание. Кардинал  похлопочет  о вашем кардинальстве. Но сначала дело за вами.

ГОНДИ

Но я…

МАЗАРИНИ

Вы всё слышали, дорогой коадьютор. Ступайте.

ГОНДИ

Могу ли я попросить какие-то письменные гарантии для той стороны, с которой мне предстоит вести переговоры?

МАЗАРИНИ

Побойтесь Бога, Гонди! Вы не доверяете вашей Королеве? Ступайте.

(Гонди уходит)