Стивен Кинг

Мальчик из Дарема и его тени

Кинг живет в старом доме, который сам построил, окруженный высокой кованой оградой. Говорят, у него есть калитка, которую он иногда открывает, чтобы выйти к дороге и просто постоять, глядя на проезжающие машины. В этом человеке, чье имя гремит по всему миру, есть что-то от затворника, но не библейского, а скорее чеховского склада — человека, который знает о людях слишком много, чтобы быть с ними откровенным.

Стивен Кинг. Я произношу это имя и вижу перед собой вовсе не миллионера в шикарном кабинете, а худого, немного сутулого мужчину с усталыми глазами. Он похож на одного из своих персонажей. Пожалуй, он и есть самый главный из них — тот самый писатель, который продал душу за возможность рассказывать истории, а потом всю жизнь расплачивается за это бессонницей и кошмарами. Он как Пол Шелдон из «Мизери» — заперт в собственном таланте, или как Билл Денбро из «Оно» — взрослый, который слишком хорошо помнит ужасы детства, чтобы стать по-настоящему счастливым.

В его судьбе есть что-то почти набоковское по своей фабуле. Молодой учитель английского, который едва сводит концы с концами, живет в трейлере с женой и двумя детьми. Он пишет по ночам, когда в доме стихает шум, и выбрасывает в мусорную корзину очередной отвергнутый рукописью роман. И только жена, Табита, вытаскивает смятые страницы из мусора. Это похоже на сцену из хорошего кино: женщина, стоящая на коленях над корзиной, разглаживающая бумагу, и мужчина, который еще не знает, что через несколько дней станет богатым.

Но богатство не изменило его. Оно только дало ему возможность купить тишину. Он пишет о монстрах, живущих в канализациях и заброшенных отелях, но сам боится не их. Он боится того же, чего боялся в детстве, когда его мать работала на износ, чтобы прокормить семью, а он смотрел на темные окна соседей и придумывал, что там может скрываться. Все его чудовища — это лишь метафоры. Клоун Пеннивайз — это страх, который пожирает детей, пока взрослые не видят. Отель «Оверлук» — это зависимость, которая подтачивает семью изнутри. И сам Кинг когда-то прошел через это, заглянул в бутылку и нашел там своих демонов.

Он был сбит грузовиком на обочине дороги, и это событие, пожалуй, стало самой честной метафорой его жизни. Писатель, который всю жизнь описывал столкновения с судьбой, сам оказался лежащим на асфальте, раздавленным, но выжившим. Врачи говорили, что он не должен был выжить. Но он выжил, чтобы вернуться к письменному столу. И в этом есть что-то от его героев — упрямое, почти иррациональное желание продолжать, несмотря ни на что.

Я вспоминаю время, когда его книги были для меня чем-то вроде убежища. Я брал их в руки, и мир вокруг переставал существовать. Это была не просто литература, это была дверь в другую реальность, где можно было спрятаться от собственных страхов, потому что страхи его персонажей были куда более грандиозными. Я прошел через «Темную Башню», через «Противостояние», через «Сияние». Они научили меня тому, что ужас — это не всегда что-то сверхъестественное. Иногда это просто жизнь, которая идет не по плану.

Теперь я отошел от этого. Наверное, прошел тот этап, когда я мог запоем читать его книги. Но я не могу сказать, что он не оставил во мне следа. Он научил меня смотреть в лицо темноте и не отводить взгляд. Он показал, что героизм — это не отсутствие страха, а способность действовать, когда боишься. И за это я ему благодарен.

Он сидит в своем доме в Мэне, за окнами шумит ветер, и, возможно, он снова пишет. Он все еще жив, все еще рассказывает истории. И где-то там, в глубине его сознания, все еще живут тени, которые он выпускает на волю с каждой новой страницей. Они не исчезают. Они просто ждут своего часа. И он знает это лучше всех.

https://t.me/Musat71  ссылка на ТГ канал