Самая скучная суббота

В субботу утром Кирилл поставил на холодильнике тридцать седьмую чёрточку.

Первые десять он рисовал карандашом, чтобы можно было незаметно стереть в случае неудачи. После двадцатой перешёл на ручку. Теперь каждая черта оставалась навсегда — короткая, неровная, но честная.

В полдень бывшая жена привезла Машу.

— В воскресенье в шесть, — сказала Ольга.

— Помню.

— Телефон держи включённым.

— Хорошо.

Она посмотрела на холодильник, пересчитала отметки и ничего не сказала.

Девятилетняя Маша вошла в квартиру с большим пакетом.

— Что там?

— Солнечная система.

— Целиком?

— Пока только пластилин, проволока и восемь шариков. Плутон учительница запретила.

— Жестокий человек.

Маша не улыбнулась.

Последний раз она оставалась у отца полгода назад. Тогда Кирилл обещал сводить её в планетарий, но вечером к нему пришли друзья. Он сказал, что посидит с ними один час. Утром Маша сама приготовила себе хлопья, собрала вещи и позвонила матери.

Кирилл почти ничего не помнил.

Зато Маша помнила всё.

— Нам к понедельнику надо сделать модель, — сказала она. — Мама хотела помочь, но у неё работа.

— Значит, сделаем.

— Ты умеешь?

— Конечно.

Это «конечно» вылетело по старой привычке. Кирилл умел уверенно обещать то, чего никогда не делал.

Он достал инструменты, разложил шарики и открыл на телефоне изображение Солнечной системы.

— Начнём с Солнца.

— Солнца в пакете нет.

— Почему?

— Оно не поместилось.

Кирилл нашёл в шкафу старый детский мяч. Они обклеили его жёлтой бумагой, испачкали клеем стол, пол и Машину кофту. Земля получилась слишком большой, Марс — розовым, а у Сатурна кольцо всё время падало.

В три часа позвонил Стас.

— Живой? — закричал он. — У Гришки день рождения! Все собираются в гараже.

— Не приеду.

— Ты же обещал.

Кирилл посмотрел на Машу. Она старательно красила Юпитер коричневыми полосами и делала вид, что не слушает.

— Я обещал дочери провести с ней выходные.

— Возьми её с собой. Посидим культурно.

Кирилл даже рассмеялся.

— Мы оба знаем, чем заканчивается ваше «культурно».

— Ты теперь вообще не пьёшь?

— Не пью.

— Сколько?

— Тридцать семь дней.

В трубке повисла пауза.

— Ну, приезжай просто так. Будешь скучный, зато водителем поработаешь.

— Не приеду.

— Тебя скоро приглашать перестанут.

Раньше эти слова напугали бы Кирилла. Он представлял компанию без себя, чужие шутки, фотографии, истории, которые потом будут рассказывать месяцами. Ему казалось, что жизнь происходит именно там, где громче музыка и позже заканчивается ночь.

Теперь он посмотрел на кривой розовый Марс.

— Значит, перестанут, — сказал он и отключился.

Маша продолжала красить Юпитер.

— Ты можешь поехать, — произнесла она.

— Не хочу.

— Из-за меня?

Кирилл сел напротив.

— Ради тебя. Это не одно и то же.

Она впервые за день посмотрела ему прямо в глаза.

— А если тебе станет скучно?

— Тогда будем скучать вместе.

К вечеру они закончили планеты, но конструкция не держалась. Проволока гнулась, Солнце заваливалось набок, а Меркурий дважды укатился под диван.

Маша рассердилась:

— Ничего не получается!

— Получится.

— Ты всегда так говоришь.

Кирилл замолчал.

Она была права. Он говорил «получится», «потом», «я помню», «только один час». Для него это были обычные слова. Для дочери — обещания.

— Хорошо, — сказал он. — Пока не получается. Давай разберёмся почему.

Они заменили проволоку деревянными рейками, сделали основание из коробки и закрепили каждую планету отдельно. Работа заняла ещё три часа.

Когда осталось прикрепить Землю, во всём доме погас свет.

— Вот и всё, — вздохнула Маша.

— Нет. Теперь самое интересное.

Они надели куртки и вышли во двор. Кирилл взял фонарик, а Маша несла Землю на ладони.

Из-за отключения фонари не горели, окна были тёмными, и над городом неожиданно появилось небо. Обычно его скрывало оранжевое сияние улиц, а сейчас звёзды проступили одна за другой.

— Вон Юпитер, — сказал Кирилл.

— Откуда ты знаешь?

— Только что посмотрел в интернете.

— Врёшь.

— Уже нет.

Они рассмеялись.

Маша поставила пластилиновую Землю на капот машины. Маленький голубой шар оказался прямо под огромным небом.

— Мы очень маленькие? — спросила она.

— Очень.

— Тогда почему у людей такие большие проблемы?

Кирилл задумался.

— Наверное, потому что каждый живёт в центре своей собственной системы.

— А ты где живёшь?

Ещё недавно он ответил бы шуткой. Теперь сказал:

— Пока учусь возвращаться на Землю.

Когда электричество включили, они поднялись домой и закрепили последнюю планету. Модель была далека от совершенства: масштабы не совпадали, орбиты пересекались, а Сатурн выглядел так, словно носил картонную шляпу.

Маша сфотографировала работу и отправила матери.

Потом подошла к холодильнику и рядом с тридцатью семью чёрточками нарисовала маленькую звезду.

— Это что?

— Самая скучная суббота.

Кирилл опустил голову.

— Прости.

— Мне понравилось, — добавила она. — Можно следующую такую же?

Утром он проснулся раньше дочери. На столе стояла Солнечная система, в раковине лежали чашки из-под какао, а телефон показывал одиннадцать пропущенных вызовов от Стаса.

Кирилл выключил звук и поставил на холодильнике тридцать восьмую чёрточку.

Рядом с ней нарисовал вторую звезду — заранее.

Теперь у него была причина дойти до вечера.