Книжное счастье!

Я, как, впрочем, и большинство советских детей, с самого раннего своего детства был беззаветно влюблен в один из главных, наравне с колбасой, дефицитов Советского союза -- книги! В моем небольшом провинциальном городе А. их было действительно очень трудно (да буквально невозможно!) достать.

Здесь надо сказать, что книги вообще в то мое детско-советское время были и было их много, очень много! Даже в нашем маленьком микрорайоне, нашего маленького городка А. был свой книжный магазин, в котором все полки и ветрины были этими книгами заставлены. Да только вот они были не такие, которые пользовались спросом у населения: много было детских книг для младшего возраста, таких, которые обычно еще даже не мы сами читали, а наши мамы нам.
 Обязательно была в изобилии политическая литература, ну и художественная, только такая, которая никому не была как-то особо интересна.

 Умели в советское время издательства, так распределять ресурсы, чтобы создать дефицит одного продукта не за счет нехватки ресурсов, а за счет профицита его в другом месте. Ну, впрочем, и у рыночной экономики есть свои минусы и, наверно, главный из них – цена. И достаточно было бы сделать цену дефицитной книги менее доступной для населения, как она тут же, как говорили тогда, из-под прилавка и перекочевала бы стоять пылиться на витрину. Так что, не будем здесь заниматься сравнением экономических моделей.

И мы детьми всегда заходили в этот книжный магазин, хотя я и не помню случая, чтобы там хоть раз появлялось что-то такое, чтобы я сломя голову побежал к маме прося ее мне эту книжку скорее купить. Такие вещи, чтобы не искушать детские сердца сразу ложились «под прилавок». Может какие-то книги в нашей домашней библиотеке и таким общесоветским образом так же иногда появлялись.

Да, встреча с хорошей книгой тогда была настоящим праздником для детского сердца! До сих пор помню, как мама, зайдя к нам, придя с работы (я в тот период жил с бабушкой, а она, впрочем, тут же в соседнем подъезде) принесла с собой и дала мне, совершенно по будничному, как-то ничего особенно не поясняя – что за книга, где и как она ее достала «Последнего из могикан» Фенимора Купера, в лощеной, мягкой обложке!

Как же я ей зачитывался и перечитывался! Правда, меня все смущали картинки в ней, вернее, даже не сами эти картинки, иллюстрации-то были великолепны. А то, как на них изображались индейцы, смущало – они были совершенно не такие, как должны были быть, ну мы же уже сотни раз играли ими, такими пластиковыми фигурками в низко посаженных штанах и непременно с голым рельефным торсом, в солдатиков. И не такими как, в смотревшихся по нескольку раз в кинотеатрах фильмах с Гойко Митич. И ведь мы уже по этому образцу давно вылепили целые племена их из пластилина и эта версия нам была уже не то, что ближе, а, буквально, единственно возможным вариантом видения того, какими должны были быть эти индейцы, чтобы в них интересно было играть. Да и как не пытался я вылепить из пластилина что-то похожее на Ункаса, все упиралось в то, что я совершенно не мог понять, что там у него на ногах и как эти мокасины должны выглядеть?

Вот как-то в двух параллельных реальностях детского воображения и существовали два совершенно разных образ этих индейцев: один из картинок в книге -- условный, а остальные из кино и наборов солдатиков – такие как есть. То, что это были совершенно разные времена и персонажи нам детям в голову как-то даже и не приходило. Индейцы они и в Африке, как говорится, индейцы!
 
Помню, нашу с бабушкой светлую комнатку и как она приносит мне книжку с названием «Аэлита, Гиперболоид инженера Гарина» Алексея Толстого, рассказывая, что купила ее «с нагрузкой», была в СССР такая практика -- продавать пользующиеся спросом книги вместе с теми, которые не продаются. Бабушка жила очень рачительно, и на себе бы в таком случае сэкономила, но ей сказали, что книга эта хорошая и для меня она ее конечно тут же купила!

Помню, как сейчас стоит у меня пред глазами долгожданная посылка, -- это мой дядька (единоутробный мамин брат, отцы у них были разные) прислал нам из Казахстана очередной такой вот привет-гостинец с рыбой, он ее сам там ловил, и таким чудесным образом коптил и солил, что она доезжала до нас не испортившись! Рядом с нашим городом текла Ока, но изобилия такой рыбы, как он нам присылал, ловя ее в Сырдарье мы никогда не видели! Для нас это был истинный деликатес, ведь еще и готовил он как-то сказочно искусно!

А бабушка в ответ отправляла ему уже посылки с вареньем сделанным из ягод собранных в нашем саду. Да дедушка высылал дядьке, какие он у него заказывал, дефицитные там в Казахстане подшипники, которые он, ну можно сказать брал, работая на нашем местном заводе.

И вот до сих пор помню этот день: наша, вся облитая солнечным светом из просторного окна, кухонька и мы -- бабушка, дедушка, мама, я с нетерпением и интригой, узнать, что там такое в этот раз, смотрим, как дедушка открывает этот, стоящий на табуретке, сколоченный из фанеры ящичек. И видим, что там среди этой обернутой в газету рыбы лежит еще и пухленькая такая, свершено неприглядная книжка, которая (для взрослых как-то это стало сразу понятно) предназначалась именно мне. Мне ее дают, а у меня этот кирпичик никаких эмоций кроме недоумения и разочарования не взывает – зачем, думаю я, было занимать в этом и так небольшом сколоченном ящичке место для такой вот не про войну, не про индейцев, рыцарей или увлекательную фантастику здоровенной почти без картинок книгой про каких-то там детей?! Книга та называлась «Приключения Тома Сойера и Приключения Гекльберри Финна».

Действительно, тогда это был такой дефицит для нашего маленького города, что в том возрасте, где-то класс пятый -- шестой начальной школы, ни мои друзья, ни я сам совершенно ничего не знал и не слышал об этих чудесах, пока впервые в своей жизни я наконец не взял их в свои детские руки, совершенно не представляя, что меня будет ждать после этого дальше!

Но, впрочем, среди моих любимых в детстве книг были и такие, о которых я не могу вспомнить, как они у нас появились. Ну вот с книгой Бориса Житкова «Что Я видел», понятно, она появилась у нас тогда, когда книги мне читала еще мама. И их явление в наш дом я еще не отслеживал. И эта книга была первая, которую я стал читать уже самостоятельно. Вначале-то читала мне ее мама, но она придерживалась совета ее автора, не читать ребенку подряд больше двух, что ли, рассказов в ней. Но рассказы эти были хотя и совсем простенькие, но живые, интересные, и я уже стал сам брать эту книжку и читать столько, сколько мне хотелось.

Так же до сих пор помню теплый мамин голос и ту дрожь волнения в нем, когда она, читая мне «Державы для…» Федорова Ю. И. дошла до того места, где отплывающий Шелехов, не давший взятку портовому командиру, дарит «презент» простому солдату, и как тот «осторожно, в обе ладони, принял трубочку». Это, наверно, был последний раз, когда книгу мне читала мама, я и в тот раз уже вышел из этого возраста, просто болел, лежал в постели, а мама подошла с этой книгой, села на кровать и начала мне ее читать.
 
Так же я не могу вспомнить, как появились в доме, словно они там всегда и были, такие мои книги-друзья, как «Легенда о Уленшпигеле и Ламме Гудзаке…», Шарля Де Костера; «Квентин Дорвард» Вальтера Скотта; «Дети капитана Гранта» Жюля Верна ну и конечно же «Записки о Шерлоке Холмсе» Артура Конан Дойл.

Да, многое из того уже глубокого детства мной забылось, но те впечатления, которые мне доставили эти книги от их… да даже и не знаю сколько кратного прочтения, навсегда остались в моей памяти как этими сказочными моментами первого моего с ними знакомства, так и просто теми ощущениями которые я сейчас испытываю, глядя на эти истрепанные обложки, прикасаясь к ним руками, чувствуя запах их потрепанных переплетов!

Как бы я хотел подержать многие из них сейчас в руках, именно их, вспомнить те детские воспоминания, но многие из них -- пропали! В череде непрекращающихся ударов судьбы и всевозможных тягот (мама тогда уже свалилась с инсультом) я совсем забыл про них -- не до того уж было, и их вместе с другими памятными для меня вещами выбросили арендаторы! Когда бабушка, а вслед за ней и дедушка умерли, и эта квартира моего детства опустела, я долго, много лет, не мог ее сдавать, не мог представить себе, что чужие люди что-то в ней поменяют, переставят, возможно, сломают. Но в конце концов все же сдал, деньги мне, как и всем были нужны, но вот теперь я жалею об этом. Хотя и понимаю, что это и была моя настоящая связь с бабушкой -- она не могла меня оставить и вот так помогала мне уже даже и после своей смерти…

Эти (не могу их даже по-взрослому назвать – книги) книжки составляли, наполняя и дополняя всевозможные мальчишеские игры и забавы, детское мое счастье, разве я смогу их когда-либо забыть! А уж те, которые я перечитал только по нескольку раз, я уж с трудом и вспоминаю сейчас, настолько их много было!

Ну и конечно же я ходил и в нашу детскую библиотеку, хотя и там, такого уж изобилия самых популярных книг не было, а которые и были, их еще надо было успеть перехватить, они переходили из этих детских рук в руки даже не успевая побывать на полке! К примеру «Три мушкетера» Дюма я так ребенком и не прочитал и уже лет в сорок, как-то нашел время и решил восполнить эту детскую свою ущербность, прослушал ее хотя бы в аудио версии – как же обидно, что когда надо было я так и не познал этого счастья!

И разве я мог себе тогда даже представить, даже в тех своих с такой легкостью возникающих и моментально отрывающихся от любой реальности детских фантазиях, что когда-то и мои книги будут вот так же лежать в библиотеках, да в том числе и детских, рядом с этими книгами:

Книгами, наполнявшими собой когда-то давным-давно мое столь не требовательное для обычного советского ребенка, но от этого не менее, а может даже и более полное чем у избалованных всевозможными излишествами современных детей, советское детское счастье!

И я ведь не был, что называется «домашним мальчиком» -- целыми днями мог гонять в футбол, как говориться домой не загонишь, играть в прятки, догонялки, а самыми моими любимыми совместными (лишь бы народ на это дело собрать!) детскими играми у меня были игры в рыцарей, индейцев и мушкетеров!

Но эта любовь и к книгам, и к улице, лесу (он начинался сразу за моим домом) это все как-то гармонично сочеталось и во мне, и в моих друзьях ничто не шло в ущерб друг другу – было время и на книги, было время и на уличные игры!
 
И ведь что интересно, этот, появившейся в настоящее время, практически неограниченный свободный доступ не только к книгам, но и вообще к любой информации не сделал современных детей более начитанными и как следствие имеющими более обширный кругозор в связи с этим. Да и такого сонмища подвижных детских игр на практике у них тоже нет.

 Времена, когда мы могли сделать из трех найденных кем-то смятых-перемятых консервных банок увлекательнейшую игру, так и называемую -- «в банки», а из отломанной орешины шпагу и тут же ринутся с ней в бой на помощь товарищам давно прошли. Детям сейчас ничего не надо искать, обменивать, отламывать, выстругивать… взрослые давно наполнили всем этим магазины, построили детские площадки, только вот мне, почему-то кажется, что у этих нынешних детей от всего этого приторного изобилия утратилась и некое таинство причастности, которое роднило на с героями этих наших книжек про Тома Сойера, рыцарей, пиратов, индейцев и вообще великих, чистых сердцем и душой не боящихся ничего смелых, честных, отважных и справедливых людей!