Стейси. Шедевр 4

Устав слушать проклятия, Джек нажимает комбинацию кнопок на пульте, и все магнитные двери нижнего яруса одновременно отъезжают в стороны. Центральный загон со Стейси теперь открыт для всех троих.
   — Правила для второго дня, — чеканит Джек, запуская на таймере обратный отсчет: 30:00. — Каждому даётся полчаса.
Джек бросает под ноги Кристиану те же самые окровавленные пассатижи.
   — Кристиан, ты должен выдернуть у себя два зуба, а затем подойти к Стейси и аккуратно, без зверства забрать у неё еще три. Слишком сильно повредишь ей десны — я лично вырву у тебя дополнительно три зуба.
Кристиан хватает инструмент, его руки трясутся от страха. Он зажмуривается и, превозмогая боль, выламывает коренной зуб. Мажор воет, из его рта течет слюна с кровью, но он тут же перехватывает второй зуб, послушно выполняя приказ. Джек смотрит на остальных:
   — Дамиан, твоя задача — вылизать киску Стейси дочиста, Фил — ты делаешь то же самое с её задом. Вам же нравилось трахать её одновременно, Арчи ты работаешь лейкой.
 Дамиан и Фил, подгоняемые тиканьем таймера, наперегонки бросаются к распластанной на бетоне Стейси. Пять лет назад они платили тысячи долларов, чтобы трахать её в элитных отелях, а теперь, как голодные псы, расталкивают друг друга локтями, чтобы добраться до изувеченного тела.  Дамиан раздвигает её ноги и уткнувшись лицом в истерзанную шипами плоть, вылизывает запекшуюся кровь. Фил пристраивается сзади, его огромный язык работает по разорванному анусу. Стейси лежит между ними, а Кристиан с пассатижами садится рядом, пальцами раздвигает её губы и начинает аккуратно, стараясь не порвать ткани, выковыривать из десен три зуба один за другим. Подвал наполняется стонами, чавканьем и хрустом зубной эмали. Вдруг прямо над ними Арчи роняет миску с супом. Он судорожно хватается за свой живот, его лицо становится зеленым, а из кишечника раздается урчание газов.
   — О нет...! — скулит Арчи, но процесс уже не остановить.
Пурген и горох вырываются наружу неудержимым, зловонным потоком. Все эти жидкие испражнения под давлением бьют сквозь решетчатый пол клетки, обильно заливая платиновые волосы Стейси, лицо Кристиана, который как раз вытянул её третий зуб, и спины Фила с Дамианом. На таймере остается 2:00. Месиво из крови, дерьма и непереваренного гороха превращает центральную клетку в геенну. Мажоры захлебываются от кашля и рвотных позывов, а Стейси, зажмурившись, протяжно воет в этом кошмаре.
Джек, не торопясь, поднимается со стула и нажимает на пульте черную кнопку. Гидравлика автоматов натягивает цепи, Кристиана, Дамиана и Фила буквально волоком тащит обратно в их персональные клетки. Морпех подходит к стене, снимает с крепления пожарный брандспойт, подключенный к насосу, и выжимает рычаг. Струя воды летит сквозь в прутья решеток. Джек методично, как на скотобойне, смывает грязь и кровь со Стейси. Он останавливается в шаге от прутьев, глядя на дрожащую, мокрую и абсолютно сломанную жену. Стейси поднимается на колени, вода стекает по её коже. Она смотрит на Джека сквозь пряди волос, её губы трясутся, а израненный беззубый рот кривится в жалкой попытке вернуть прежний, манипулятивный тон.
   — Джеки... — она пытается подползти ближе, насколько позволяет цепь. — Ты смыл с меня их грязь. Посмотри на меня, я снова чистая. Твоя Стейси. Мы ведь можем всё забыть? Скажи, что это был твой последний урок. Ты ведь доказал мне, что ты сильнее их всех. Я поняла, Джеки... Они ничтожества, а ты мой мужчина. Скажи, что мы поедем домой.
Джек молчит, его лицо кажется высеченным из гранита. Он наклоняется к самой решетке, и его ледяной взгляд приковывает её к месту.
   — Домой? — почти ласково переспрашивает Джек, и от этого тона у Стейси по спине словно пробегают иголки. — Дом на 6-й Авеню, 66 — это твой новый дом, Стейс. Ты пять лет продавала мою душу. Ты рассчитывала, что я слепой куколд, который утрется, когда ты принесешь мне кофе утром?
   — Я спасала тебя! — истерично вскрикивает она, хватаясь мокрыми руками за стальные прутья. — Они бы уничтожили тебя, если бы я не соглашалась! Я жертвовала собой ради твоей чертовой службы! Джеки, умоляю, вспомни, как нам было хорошо вместе! Вспомни наши ночи!
Джек издает страшный смешок.
   — Жертвовала? — Джек резко делает шаг вперед, так что его берцы с грохотом бьют по решетке. — Ты кончала под ними, Стейси. Ты копила своё возбуждение пять лет, и сама это сказала вчера, когда думала, что ты здесь королева шоу. Твои мажоры сегодня сдали тебя с потрохами. Вы неплохо поговорили сегодня, я услышал много интересного. Завтра начнется третий день, и поверь мне, Стейси... подарок от Арчи покажется тебе легким утренним душем по сравнению с тем, что я приготовил для вас дальше.
Джек щелкает главным тумблером, свет гаснет, подвал погружается в полутьму. Слышно только, как топают его армейские берцы, удаляясь к выходу. В первые минуты в подземелье стоит тишина, нарушаемая лишь хлюпаньем — это израненная Стейси пытается дышать через разнесенные десны. В воздухе, отмытом ледяной водой, снова слышен звук падающих капель. Немного воды досталось пленникам, и они утоляют жажду. Первым тишину разрывает шепот Арчи.  Его психика после взрыва кишечника превращается в кашу, но он всё еще сжимает в ладони корку хлеба:
   — Крис... Фил... Вы живые там? Господи, какая дичь... Зачем мы вообще ввязались в этот тупой спор пять лет назад? Из-за этой бабы мы все тут сдохнем...
   — Заткнись, ублюдок! — хрипит из левого угла Кристиан, кашляя и сплевывая прямо в дренажный желоб. — Ты там вверху сидишь, хлеб жрешь и чистую воду лакаешь! Из-за твоего гавна мы чуть не задохнулись, мразота! Только я не понимаю почему ты так радуешься. Завтра я расскажу Джеку, как и куда ты драл эту потаскуху все пять лет.
   — Да, жрал, и завтра буду жрать. - Из темноты под потолком доносится смешок Арчи. - Можешь рассказывать, мне наплевать, я его понимаю. Пять лет мы строили из себя супермачо, а этот патрульный за два дня показал, кто мы есть. И если завтра Джек скажет мне зарезать Кристиана за кусок мяса — Крис, я перережу тебе горло прямо через прутья, понял? Я выживу, а вы сдохнете.
   — Я убью тебя, Арчи... Я выломаю эти прутья и задушу тебя твоими же кишками! — ревет Крис, в ярости бросаясь на решетку своего бокса.
   — Замолчите... оба... — доносится с пола шепот Стейси. Из её распухшего рта сочится сукровица. — Вы клялись мне. Дамиан, ты ведь говорил, что любишь меня больше жизни, что заберешь меня после развода. Дамиан, почему ты молчишь?!
   — Любил? Стейс, ты тупая дура... Ты правда думала, что сын прокурора женится на шлюхе, которую трахает четыре мужика? Ты была просто удобной давалкой. Мы пять лет угорали над твоим Джеком, но еще больше мы угорали над тобой! Ты думала, что крутишь нами, а мы просто скидывались тебе на побрякушки после каждой оргии. Крис, скажи, по сколько мы за неё платили!
   — Пошла она нахрен, — равнодушно бросает Кристиан. — Она сука.
В тесном вольере Фил не участвует в их грызне. Он скорчился в углу и просто монотонно раскачивается. Голод и дикая жажда довели его до пограничного состояния.
   — Пить... — беззвучно шепчут его сухие губы в темноту. — Крис... дай воды...
   — Никто тебе не даст воды, Фил, — безразличным голосом обрывает его Кристиан. — Наш элитный клуб закрыт, эта ****ь всех нас подставила.
День третий. В подвал заходит Джек. На этот раз он не произносит ни слова. Он молча ставит на пол ящик с бутылками чистой воды и мисками со свежей кашей. Кристиан, едва завидев свет, бросается к прутьям своей клетки, брызгая слюной:
   — Джек, послушай! Ты должен знать про Арчи! Думаешь, он просто трахал её в сиськи?! Полгода назад этот гавнюк снял элитный люкс. Он притащил туда Стейси, накачал её кокаином и устроил трансляцию для даркнет-форума! Он ставил твою жену раком, драл на столе и заставлял лаять, пока кончал ей на лицо! Он заработал тогда десять штук за одну ночь! Он хранит эти записи на скрытом сервере, пароль: «Арчи и Стейси.»
Арчи вверху начинает истошно орать, в ярости колотя кулаками по решетчатому полу клетки.
   — Предатель! Ты сам смотрел стрим, Крис! Ты сам скидывал мне донаты, паскуда! — воет Арчи, качаясь на цепях под потолком.
Джек хладнокровно выслушивает признание, на его лице не вздрагивает ни один мускул. Он молча распределяет воду и еду по клеткам. Изголодавшиеся мажоры и Стейси набрасываются на пищу, как звери, лакая воду и давясь кашей. Им кажется, что кошмар отступил. Но ровно через пятнадцать минут, когда они переводят дыхание, Джек подходит с пультом и нажимает на таймер. Экран загорается кроваво-красным: 15:00.
   — Задания третьего дня, — невозмутимый голос Джека заставляет их замереть. — Кристиан, норма прежняя — аккуратно выдираешь два зуба себе и три Стейси. Затем вы втроём вместе с Дамианом и Филом обязаны довести Стейси до оргазма, членами, пальцами — мне плевать. Хочу посмотреть, «как вы выбиваете экстаз — то, что за пять лет брака я ни разу не смог заставить Стейси сделать так легко!»  На всё пятнадцать минут, бить её запрещено. Если она не кончит — пеняйте на себя. Арчи, твоя задача - охлаждать их, а то не дай бог перегреются. Время пошло.
Магнитные двери с грохотом распахиваются. Крис, Фил и Дамиан, подгоняемые тиканьем часов, бросаются к Стейси. Женщина, лишенная зубов, вся в крови, испытывает только дикую боль и отвращение. Она крутит головой, плачет и начинает отчаянно кусаться кровоточащими деснами.
— Давай же, сука, кончай! Кончай, б**ь! — в панике орет Фил, елозя полуживым членом между ягодиц.
Дамиан пальцами пытается стимулировать её изодранную киску, но Стейси лишь воет и дико извивается под ними. В это же время Кристиан упрямо пытается затолкать свой писюн в беззащитный рот, а сверху Арчи, выполняя приказ Джека, вовсю поливает всю эту копошащуюся кучу вонючей струёй. Подвал превращается в бордель на выживание. На таймере: 00:00. Финальный писк. Никакого оргазма, естественно, нет. Стейси лежит без чувств. Парни расползаются по клеткам, не зная какое наказание их ожидает. Джек жмет красную кнопку. Всех четверых мажоров растягивает на цепях и к их яйцам сзади бесшумно подводится электрошокер. Кристиан, Дамиан, Фил и Арчи скручиваются в спираль, их мышцы сводит страшная судорога. Крутые пацаны, цепи которых после разряда ослабляются, валятся на пол, катаясь в конвульсиях. Джек спокойно выключает ток, смотрит на дергающиеся на полу тела и щелкает тумблером света.
— До завтра.