Шрам

На пороге стоял муж, Дима. В расстегнутом пальто, с початой бутылкой виски в руке. Не раздеваясь и не снимая обуви, он, отстранив жену, Лизу, молча прошагал на кухню!  Сел за стол, налил полстакана виски и залпом выпил.
-Димчик, что-то случилось? Что, Дима? Не молчи, говори?
-Случилось! Еще как случилось. В его голосе послышались слезы,-Юра умер!
-Какой Юра?
-Какой, какой?! Юра Кузнецов, друг мой!
-Сегодня ночью. Инфаркт обширный! Наташа звонила, плачет. Говорит, ночью ему плохо стало, вызвали скорую, а он по дороге взял и умер! Не довезли!
-Всё! Нет у меня друга,-запричитал Дима.
-Единственный был настоящий друг и теперь нету его ни хрена! В 54 года! Ты представляешь?
-Это что такое? -Дима почти кричал.
-В 54 года! -Он снова налил в стакан виски и с ходу залпом выпил.
-Понимаешь, мы же с ним с первого класса не разлей вода. Вместе в мореходку пошли, вместе начинали плавать. Столько прошли: и в тайге, и в горах. Он мне в девятом классе жизнь спас. Пошли весной за Ингоду и я там под лед провалился. Все пацаны сдрейфили, он один пополз и вытащил меня! А теперь его больше нет! Нету!
-Это как?
Дима заплакал. Обхватив голову руками, он стучал ногами по полу и подвывая, еле слышно матерился
-Друг! Понимаешь ты или нет? Один настоящий друг был! А теперь его нет и я остался один!
-Ну, во-первых, не один! У тебя есть я! Есть Ленка, которая тебя до смерти любит! Твоя семья! Вот твои настоящие друзья! Очень жаль Юру и Наташу его! Понимаю- больно. Но такая уж она селяви. Ты взрослый. Ты мужик! Переживешь, боль утихнет и в конце-концов пройдет. Так бывает. А нам надо дальше жить и себя беречь. Такие стрессы здоровья не прибавляют! Ты же знаешь. И я прошу тебя, пожалуйста на стакан не налегай.
-Какая ты вся правильная, -раздраженно хмыкнул Дима,- равнодушная и жестокая!
 Он снова отхлебнул из стакана и вытер рот тыльной стороной ладони.
-Зачем ты мне это говоришь сейчас?  А? Ну зачем? Я друга единственного потерял, по буквам, медленно проговорил он.
-Понимаешь ты это или нет? А ты мне тут свои женские назидания вставляешь.
-Дима, я твоя жена и я о тебе беспокоюсь. И если уж на то пошло, то я твой настоящий и единственный друг, чтоб ты знал.
-Дима вскочил на ноги и со всего маху грохнул двумя кулаками по столу, -что ты понимаешь в  дружбе? Тем более в мужской? Да мы с Юрой…, э, да что говорить. Разве ты поймешь? Он сел, обхватил голову руками и замолчал.
 Лиза тоже молчала. Она вспоминала! Сидя рядом со своим сникшим, несчастным и таким родным мужем, тихонько поглаживая его по спине, она вспоминала и решалась….
-Дима, посмотри на меня.
Он поднял голову, криво усмехнулся,-что еще хорошего ты хочешь мне сообщить? Чем ещё утешить?
-Ты помнишь это? Она раздвинула халат и над левой грудью обнажился шрам?
-Помнишь?
-Помнишь, когда ты последний раз с моря пришел, всё спрашивал, откуда он у меня, помнишь?
Дима молчал. Он уперся глазами в грудь жены. Не отрывая взгляда, налил из бутылки в стакан, но пить не стал. За прошедшие почти два года, как он впервые его увидел, шрам посветлел и стал менее заметным.
-Хочешь я скажу тебе сейчас откуда он на самом деле? Хочешь?
-Если бы не этот шрам, вернее если бы не эта рана, превратившаяся в шрам, твой друг Юра…
-Он пришел подвыпивший. Мы говорили о тебе и твоих проблемах в Африке. А потом он стал приставать. Здесь, на этом месте. Я сперва не могла поверить, но он стал меня хватать. Я отбивалась и он случайно поранил меня своим перстнем. Кровь брызнула и она, кровь, остановила его! Он опомнился! Испугался, начал извиняться, просил прощения. Больше я его не видела. А теперь он умер и я простила его. Давно.
-Это,-Лиза надавила пальцем на свою левую грудь, на шрам, это- спасло всех нас!            Дима еле слышно выдавил,-почему ты не сказала, почему? 
 Лиза молчала. Он медленно сполз со стула, встал на колени, обнял ноги своей Лизы и нежно прикоснулся губами к её груди, к тому месту, где светлой кривой полоской виднелся шрам.
 Лиза с закрытыми, мокрыми от слез глазами, молча гладила его по волосам.