Этно-культурная динамика города Набережные Челны

Город матерел. И мы совсем ещё юные школьники прибегали домой чёрные от пыли и солнца, но счастливые в своём радостном детстве. Мы были свидетелями всесоюзной стройки автогиганта «Камаз», с огромной перспективой будущего города.
В кинотеатре «Батыр» показывали фильм «Москва слезам не верит», и мы вместе с родителями ходили смотреть оскароносный шедевр Владимира Меньшова, удивлённые таким названием.
А потом всё лето готовились к поступлению в ВУЗы в  научной библиотеке «Камаза», пропадая там целыми днями. Но впереди была целая жизнь, и мы – школьники, учащиеся школы №26, улыбались думая об этом. Даже долгострой  на самой первой улице Нового города (Проспекте 50 лет СССР) с его канавой и ужасным запахом болота не портил настроения.
А  потом мы все разъехались по разным городам, получать образование. Жизнь закрутилась в водоворотах. И город жил без нас, теряя наших преподавателей, которые ушли от нас очень быстро. Почти все. Все!
И вот мы стали возвращаться в свой город.
Помню свои чувства, выйдя на перрон из поезда, и  удивлённые глаза таксиста, который не знал, как довести меня до «Ленинградского проспекта», где я когда-то жила, и который куда-то исчез. Выяснилось, что исчез из города и Ленинский проспект (теперь проспект Сююмбике). Исчез Проспект 50 лет СССР (теперь проспект Хасана Туфана). Ну, а я теперь живу на «Чулман проспекты».
Удивительные события?!
Вскоре выяснилось, что исчезла научная библиотека «Камаза», разорённая чиновниками, и разграбленная ее персоналом за ненадобностью. Та самая библиотека, которую мы так любили, и  которая позволила нам поступить в Вузы, и благополучно их закончить.
Исчез кинотеатр «Батыр», проданный в управление гастрономическому бизнесу.
А мой русский город,  автогигант Набережные Челны, стал центром исламской традиции. В центре города, практически во дворе администрации города, на деньги налогоплательщиков,  во всю мощь идёт строительство соборной мечети Джамиг (на 3200 верующих), и соборной площадью для 20 тыс. человек, по турецкому образцу архитектуры. И, кроме того, в городе уже выстроены, и многие годы функционируют безумное количество мечетей, некоторые с действующими медресе (центрами исламского обучения): Мечеть Ихлас, Мечеть Утыз Имяни, Мечеть Билал, Мечеть Абузар, Мечеть Каусар, Мечеть Рамазан,  Мечеть Нур Ихлас, Мечеть Туфан, Мечеть Чишма, Мечеть Тауба и можно продолжать дальше…
Нас школьников, жизнь которых проходила между школой и домом, никогда не беспокоила эта сторона жизни. Хотя проблемы татарского национализма Байрамовой и Хакимова были на слуху. Мы были счастливы новым «неведомым Далёко», когда будет достроен, наконец, этот долгострой на Проспекте 50-лет СССР (теперь проспект Хасана Туфана). Да! Долгострой достроили…
И город заматерел. Выросли деревья посаженые нами-школьниками в парке Победы, превратившись в алею стройных берёз. И сам парк Победы через дорогу от нашей школы, заматерел.….. Потому не один год уже шла война, война за души людей.
И побывав на этой войне, я могу сказать о том, что там, в Далёком военном Донецке есть улица «50-лет СССР» и свою научную библиотеку им. Надежды Крупской дончане сохранили в период оголтелого украинства. Сохранили свою библиотеку им Льва Толстого и севастопольцы в трудные времена выживания русского города (при отсутствие государственного финансирования ее сотрудников), как символ несгибаемого русского духа. И может быть именно это  позволяет им выживать сейчас в это страшное военное время. И только в центре России с упоротостью достойной удивления, администрация города Набережные Челны  принялись устранять всё русское и советское из жилого пространства русского города. В воздухе повисли вопросы: «Зачем? Почему? Как это стало возможным?»

Набережные Челны (14.09.26).