Прах между страницами. Исторический детектив 1

Глава 1. Прибытие

Аббатство Сан-Микеле, Апеннины, октябрь 1347 года

Дождь начался на перевале и не прекращался уже третий час.

Маттео ди Барди прижался к скале, пропуская мимо мула с поклажей, и вытер лицо рукавом промокшей насквозь туники. Внизу, в ущелье, клубился туман — густой, как молоко, налитое в каменную чашу. Где-то там, за пеленой, звонил колокол. Звук доносился слабо, приглушённо, словно из-под воды.

— Ещё полмили, — сказал проводник, не оборачиваясь. — Если не свалимся.

Маттео ничего не ответил. Он смотрел на дорогу — вернее, на то, что когда-то было дорогой. Каменные плиты, уложенные ещё римлянами, теперь крошились под копытами, и между ними проросли колючие кусты. Дорога вела вверх, к зубчатой стене, едва различимой сквозь дождь. Аббатство Сан-Микеле. Одно из старейших в Тоскане. Основано в шестом веке, перестроено в десятом, укреплено в двенадцатом. Так, по крайней мере, утверждала хроника, которую Маттео изучал в Болонье.

Хроника умалчивала о многом.

Он прибыл сюда по приглашению настоятеля — получить доступ к библиотеке, одной из богатейших в Италии. Триста двадцать томов, включая палимпсесты и ранние кодексы. Для учёного, посвятившего себя изучению раннехристианских текстов, это было всё равно что приглашение в рай. Или в чистилище — в зависимости от того, как посмотреть.

Мул оступился на мокрых камнях, и проводник выругался сквозь зубы. Маттео придержал сумку с письменными принадлежностями — единственное, что он взял с собой, кроме смены одежды и рекомендательного письма от ректора Болонского университета.

Письмо было коротким. «Маттео ди Барди, магистр искусств, сведущ в латыни, греческом и древнееврейском. Проявляет интерес к текстам, которые лучше не читать. Прошу оказать содействие в меру возможностей».

Подпись: «Твой покорный слуга, Джованни да Фиезоле».

Маттео знал, что ректор недолюбливал его. Слишком много вопросов, слишком мало смирения. Но ректор также знал, что Маттео — один из немногих, кто способен разобрать палимпсест, не повредив нижний слой. А библиотека Сан-Микеле славилась именно палимпсестами — пергаментами, с которых соскоблили старый текст, чтобы написать новый. Иногда — чтобы скрыть то, что было написано раньше.

Стена аббатства вынырнула из тумана внезапно. Маттео увидел ворота — дубовые, окованные железом, с решёткой, опущенной до земли. Над воротами — каменный барельеф: архангел Михаил с мечом, поражающий дракона. Дракон был изображён странно — не змей, не ящер, а нечто среднее между человеком и птицей. Маттео нахмурился. Он не помнил такого изображения в описаниях аббатства.

Проводник дёрнул за верёвку, свисавшую из стены. Где-то внутри зазвонил колокольчик. Прошло несколько минут, прежде чем в воротах открылось маленькое окошко.

— Кто такие? — Голос был хриплым, недоверчивым.

— Маттео ди Барди, — ответил он, подходя ближе. — По приглашению настоятеля. Письмо от ректора Болоньи.

Окошко закрылось. За воротами послышались шаги, потом скрип засова. Створка приоткрылась ровно настолько, чтобы пропустить человека.

— Входите. Быстро.

Маттео шагнул внутрь. Проводник остался снаружи — ему не позволили войти. Ворота захлопнулись за спиной с глухим стуком, и Маттео оказался в узком дворе, вымощенном серым камнем. Дождь здесь был не таким сильным — стены галереи защищали от ветра.

Монах, открывший ворота, был немолод, с лицом, испещрённым морщинами, и глазами, которые смотрели куда угодно, только не на гостя.

— Брат Ансельмо, — представился он. — Привратник. Настоятель ждёт вас в трапезной. Я провожу.

Он повернулся и пошёл, не дожидаясь ответа. Маттео последовал за ним, оглядываясь по сторонам. Двор был пуст. Ни монахов, ни послушников, ни слуг. Только дождь стучал по черепице и ветер шевелил сухие листья в углах.

— Брат Ансельмо, — окликнул Маттео. — В аббатстве всегда так тихо?

Монах не обернулся.

— Сейчас время работы, — ответил он после паузы. — Все в скриптории и на полях.

Это была ложь. Маттео слышал это по голосу — слишком гладкому, слишком заученному. Но он не стал настаивать. В монастырях не любят любопытных гостей.

Они прошли через крытую галерею, мимо ряда арок, выходящих во внутренний сад. Сад был запущен — кусты роз переросли, дорожки заросли травой. В центре — каменный фонтан, сухой и потрескавшийся. Над фонтаном — ещё один барельеф. Тот же архангел. Тот же странный дракон.

— Кто изображён на барельефах? — спросил Маттео.

Брат Ансельмо остановился. Медленно повернулся. Его лицо ничего не выражало.

— Архангел Михаил, — сказал он. — Покровитель аббатства.

— А дракон?

— Зло. — Он помолчал. — Просто зло.

Он снова пошёл вперёд, и Маттео заметил, как дрогнули его пальцы, сжимавшие край рясы.

Трапезная была большим залом с низким сводчатым потолком и длинными дубовыми столами. Сейчас здесь никого не было, только свечи горели в железных подсвечниках, отбрасывая дрожащие тени на стены. В дальнем конце зала, за отдельным столом, сидел человек в чёрной рясе с серебряным крестом на груди.

Настоятель.

Он был стар — очень стар, с кожей, похожей на пергамент, и глазами, которые, казалось, видели всё и не удивлялись ничему. Рядом с ним стоял кувшин вина и две чаши.

— Маттео ди Барди, — произнёс настоятель, и голос его был тихим, но ясным. — Наконец-то. Я ждал вас.

Маттео подошёл ближе и поклонился.

— Отец настоятель. Благодарю за приглашение.

— Оставь благодарности, — настоятель махнул рукой. — Садись. Выпей вина. Ты, должно быть, замёрз.

Маттео сел напротив. Брат Ансельмо остался стоять у двери, сложив руки на груди. Настоятель налил вина в обе чаши.

— Ты знаешь, зачем я тебя позвал? — спросил он.

— Работа с рукописями, — ответил Маттео. — Библиотека вашего аббатства...

— Библиотека, — перебил настоятель. — Да. Библиотека. — Он отпил вина и поставил чашу на стол. — Скажи мне, Маттео. Ты веришь в то, что некоторые знания должны оставаться скрытыми?

Вопрос был неожиданным. Маттео помедлил с ответом.

— Я верю, что знания опасны, — сказал он наконец. — Но не верю, что их можно спрятать. Рано или поздно они найдут способ выйти наружу.

Настоятель долго смотрел на него. Потом улыбнулся — едва заметно, одними губами.

— Хороший ответ, — сказал он. — Именно поэтому я и выбрал тебя.

Он поднялся, и Маттео поспешил встать.

— Отдыхай сегодня, — сказал настоятель. — Завтра брат Ансельмо покажет тебе библиотеку. Ты найдёшь там много интересного. — Он помолчал. — И, возможно, слишком много.

Он вышел из трапезной, не оборачиваясь. Брат Ансельмо шагнул вперёд.

— Я провожу вас в келью, — сказал он.

Маттео кивнул, но прежде, чем уйти, бросил последний взгляд на стол настоятеля. Рядом с чашей лежала книга — небольшая, в кожаном переплёте, с застёжками из потемневшего серебра. Он не заметил её раньше.

На корешке не было названия. Только выжженный знак — тот же самый, что и на барельефах. Странный дракон.

Маттео отвернулся и пошёл за братом Ансельмо.

Келья, которую ему отвели, была маленькой и холодной. Кровать — узкая, с соломенным матрасом. Стол, стул, распятие на стене. Окно — забранное железной решёткой — выходило на внутренний двор.

Брат Ансельмо ушёл, не сказав больше ни слова. Маттео остался один.

Он разложил свои вещи, повесил мокрую тунику над стулом, сел на кровать. В голове всё ещё звучал голос настоятеля: «Некоторые знания должны оставаться скрытыми». Что он имел в виду? И почему выбрал именно Маттео — учёного с репутацией человека, который не боится задавать вопросы?

Он достал из сумки записную книжку и угольный карандаш. Быстро записал:

«Сан-Микеле. Первый день. Барельефы: архангел и дракон — изображение странное, не каноническое. Настоятель знает больше, чем говорит. Привратник лжёт о том, где монахи. Библиотека завтра».

Он помолчал, потом добавил:

«Книга на столе настоятеля. Без названия. Знак дракона. Возможно, связана с тем, что я ищу».

Он закрыл книжку и лёг. Дождь стучал по крыше, и где-то далеко, в глубине аббатства, звонил колокол — медленно, мерно, отсчитывая время.

Маттео закрыл глаза.

Он не знал, что уже завтра найдёт первый труп.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.