хорошо, когда вода близко, а родственники далеко

 
    Там солнце прячется от колючего мороза за ягельными сопками. И без снов хороводит на небосводе в короткое лето. На низине, в деревеньке на полсотни дворов, жизнь течет ровно. Сизый дым тянется ввысь. Скрипят запоздалые полозья. Да утренняя перебранка собак – это северная размеренность.
 
       Семьи старика Мамоновича и старика Алексааса соседствуют с незапамятных времен. Ограда к ограде, заплот к заплоту.

         Потом другая власть пришла в тайгу. Провозгласила равенство и правильный труд. Отец Мамоновича, ранее служивший приказчиком у местного купца, тотчас смекнул, что к чему. Выбился в бригадиры сельхозартели. А отцу Алексааса, от батрацкого рода, досталась доля и дальше трудиться на скотном дворе, теперь с новым рвением.
 
           В наслеге открылась школа - семилетка. В один осенний день друзья пошли в «нулевой» класс. Мамонович, в снежнобелой рубашке, кирзовые сапоги гуталином пахнут. Супротив друга, Алексаас дюже стеснялся застиранной рубашки, не знал куда девать ноги в телячьих торбазах.
 
           В школе учитель с ходу карапуза из «хребетной» семьи посадил за парту на первом ряду. Алексаасу учитель отказал соседствовать с другом. Его школьное место теперь на отшибе.

      В первый же день в малюсеньком «храме знаний» мальчикам наглядно преподана наука «кто есть кто». Народная власть, вестимо, власть неимущих и батраков, но друзья отныне не понятно разные. Одна незадача. Списывать у кого домашнее задание – дело архиважное. Потому Мамонович терпел друга с задних рядов. Шибко удивлялся, в кармане у того пусто, а голова кремень!

         Время на срединной земле не стареет, стареет и забывается сиюминутное. Многажды сходил снег. Уже выросли их дети. Возмужали, потом постарели кумовья.
      Мамонович, до пенсии перекочевавший по сельсоветовским должностям, вечно подтрунивал над неудачливым, как он считал, соседом.

       Раз в год собрание сельчан. Первым после основного доклада поднимался Мамонович во весь рост. В предвкушении момента «пробуждения от сонной скуки», всеобщее внимание переключается на него. Знают люди как отче наш, выступающий на прениях лихо «провернет» обсуждаемую тему на огнедышащую критику, что кум до сих светлых пор ютится в балагане. Что его дети, после учебы в городе не вернулись в отчий дом, а осели в далеких краях. Не гадай, «стыдятся» детишки вернуться в старую юрту – пережиток прошлого! Говорит «масляными красками» он умел
.
        Развлекал скучающий люд сей «соло – спектакль», сейчас оратор жестом обрисует в воздухе полукруг – смотрите, мол, и оцените, добрые люди, на лучшей низине высятся рядком добротные дома его троих детей! Гордость достойного сельчанина!

         Бедный старик Алексаас, по обыкновению, громко сопел, пыхтел, прорывался к трибуне – общество его потуги не замечает, председательствующий слово ему не дает. В общем, как всегда. Старик недовольно бурчал, но регламент строг, не гоже вступать в «говорение» без разрешения уважаемого президиума. Карандаш постукивал по граненому стакану, народ бодро галдел, как - никак, веселуха в деревне!
 
      Однажды случилась беда! Зима была многоснежной. С потеплением горная река вышла за крутые русла и тотчас затопила не малую половину наслега. Много горя вокруг, люди в одночасье потеряли нажитое годами непосильного труда. Под воду ушли дома, утварь, хозяйственные постройки. 

     Район объявил чрезвычайную ситуацию на территории наслега. Скудные ресурсы брошены на ликвидацию последствий природного бедствия. Организован сбор материальной помощи пострадавшим семьям.

       И тут случилось не слыханное! Прилетает вертолет, разгружают стройматериал, продукты. И, внимание! Заключающим аккордом из нутра вертолета «выплывает» сладко пахнущая продуктовая посылка. Либо денежный перевод в конверте. Персонально старику Алексаасу.  Буквально, каждый прилет вертолета с большой земли рождает зависть у сельчан. Вестимо, взрослые дети старика Алексааса, живущие далеко, целехоньки, помогают родителям.

         Нет, не в сельпо частит теперь население, а прямиком к старику Алексаасу с просьбой!  Дети всегда дети, летние дни рождения никто не отменял, да и не могут дети каждый день «лопать» тушонку гуманитарки. Приходят, топчутся, прячут глаза за былые неосторожные шутки – прибаутки. А старик Алексаас оказался гражданином понятливым!

         В наслеге кипят ремонтные работы. Все мужчины заняты там. Загвоздка в том, что деньги за работу им выдадут не известно когда, после приемки по акту.
       Тут старик Алексаас решился, наконец, построить большой дом. Далекие дети поставили суровый ультиматум – в противном случае внуков летом дедушка и бабушка точно не увидят. Супротив такого заявления нет приема. А от его старого балагана даже «розги да ножки» не остались.

      Следом забунтовали деревенские женщины. Неведомо, когда зарплату мужьям за ремонтные работы выдадут. Небось, как всегда, к зиме. А деньги нужны прямо с утра! Не за горами учебный год, и студентам пора в город. И обратно потянулись понурые мужики к Алексаасу с низким поклоном. Молва здесь быстрее трясогузки от края до края облетает. Старик Алексаас взял за моду рассчитываться за трудовой вклад каждый день! Только представьте, каково это, с «живыми» деньгами возвращаться вечером домой на радость домочадцев! Мужики составили некий устный график, чтобы по - честному.

       На сторонке молча сидел, грустел старик Мамонович. Неоткуда ждать ему помощи. Все его дети равно пострадали от проклятого наводнения. Тяжелый вопрос – как перезимовать. А по низине гремело имя доброго старика Алексааса!
      С первым снегом, на отчете районной администрации, после главы взял слово старик Алексаас. Его поднятую руку президиум тотчас заметил. Ахнул народ, будто впервые увидел старика Алексааса. Куда подевалась вечная засаленная телогрейка? И голова сидит по - другому. Худой, маленький, но человек с большим уважением, степенно поднялся на сцену сельского клуба.
       
         Нет, не  клеймил старик Алексаас старого кума Мамоновича. Он напомнил людям народную пословицу - хорошо, когда вода близко, а родственники далеко. Рыбное озеро плескается ладно, а когда беда приключится, обязательно придет помощь от детей и родственников, живущих в отдаленных краях.