Смертоносные сообщения

 
 
1.
Сегодня ночью листал "Записные книжки" Венедикта Ерофеева. Давно не читал. После его смерти мне предоставилась честь и счастье разбирать Венины тетрадки. Собственно, зимой в Абрамцеве, где он жил с Галей, незадолго до своей кончины, он про это сам меня и просил.
 
Сейчас читаю и ловлю себя на мысли, что покойный Венедикт Васильевич - непревзойденный мастер слова, конечно, был, гениальный придумыватель мемов для твиттера - коротких, злых и циничных -  смертоносные сообщения - как он сам их называет.
 
Вот пример Венечкиных твитов в будущее :
 
2.
Какой-то иностранец (1825) доносит на Запад, что при коронации Николая I в Москве "мужиков было задавлено на 8000 рублей".
 
***
Кто бы ни был прав - Библия или Дарвин - мы происходим, стало быть, или от еврея или от обезьяны.
 
***
Если б в 45 г. мы двинули бы дальше на Запад, дошли до самых западных штатов США, то по типу Суворов-Рымникский, Потемкин-Таврический, Дибич-Забалканский, маршал Жуков звался бы Жуков-Колорадский.
 
***
Спала по утрам, а по вечерам формировалась как женщина
 
***
Таня  Обухова  - не интеллект,  а все остальное на "и": инфантильность,
изнуренность, идиотизм.
 
***
Поспешишь - бля"дей насмешишь.
 
***
Есенин, утонул в 1925 г.
 
***
И улыбка познанья светилась
На счастливом лице дурака.
 
***
Жил в Одессе маленький хроменький шибздик Яшка и все ходил на костылях,
и   вот  приехал  в  Одессу  большой-большой  доктор  и  говорит  маленькому
хроменькому  шибздику Яшке:  "Слушай-ка, маленький  хроменький шибздик Яшка,
брось ты  свои костыли и ходи нормально". И бросил Яшка свои костыли, ступил
один шаг, ебнулся и дух отдал.
 
***
Лишить нашу Родину-мать ее материнских прав.
 
***
Дубовая демократия взамен стального единства
 
***
А что нам с этих трехсот грамм будет? Мы же гипербореи.
 
***
 - Это кто тут у вас, Ерофеев, все стреляет? - спрашивает она.
 - Это Амур, - отвечаю, - стреляет мне в сердце, жестокая девушка.
 
3.
Тетрадки, в которых он писал свои ежевечерние смертоносные сообщения были школьные, толстые или как их тогда называли - общие на сорок восемь листов. Всего их скопилось за время не очень длинной жизни Ерофейчика штук 10 - 12. Они стояли гурьбой на отдельной полке там же в Абрамцеве. Веня к ним относился очень бережно и смотреть никому не давал.