Приключение Сашки в деревни у бабушки

Продолжение…
Арбуз

Солнце  жарило так, будто решило лично прожарить всех дачников до состояния хрустящей корочки.  Санька, Сенька и Олег — три  друга и по совместительству гроза всех окрестных грядок — сидели за столом под старой яблоней, тяжело вздыхая.
В центре стола, как объект поклонения, возлежал ОН. Арбуз. Огромный, полосатый, весом килограммов на пятнадцать, он выглядел как снаряд, готовый к запуску в космос.
— Бабушка сказала, что он «сахарный», — прошептал Санька, сглатывая слюну. — Она его в холодильнике три часа охлаждала.
— А если он внутри розовый? — с сомнением спросил Семён, поправляя кепку. — Вдруг нас обманули?
Олег, самый решительный из троицы,  притащил из кухни и вооружился длинным  ножом, который был почти такой же длины, как его рука.
— Сейчас проверим, — торжественно объявил он.
Операция «Арбуз» началась. Олег с размаху вонзил нож в зеленую корку. Раздался оглушительный, почти пушечный треск. Арбуз, словно не выдержав напряжения, лопнул сам, ещё до того, как нож прошел насквозь. По столу разлилась сладкая розовая лужа.
— Ого! — выдохнули друзья хором.
Они набросились на добычу…так как будто не ели целый год. В ход пошли не только ложки, но и просто руки. Через пять минут лица мальчишек напоминали боевую раскраску индейцев, вышедших на тропу войны. Сок стекал по подбородкам, капал на шорты и даже, каким-то чудом, оказался на ветках яблони.
— Вкусно… — промычал Санька, выковыривая семечку из уха.
— Слушайте, — вдруг сказал Сенька, замирая с куском арбуза в руке. — А вы не думаете, что мы его слишком быстро едим? Надо же как-то… культурно.
— Культурно — это когда арбуз в животе, а не на футболке, — философски заметил Олег, вытирая лицо рукавом.
В этот момент на крыльцо вышла бабушка Сашки. Она остановилась, оглядела поле битвы: три перепачканных «арбузных монстра», гора корок, напоминающая остатки кораблекрушения, и липкие лужи, в которых уже начали тонуть мухи.
— Ну что, «сахарные» мои? — ехидно спросила она, скрестив руки на груди. — Вижу, дегустация прошла успешно.
Друзья замерли. Сашка  попытался спрятать за спину самую большую корку, но она предательски хлюпнула.
— Бабуль, мы это… мы его спасали!  Он бы сам лопнул от жары! Мы предотвратили катастрофу!
— Предотвратили, значит, — кивнула бабушка, доставая из кармана фартука тряпку. — Ну, раз вы такие спасатели, то сейчас будете спасать деревянный настил и липкий пол. А потом — марш в душ. И чтобы ни одной семечки на себе в дом не принесли!
Друзья переглянулись. Сенька икнул, издав звук, подозрительно похожий на лопающийся арбуз.
— Зато какой был вкусный, — прошептал Олег, когда бабушка скрылась в доме.
— Ага, — согласился Санька, с трудом поднимаясь с лавки. — Только вот ходить тяжело. Кажется, я теперь сам как арбуз. Если меня кто-нибудь стукнет по животу, я тоже с треском лопну. Мальчуган, пытаясь встать, издал жалобный стон, так как его шорты, еще минуту назад сидевшие вполне свободно, теперь впились в тело, как тиски.
— Слушайте, — пропыхтел он, пытаясь отлепить прилипшую к локтю арбузную корку, — а если бабушка нас заставит ещё и грядки полоть? Я же сейчас не то, что сорняк, я даже собственную ногу не подниму.
Олег, который уже начал оттирать липкое пятно на столе, вдруг замер. Его глаза округлились, а лицо приобрело оттенок того самого «сахарного» арбуза.
— Пацаны… — прошептал он, глядя куда-то в сторону сада. — А вы не помните, сколько мы съели?
— Ну, килограммов десять, — ответил Санька, с трудом переставляя ноги к ведру с водой.
— Нет, я про семечки! — Олег с ужасом указал на свой живот. — В мультике показывали, что если проглотить семечку, то внутри вырастет арбуз. А я их штук пятьдесят проглотил! Представляете, что будет, если они внутри прорастут? Я же стану ходячей бахчой!
Сеня, который до этого момента чувствовал себя вполне довольным жизнью, побледнел. Он судорожно начал вспоминать, сколько семечек отправилось в его желудок вместе с сочной мякотью.
— Ой, мамочки… — пробормотал он, прислушиваясь к ощущениям в животе. — Кажется, я чувствую, как они пускают корни. У меня там внутри уже целая плантация!
Сашка, который был самым прагматичным из троицы, скептически хмыкнул, хотя сам на всякий случай приложил ладонь к животу.
— Да ладно вам, — сказал он, хотя голос его предательски дрогнул. — Чтобы арбуз вырос, нужна земля, вода и солнце. А у нас внутри только… ну, арбуз. Может, они просто перегноем станут?
— Ага, — мрачно отозвался Олег, — удобрением для нас самих. Представляете, придем мы в школу первого сентября, а из ушей — усики, из карманов — полосатые бока! Учительница в обморок упадет.
В этот момент  донесся строгий голос бабушки:
— Спасатели! Вы там всё отмыли или решили, что он сам высохнет? И не забудьте про стол, он тоже липкий!
Друзья вздрогнули. Сеня, стараясь двигаться как можно осторожнее, чтобы не «повредить рассаду» внутри, потянулся за тряпкой.
— Слушайте, — прошептал он, наклоняясь к друзьям, — давайте так: если завтра утром мы проснемся и почувствуем, что стали тяжелее или начали зеленеть — сразу бежим к колодцу. Будем поливаться, чтобы не засохнуть.
— Договорились, — серьезно кивнул Олег. — Но если я начну цвести, чур, вы меня не срываете!
Они принялись за уборку с таким усердием, будто от чистоты пола и стола зависело, прорастут семечки или нет.
          Вечер опустился на поселок, принеся с собой долгожданную прохладу. Друзья лежали на сеновале, глядя в щели крыши на первые звезды. Животы у всех троих были натянуты, как барабаны, и каждый шорох в траве заставлял их вздрагивать.
—Как жаль, что родители лишили нас телефонов на лето,- хором произнесли мальчишки.- А то бы»Тик-ток» посмотрели.
----Слышали? — прошептал Олег, вцепившись в край одеяла. — Что-то булькнуло. Точно, это сок бродит. Сейчас как рванет!
Санька, который пытался уснуть, свернувшись калачиком, застонал:
— Да не рванет оно. Просто арбуз внутри укладывается. Ему же тоже надо место найти.
Сенька, лежавший с закрытыми глазами, вдруг резко сел. Его лицо в лунном свете казалось неестественно бледным.
— Пацаны, — прошептал он, — я сейчас чихнул, и мне показалось, что у меня внутри что-то шевельнулось. Как будто усик по печени поскреб.
В тишине сеновала повисла звенящая пауза. Сеня нервно сглотнул.
— Может, это просто газики? — робко предположил он.
— Какие газики? — возмутился Олег. — Это фотосинтез! Мы же сегодня на солнце весь день были. Мы сейчас как теплицы!
В этот момент снизу, из сада, раздался странный звук: «Хлюп-хлюп». Друзья замерли, перестав дышать. Звук повторился. Это был ритмичный, влажный шлепок, будто кто-то шел по мокрой траве в резиновых сапогах, полных воды.
— Это оно, — прошептал Санька, вжимаясь в сено. — Арбузный мутант идет за нами. Наверное, тот, что мы не доели, решил отомстить за своих братьев.
Они прижались друг к другу, превратившись в единый комок. Звук приближался к лестнице. Кто-то начал медленно, с тяжелым сопением, подниматься на сеновал. С каждой ступенькой раздавалось характерное «крях-крях», напоминающее треск арбузной корки под ножом.
— Всё, — прошептал Сенька, закрывая глаза. — Прощайте, пацаны. Если выживете, не давайте меня поливать, я не хочу быть кабачком.
Голова «чудовища» показалась над краем сеновала. Друзья зажмурились и приготовились к худшему, но вместо рыка или арбузного хруста раздался знакомый, слегка ворчливый голос:
— Ну что, «огородники», не спится? Я вам тут чаю с булочками  принесла, а то после такого количества сахара у вас животы к утру в тыквы превратятся.
Это была бабушка. Она держала в руках поднос с кружками. Увидев три перепуганные физиономии, она расхохоталась.
— Какие же вы смешные! — вытирая слезы, сказала она. — Не вырастет у вас ничего, кроме лишних килограммов. Арбуз — он в желудке переваривается, а не в грядку превращается. По чаще в туалет бегайте… почки очистятся.
Пейте чаёк с булочками, «арбузные короли», и спите спокойно. Друзья медленно выдохнули. Напряжение, державшее их весь вечер, лопнуло, как тот самый арбуз. Они с жадностью набросились на булочки, чувствуя, как внутри наконец-то наступает долгожданный мир.
— Слышь, — сказал Олег, допивая кружку и с облегчением поглаживая живот, — а ведь бабушка права. Никаких усиков.
— Ага, — согласился Ванька, укладываясь на бок. — Но на всякий случай… дня три теперь  арбуз не едим.

Сливы

Однажды летом два лучших друга — Санька и Сенька — решили, что быть хорошими мальчиками скучно и решили немного пошалить. Поэтому они перелезли через старый, покосившийся забор с табличкой «Заброшенный сад. Вход строго запрещён».
— Это не про нас, — уверенно произнёс  Санька.
— Логично, — кивнул Сенька и первый полез через забор.
Сад был огромный, заросший, и в самом центре росла гигантская старая слива, усыпанная такими сочными, тёмно-фиолетовыми сливами, что у мальчишек сразу потекли слюни. Они набрали полные карманы, набили за пазуху, даже в кепки насыпали. Сенька умудрился засунуть три штуки себе в рот «чтобы не потерялись».
— Сень, ты идиот, — сказал Санька, давясь от смеха.
— Зато теперь у меня три запасных , — гордо ответил Сенька и чихнул. Одна слива вылетела и попала Саньке точно в лоб.
Вот тут-то всё и началось…
Сначала они услышали странный звук. Как будто кто-то очень большой и очень старый медленно выпускал воздух из огромной резиновой утки.
— Это ветер? — шёпотом спросил Санька.
— Это мой живот после трёх слив, — честно ответил Сенька.
Но звук повторился.
Мальчишки замерли. Из густых зарослей лопухов, которые были размером с обеденный стол, показалось нечто огромное, лохматое и подозрительно напоминающее старый ковёр, сбежавший из химчистки. Существо издало утробное «ПФФФ-ХРЮ-У-У» и начало медленно приближаться, переваливаясь с боку на бок.
— Это медведь! — прошептал Санька, вжимаясь в ствол сливы так, что стал похож на приклеенный к дереву пластырь.
— Хуже! Тут медведи не водятся,— пропищал Сенька, у которого от страха сливы  начали вибрировать. — Это Сливовый Монстр! Он питается мальчиками, которые воруют его урожай!
Монстр сделал ещё шаг, и тут из его «шерсти» выпал… старый, дырявый ботинок. А следом за ним — помятая консервная банка. Существо снова издало звук сдувающейся утки, и в этот момент из-под лохматой кучи показалась морда. Это был не медведь и не привидение. Это был козёл по кличке Борька, который каким-то образом умудрился запутаться в старой рыболовной сети, брошенной в саду, и теперь выглядел как самый нелепый йети в мире.
Борис, запутавшийся в сетях, банках и обрывках штор, выглядел настолько комично, что Санька, который секунду назад готов был завещать свою коллекцию наклеек маме, вдруг начал тихонько хрюкать.
— Сень… — прошептал он, — это же бодливый козёл. Он просто… он просто изображает чудовище.
Борис сделал попытку боднуть воздух, но зацепился рогом за ветку, и с него свалилась старая соломенная шляпа. Козёл посмотрел на мальчишек с таким выражением «ну и чего вы тут стоите, помогите распутаться, идиоты», что Сенька не выдержал.
Он так громко расхохотался, что сливы, которые он держал во рту, вылетели, как снаряды из катапульты, и одна из них попала прямо в нос животному. Козёл обиженно чихнул, сеть на нём дёрнулась, и он, пытаясь освободиться, начал исполнять такой зажигательный танец, что мальчишки повалились в траву, держась за животы.
— Смотри! — визжал Сенька, катаясь по земле. — Он делает брейк-данс! Козёл — король дискотеки!
Козёл, окончательно запутавшись в своих «украшениях», сделал кульбит и с грохотом свалился в кучу сухой травы, подняв облако пыли. Он лежал там, дрыгая ногами в рыболовной сети, и выглядел как самый несчастный и одновременно самый смешной козёл в истории человечества.
Мальчишки, забыв про страх, подбежали к нему и начали распутывать «монстра».  Освободившись, козёл  не стал их бодать. Он просто подошёл к карману Саньки, аккуратно вытащил оттуда сливу, сжевал её вместе с косточкой, довольно мекнул и потрусил к забору, помахивая хвостом, как будто ничего и не было.
— Знаешь, — сказал Санька, вытирая слёзы от смеха, — в следующий раз, когда захочется слив, давай просто купим их в магазине. Там хотя бы козлы монстами не представляются.
— Согласен, — кивнул Сенька, выковыривая из кармана остатки сливы. — Но согласись, это было лучшее шоу в это лето!


Гусак
Санька считал себя человеком серьезным. В свои восемь лет он уже умел самостоятельно завязывать шнурки (правда, иногда они связывались в морской узел, который приходилось разрезать ножницами) и знал, что в магазине хлеб лежит в самом дальнем углу, чтобы покупатели по пути набрали еще кучу ненужных сладостей.
В тот день бабушка дала Саньке банковскую карточу и  список: «Хлеб, молоко, пакет кефира и что-нибудь к чаю».
На обратном пути, нагруженный пакетами, как верблюд в пустыне, Санька встретил соседку, бабу Валю. Бабушка Валя была женщиной бодрой, но её сумка с продуктами весила столько, будто внутри был спрятан небольшой сейф.
— Санюшка, милый, помоги! — всплеснула руками она. — Спину прихватило, как будто в неё кто-то стрелу выпустил!
Саша, как истинный джентльмен, взвалил на себя бабушкину сумку. Теперь он напоминал не верблюда, а перегруженный грузовик, который вот-вот развалится на запчасти.
Они шли по узкой тропинке мимо пруда, когда из-за кустов раздалось грозное: «ГА-ГА-ГА-А-А!»
На дорогу вышло стадо гусей. Возглавлял их Гусак — огромный, белый, с глазами, полными решимости и ненависти ко всему человечеству. Он вытянул шею, как перископ подводной лодки, и зашипел так, будто у него внутри спустило колесо.
— Ой, батюшки! — пискнула бабушка Валя и спряталась за спину Саньки.
Санька, обвешанный пакетами, почувствовал себя рыцарем в доспехах, только вместо меча у него был батон, а вместо щита — пакет с кефиром.
— Кыш! — храбро крикнул Санька.
Гусак не впечатлился. Он сделал шаг вперед, расправил крылья и издал звук, похожий на рык динозавра. Стадо за ним одобрительно громко загоготало.
— Санька, беги! — прошептала бабушка.
Но Санька не мог бежать. Если он побежит, пакеты порвутся, молоко разольется, а кефир превратится в коктейль прямо в штанах. Он решил применить тактику «психологической атаки».
Выставил вперед батон, как шпагу, и начал медленно отступать, глядя гусаку прямо в глаза. Гусак тоже начал медленно наступать, не мигая. Это была дуэль взглядов.
— Ты чего, птица, совсем страх потеряла? — пробормотал Санька. — У меня тут кефир, я за него отвечаю!
В этот момент из пакета с продуктами предательски выпала пачка печенья. Она с глухим стуком упала прямо перед носом Гусака.
Гусак замер. Он посмотрел на печенье, потом на Саньку, потом снова на печенье. Его воинственный настрой мгновенно испарился. Он клюнул печенье, распробовал его и издал вполне дружелюбное «га».
— О! — удивился Санька. — Так ты дружок просто проголодался?
Он аккуратно достал из пакета еще одну печеньку и бросил её в сторону от тропинки. Стадо, как по команде, развернулось и дружно побежало за угощением. Гусак напоследок посмотрел на Саньку, как будто хотел сказать: «Ну, парень, ты нормальный, в следующий раз приноси по больше», — и гордо прошествовал вслед за своими дамами.
Бабушка Валя вытерла пот со лба:
— Ну, Саша, ты прямо укротитель диких зверей! Тебе в цирке надо работать.
Санька гордо выпрямился, отчего пакет бабушки Вали  предательски хлюпнул и выкатился большой персик  и покатился по наклонной дорожке к пруду и плюхнулся в воду.
Санька, чувствуя себя героем, который только что предотвратил гусиный апокалипсис, решил, что спасение  редкого плода — это дело чести. Он поставил пакеты на землю, закатал рукава и, приняв позу олимпийского пловца, заглянул в воду. Персик, как ни в чем не бывало, лежал в воде.
— Сейчас, бабуль, я его выловлю! — пообещал Санька.
Он потянулся к воде, но в этот момент его ботинок предательски скользнул по мокрой траве. Санька взмахнул руками, как раненый альбатрос, и, чтобы не упасть в пруд, схватился за ближайший куст. Куст оказался колючим шиповником.
— А-а-ай! — взвизгнул Санька, отпрыгивая назад.
От резкого движения ногой пакет с кефиром, который он так бережно охранял, не выдержал нагрузки.
Санька замер. Кефир фонтаном облил ботинок мальчишки .Ситуация была критической. Гуси, услышав шум, обернулись. Гусак-предводитель, дожевывая печенье, с интересом наблюдал за тем, как мальчик в кефире пытается залезть в воду.
Соседка смеялась так, что даже гуси начали гоготать в такт, словно поддерживая её.
— Ну, Санюшка, — вытирая слезы от смеха, сказала она, — ну и помощник! Пришел хлеба купить, а устроил нам тут спа-процедуры и кормление дикой фауны. Пошли домой, горе ты мое луковое. Персик ещё куплю, а кефир... ну, кефир гуси выпьют, им полезно. Санька, гордо подняв голову, взял в руки пакеты и  несмотря на то, что один его ботинок хлюпал,  зашагал рядом с бабушкой.
Продолжение……..