Три непринятых звонка

На заправке Денис обнаружил, что денег осталось только на четыре литра бензина.

— Залей два, — сказал Ромка. — На остальные возьмём бутылку.

— А ехать на чём?

— До клуба хватит. Обратно что-нибудь придумаем.

Ромка всегда что-нибудь придумывал. Обычно его решения оплачивал Денис.

Они вышли из магазина с дешёвым алкоголем, сигаретами и пачкой жевательной резинки. Телефон в кармане Дениса снова завибрировал.

«Лена».

Он посмотрел на экран и сбросил вызов.

— Опять домой зовёт? — усмехнулся Ромка.

— Говорит, что я обещал приехать к одиннадцати.

— Ты ей много чего обещал.

Денис засмеялся громче, чем требовала шутка, сел за руль и завёл двигатель.

Клуб находился на другом конце города. Они ехали с открытыми окнами, хотя ночь была холодной. Музыка гремела так, что дрожало зеркало заднего вида. Денис прибавлял скорость на каждом свободном участке дороги.

Ему нравилось ощущение, будто город не успевает его удержать.

В клубе Ромка исчез почти сразу. Денис видел его то возле бара, то рядом с незнакомой компанией. За напитки снова пришлось платить самому.

К полуночи рядом с Денисом сидела девушка в серебристой куртке. Она несколько раз назвала его Димой, но он не стал поправлять. Какая разница, как тебя зовут, если музыка громче любого имени?

Телефон продолжал вибрировать.

Три пропущенных вызова от Лены.

Потом пришло сообщение:

«Я больше звонить не буду».

Денис прочитал его и убрал телефон экраном вниз.

— Что случилось? — спросила девушка.

— Ничего.

— Тогда почему у тебя такое лицо?

— Какое?

— Как будто ты только что что-то потерял.

Он заказал ещё два стакана.

Около трёх часов Ромка объявил, что в другом районе начинается настоящая вечеринка.

— Там нас ждут! — крикнул он.

— Кто?

— Какая разница? Поехали!

На улице Денис некоторое время не мог попасть ключом в замок автомобиля. Девушка в серебристой куртке посмотрела на него и отступила.

— Ты же не собираешься вести машину?

— Я прекрасно себя чувствую.

— Все пьяные так говорят.

Она вызвала такси и уехала.

Ромка плюхнулся на пассажирское сиденье.

— Не слушай её. Нам тут десять минут.

Денис включил двигатель.

Первые несколько кварталов дорога была пустой. Потом пошёл мокрый снег. Асфальт заблестел в свете фонарей, и машина стала хуже слушаться руля.

— Быстрее! — подгонял Ромка. — Они без нас всё выпьют!

На перекрёстке загорелся жёлтый сигнал. Денис нажал на газ.

Из темноты появился велосипед.

Он вылетел на дорогу внезапно — маленький, с квадратным жёлтым коробом за спиной. Денис ударил по тормозам. Машину развернуло. Ромка закричал. Перед глазами мелькнули фонарь, ограждение и белое от ужаса лицо велосипедиста.

Автомобиль остановился поперёк дороги.

Несколько секунд никто не двигался.

Потом велосипедист медленно поднялся с асфальта. Он упал, пытаясь увернуться, но машина его не задела.

Денис выбрался наружу.

Перед ним стоял мальчишка лет восемнадцати. Его рука была ободрана, переднее колесо погнулось.

— Ты цел? — спросил Денис.

— Вроде да.

— Прости.

Мальчишка посмотрел на него, потом на автомобиль.

— Вы пьяный?

Денис хотел привычно сказать, что всё нормально. Что он контролировал ситуацию. Что дорога скользкая, сигнал менялся, велосипедист сам выскочил неизвестно откуда.

Но впервые за много лет не смог произнести ни одной лжи.

— Да.

Мальчишка сел прямо на мокрый бордюр. Его трясло.

— У меня мама после операции, — сказал он. — Я ей лекарства вёз.

Эти слова прозвучали тише падающего снега, но Денис услышал их отчётливее клубной музыки.

Ромка высунулся из машины:

— Хорош разговаривать! Никого же не сбили. Поехали!

Денис посмотрел на него и вдруг увидел не друга, а человека, который много лет помогал ему не замечать самого себя.

— Выходи.

— Чего?

— Выходи из машины.

— Ты совсем?

— Совсем. Ключи я тебе не дам. Вызывай такси.

Ромка выругался, хлопнул дверью и ушёл, не попрощавшись.

Денис поднял велосипед, положил его в багажник и вызвал две машины: одну — для юноши, вторую — для себя. Потом отдал водителю адрес круглосуточной аптеки и деньги, оставленные на бензин.

— Этого мало, — сказал водитель.

Денис снял часы и положил рядом.

— Тогда возьмите их.

Домой он приехал перед рассветом.

Ключ не поворачивался. Лена сменила замок.

Денис сел на ступеньку и впервые не стал стучать, звонить и требовать, чтобы его впустили. Он понимал: за одну ночь нельзя вернуть доверие, которое разрушал несколько лет.

Телефон показывал три непринятых звонка.

Он написал:

«Ты была права. Я не прошу поверить мне сегодня. Я сам себе сегодня не верю. Но я остановился и хочу начать лечение. Если когда-нибудь разрешишь, я расскажу всё лично».

Ответа не было.

Денис просидел у двери до утра. Потом нашёл в телефоне адрес реабилитационного центра и вызвал такси.

Через неделю Лена прислала всего два слова:

«Продолжай идти».

Он перечитывал их каждый вечер, когда хотелось сбежать, найти старых друзей и снова доказать всем, что ему безразлично, сколько он продержится.

Теперь Денис знал: человеку, которому действительно всё равно, не приходится так часто об этом кричать.