Глава 38. День пятый. Мир людей. День. выход из сд

Сергей Борисович услышал протяжный вой, похожий на плач человека. По телу его пробежала дрожь. Это не был страх. Чувство сострадания захлестнуло его, словно он услышал голос отца, зовущего своего пропавшего сына. Опытный следопыт постоял, вслушиваясь сквозь туман, и, горько вздохнув, повернул обратно на тропу.

Отдыхая прямо на влажной траве вокруг сложенных в кучу рюкзаков, ребята с нетерпением ждали его возвращения. Стоило таёжнику появиться, как все вскочили и, окружив старика, разом загалдели, перебивая друг друга.

— Ну, какие новости?.. Вы нашли Александра?.. Что будем делать теперь?.. Надо вернуться на поляну…

— Тихо, прошу вас, — подняв руку и успокаивая группу, громко, но спокойно ответил Сергей Борисович. Он на ходу придумывал убедительные аргументы. — Я, как видите, не нашёл Александра. Но зато обнаружил следы: примятую траву, свежеобломанные ветки и прочее. Он, свернув с тропы и плохо ориентируясь в таком тумане, судя по всему, ушёл вперёд. Поэтому нам без промедления нужно его догонять. Уверен, что мы его найдём!

Старик махнул вглубь извивающейся тропы, что пропадала в тумане. Все, возбуждённо переговариваясь, собрали рюкзаки, и отряд быстро двинулся дальше. Завывание ветра уже давно стихло, а туман стал постепенно рассеиваться. Сергей Борисович шёл, задумавшись. Опять Хранитель помог им, точнее, заблудившемуся Александру. У таёжника не было повода не доверять словам волка. Тем более, когда он, находясь в Карельском квадрате, прикоснулся к знаку волка на стволе сухой берёзы, с ним кое-что произошло. Раньше он помнил своё детство отрывками, только яркие моменты, а сейчас вся его деревенская жизнь, словно художественный фильм, пробежала перед его глазами со всеми подробностями. Он не только опять свободно разговаривал на вепсском языке, но, как и раньше, снова размышлял на нём. Он даже не заметил, как последнее время стал забывать некоторые слова и заклинания на родном языке и осознал это только сейчас. Будучи наблюдательным и умея анализировать, Сергей Борисович всё чётче видел связь между этим волком с изумрудными глазами и своей судьбой. Проскользнувшая мысль, что посетила его у той берёзы, снова вернулась к нему. Отец убеждённо говорил, что его старший сын вырос в лесу, с волками. И именно волк всегда сопровождал его в тайге и не раз выручал. Он умеет разговаривать…

«Неужели отец не помешался рассудком от горя, а просто знал больше, чем говорил?» — подумал он. Старик резко остановился — так неожиданно пришло это озарение.

— Что-то случилось? — забеспокоилась Даша, чуть не столкнувшись с идущим впереди таёжником. — Вы забыли что-то или, наоборот, вспомнили?

— Вспомнил, дочка, вспомнил… — взяв себя в руки, улыбнулся Сергей Борисович. Глаза его горели немного пугающим, радостным блеском. — Это воспоминания из детства, не обращай внимания. Такое бывает у нас, одиноко гуляющих по тайге. Идёшь так, думаешь о чём-то своём, и тут — бум, в голову приходит давно забытое или идея какая.

— Понимаю, — сочувственно проговорила Даша, но поёжилась от его взгляда, обернувшись за молчаливой поддержкой к идущим позади ребятам. — Тропа, кажется, пошла в гору, — заметила она.

— Так и есть, — согласился старик. — Я даже догадываюсь, где мы. Но этого не может быть.

— И это говорите вы, человек, который тайгу прошёл вдоль и поперёк? — устало усмехнулся Костя. — После всего, что с нами случилось, я ничему уже не удивляюсь. По приезде домой запишусь к психологу, иначе у меня кукуха слетит.

— И где мы, по-вашему? — вмешался Вячеслав Юрьевич, обращаясь к проводнику.

— Судя по всему — это гора Во;ттоваара, — задумчиво ответил Сергей Борисович. — Но она в сотнях километров от района, по которому мы блуждали.

— Если вы правы, то это действительно очень странно, — профессор достал блокнот и ручку и стал записывать.

Тем временем тропа становилась всё круче, увлекая идущих к вершине горы.

Туман практически рассеялся. Стояла непривычная тишина. Группа собралась вокруг проводника.

— Как тут красиво! — восхищённо проговорила Даша, рассматривая с вершины горы леса, уходящие за горизонт.

— Ага, — Костя недовольно хмыкнул, сняв рюкзак и бросив его на камень. — Покорёженные сухие деревья, как будто застывшие в муках души, и сухая трава. Груды камней, поросшие мхом. Точно царство злых духов. Ну прямо, как вы любите.

Он с усмешкой посмотрел на Дашу. Улыбка пропала с лица девушки.

— Вот умеешь ты испортить настроение и нагнать страху, — с укором заявила Катя, обняв Дашу. — Не слушай этого придурка. Тут действительно по-своему красиво.

— Значит, когда Борисыч рассказывает жуткие истории про тайгу — это нормально, — завёлся Костя, — а стоило мне что-то похожее сказать, я уже придурок?

— Сравнил! — Катя свысока посмотрела на парня. — Одно дело, когда знающий человек предупреждает, и совсем другое, когда ты тут свои больные фантазии озвучиваешь.

Костя хотел возразить, но ему помешал непонятно откуда появившийся ветер, который неожиданно налетел на них, чуть не сбив всех с ног.

Искорёженные сухие деревья стали поскрипывать, подчиняясь его мощи, а ветер, кружа между скалистой породой, грозно завывал, словно предупреждая путников о грозящей им опасности.

— Тут всегда так неожиданно меняется погода? — поинтересовалась Катя, подняв воротник своей жёлтой куртки.

— Да, — ответил ей Вячеслав Юрьевич. — Мы, как и предполагал Сергей Борисович, на горе Во;ттоваара. Одна из высоких точек Карелии — более чем пятьсот метров над уровнем моря. Вершина горы ровная, тут нет лесов, которые удерживали бы ветра. Вытянутая форма, протяжённостью семь километров, тоже способствует разгулу стихии.

— Всё так… — задумчиво поглаживая бороду, согласился таёжник. — Но чувствую, что тут творится что-то неладное.

— Да ладно вам наводить страху, — отмахнулся Костя и уселся на валун. — Мы и так натерпелись всякого. Главное — вышли к знакомому месту. Тут рукой подать до Су;ккозера, кажется, двадцать километров. Там у мужиков есть внедорожники. Вот связь поймаем, и они вывезут нас отсюда. Считай, уже дома.

Он достал телефон и попытался подключиться к спутниковой связи. Но экран, не успев загореться, тут же потух. Костя грубо выругался.

— Что случилось? — поинтересовалась, подсев к нему, Даша. — Села зарядка?

— Ну да, чёрт бы побрал эту солнечную батарею! — в сердцах огрызнулся Костя. — Столько бабла выкинуто, а толку ноль!

Катя и Вячеслав Юрьевич тоже достали свои телефоны. Они грустно переглянулись. Разряженные аппараты даже не включались.

— Такого быть не может, — растерянно проговорил профессор, протягивая телефон Сергею Борисовичу. — Он всё это время лежал в прозрачном кармашке и должен был подзарядиться от солнечного света.

— Говорю же, что-то тут не так… — снова проговорил таёжник. — Будьте осторожны. Сейчас опасно передвигаться по вершине. Желательно не прятаться за скальной породой. Камень может оторваться и упасть. И деревья тут не защита. Лучше найти низину и там отсидеться. Успокоится ветер — там и порешаем, как дальше быть.

Спорить никто не стал. Нашли невысокую низину между валунами и укрылись там.

Вдруг по вершине прокатился леденящий кровь смех.

— Это что такое? — взвизгнула Даша и прижалась к Косте. — Я такое слышала уже. Помните, Сергей Борисович?

Старик ничего не ответил, резко поднял руку и прислушался. Костя обнял Дашу, испуганно озираясь. Его сердце колотилось от страха. Катя спряталась за спину профессора. Тот, открыв рот и поправляя очки, приготовился снова увидеть что-то необычное, выходящее за грани науки. По его телу пробежала мелкая дрожь от волнения.