Новогодние приключения на Планете Крыс

            Имена героев изменены, события вымышлены,
любое совпадение – чистой воды случайность…

В детстве «Алиса в стране чудес» была моей любимой книгой.
Этот рассказ, написанный в 2007 году, - моя попытка подражать Л. Кэрролу,
Перенести события в современность.
Рассказ написан при активном участии моей дочери.

 
                В эту новогоднюю ночь мне, как всегда, не спалось. Где-то часы пробили двенадцать. Тотчас раздались взрывы петард, со свистом взлетали фейерверки. Ну вот, уже полночь, а заснуть опять никак. Родители встречают Новый год у друзей, а я снова одна, как та Луна, что залила своим светом мою детскую, нарочно светя прямо в глаза.

                Скинув с себя одеяло, я подошла к окну, чтобы задернуть шторы. Шел снег. Снежинки то кружили в вальсе, то, хватаясь за лучики друг друга, мелькали в хороводе и падали на белоснежный сверкающий ковер из их предшественниц. Они переливаясь серебром и сияли точно крохотные звезды, которых в эту ночь на небе было немало. Холодные огоньки… До них не дотянуться рукой… Остается только надеяться, что и на них тоже есть жизнь, с которой можно подружиться. Это только с Земли они кажутся такими маленькими и хрупкими, на самом деле это огромные пламенные гиганты, просто между нами сотни или даже тысячи световых лет. То ли дело Луна. Она гораздо ближе. И может быть, на ней живут какие-нибудь «лунатики», ведь наш безмолвный спутник всегда повернут одной и той же стороной – светлой, а на темную – люди заглянуть боятся. Вдруг «лунатики» тоже боятся, и вот так мы и шарахаемся друг от друга на протяжении веков…

                Внезапно на фоне изрытого кратерами лунного лика промелькнула тень. «Ну, вот, уже глюки начались! Всё – спать!» – сказала я самой себе и снова нырнула под одеяло.

                Во дворе поднялся ветер, снежинки застучали в стекло. Веки тяжелели, неудержимо клонило ко сну, но перед тем, как глаза сомкнулись окончательно, краем глаза я уловила какое-то движение. Почему-то показалось, что открылась форточка. Вернулся гуляка-кот со своей еженощной прогулки? Не мешало бы проверить.

                Приоткрыв один глаз, я увидела, что форточка действительно открыта, и из нее до самого пола свисает конец какого-то каната. Я открыла второй глаз. Теперь из форточки свисал не только канат, но и чьи-то ноги. Сама же форточка оказалась заткнута чьей-то массивной тушкой в серой меховой шубке.
                «Так это же Дед Мороз! – догадалась я. – А по этому канату он спускается! …Или им завязан мешок? – терялась я в догадках. – В таком случае, почему он серый? ...И шуба тоже? ...Наверное, чтобы под покровом ночи не так было заметно! Где же тогда его олени? Во дворе места для парковки не хватит…  Да, и для взлета тоже. Значит, все-таки Дед Мороз летает на санях с антигравитационным двигателем! …Если вообще на санях… Может, на летающей тарелке? Хотя, вряд ли…»

                Тем временем, этот странный Дед Мороз вылез полностью. Он был одет в серую пушистую шубу и такие же мохнатые штаны, на голову была надета серая шапка с двумя большими ушами (наверное, нечто сверх модное).  За ним волочилось то, что я вначале приняла  за канат. О, ужас – это был хвост! Так вот, как выглядит настоящий Дед Мороз! Не мудрено, что его никто не видел. Встанут ночью, увидят такое – и в обморок! А утром проснутся – подумают, что приснилось! Надо бы сфотографировать, а то никто не поверит!

                Осторожно, чтобы его не спугнуть, я начала нащупывать фотоаппарат в ящике прикроватной тумбочки. Дед Мороз тем временем уже подошел к елке. Я тихонько подкралась и навела «Полароид». Щелчок. Вспышка. Фото, лениво зажужжав, принялось выползать через узкую щель в аппарате.
 
                Дед Мороз вздрогнул всем телом и издал звук, похожий на писк автосигнализации. В стене появился темный вихрь – жерло некоего портала. Подхватив всё, что лежало под елкой, этот тип ринулся в дыру.

                «Нет, мне это нравится! – Удивилась я подобной наглости. – Это какой-то неправильный Дед Мороз! Зачем он стащил подарки?» Родители положили их для меня и младшего брата и теперь наверняка подумают, что это моих рук дело. Недолго думая, я бросилась вслед за воришкой в отверстие, которое с каждой секундой становилось все уже и уже. С трудом протиснулась в дыру и поняла, что лечу, но не вверх – к звездам, а вниз – падаю прямо на них.
 
                Надо мной нависал голубой шар нашей планеты, с каждым мгновеньем уменьшающийся в размерах. Когда он стал величиной с елочную игрушку, хрупкую и стеклянную, мимо меня медленно пролетел какой-то космический корабль. Увидев, как вытягиваются лица астронавтов, столпившихся у иллюминаторов, я не удержалась и показала им язык.
               
              Скорость моя увеличивалась, мимо проносились звезды, спиралью раскручивались галактики. Сияющие блеском драгоценных камней звезды, будто нанизанные на невидимые нити гравитационных полей, складывались в нескончаемое ожерелье вселенной, распростершей свои усыпанные алмазами крылья в бездну бесконечной пустоты. Издали сверкающие бусинки казались чистой воды бриллиантами, блистающими холодным отстраненным сияньем. Вблизи же они горели живым пламенем солнц, дарующим планетам жизнь, и протягивали ко мне свои руки-протуберанцы в пламенном приветствии.

                Мое падение вновь ускорилось. Казалось, словно я растворяюсь в космосе. Моя догадка оказалась верна, я посмотрела на себя… Меня не было… Я подняла голову вверх. Где-то там безнадежно далеко отставшее летело мое тело. Может быть оно теперь превратится в небесное и так и будет скитаться среди звезд и галактик? Глупая мысль, но мне почему-то стало грустно. Потерять в космосе саму себя, что может быть трагичней!? Увижу ли я еще когда-нибудь свою любимую пижамку? Или так и буду призрачной тенью метаться по бескрайним просторам Вселенной, как корабль без пристани? Весьма прискорбно было это сознавать, но вдруг там – бесконечно далеко позади – на моих отставших щеках космическими льдинками застыли слезы? И что, если я – уже не я, а кто-то другой?

                Свет звезд казался смазанным. Неужели я лечу со сверхсветовой скоростью? Светящиеся искорки длинными черточками мелькали со всех сторон. Меня будто внесло в какой-то тоннель и тащило через всю галактику к чему-то необычайно массивному в ее центре. Я продолжала набирать скорость, и, когда она достигла своего предела, резкое торможение выбило меня из колеи. Остановка была настолько внезапной, что я перекувыркнулась через голову и сразу же увидела некий космический объект. Сложно сказать, что это было: звездный корабль или небольшая планета. Наверное все же планета или ее крупный обломок, усеянный кратерами. Но они не были похожи на кратеры Луны, поскольку были гораздо глубже, и создавалось впечатление, что эти бездонные дыры пронзают планету насквозь.

                Идеальной формы отверстия напоминали сырные дырочки, а странно желтый цвет планеты дополнял ассоциацию. Вы не подумайте, что я была жутко голодной, но это космическое тело уж слишком напоминало лакомый кусочек сыра, надкушенный с одной стороны самым неприличным образом. Да, да! Именно надкушенный! Потому что четко просматривались следы чьих-то зубов. И кому же могла прийти в голову идея грызть собственную планету?               
                Размышляя таким образом, я не заметила, как нырнула в один из сырных кратеров. А дальше летела то вертикально вниз, то скатывалась по серпантину многочисленных ходов. Наконец, под моими ногами оказалась пустота, а затем после короткого полета меня приняла мягкая, пружинящая поверхность.
 
                Яркий свет, и отовсюду, со всех сторон дразняще пахнет сыром. Оказалась, что я стою за игровым столом в центре огромного зала. Стены, пол, потолок и даже сам игровой стол – все было из самого настоящего сыра!

                «Главное ничему не удивляться! - решила я. – Почему бы после столь невероятного путешествия и не сыграть в какую-нибудь интеллектуальную игру, закусив каким-нибудь не слишком важным предметом меблировки?» Не удержавшись, я в один присест «заточила» сырный карандаш, лежавший возле сырного блокнота. Интересно, застукал ли кто меня за поеданием мелких канцелярских принадлежностей? Сама себя я по-прежнему не видела. Видели ли меня другие – мышеподобные существа, заполонившие трибуны, не знаю. Хотелось верить, что нет, ибо оказаться среди такого скопления местных жителей в пижаме и босиком было не очень удобно. Во всяком случае, деваться мне было некуда.

                Здесь же явно проходили съемки какого-то шоу. Ведущий программы – огромная серая мышь заученными шоуменскими фразами вещала в микрофон.
                - Итак, долгожданное шоу «КТО УМНЕЕ РЕЗИНОВОГО УТЕНКА» начинается! – раздалась бравурная музыкальная заставка. – Тройка финалистов перед вами. Номер один – господин Шарахунга – местный житель гостеприимной Черной Дыры, любезно предоставившей нам убежище.

                Я увидела слева от себя какое-то амебообразное существо в ковбойской шляпе, как ни странно, с густой вуалью… Ничего особо страшного в нем не было. Верилось с трудом, что когда-то в детстве меня им пугали. То Шарахунга под кроватью, то Шарахунга в шкафу, спи скорей, а то придет Шарахунга. Примечательно, что сегодня я его увидела в первый раз, несмотря на регулярные поиски по всем темным уголкам квартиры.

                - Простите! – взяла я на себя смелость обратиться к игроку №1, пока выплясывающий перед ним ведущий кратко пересказывал его биографию. – Вы когда-нибудь бывали у меня в гостях?

Шарахунга помотал головой, надеюсь, именно на эту часть тела был надет столь примечательный головной убор.

                - Мы – обитатели Черных Дыр редко покидаем родину. – Грустно ответил мой собеседник и ностальгически вздохнул. – До недавних пор здесь нам было комфортнее всего…

                - А можно узнать, что же случилось? И, вообще, как вы можете здесь жить? Ведь на вашу голову вечно сыплются обломки планет, астероиды и даже целые звездные системы?

Шарахунга снова вздохнул и приступил к своему грустному повествованию…

                - Это раньше сыпались! Были такие благословенные времена. Наша Дыра процветала! Мы были пупом вселенной!  Но с тех пор, как на нас свалилась Планета Крыс, начались неприятности. Она, словно пробка, заткнула нашу Черную Дыру, и мы не можем ни притянуть ее, ни выплюнуть. Торчит в Дыре, как кость в горле, нарушая вселенский порядок. А мы – ее жители – не в силах что-либо предпринять, и теперь нам не надо ни уползать из-под обстрела метеоров, ни выскальзывать из-под обломков. – Похоже,  Шарахунга решил предаться ностальгическим воспоминаниям. Его студнеобразное тело начало расползаться в стороны, приобретая удивительно знакомые очертания садовой улитки. Мне всегда почему-то казалось, что Шарахунга – это некий грызун вроде мускусной крысы, прячущийся по углам, поэтому обтекаемый студнеобразный облик вызывал оторопь. Последняя же трансформация в улитку, некогда пожравшую мою клубнику на даче, просто шокировала меня.

                - Вы просто гигантский слизняк? – не удержалась я и тут же поняла, что допустила бестактность. Хоть на «лице» странного существа была густая вуаль, было заметно, что он недовольно поморщился. По его телу волной прошли судороги, и он, выпустив несколько щупалец, стал похож на обиженного осьминога.
                - Я бы предпочел обойтись без всяких обидных эпитетов! – весьма обтекаемо заметил он. Вежливость и тактичность, видать, были у чернодырщиков или чернодырцев в крови, если, конечно, можно считать кровью ту бесцветную жидкость, что перекатывалась, образуя сгустки, под прозрачной и слегка рифленой оболочкой их тел. Эти уплотнения волнами двигались под «кожей», создавая на ее поверхности легкую рябь. Я сразу поняла, что значит фраза «волновая природа вещества», часто звучащая в научно-популярных телепередачах, именно из волн когда-то вышло это существо и даже сейчас продолжало волноваться. «Это все из-за финала, - догадалась я.- но как же мне к нему обращаться? Похоже, Шарахунга – это не имя, а название биологического вида или, на крайний случай породы. А может – это его фамилия? Звать по фамилии – бестактно. Например, когда меня называют по фамилии, я вздрагиваю всем телом, будто меня вызывают к доске. Вероятно, у меня тоже волновая природа существа или волновая порода вещества.… Ну вот, чем больше я волнуюсь, тем больше путаюсь… Или чем больше путаюсь, тем больше волнуюсь?»

                - Зови меня Блэкли. – Разрешил мое затруднение инопланетянин, каким-то образом догадавшись о причине моих терзаний. Мы с ним мило побеседовали о его родственных связях с семейством земных головоногих, развивая тему трудностей при отращивании щупалец, пока ведущий необычного шоу представлял игрока №2. Впрочем, это было целое трио поросят, три розовых поросенка решили выступать командой. Их тренер – Серый Волк – взирал озабоченно из первого ряда партера, сплошь усыпанного довольными рожицами грызунов. Черные любопытные бусинки глаз и топорщащиеся антеннами усы были направлены в центр зала, где сходились прожектора на гигантской серой мыши, не выпускавшей из лап микрофон.
          
            - Когда нашу Дыру заткнула Планета Крыс, грызуны были единственными существами, уцелевшими в катастрофе. – Продолжил рассказ Блэкли. – Теперь мы вынуждены играть по их правилам. Мое приглашение сюда – на эту игру – просто дань традиции, ведь наша Дыра предоставляет свое абсолютно черное нутро в аренду для проведения ежегодного турнира на почетное звание «Кто умнее резинового утенка». Но за все годы, не смотря на ученую степень, мне ни разу не удалось продвинуться дальше второго раунда. Так что, пару раундов можешь на меня рассчитывать!
             - В смысле? – удивилась я. – Мне что, тоже придется играть?

           - Конечно! – подтвердил Блэкли. – Тебя же выбрала галактическая лотерея!

           - Каким же это образом она меня выбрала? – удивленно протянула я. – Что-то не припомню, чтобы участвовала в каких-либо акциях! И вообще, я терпеть не могу азартные игры.

           - Игроков выбирает случай, – пояснил Блэкли. – кроме, конечно, Шарахунг! – поспешил скромно заметить он. – Ты разве не почувствовала, как тебя выбросило из Вселенского лототрона?

             Я прислушалась к своим ощущениям. Со времени моего приземления (или правильнее сказать присырнения?) что-то явно изменилось. Вероятно, увеличилась сила тяжести.

            - Тебя, наконец, догнал твой визуальный образ. – Взялся разъяснить Шарахунга. - Наша Дыра, даже в заткнутом состоянии, способна разогнать тело до сверхсветовых скоростей, но изображение объекта, в данном случае субъекта, всегда запаздывает. Все потому что свет, отраженный от тебя, витая среди звезд, не поспевал за твоей скоростью…

            Я с радостью увидела свои руки, затем появились ноги, туловище и, наверное, голова. Во всяком случае, хотелось бы на это надеяться.

            «Интересно, Шарахунгам всегда свойственно так заумно выражаться?» – думала я, дожевывая последнюю страничку халявного блокнотика. Меня оправдывало то, что он все равно был весь на дырочках, а такого вкусного сыра я еще никогда не пробовала.

           - А вот и наш третий финалист! – радостно возвестила ведущая мышь, кривляясь перед камерой. – Это Юлиана с планеты Экстра-Супер-Терра-Старр Икс Икс Эль 243546.

            От неожиданности я чуть не подавилась. Да и вряд ли кто из вас смог бы все без ущерба проглотить под светом десятка прожекторов!

           - Это патентованное название и регистрационный номер твоей планеты по стандартному межгалактическому справочнику Блэк Хоум. – Подсказал шепотом услужливый Шарахунга.

           - Приставка Экстра означает, что на планете прямо-таки экстремальные условия жизни, Супер – суперэкстремальные! – продолжала разоряться мышь.

                Мне хотелось крикнуть, что это совсем не так, но, подумав, я решила промолчать. Может такая «реклама» удержит полчища грызунов, заполонивших трибуны, от массового нашествия на Землю. Не хватало нам еще инопланетных гигантских разумных крыс и мышей, решивших навестить своих земных родичей.

               - Представьте себе, - вещал ведущий, - на ее планете даже нет залежей ископаемого сыра, поэтому существа, влачащие жалкое существование, должны постоянно заниматься поисками пропитания. Естественно, у них совсем не остается времени на развитие собственного интеллекта, я уже молчу о культуре. Культура массового сыроедения у них полностью отсутствует!

               По трибунам со зрителями прошло волнение. Шокированные таким вопиющим безобразием грызуны разволновались и принялись с удвоенной силой шуршать пакетиками со съестным.

            - Это сыр-корн! Любимое лакомство здешней публики. – Шепнул Блэкли, увидев непонимание в моих глазах. – Никогда не понимал этого пристрастия к сыру, куда лучше закусить кометой, приправленной космической пылью под нейтринным соусом. – Блэкли облизнулся, его всеядность меня поразила больше мышиного сыр-корна.

            - Юлиана – типичный представитель вымирающего класса землян! – продолжала между тем мышь. – В процессе эволюции она потеряла даже такую важную часть тела, как хвост!

                Трибуны ахнули, маленькие мышата от ужаса прикрыли лапками рты. Шарахунга на всякий случай отрастил псевдохвост, чтобы не слишком выделяться из хвостатой братии.

               - Но, тем не менее, будем надеяться, что столь существенный дефект не помешает нашей гостье выступить в состязании с Резиновым Утенком!

                Зрители зааплодировали, щелкая хвостами о трибуны. В студию торжественно внесли красное продолговатое корыто с водой, в котором плавал желтый игрушечный утенок. Это зрелище просто повергло меня в шок! До сих пор я думала, что Резиновый Утенок – прозвище местного эрудита, но сейчас, когда до меня начал доходить весь комизм ситуации, отступать было поздно. Прозвучал гонг. Игра началась.

                «Мне хотелось бы сначала узнать правила игры!» - чуть не крикнула я, но Шарахунга Блэкли, выпустив очередное щупальце, призвал к тишине.

- Первый раунд – разминка – самый важный! – шепнул он мне на ухо неким подобием рта на кончике конечности. – Именно сейчас определится лидер.
                Мышь крутанула барабан – огромное пестрое колесо, размалеванное сырными кусочками. Ни один из секторов не был помечен. Стрелка указывала в пустоту.

            - Вопрос №9! – тем не менее, торжественно провозгласил ведущий. – Сколько колес у трехколесного велосипеда? - Три! – ни секунды не думая, выкрикнула я.

           - Какая невоспитанность! – посетовала мышь. – Вам, юная леди, не давали слова. Первыми, по нашим правилам, всегда отвечают свиньи.

           - Одно! – хором сказали поросята и добавили. – Ведущее! – вероятно, чтобы сделать приятное ведущей шоу мыши.

             - Выслушаем теперь ответ Шарахунги!

            - Ну… - замялся Блэкли, - это зависит от многих факторов. – Он почесал псевдозатылок псевдоконечностью.- Есть вероятность, что кое-какие камеры лопнут в пути. С наибольшей вероятностью лопнет одна, поэтому целесообразно прихватить хотя бы одно запасное, а если лопнет и оно, лучше иметь в запасе два колеса. Но если и эти оба колеса лопнут или, наоборот, не лопнет ни одно, то у трехколесного велосипеда будет от одного до пяти колес, а именно 3 плюс минус 2. Причем, плюс, если дорожное покрытие хорошее и минус, если плохое.

           - Что ж, ответ принят! – сказал старый почтенный Марабу, сидевший за конторкой в углу студии, и, выдернув перо, макнул в чернила и принялся делать записи в толстенном гроссбухе.

              - Кто из наших участников прав, мы узнаем после музыкальной паузы! Думаю, группу «Крыссишь-мыссишь Интернэшнл» никому представлять не надо! – провозгласила мышь и, сделав умопомрачительный пируэт в обнимку с микрофоном, выскользнула из студии. - Группа «Крыссишь-мыссишь Интернэшнл» и ее особо популярный хит «Если у вас нету сыра»! – Крикнул ведущий уже из студийного коридора. Через секунду стало ясно, почему он дезертировал. Грянул тяжелый рокк, и на сцену откуда-то из темноты выскочили три грызуна: двое огромных мускулистых серых парней с цветными ирокезами на головах, а третий маленькая мышь-подросток. В одном его ухе красовалась сережка в виде крошечной мышеловки, а на голове росли три серых тщательно прилизанных волоска, кончик его хвоста был завязан в узел, которым он интенсивно бил по мусорному баку, очевидно, служившему барабаном. Трибуны взвыли от радости.

             -Рано утром ты проснулся. – Абсолютно неподходящим по тембру голосом завопил мышонок.- А в тарелке пусто! – Он обвиняюще направил указательный палец на млеющих от удовольствия зрителей. Взвыли электрогитары, зазвенело битое стекло, зацарапали когти по металлу. От этой какофонии мои волосы встали дыбом, наверное, на моей голове теперь красовался ирокез похлеще крысиного. – Даже в жбане холодильном только лишь капуста! – продолжил орать певец. – Ты будешь искать! Так не может быть! Если не есть! Тогда и не жи-и-ить! – провыл он припев, крысы подпевали и, подхватив мусорный бак, начали бросать его содержимое в зрителей к их великой радости. Давленые помидоры, банановая кожура, конфетные обертки летали по всему залу. На трибунах началась потасовка, каждый хотел заполучить сувенир. Стоя на своем месте, я  едва уворачивалась от летающего мусора.

            - Какой у вас был замысловатый ответ! – сказала я Блэкли, тоже не испытывающему ни капли удовольствия от творящегося на сцене безобразия. – Я бы до такого ни за что не додумалась!

            - Это не мудрено. – Прокричал мне на ухо Шарахунга, от грохота музыки по нему снова пошли волны, постепенно переходящие в шторм баллов эдак на пять.- Просто ты не знакома с теорией вероятности. У нас в Дыре с ней знаком каждый тысячелетний младенец.

            - И в чем же заключается эта теория? – решила узнать я, не уточняя возраст самого Блэкли, из опасения, что вновь выйдет бестактность.

             - Ну… - замялся Шарахунга, едва сдерживая рвущиеся наружу бешеные волны, сотрясающие его студенистую массу. – Если вкратце, теория гласит, что даже самое невероятное событие имеет вероятность произойти, даже если степень ее невероятности (вероятно, невероятная) слишком высока. Но, следуя теории вероятности, случиться может все, что угодно, для этого надо только высчитать, так называемый, общий коэффициент невероятности для каждого отдельного случая и помножить на общее количество вероятностных исходов. При делении результата на степень желаемости мы и получим искомое событие…

              - А как определить степень желаемости? – не удержалась я.

              - Элементарно! – ответил Блэкли, поражаясь моей непроходимой тупости. – Ты разве забыла, что в степень возводят?

                - Да, но что надо возвести в степень?

               - Себя! Себя надо довести до нужной степени желаемости, тогда ты сможешь получить все, что угодно! Только заметь, степень желаемости должна быть равна произведению коэффициента на количество вероятностных исходов, чтобы при делении получилась единица. Ты ведь хочешь получить только одно событие?

                - А как найти коэффициент невероятности? – решила я выяснить все до конца.

              - С этим сложнее. – Признался мой собеседник.- Шарахунги определяют его интуитивно, так что тебе вести такие расчеты не светит.

               Я вообще не могла понять, зачем затевать такие сложные подсчеты с тремя неизвестными, если известно, что в итоге и так получится единица. Может быть, я бы предприняла еще одну попытку осмыслить витиеватые объяснения Блэкли и записала бы на всякий случай пару формул, но к тому времени я уже сгрызла сувенирный карандаш и блокнот Шарахунги, да и музыкальный номер подошел к концу. Рокк-музыканты покинули студию под восторженные крики поклонников, торжественно неся заплесневелый кусок сыра, оказавшийся на самом дне мусорника. Их тут же сменила бригада уборщиков.

           - А теперь выслушаем правильный ответ! – Это вернулся слегка взъерошенный ведущий. Все выжидающе посмотрели на резинового утенка. Он даже не шелохнулся в своей ванночке.

            - Отлично, гениальный Резиновый Утенок! – радостно крикнула мышь. – У трехколесного велосипеда в Черной Дыре не будет ни одного колеса, потому, как с вероятностью 99,9% велосипед будет в первые же миллисекунды пребывания там прихлопнут каким-нибудь небесным телом или расплавлен упавшей звездой.

            - Правильный ответ – ноль! – проскрипел Марабу и ударил своим длинным клювом в гонг. – Оценки за первую попытку:
Поросята – 4 балла (за ответ, наиболее близкий к верному);
Блэкли     – 3 балла;
Юлиана    – 2 .

            Меня будто шарахнуло обухом по голове. Цифры тут же вспыхнули на табло.

           - Но ведь это не правильно! – крикнула я. – У трехколесного велосипеда должно быть три колеса! Он ведь ТРЕХКОЛЕСНЫЙ!

            - Ты в этом так уверена? – ухмыльнулась мышь. – А сколько колес будет в шестимерном измерении, знаешь?

             Я пожала плечами и машинально притянула к себе теперь уже поросячий блокнотик из сырной нарезки. Все равно лежит без надобности.

            - То-то и оно! – подняла указательный палец мышь и смешно сгорбила спину.

            - А сами то вы это знаете? – с величайшим сомнением в голосе спросила я.
            - У нас знает это любой крысенок! – презрительно фыркнул ведущий. – Любой крысенок знаком даже с теорией относительности, мало того, он применяет ее на практике!

           - Хотелось бы удостовериться, что вы не вешаете мне лапшу на уши! – С вызовом заявила я.

             - Я? Вру? Да как ты смеешь? Подать любого крысенка в студию! – приказала мышь. Грызуны вокруг зашушукались и в центр зала вытолкнули маленького тощего крысенка в очках. Из-за увеличивающих линз его глаза казались просто огромными, как два черных блюдца.

             - Поделись-ка с нами, малыш, теорией относительности! – потребовал ведущий.

             - В мире все относительно… - начал юный гений. – Ты относишь кому-нибудь кусочек сыра в знак хорошего отношения,  и этот кто-то начинает тут же к тебе хорошо относиться. Относительно меня, я всегда только так и отношусь к своим товарищам, ведь каждый знает, хорошее отношение – залог всего! -  Стеснительный крысенок поспешил удрать.

             - Ну, как? - Ведущий окинул меня победным взглядом.

             - Сомневаюсь, что изложенный здесь постулат, имеет отношение к теории Эйнштейна! – сказала я, тщательно прожевав сырную обложку блокнота.

          - Естественно! – подтвердила мышь. – Ведь это теория относительности Сыра! Еще существует закон круговорота сыра в природе и закон всесырного тяготения. Прошу заметить, до сих пор его никто не может опровергнуть.- Ведущий снисходительно сверху вниз посмотрел на меня, как профессор с кафедры.- Похоже, о физике сыра ты не имеешь ни малейшего представления. – Сделал он неутешительный вывод. -  Зато строишь из себя всезнайку.

                Ведущий чуть сгорбился, наклоняясь ко мне, его серая шкурка заиграла в свете софитов всеми цветами радуги. И тут на меня снизошло озарение: именно в эту шубу был одет мнимый Дед Мороз, когда воровал подарки под нашей елкой.

- Я узнала тебя! – крикнула я.- Это ты стащил подарки! Отдай их немедленно!
Вопреки ожиданиям, юлить и отпираться мышь не стала, она только нагло ухмыльнулась.

           - Еще чего!? – фыркнула она. – Выиграй турнир, получишь приз! Это как раз и будут твои подарки. А проиграешь – не обессудь!

           - Но это же не честно! – не отступала я.

           - А, по-твоему, честно соревноваться с резиновым утенком? – убрав ухмылку, спросила мышь и, растянув губы в идиотской улыбке, слащаво пропела. – Рекламная пауза!

            - Наш сырный спонсор КОРПОРАЦИЯ «ОЧИСТКА ПЛАНЕТ» - послышался грозный голос за кадром. – Покупайте портативные Черные дыры производства ТРАНСЧЕРДЫР, они очистят ваш звездный дом от любого мусора от Сверхновой до кометы. Мы не оставим ни одной пылинки от ваших пылевых облаков, конденсируем туманность в здоровый звездный дождь! Если вы с нами, вас ждет незабвенная звездная слава!

             - А это еще что? – спросила я Шарахунгу. После занудного видеоряда со звездами и дырами, в черные воронки которых втягивало весь звездный мусор, на большом экране в студии появился огромный магазин. От полок с товаром что-то отрывалось, обрастало крыльями и уносилось вдаль. – Неужели и здесь рекламируют прокладки? – Я была поражена.

             - Да нет, - махнул чем-то Блэкли, - это просто улетные цены. Когда улетают ценники, все, что хочешь, можешь забирать бесплатно!

              - А это что? – Сама картинка на экране свернулась в трубочку, из ее конца появилось сопло, как в реактивном двигателе, и эта «ракета», стартовав, унеслась куда-то в межзвездное пространство.

               - Не удивляйся, Юлиана, это новая акция рекламщиков. Называется ПОЛНЫЙ УЛЕТ. Тогда всю торговую сеть отдают бесплатно.

               - Зачем же это делают? Неужели это выгодно?

              - Это практикуют перед визитом налогового инспектора. Очень, кстати, удобно. Проверяющий приходит в магазин, а он раз – и в полный улет. Спрашивать не с кого.
                - Итак, снова в эфире шоу КТО УМНЕЕ РЕЗИНОВОГО УТЕНКА! – возвестил под фанфары бессменный ведущий. – Вопрос №2. – Едва взглянув на барабан, сообщил он. – Сколько букв в слове «МЫШЬ»?

               Мне было смешно видеть, как морщат лбы поросята, и задумчиво чешет затылок, или что там у него, Блэкли.

               - Четыре! – громко сказала я и отломила кусочек своего табурета, не в силах сдержаться.

            - Опять ты нарушаешь правила! – всплеснула лапами мышь. – За это будешь наказана!
             Тотчас раздался пронзительный гудок. Прямо на меня несся паровоз! И это железное чудовище принялось за мной гоняться вокруг игрового стола, тяжело двигая поршнями и абсолютно не давая сосредоточиться другим игрокам.

              - Надеюсь, теперь ты четко понимаешь, что значит бежать впереди паровоза? – ехидно заметила мышь, ловко уворачиваясь из-под колес. – Можешь встать на место.

                – Милостиво разрешил ведущий и вручную, вернее, влапную перевел стрелочный перевод, отправляя паровоз на другую ветку. Пышущий жаром локомотив унесся прочь, раздавив по пути пару – тройку сырных телекамер. Они тут же оплыли вниз, превратившись в лужицы отменного плавленого сыра, которые моментально принялась поедать бригада уборщиков.

            - Отвечают свиньи! – будто б ничего и не было, провозгласил Марабу и щелкнул клювом.

          - Мы думаем, что в этом слове три буквы. – Едва слышно пропищал самый маленький поросенок.

              - Ответ принят! – проскрипел Марабу. – Отвечает Блэкли.
Амебообразное существо тяжело вздохнуло.

            - Я думаю, в этом слове нет букв… - наконец, решился чернодыреанец. – В нашем языке оно пишется одним иероглифом.

            -Ответ принят. А теперь правильный ответ…

           Все взглянули на резинового утенка. Марабу тюкнул его клювом. Игрушка трижды нырнула и столько же раз всплыла.
- Правильный ответ – три буквы! – расшифровала понятливая мышь. – Виват, поросенкам!

           Я снова не стерпела:
- Надо говорить не «поросенкам», а «поросятам»! А в слове «мышь» не три, а четыре буквы. Куда, по-вашему, девался мягкий знак? Это же третье склонение! Женский род!

           - Какой, такой женский род? – сурово уставила руки в боки мышь. – Я – МЫШ – ведущий. Порода моей супруги, может, и будет писаться с мягким знаком. А лично себя я отношу к мужскому роду, а значит, пишусь без всяких мягкотелых знаков – МЫШ! И попрошу меня не оскорблять! – Мыш гордо вздернул нос под хвостоплескание собратьев.

                Он говорил так уверенно, что в меня закрались сомнения, может, Мыш, действительно, так и пишется без мягкого знака, если это слово относится к самцу?

            А между тем на табло высветились оценки:
ТРИ ПОРОСЕНКА – 5 БАЛЛОВ
ЮЛИАНА                – 3 БАЛЛА
ШАРАХУНГА          – 2 БАЛЛА

         - И последний, самый трудный вопрос первого раунда! – сообщил немного успокоившийся ведущий.- 
                Утром ранним три мышонка
                Вышли в кухню погулять.
                Видят, прямо на скатерке
                Три кусочка сыра в ряд.
                В каждом сыре – три дыры.
                А теперь ответ держи:
                Сколько дырочек обжорки
                Донесут до этой норки?

            Я догадалась, сколько дырок они донесут, но мне страсть, как хотелось узнать, к каким выводам придут остальные игроки.

            - Три дырки! – хором сказали поросята. Наверное, они думали, что раз тройка прокатила в прошлый раз, прокатит и сейчас.

           - Затрудняюсь ответить… - признался Шарахунга, весь съежившийся от неловкости. Видать, опыта в сырных погрузочно-разгрузочных работах у него не было.

           - Согласно правилам, Блэкли может сойти с дистанции и получить утешительный приз.

           - Я выбираю приз! – с облегчением согласился коренной житель Черной Дыры, отказавшийся от дальнейшей борьбы.

         - Приз в студию! – крикнул Мыш. – От наших спонсоров вы получаете многокоридорную квартиру в стройварианте.

           В центр зала выкатили гигантское яблоко. Обрадованный Шарахунга подмигнул мне, распластался по полу, превратившись в червя, накинулся на приз и, прогрызя дырку, скрылся в чреве яблока.

            Что бы он ни говорил, все-таки он был слизняком. Марабу зарядил яблоко в катапульту и стрельнул в безвоздушное пространство.

          - Самое время выслушать ответ Юлианы! – обернулся ко мне Мыш, подсовывая микрофон.

            - Я думаю, до норки они не донесли ни одной дырочки. – Весьма довольная собой, сказала я. – Мышата просто съели все три кусочка, не оставив ни сыра, ни дырок.

                Толстая мышь в переднике и платочке из первого ряда встала и отвесила три смачных подзатыльника трем своим мышатам, которые бросили на меня полный укора взгляд.

            - Так нечестно! – заорал противным голосом Мыш. – Так и запишите. – Обернулся он к Марабу. – Она пользовалась решебником! Садись, два балла!

           «Нет, мне это нравится! – удивленно подумала я. – У меня что? Дежа вю?»

           - У меня нет никакого решебника! – возмутилась я вслух, демонстрируя пустые руки.

Мыш на секунду опешил.
- Но ты бы наверняка им воспользовалась, если бы он у тебя был! – наконец выдал он. – А это одно и то же! Никто не может быть умнее резинового утенка!

         - Это несправедливо! – не уступала я. – Как насчет моих прав и презумпции невиновности?

         - Можешь подать апелляцию! – рассмеялся Мыш. – Присяжные рассмотрят ее через два световых месяца. Плакали тогда твои подарки…

          - Ну и пусть! – слезы отчаянья душили меня. – Я не хочу участвовать в этом фарсе! Здесь все подстроено. И не надо мне никаких подарков, я ведь даже не знаю, что там.

           - Ну зачем сразу лезть в бутылку? – перепугался Мыш и отнял у меня бутылку, из которой я хотела хлебнуть минералки. – Можно же решить все полюбовно.                – Он запрыгнул на постамент, где пирамидой были сложены пакеты с подарками и, чуть отодвинув обертку, опустил туда свой подвижный нос. – Очень даже ничего! – промурлыкал он, шурша упаковкой. – Так опрометчиво я бы не стал отказываться. Если ты откажешься от участия в шоу, победа автоматом достается поросятам! - Очень довольный получившейся в рифму фразой Мыш подал знак, каким подзывают официанта.

           В студию тут же выбежал взвод крыс – автоматчиков в бронежилетах и касках и рассредоточился по периметру. Испуганные поросята жались друг к другу.

          -Предлагаю переиграть этот вопрос.

          Мне ничего не оставалось, как согласиться. Мало ли что придет в голову Мышу, а несчастные поросята ведь ни в чем не виноваты. Что ж, простим ему его грязную игру, хотя так шантажировать участников – последнее дело.

           - Только ответить придется на десять вопросов! – «обрадовал» ведущий. – Отвечать надо быстро, чтобы не оставалось времени на раздумья.

         Мыш взял желтый резиновый мяч с потертыми и избитыми боками, вероятно, он приходился родственником резиновому утенку, раз прошел кастинг на это шоу.

- Кто умнее резинового утенка?- спросил Мыш и швырнул в меня мяч.
- Резиновый утенок! – сказала я, нисколько не сомневаясь, что отвечать надо именно так. – И отбила мяч обратно. 
- Кто живет на планете Каучук? – противный Мыш снова запулил мяч.
- Резиновый утенок! – парировала я удар.
- Кто лучший друг мышей?
- Резиновый утенок!
- Кто любит малышей?
- Резиновый утенок!
- Все пригласить хотят…
- Резиновых утят!
- Кто знает все с пеленок?
- Резиновый утенок!
- Кто ногти не грызет?
- Резиновый утенок!
- Кто только воду пьет?
- Резиновый утенок!
- Кто с черною дырой?
- Резиновый утенок!
- Скажи, кто наш герой?
- Резиновый утенок!

           Я отбила последний мяч прямо в живот Мыша.

          - Не знаю как, но ты снова жульничаешь! – заявил он, согнувшись пополам. – Десять правильных ответов из десяти! Такой результат просто невозможен! Ну-ка, проверьте ее карманы! – приказал ведущий. – Вдруг там шпаргалка.

          - В ее пижаме нет карманов. – Проскрипел Марабу, фиксирующий в книге каждое слово.

          - Значит, у нее под партой, то есть под игровым столом, энциклопедия юных резиновых утят. – Не сдавался вредный Мыш. – Я думаю, там вполне могут поместиться все 64 тома. – Ведущий нагнулся, заглядывая под стол. Там естественно ничего не было.

         - Ладно! – сдался Мыш. – Ставлю тебе «4».

           - Это почему же «4»? – удивилась я. – Все же ответы верные!

          - А это на случай, если ты обладаешь телепатическими способностями и все считываешь из моего мозга! – моментально придумал хитрый грызун.

           Впрочем, нечто подобное от него и следовало ожидать. Эту его выходку я молча проглотила. Вдруг у меня и, правда, прорезались эти самые способности, и Мыш отчасти прав. Никогда нельзя ни в чем на 100% быть уверенным.

          - Может вам стоит, на всякий случай, надеть на голову кастрюлю, чтобы защититься от телепатического поля? – язвительно предложила я. И по тому, что Мыш отказался, поняла, он и сам собственные слова всерьез не воспринимает. А говорит все это просто из вредности. Может, в его желудке никак не уляжется праздничный ужин?!

           - Итак, итоги первого раунда! Поросята, с учетом двух баллов за третий вопрос, получают 11 очков, Юлиана – 9.

                Марабу принес корзинку, из которой извлек одиннадцать пар очков и положил перед поросятами. Те сразу схватили их и принялись примерять, смешно хлопая глазами. Мне же птица – секретарь к огромному моему ужасу вручила связку кобр с распущенными капюшонами. Десять очковых змей извивались и шипели у меня в руках.

          - Постойте, вы вручили мне 10 очков, а мне надо всего лишь 9.

          - Я даю тебе одну авансом. – Злорадно усмехнулся Мыш.

           - Не надо мне вашей милости! – вежливо отказалась я и весьма невежливо запульнула самую злую кобру обратно.

          Мыш зашипел похлеще змеи и спрятался за спину Марабу.

           - Рекламная пауза! – прокричал оттуда мерзкий грызун, извиваясь за спиной секретаря не хуже кобры.

                Тотчас на гигантском экране в студии возникла весьма респектабельная крысиная морда.

             - Лучший подарок к Новому году, - начала она, - подарочная бритва ЛЮКС-СЕРФИНГ - ШЕРСТЬ МИНУС. Она тщательно и нежно выбреет все изгибы ваших хвостов до самых кончиков. Первому миллиону покупателей в подарок шампунь – кондиционер с чарующе ароматным запахом канализации и элегантный зубозаточитель фирмы ГРЫЗ КРЫССИНГ ТИСС. Он быстро и качественно заточит ваши резцы, придав им идеальную форму…

                Ряды зрителей на трибунах заметно поредели, целые толпы устремились к киоскам с повседневной косметикой. Но на экране появился старый крысач в очках и белом халате. Он строго взглянул на оставшуюся аудиторию и вопросил:
- Ваши зубы, вновь стали белыми и все чаще нестерпимо чешутся по ночам? Купите универсальный зажелтитель «Дарк» от фирмы ПОМОЙКА ФЛЮС. Достаточно нанести одну каплю, и ваши зубы вновь сияют желтизной, и миллионы ваших стафилококков бесконечно благодарны вам за заботу.

          - И снова в прямом эфире ваша любимейшая передача «Кто умнее резинового утенка». Нам предстоит все же сегодня ответить на этот вопрос! – избавившийся от кобры Мыш вновь чувствовал себя в своей тарелке, и его бравый голос, усиленный микрофоном и динамиками бодро разносился по студии. – Как вы помните, в предыдущем раунде достопочтимый Шарахунга Блэкли покинул игру, а два оставшихся игрока – Юлиана с планеты Экстра Терра и команда поросят три в одном – во втором раунде встретятся…

          «Хорошенькое название для команды «Три в одном» - подумала я. – Кажется, я знаю, на что оно намекает. – Я взглянула в приоткрытую пасть их тренера. – Возможно, в случае проигрыша трио поросят окажется в одной небезызвестной пасти, а затем и в одном очень разозленном брюхе».

           - Выслушаем теперь ответ поросят! – объявил тем временем Мыш.
Как оказалось, я прозевала вопрос и в настоящий момент даже не представляла, что мне отвечать.

           - Нам кажется, - сказали поросята, - что это желтая подводная лодка…

             - Ответ принят. – Официальным тоном объявил Марабу и снова заскрипел пером, которое выдернул клювом из своего почти уже лысого хвоста. Его заскорузлая нога с зажатым пером так и мелькала по бумаге.

          - А что нам скажет Юлиана? – злорадно вопросил ведущий, настроенный весьма воинственно.

Терять мне было нечего.

           - Это резиновый утенок! – воскликнула я и посмотрела на желтый комочек, качающийся на волнах в тазике.

           Ответом мне было гробовое молчание в студии. Мыш молча развернулся и все-таки нахлобучил на голову алюминиевую кастрюлю.

            - Резиновый утенок тоже утверждает, что это он. – Подтвердил секретарь. Утенок, раскачивающийся на волнах, казалось, кивал. Я облегченно вздохнула. Мне чудесным образом везло. Мыш рыкнул от злости, но, скрепя сердце, вывел на табло по «пятерке» мне и Утенку. Поросята получили 2.

            - А что? Во втором раунде участвует и резиновый утенок? – спросила я у одного из поросят.

           - Это же полуфинал! Утенок и так дал нам целый раунд форы! – удивился он моей вопиющей неосведомленности.

           - Второй вопрос раунда! – Марабу ударил в гонг, призывая к тишине. Зашумевшие было зрители понемногу успокоились.

            - Утка в море, хвост на заборе, но не резиновый утенок. – Зачитал загадку по бумажке Мыш и, бросив на меня настороженный взгляд, поглубже надвинул кастрюлю.

            - Резиновый утенок! – радостно в один голос взвизгнули свиньи и уставились на ведущего преданными поросячьими глазками. Их тренер схватился за голову.
         
              - Я же предупредил, что это не резиновый утенок! – процедил сквозь зубы Мыш, одним глазом косясь на Марабу.

           - Ответ принят! – тем не менее, подтвердил Секретарь. – Юлиана?

          - Это резиновая утка! – решила рискнуть я, догадываясь, что речь явно не шла о половнике.

           Мыш злобно сбросил кастрюлю, и она загремела по полу. Утенок кружился на месте, будто пытался догнать свой хвост. Мыш внимательно посмотрел на него и хитро усмехнулся. Мне тут же стало ясно, что он снова в своем репертуаре и явно придумал другой ответ.

          - Это мама резинового утенка повесила сушиться хвост, да и забыла. – Заявил он нагло. – А без рулевого управления ее закрутило по кругу. – Серый мошенник прямо-таки лучился самодовольством. Как же сбить с него спесь? На табло только утенок получил 5 баллов, а я с поросятами по «двойке».

          - Не кажется ли вам, сударь, что мама резинового утенка все-таки утка. Так что хотя бы на пол загадки я ответила!

            - Хорошо! – легко согласился Мыш. – Поставим тебе два с половиной! Устраивает?

           Он явно надо мной издевался. Я опять проглотила обиду, но когда-нибудь чаша терпения переполнится.

          - Не кипятись! – дружески похлопал меня по плечу ведущий. – Это всего-навсего игра, может, следующий вопрос тебе покажется легче? А пока – рекламная пауза!

                На огромном экране появилась заставка программы новостей. На фоне планеты в виде лакомого кусочка сыра с аппетитными дырочками появилась миниатюрная мышка с серой дымчатой шерсткой и бантиком на кончике хвоста.

           - Новости культуры. – Пропищала она сладким елейным голосом. – Продолжается кастинг на главные роли в комедийном сериале «Чума XXI века». Критериями отбора служит повышенная блохастость, зубастость и плодовитость. Предпочтение отдается брюнетам с красными глазами и длинными лысыми хвостами. Оплата почасовая – десять сырных шариков в час. Обращаться в шестой мусорный контейнер по Хвост-авеню.

            - Новости спорта. – Скромную мышку вытолкнул мускулистый крысач в борцовке с идеально желтыми, даже коричневыми передними зубами. Один зуб был заметно короче другого. – Продолжаются соревнования по АРМГРЫЗЛИНГУ  среди юниоров. Крысята, поменявшие молочные зубы на постоянные, могут обращаться в сточную канаву на углу Шкурской и Острокогтинской.

           Команда мышат из Шерси заняла первое место по хвостоболу в игре на кубок « Золотого спиногрыза». Решающий мяч отбил малыш Пикли, стоявший на воротах и самоотверженно сожравший мяч, едва он пересек белую линию. Судьи сочли такую линию обороны приемлемой  и не засчитали гол команды соперников. За что и были покусаны после матча.

            - Переходим к новостям криминала. – Из-под стола вынырнула маленькая мышка и снова уселась перед камерой, укоризненно покосившись на ведушего спортивной хроники. – Группа вандалов изуродовала сырные скульптуры на площади Рокфор. Виновники происшествия были выявлены сразу же и доставлены в Сырореальный госпиталь с диагнозом переедание.

                - И вновь в ночном эфире СУПЕР ПУПЕР ШОУ « Кто умнее резинового утенка»! Мы рады, что вы до сих пор с нами! – Это перехватил микрофон расторопный Мыш.

            Задремавший было Марабу вынул клюв из-под крыла и ударил в гонг:
-Третий раунд!

             - «А» и «В» сидели на трубе. – Начал зачитывать по замусоленной бумажке Мыш. – «А» себя у «В» отняло. Сколько букв на крыше стало?

            - Наверное, одна! – немного подумав, сказала я.

          - А вот и нет! – обрадовался Мыш, даже не заметивший, что я опять ответила вне очереди. – Восемь!

         - Почему это восемь? – возмутилась я.

            - А потому что «А» и «В» были в квадратах! Глупая твоя башка!

          Действительно, это две буквы были нарисованы на квадратных кусочках картона, которые и продемонстрировал сейчас ведущий.

          - А  «А» квадрат минус «В» квадрат будет «А» минус «В» помноженное на «А» плюс «В»

           Из курса алгебры ты должна была знать, что, если перемножить две скобки, получится 4 группы по две буквы.

           - Но ведь  АВ и   минус АВ  сокращаются. И ничего не остается.

           - Во-первых, чтобы что-то отнять, надо что-то прибавить, иначе отнимать не имело бы смысла. Как отнять у Пети яблоко, которого у него нет? Поэтому мы сначала даем ему яблоко. Мыш протянул румяный сочный фрукт мелкому крысенку. Тот схватил и уже собирался запустить в него зубы, как противный грызун отобрал лакомство и спрятал. Малыш разразился громким плачем. Прибежала его мама и вздула Мыша. Мыш тоже разразился плачем.

            - Вот видишь? – всхлипывая, заорал он. – Ты говорила АВ сокращается и ничего не остается.

            - Ну и что же осталось? – мстительно спросила я.

           - Неприятные воспоминания! – шмыгнул своим черным носом Мыш.

           - Но это же нечто нематериальное. – Возразила я.

           - Если бы тебя так отходили по шкуре, ты бы так не считала! Так что, твой ответ не засчитан. Два балла!

             На табло вспыхнула жирная и хвостатая двойка. От расстройства я отломила от края стола целых два кусочка сыра и принялась медленно их смаковать.

           - Что наши остальные конкурсанты? – Вдоволь наревевшийся Мыш обернулся к трем поросятам, нервно теребящим пятачки.

            - У них ответ три! – сказал Марабу, поправляя очки, съезжавшие с клюва. – Каждый из них написал по единице. По здешним правилам ответы суммируются, так что суммарный ответ – 3.

             - Что ж, тройка ближе к восьмерке! – Бессовестный Мыш явно благоволил к поросятам. – Они получают три балла. – А что наш резиновый утенок? – голосом рекламного зазывалы вопросил хвостатый ведущий.

Марабу подтолкнул игрушку, и она начала выписывать пируэты по воде.

          - Утенок рисует восьмерку на воде… - зашептались на трибунах.

           - Итак, лидер определился! – Объявил Мыш. – Это резиновый утенок! Он получает 8 баллов!

            - Но это не по правилам! – тут же возмутился старший из поросят. – Вы же должны оценивать по пятибалльной шкале!

            - Правила здесь устанавливаю я! – безапелляционно заявил  ведущий. – А недовольные должны покинуть игру.

            - Выйди вон, выйди вон! – принялись скандировать грызуны, и недовольные поросята сползли с табуреток и удалились, поджав хвостики, под гиканье и визги. Седой волк страдальчески обхватил голову передними лапами.

           - Итак, остаются два претендента! – возвестил вполголоса Мыш. – Чтобы обострить игру, мы пойдем тебе навстречу. – Заговорщицки шепнул он мне на ухо. – Пока задремал Марабу, можешь разочек крутануть барабан.

                Я попробовала сдвинуть барабан с места. Это было нечто неподъемное! Я уперлась ногами и изо всех сил толкнула диск со стрелкой. Он даже не пошевелился. Наверное, так было задумано с самого начала. Мыш хитро скалился в усы. Было ясно, что это его подлые штучки.

           - Что, мало сыра ела?! – злорадно вопросил он.

            «Так, - размышляла я, - если не получается сдвинуть барабан, можно попытаться сдвинуть эту чертову планету». И я принялась бегать вокруг барабана то в одну, то в другую сторону. Мыш сначала нагло ухмылялся, топорща усы, а затем, когда его мир качнулся, чуть не упал на Марабу, с трудом удержав равновесие.

            - Хватит, хватит! – завопил он испуганно. – Довольно вертеть мою Сырную планету!

            Остальные мыши в страхе разбежались, попрятавшись в норы, а может, их отбросила туда центробежная сила. Карусель набирала обороты. Планета прокручивалась в Черной Дыре, как шарик в подшипнике. Чтобы не закружилась голова, Мыш тоже побежал. Но чем быстрее бежишь, тем сильнее вертится мир. В конце концов, запыхавшийся и обессиливший Мыш повалился на вращающийся вокруг игрового стола пол и заорал:
- Сектор ПРИЗ!

           «Отлично, - подумала я,- самое время вернуть подарки».

            - Внесите Черный ящик! – он мог не уточнять его цвет. Какой еще ящик может быть в центре Черной Дыры? – Как думаешь, что здесь?

            - Вероятно, приз, но.. – я взглянула в хитро прищуренные глазки. – Я не стала бы это утверждать наверняка.

            - И правильно бы сделала! Здесь 10 причин, почему тебе не стоит отдавать приз. И, если ты не докажешь обратное, подарков тебе не видать.

                Вероятно, в правилах игры только что появился новый пункт. Как вообще можно играть, если условия игры каждую минуту меняются. Нет, надо ввести мораторий на такие кульбиты, а то игра будет длиться до скончания века.

            - Во-первых, ты глупа, как пробка! – начал зачитывать Мыш.

            - Почему вы думаете, что пробка глупа? – тут же встряла я.

           - Иначе, зачем ей выпрыгивать из бутылки?

             - А если это бутылка выплевывает пробку из вредности?

             - Не смей препираться, а то с тебя снимут баллы! – грозно пообещал хвостатый ведущий. Ему уже явно было нечем крыть.

                - Во-вторых, ты обозвала соседского мальчишку «дауном»! – припомнил грызун.

            - Не было такого! – уверено сказала я. – Он просто спросил, какую ему кнопку нажать.

        - И ты сказала: «Нажми кнопку, даун!» - нетерпеливо перебил Мыш.

          - Я сказала: «Нажми кнопку «DOWN»!» - поправила я. – И не надо все переворачивать с ног на голову!

            - С третьего по десятый пункт ты плохо кормишь своего кота! – Предъявил Мыш главный аргумент. – Он очень исхудал на твоих харчах…

           - Ничего себе исхудал! – меня до глубины души возмутила несправедливость этой претензии.- Да, его лапы с трудом отрывают такую тушку от дивана…

          Вдруг в моем мозгу что-то щелкнуло. С какой это стати Мыша так волнует режим питания моего домашнего любимца? Что-то здесь нечисто! Мыш криво усмехнулся, рот его приоткрылся, и в свете прожекторов блеснул белый, чуть изогнутый клык. Под мохнатым подбородком четко просматривался бегунок черной молнии…

            - Ну-ка, ну-ка, - подобралась я к нему поближе, - с чего это ты вдруг так печешься о моем коте?

             Какие-то глупые претензии предъявляешь? Создается впечатление, что ты сводишь личные счеты…

                Я расстегнула молнию. Серая мышиная шубка спала и под ней оказалась черно-белая пушистая, холеная шерстка на гладких и упитанных боках. Мыши, увидев преображение своего кумира, тотчас разбежались по норам.
- Ах ты, мошенник! – закричала я, хватая за шкирку своего любимого кота Люка. – Так это все твои проделки!?

                Кот всегда был вредным. Прыгал со шкафа на монитор, сбрасывал на пол диски, спал на проигрывателе, гулял по столу, срывал антиблошиный ошейник и упорно не желал купаться. Но такого наглого похищения подарков я от него не ожидала.

            - Сейчас же верни все пакеты назад! Если ты этого не сделаешь, то я… то я.… Включу пылесос…- наконец, мне удалось придумать самое страшное наказание.

            - Не могу, - вздохнул Люк, - теперь это не в моих силах. По правилам, если игра началась, ее надо довести до конца. – Он вновь облачился в мышиный комбинезон. Хвостатая братия повыползала из своих нор. Зазвучали фанфары и мелодия музыкальной заставки. – Итак, шоу «Кто умнее резинового утенка» продолжается! – Возвестил Люк, как ни в чем не бывало. – В финале Юлиана сразится, наконец, с резиновым утенком!

            - Для начала я хотела бы удостовериться в его компетенции, задав резиновому утенку пару вопросов! – заявила я в микрофон с твердым намерением разоблачить это шоу, замешанное на грандиозном обмане.

           - Она смеет сомневаться в величайших познаниях Резинового Утенка! – прокатилось по трибунам.

            - Это не по правилам! – моментально воспротивился Люк в мышиной шкуре, вцепившийся когтями в мою пижаму. – Да, и утенок против!
            - Утенок то, как раз, и за! – я была непреклонна. – Посмотрите, он кивает!
             Резиновая игрушка раскачивалась на волнах.

            - Это оптический обман зрения! – попытался выкрутиться хитрый мошенник. – Не позорь меня! – шепнул он мне на ухо. – Я с трудом получил эту работу. Вкалываю в этой дыре по двадцать часов в сутки, а когда, наконец, добираюсь домой, тебе то играть со мной, то гулять. Турсучишь меня почем зря, (чего только стоила последняя фотосессия) а я, между прочим, с ночной смены!

                Это был прямо-таки крик его души!

            - Как ты вообще попал в Черную Дыру? – задала я несколько запоздалый вопрос.
               -Ты разве не знаешь, что в желудках котов миниатюрная Черная дыра? – всерьез удивился он. – А маленькая Черная дыра всегда притягивается к большой. Так что, мое появление здесь было просто вопросом времени…

             - Но меня то почему сюда затянуло? – проявила я резонный интерес.
- Ты слишком любишь сыр! – Люк брезгливо поморщился. – Думаешь, я не вижу, какие взгляды ты бросаешь на стены студии. – Я быстро выдернула руку из-под стола, где пыталась отковырять очередной кусочек лакомства и взглянула на стены. Они и впрямь выглядели весьма аппетитно!- Сырные своды этой пещеры находятся в самом центре Планеты Крыс, их прогрызли еще первобытные предки здешней публики. – Продолжил кот тоном экскурсовода.

            - Ну и причем здесь моя любовь к сыру? – скептично вопросила я, нисколько не сомневаясь, что Люк снова придумает какую-нибудь небылицу.

            - Сработало сырное притяжение! – на полном серьезе заявил он и виновато пожал плечами. – Кто ж виноват, что Сырная планета крыс застряла в Черной Дыре. Вот на этом перекрестке Вселенной мы с тобой и встретились. Ты не представляешь, как приятно встретить соплеменника… - Кот сделал попытку взобраться ко мне на руки, но из-за его слишком огромного роста попытка с треском провалилась. Я попросту не удержала Люка,  размером со стоящего на задних лапах тигра, на руках, и он с грохотом рухнул на пол.

           - Да ты хотя бы знаешь, чего мне стоит каждый раз паясничать в присутствии этой братии? – Люк поднялся с пола. – У меня слюна изо рта капает, приходится вечно жевать конфеты. Ты в курсе, как от этого портятся зубы? – Давил на жалость кот в мышиной шкуре. – От сыра меня уже тошнит! – Он просительно замурчал и сделал попытку потереться. Я едва удержалась на ногах. О вас никогда не пытался потереться хищник с силой носорога?

           - Все равно я задам вопрос! – не хотелось отступать мне. - И не мешай! – отпихнула я назойливого кота, катавшегося, как сыр в масле, в мышином царстве. – Сколько можно преклоняться перед резиновым утенком?

            - Ты же сама только что пела ему дифирамбы, да еще в стихах?
- Просто это было в рифму! – покраснев, пояснила я.

           - Вы, люди, всегда так! – проворчал Люк. – Создаете себе кумира, чтобы потом низвергнуть его вниз! А кто вам виноват? Вот и ищете потом кота отпущения, чтобы спустить на него всех собак!

                Мне, конечно, было жаль Люка, но я не могла поступиться своими принципами:
- Я задам прямой вопрос без всяких подвохов. Пусть резиновый утенок скажет, чему равна длина окружности.

             Мыши в студии зашушукались, потому что, как и следовало ожидать, утенок молчал. Я победно взглянула на зрителей, чей ропот доносился с трибун.

           - Надо помочь утенку! – встрял Люк и, наклонившись к тазику, пару раз придавил резиновую игрушку. Утенок сдавлено пискнул.

              - Он ответил! – обрадовался зал

             - И что же, по-вашему, он сказал? – скептично осведомилась я, с интересом наблюдая за тщетными попытками Люка взять ситуацию под контроль.

               - Он сказал ПИ-ПИ! – пронеслось по залу.

           - Может ему подать горшок? – мне стало смешно.

            - Это значит – 2 ПИ! – вмешался старый мудрый Марабу.

           Я опешила, но, придя в себя, рассмеялась:
- Длина окружности – 2ПR!

           - Грешно смеяться над немощью! – серьезно заметил секретарь. – Наш утенок картавит и заикается.

           –В конце концов, он не тигр, чтобы четко произнести ЭР-Р!- выкрутился Люк и одарил меня победным взглядом. Мыши осуждающе смотрели со всех сторон. Я чувствовала себя белой вороной в окружении стаи стервятников. Лучшим выходом было бы провалиться сквозь землю. Или, вернее будет сказать, сквозь сыр?

            - Еще один вопрос. – Рискнула я. – Не надоело ли это шоу утенку?
Вопрос был с подвохом. Независимо от того ДА или НЕТ, ответит резиновая игрушка, смысл ответа не изменится – НЕ НАДОЕЛО. Но, похоже, ему на самом деле вся эта свистопляска осточертела, потому что он не кивал, не мотал головой, а впал в задумчивость. Ответить односложно не представлялось возможным, поэтому от натуги он начал раздуваться, с каждой секундой увеличиваясь в размерах все больше и больше.

             - Сделайте что-нибудь! – кричали вокруг. – Он же сейчас лопнет!

          Утенок стал уже больше тазика, в котором плавал, затем больше игрового стола. Все запаниковали. Скоро он займет собой целую студию, а может, станет даже больше планеты, а может, и самой Черной Дыры! Мне стало жалко и Утенка, и серых жителей планеты, обустраивавших ее, в прямом смысле слова, по своему вкусу. И я сделала единственное, что могло их спасти – выдернула из раздувшейся игрушки пищик, сыгравший роль пробки. Воздух с силой начал вырываться из резинового нутра, и утенок, пропищав напоследок «спасибо», унесся в межзвездное пространство. Возможно, он спешил к своей маме утке, оставшейся на планете Каучук, а может, просто рад был покинуть серых невежд, которые возвели его в ранг божества.

               Как бы то ни было, когда прошел первый шок от произошедшего, ни на миг не терявший присутствия духа Люк ударил в гонг, призывая к тишине.

          - Согласно правилам турнира, абсолютным победителем объявляется Юлиана! Она получает почетный титул «МИСС, КОТОРАЯ УМНЕЕ РЕЗИНОВОГО УТЕНКА», корону и приз! Следующий турнир за звание «КТО УМНЕЕ ЮЛИАНЫ» состоится через год!

            - Ну, уж нет! С меня хватит! – запротестовала я, хватая одной рукой подарки, а другой – шкирку упирающегося кота…

                …Я открыла глаза. – Лукас лежал в ногах меховой шапкой и кокетливо, как ни в чем не бывало, щурил глазки. Увидев, что я проснулась, утробно замурлыкал, внутри у него словно включилась мурчалочная машинка, можно подумать, он вымаливал прощение за свое ночное поведение. А может, ночью ничего и не было? Просто приснилось? Наступил год Крысы, вот и приснились грызуны, и Шарахунгу я раньше тоже считала крысой, раз он прячется по углам в темноте. Но при чем здесь свиньи? Прямо удивительно! Под подушкой лежало что-то твердое. С замиранием сердца я сунула туда руку. «Все ясно, книжка «Три поросенка» - с сожалением подумала я. Братец на ночь читал. Постойте-ка, это еще не все! Там лежало нечто холодное металлическое с острыми, колючими краями. Мое сердце забилось сильней, так и есть… Это была КОРОНА!

             - Папа, мама! – раздался встревоженный крик моего брата. – Кто-то погрыз упаковку наших подарков!

                ...Люк лежал в позе сфинкса. Я только внимательнее вгляделась в эти янтарные прищуренные глаза…  Сколько тайн они еще скрывают?