И вот они проснулись

Теплый день бабьего лета клонился к закату. Птицы потянулись на юг, звери в лесу улеглись в уютные норки, где-то вдали пропищала электричка. Мы засиделись у костра за чаем и задушевной беседой. Никому не хотелось уходить. Такие вечера – редкость в нашей суетливой жизни. Однако, человек лишь располагает.

- Девочки, пора спать, - раздался знакомый командирский голос. Сопротивляться было бесполезно. Поэтому девочки быстро облачились в спальные гарнитуры, адаптированные для ночевки на свежем воздухе, и скоренько забрались в палатку. Палатка слабо напоминала хоромы, но тесно, не значит плохо. Все улеглись по номерам, заранее распределенным бдительной администрацией спального места.

Несерьезность спальных гарнитуров была пристыжена серьезностью, с которой отнеслась к своему Рита. Ее окончательный спальный ансамбль был комбинацией нескольких обычных, каждый из которых подбирался с большим тщанием и предусмотрительностью. Девочки с некоторым испугом смотрели на ворох одежды, который по замыслу обладателя должен был обеспечить крепкий, здоровый сон на свежем воздухе. Не буду перечислять все одежки, предназначенные для укрытия от ненастья. Невольно приходила мысль, что в таком прикиде вполне можно было бы зимовать в районе Северного или Южного полюсов, с удобством растянувшись на снегу. Но никто не высказался по этому поводу. Сказалась врожденная интеллигентность. Даже скромного хихиканья не раздалось.

После того, как ансамбль был надет, Рита превратилась в подобие шарика или, скорее, плюшевого мишки, которого заботливый деть собирался вывести на прогулку дабы покатать в саночках со снежной горки. Палатка угомонилась и вскоре все заснули.

Где-то ближе к полуночи в палатке раздался неожиданный шорох. Девочки очнулись от крепкого сна. Мысли были самые разные. О том, что это скребется мышь никто старался не думать. Если бы эта мысль возникла, то даже трудно представить, что было бы! Но шорох происходил и не от лесной зверушки, наподобие ежика или зайчика. Это Рита сняла верхнюю часть своего спального ансамбля. Он оказался слишком теплым и ей стало жарко. С облегчением обнаружив, что шум имел самые банальные бытовые причины, все заснули. Спустя час, шорох возник снова. На этот раз он отличался от предыдущего. И это было вполне объяснимо – Рита снимала следующую часть своего ансамбля. Так продолжалось всю ночь. Благодарение Богу, что ночь в это время года продолжалась не более 10 часов. Если бы была длиннее, то восторги обитателей палатки по поводу разоблачения Риты были бы существенно обширнее.