Бабушка, фэнтези и заяц разлюбезный

(прочитать этот рассказ с иллюстрациями можно на моём Дзен-канале здесь - https://dzen.ru/a/arEum71fRUUDq1LD)

У меня случилась радость – вышла моя первая книга фэнтези! Разумеется, тираж мизерный, но я торжественно подкатила к дому с полным багажником книг и на глаза мне попалась эта бабушка.

Толком я не знала о ней ничего, кроме того, что её фамилия Сухарёва. Она жила в соседнем подъезде, иногда рыхлила на газоне самодельные клумбочки. На проходящих глядела строго и всех звала: «эй ты, заяц разлюбезный».

- Здравствуйте! – закричала я. – Уважаемая соседка, книги любите? Хотите подарю свежий экземплярчик?

Бабка подошла с суровым любопытством. Прямо на капоте я подмахнула ей дарственную надпись. Если честно, сюжет моего романа довольно стандартен: добрый маг умеет превращаться в невидимку и телепортироваться на дальние расстояния. Носится по миру, мочит злодеев, мечтающих поработить земную цивилизацию. И в финале, естественно, побеждает… как-то так.

Взяв подаренную книгу, бабка Сухарёва посмотрела на заголовок и спросила:

- Ага. Про фотоаппараты, что ль?

Мой фантастический роман назывался «Звезда в чёрном зените».

- Нет, – поправила я. – Это фэнтези… ну, типа фантастика и сказка. Мифы, волшебники, чудовища.

- Вон чо, заяц мой разлюбезный! – сказала Сухарёва. – А то у нас с дедом тоже чёрный «Зенит» был. До сих пор на антресоли пылится. Мифы, говоришь? Благодарствую, почитаю вечерком.

Спустя пару дней Сухарёва поджидала меня у подъезда с книгой. Я заметила между страниц бумажные закладки. Значит, бабка не поленилась прочесть мой труд, даже отметила какие-то места! Приятно, но немного тревожно. Похоже, предстоит разбор моего творчества.

- Ну, што сказать? – сказала бабка своим густым голосом. – Не спеши, Кать, присядь со старухой. Прочла я от корки до корки, заяц мой разлюбезный. И хочу сказать, книжка у тебя шибко жизненная!

Это показалось забавным. Мой фэнтези-роман – жизненная книга? Да там сплошная выдумка от начала до конца.

- Я тут пометила! – Сухарёва раскрыла первую закладку. – Евреев ты здорово прокатила, Кать! Прям хохотала я до упаду, заяц разлюбезный.

- Погодите! – заспорила я. – В книге нет евреев! Национальный вопрос там вообще не звучит! Там магия, волшебство, эпические битвы…

- Ну как же? – бабка сдвинула брови. – Вот, этот самый твой… Изелгун?

- Азелмун! – скромно отредактировала я. – Главный положительный герой, который обладает Силой, воюет на стороне добра и умеет обращаться в невидимку.

- Насчёт добра не знаю! – бабка перелистнула страницу. – Но по повадкам – закоренелый еврей. Вишь – на этой странице он есть – а тута исчезает! А тута опять есть! А тута – снова нету.

- Так он же волшебник! Он становится невидимым и переносится через пространство.

- Я и толкую, что еврей! Жизненная книга, Кать. Пять лет назад ходил у нас по домам такой же Изелгун. Кричал: «голосуйте за меня!» и колбасу просроченную раздавал. А как проголосовали – испарился. Один в один с него срисовано.

Я не видела ни малейшего сходства между волшебником Азелмуном и неизвестным проходимцем, однако решила не вступать в полемику. Бабка открыла следующую закладку.

- Тута вот тоже славно, Кать. Звонко так! «…из болотной трясины в облаке смрада восстал монстр». Молодец! Это ты про Санчикова, я так понимаю?

- При чём тут какой-то Санчиков? – возопила я. – Знать такого не знаю! Этот монстр – чудовищная нежить по имени Горнгур! Я сама его выдумала!

- Выдумать, может, и выдумала! – согласилась бабка. – Но срисовала-то с алкаша Санчикова? С четвёртого подъезда который. Я тоже давеча пилю с магазина – а он как восстанет из канавы, заяц разлюбезный! По уши в грязи, смраду от него – не продохнуть! Да ещё хрипит: тётя Зоя, доведи до дому? Я с перепугу сама чуть рядом не легла!

- Нет, это ошибочное сходство, – слабо защищалась я. – Уверяю: все мои персонажи вымышлены, любые совпадения случайны.

Не слушая меня, бабка Сухарёва штудировала книгу дальше. Ткнула узловатым пальцем в страницу:

- Во! Здесь, Кать, ты просто уморила! Поддела чертей. Дала дыму, заяц мой разлюбезный!

Мне было уже страшно уточнять, что ввергло бабку в столь безудержное веселье. Подмигивая, она прочитала вслух:

- «Укрывшись в лесу, Азелмун сконцентрировался и усилием воли стал заживлять полученные от монстра раны…» Ха-ха-ха!

- Что смешного? – возмутилась я. – Очень трагичный эпизод. Добрый маг смертельно ранен в схватке с монстром!

- А я об чём? – подхватила бабка. – Я чухнула, что намёк на нашу поликлинику, где из врачей один завхоз остался, да и к тому не попасть. Тот раз загудели у меня кишки – и што делать? Тоже дома лежала и сама заживляла. Такая фэнтезя с энтой медициной – хоть куриным навозом лечись.

Страницу за страницей Сухарёва разбирала мою художественную эпопею и делала неожиданные ремарки. Её смешила телепортация волшебника из Москвы в Архангельск («ха-ха, сразу видно, что с автобусами там тоже ж…!») Полтергейст в заброшенной ядерной шахте напомнил ей покойного мужа («мой дурак спьяну так же по углам шарахался и зундел! Ох и язва ты, Катька, откель только прознала?») А гигантский червь, пропахавший насквозь целый микрорайон, вызвал у бабки ассоциацию с тепловиками, которые вечно всё перепашут и бросят несмотря на то, что отопительный сезон на носу.

- Жизненно, заяц мой разлюбезный! Вот тут тебе отдельный спасиб! В домах потёмки, трубы холодные – всем привет, не кашляйте, робяты! Коммунизм не за горами, ха-ха!

Острой критике подвергся и мой отрицательный мутант Халпеох. Сухарёва мгновенно заявила, что он американец.

- Да с чего вы взяли? – охнула я. – Он вообще не человек! Порождение ада и секретных лабораторий!

- Будто я не вижу, заяц разлюбезный! – сказала бабка сердито. – Если сволочь – значит, американец. Одна там у них путная баба была – рабыня Изаура, да и ту давно не слышно. Заездили, должно быть.   

Я смирилась, но решила больше не дарить ей своих книг, чтобы не угробить остатки авторского эго. Разобрав роман по косточкам, бабка Сухарёва, с чувством пожала мне руку и сказала:

- Молодчина, Катюха. Давно я такого не читывала. Газеты – что? Они всё врут, а у тебя – как есть жизненно. Правдивую книжицу написала. И Азелмуна твоего жалко, хоть и еврей он, конечно.

- Почему жалко? – робко спросила я. – Ведь кончилось всё хорошо, он спас землян и победил монстров!

- А как мужика не пожалеть, если он там всю дорогу без секса? – удивилась пенсионерка. – Потому и бесится, болезный, и крушит всех по мордам. Шибко плохо, матушка, без секса. Так что жизненная книга!

Ушла домой в раздумьях. В чём-то бабка права. Мрачно лежу в тишине и чувствую себя немного Азелмуном. Меня тоже ни одна скотина не обнимет.