Простые чудеса - 7

     Наше поколение пережило эпоху безбожия, когда был запрет не только на религиозные праздники, но и в школах проводилась линия на запрет тех полу мифических рассказов, которые переходили из уст в уста, от поколения к поколению. Тех, кто слушал рассказы стариков, жёстко высмеивали в школах учителя, многие из которых были местной интеллигенцией: коммунисты и, так сказать «сознательные», которые поддерживали и чётко выполняли постановления партии и правительства страны. Тогда было время такое и, чтоб выжить, люди, от беды подальше – закрывали рты. Конечно же, «горлопаны», как их мой дедушка называл, влезть в души людские не могли. И даже не в этом их ошибка, а в том, что навсегда исчезла мудрость стариков, на чём держался весь уклад жизни многих поколений деревень и сёл. Да, коммунисты ликвидировали неграмотность. И это большое дело для глубинки. Но новое не должно вытеснять старое, веками испытанное. Но в школе учили учителя нас, пионеров, чтобы мы не слушали россказни неграмотных старух, так называемые «забабоны», типа старушечий трёп. А это  «трёп», как живительный корень, шёл из глубины веков, и если бы люди учёные и прозорливые записывали то, что помнили старики ещё со своего детства, то во многом помогли бы разобраться в области науки в наше время. Но былого не вернуть…
     Вот, к примеру: почему для скотины хлев строили из камня песчаника, а для людей хаты – глинобитные? Я выросла в такой хате, где мышиные норы были внутри стен, по ним мыши бегали, пищали, дрались, и коты их оттуда достать не могли. Окна были небольшие, одинарные. Но и климат Украины гораздо мягче, чем сибирский. А ещё был неписанный закон в нашей семье: стараться не впускать в дом чужих людей и выносить семейные секреты за порог. Если приходили люди по какому-то делу или просить бабушку погадать перед свадьбой дочери, то садились на завалинку (в тёплое время года), бабушка выходила, долго отнекивалась и только по особой просьбе доставала колоду карт.
     Моя кровать стояла под этим окном, только с внутренней стороны, и я иногда слышала разговоры, которые мне и слышать не полагалось. Но по малолетству я, даже что и слышала, многое не понимала. Начну у родителей спрашивать, а они, чтоб я где-то не проболталась, советовали мне всё забыть… а то ещё в школе про это узнают, так могут и из школы исключить. Много чем меня пугали, и в большинстве случаев не зря. Я уже потом  своим умом до всего доходила.
     Но было и такое, что скрыть уже было нельзя. Все это видели, и объяснить не могли даже образованные учителя, которых присылали в начальные школы для поднятия культуры села. Это были люди из города, чаще всего русскоязычные. Мы учились у них, а они у наших жителей многое перенимали.
     Однажды, и это было всего один раз за все мои 18 лет, прожитых в селе. И так, это было поздней осенью. За ночь исчезли все собаки из наших дворов. Бродячих собак в селе никогда не было. Все собаки с самого малого возраста были цепными. Странно, что ошейники их не удержали, нашли способ стащить их с головы. Сразу село будто онемело. Мы были привычны к тому, что собачий лай сопровождал каждого прохожего по улицам села. А тут – тишина.
     Конечно же на селе были разные разговоры и только очень старые люди говорили, что в их жизни уже такое было. Собаки через несколько дней вернулись, исхудавшие, голодные, некоторые сильно покусанные, присмиревшие. Были и такие, которые не узнавали своих хозяев, разъярённо кидались на них. Люди просили моего отца (лесника) пристрелить собаку из дробовика. Многим собакам не хватало сил добежать до дома. Их находили на многих тропах за селом. Ясно было, что они убегали за многие километры в лес, где в глубоком яру бежал ручей, вода которого падала с высокой скалы. Этот водопад был слышен очень далеко. Мелодию водопада слышали собаки, странная мелодия, по какой-то причине редкостная. Они бежали к нему и истошно выли до того момента, пока не иссякала вода в этом ручье до обычного состояния. Люди, которые случайно оказывались в том месте в тот самый час, начинали плакать и не могли сами выйти из этого состояния, пока не уводили их оттуда те люди, которые не реагировали и не воспринимали этот звук. Но были и такие люди, которые среди ночи, убегали из дома и, что было силы, бежали, сами не зная куда.
     Эту историю, каюсь, я подслушала, лёжа на своей кровати у окна. Чужие люди рассказывали об этом моему дедушке, сидя на завалинке под моим окном. Конечно, разговор был долгим, эмоциональным, только я, малая, до конца не дотерпела, уснула.
     Утром пыталась расспросить у дедушки с бабушкой, но они твердили мне в один голос, будто бы мне всё это приснилось. Но, исчезновение собак в нашем селе не приснилось, а было на самом деле. И выстрелы из дробовика я тоже слышала. И в школе дети шушукались, а учителя делали вид, будто ничего такого не произошло.
     Много чего в природе бывает того, что мы не можем объяснить. Есть учёные люди, которые пытаются разгадать эти тайны, и в этом им бы очень помогли местные легенды. Но, в своё время закрыли уши детям, запретили слушать «забабоны», и цепочка прервалась. А может и нет. Ведь водопад в лесном яру, очень редко, но всё же ждёт свою волшебную минуту, чтоб пропеть песню «Великой скорби». И не перевелись люди, которые хотят узнать правду – истину…

                *