Глава 25. Дом, ушедший в сказку

Сергей шагнул через дверь первым.

Бумага зашуршала под ногами.

Он оказался в нарисованном лесу.

Стволы деревьев были выведены цветными карандашами. Зелёные кроны состояли из неровных кругов, между которыми виднелись белые участки бумаги. Жёлтое солнце улыбалось из угла неба, хотя вокруг стояла ночь.

Лев вошёл следом.

Дверь за ним превратилась в вертикальную карандашную черту.

— Вы умеете выходить из детских рисунков? — спросил он.

— Нет.

— Тогда почему пошли первым?

— Чтобы вы не успели задать этот вопрос до входа.

Лев провёл рукой по ближайшему дереву. На пальцах остался зелёный след.

— Здесь всё незавершённое.

— Рисунок детский.

— Дело не в мастерстве. Посмотрите.

Он указал на дорогу.

Она начиналась у их ног, тянулась между деревьями и внезапно обрывалась посреди белого листа. Дальше виднелся дом — красная крыша, четыре квадратных окна, труба с клубами синего дыма.

Но попасть к нему было невозможно: между дорогой и домом оставалось пустое пространство.

— Девочка не дорисовала путь, — сказал Сергей.

— Или кто-то стёр его.

Компас Петровского указал на дом.

Они ступили на белое поле.

Под ногами ничего не было, но они не падали. С каждым шагом на бумаге появлялась тонкая линия, словно невидимый карандаш продолжал дорогу.

Из леса донёсся женский голос:

— Не ведите её к дому.

Лев остановился.

— Кого?

Между деревьями мелькнула фигура.

Женщина в длинном сером платье уходила вглубь леса. Её волосы были нарисованы несколькими быстрыми линиями. Вместо лица оставалось белое пятно.

— Подождите! — крикнул Лев.

Женщина не обернулась.

Они побежали за ней.

Нарисованные ветви цеплялись за одежду. Карандашные листья осыпались и превращались в мелкую зелёную пыль. Лес становился всё темнее. Улыбающееся солнце в углу листа исчезло.

— Лев, — повторил женский голос. — Ты всё-таки вспомнил себя.

— Кто вы?

— Та, которую ты однажды оставил дома.

— Я вас спас?

Женщина остановилась.

— Ты спас мою дочь.

— Девочку с тетрадью?

— Да.

— А вы её мать?

— Одну из них.

Сергей приблизился.

— Как может быть несколько матерей?

Женщина повернулась.

Лицо по-прежнему было пустым.

— Одна мать осталась с ребёнком. Вторая ушла. Третья всю жизнь думала о том, что было бы, если бы она ушла. Четвёртая каждое утро просыпалась и заново решала остаться.

— А вы которая?

— Та, что вошла в сказку.

Она подняла руку.

Лес вокруг них ожил.

---

Маленькая девочка сидела на полу и рисовала дом.

За столом её родители разговаривали тихо, но напряжённо.

— Я больше не могу, — сказала мать.

— Не начинай при ребёнке, — ответил отец.

— Когда тогда? Ночью? Утром? Через год?

— Ты опять уйдёшь и вернёшься.

— В этот раз не вернусь.

Девочка рисовала громче. Карандаш скрипел по бумаге.

Сначала она нарисовала красную крышу.

Потом окна.

Потом трёх людей, державшихся за руки.

Мать взяла сумку.

— Мамочка, — позвала девочка. — Послушай сказку.

— Не сейчас.

— Она короткая.

Мать замерла у двери.

Девочка раскрыла тетрадь и начала читать:

— «Однажды мама ушла в тёмный лес. Она шла всё дальше и дальше, потому что думала, что дома её никто не ждёт. Но потом увидела в окне свет и поняла: дом не держит её, а зовёт. И мама вернулась».

В комнате стало тихо.

Мать опустила сумку.

— Это всё?

— Нет. Дальше мы живём долго и никогда не ссоримся.

Отец отвернулся к окну.

Мать села рядом с дочерью.

— В сказках так бывает.

— А у нас?

Женщина долго смотрела на нарисованный дом.

— Попробуем.

Сцена замерла.

— После этого мама осталась, — сказал Лев.

Женщина без лица стояла рядом с ними.

— Телом, — ответила она.

— А вы?

— Я — тот шаг, который она не сделала за дверь. Желание уйти не исчезло. Оно вошло в рисунок и продолжило дорогу здесь.

Сцена растаяла.

Лес снова сомкнулся вокруг них.

— Значит, вы не человек, — сказал Лев.

— Не весь человек.

— А кто же автор сказки?

— Девочка рассказала её. Мать сделала сказку реальностью, когда решила остаться. Но потом каждый день переписывала её внутри себя.

— Почему вы позвали Льва?

Женщина подняла пустое лицо.

— Потому что он спас только половину истории.

— Я не знал, что есть вторая.

— Последствия редко сообщают о себе сразу.

Лев опустил голову.

— Что вы хотите от меня?

— Верни меня домой.

— Как?

— Дорисуй дорогу.

— Но вы сами сказали не вести её к дому.

— Я сказала: «Не ведите её».

— Кого?

Женщина указала на белое пространство между деревьями.

Там стояла взрослая девушка с детской тетрадью в руках.

Ей было около тридцати. На её лице Сергей узнал черты девочки из воспоминания.

— Мама? — позвала она.

Женщина без лица отступила.

— Не подходи.

— Я искала тебя.

— Я была рядом.

— Нет. Дома была другая.

— Та же самая.

— Она никогда не смеялась. Никогда не говорила, чего хочет. Она осталась с нами, но каждый день смотрела на дверь.

Женщина закрыла белое лицо ладонями.

— Я старалась.

— Я знаю.

— Ты хотела, чтобы я вернулась.

— Я была ребёнком.

— Но твоя сказка удержала меня.

— Я не знала, что вместе с тобой удержу всё, что хотело уйти.

Сергей понял, почему дорога к дому была стёрта.

Не Бюро уничтожило её.

Девочка сама, став взрослой, возвращалась в рисунок и стирала путь, чтобы мать больше не могла войти в дом такой, какой осталась в сказке.

— Зачем вы пришли сюда сегодня? — спросил он девушку.

— Закончить историю.

— Как?

Она раскрыла тетрадь.

— Я хотела написать, что мама вышла из леса, собрала вещи и наконец ушла.

Женщина без лица отшатнулась.

Дом вдали задрожал. В окнах погас свет.

— Если вы это напишете, изменится прошлое? — спросил Сергей.

— Нет. Но, может быть, мама хотя бы здесь получит жизнь, которую не прожила.

— А ваш дом?

— Сказочный дом должен исчезнуть.

Лев посмотрел на Сергея:

— Если она закончит так, тот поступок, который я спас, станет ошибкой.