Я ТУТ НЕ ПРИ ЧЕМ

Раз село наш полк должен был взять. Немцы его страсть как укрепили. Село то на холме – у них там окопов в несколько линий, пулеметные гнезда, минометная батарея. А у нас, как назло, артиллерия отстала, грязь, распутица. Стоим мы ждем, немцы-то тоже в напряжении – вдруг к нам катюши подойдут. Немцы то их страсть как боялись. Стояли мы на опушке рощи, ждали, готовились. А кормил нас старшина-повар. В возрасте уж. Приедет он на полянку, дровец наколет и то кашу, то суп наварит и потчует нас. Вот и в этот раз приехал он, кашу варит. Но то ли немцы дым заметили, то ли еще что, но… только он котел открыл с черпаком, помешать кашу-то собрался. Немец и открыл минометный огонь. Одна мина прямо в котел с кашей и залети, да там и рванула. Лопнул котел, а лошади то и понесли, да не куда-нибудь, а прямо на немцев. Мы аж дыхание затаили. Несутся кони, из котла дым черный, а наш старшина в белой куртке, да в колпаке с черпаком стоит… И вдруг у немцев по окопам – Новый русский катюш… И первая линия окопов побежала на вторую, вторая на третью, запаниковали… Ну тут и мы ударили, освободили село, разгромили немчуру. А тут и генерал приехал из дивизии – Покажите мне героя. Стали искать повара и нашли. Кони то с разбегу прямо на косогор обрывистый наскочили, да оглоблями то далеко вглубь вошли. Нашего-то старшину выкинуло из-за котла, да между оглоблями то и поставило. Стоит он, черпак у него в руках как ружье, губы трясутся, рожа черная копченая. Куртка и колпак, правда, белые. Как он их не извозгал, не понятно. Отвели коней. Подошел генерал, а наш повар то и выдает – Я тут не причем, не виноват. Достал генерал орден Красного знамени да повару то на грудь и повесил. Спасибо тебе отец, и за село, и за то, что только несколько раненых, а остальные целые. Обнял его и расцеловал…