Три жизни. Часть 31. Глава 78

Возвращение к родному причалу.

Это была моя самая первая в жизни поездка на столь огромном морском судне, и абсолютно всё внутри легендарного «Георга Отса» казалось настоящим заграничным чудом инженерной мысли. Белоснежный великан плавно, величественно отчалил от финского причала, глухо и мощно загудев на прощание. Удалось уютно устроиться в тепле просторного салона, буквально прильнув к круглому стеклу иллюминатора.

 За окном простирался бескрайний, суровый Финский залив, намертво скованный февральскими льдами. Корабль с глухим, рокочущим скрежетом уверенно и ходко колол массивные ледяные глыбы, оставляя за своей кормой ровную, тёмную полосу освобождённой воды. Взгляд неотрывно следил за этим медленно уплывающим вдаль серым силуэтом Хельсинки, и внутри наконец-то затихала изнуряющая буря дневных эмоций. Морская качка почти совершенно не ощущалась, лишь лёгкая, убаюкивающая вибрация мощных двигателей напоминала о том, что мы непрерывно движемся вперёд. С каждым пройденным километром, с каждым с треском расколотым куском зимнего льда Финляндия со всеми её пугающими загадками, немыми сценами у шкафа и тяжёлыми душевными переживаниями стремительно отступала в прошлое. А впереди, за этой безмолвной ледяной пустыней, меня уже ждал мой родной, до боли понятный и такой бесконечно любимый дом.

 «Георг Отс» был настоящим кораблём-легендой и великой гордостью всей Эстонии. Этот огромный белоснежный великан регулярно курсировал из Таллина в Хельсинки и обратно, являясь в те далёкие годы главным, заветным окном в большой мир для нашей республики и непрерывно привозя к нам иностранных туристов. Им искренне и глубоко гордились, его преданно ждали и на том далёком финском берегу, и на этом, родном. Он шёл величественно и не спеша по просторным водам Финского залива, и вся дорога обычно занимала около четырёх часов.

 В это время на борту кипела своя, совершенно фантастическая для простого советского человека жизнь. Счастливые пассажиры сытно и со вкусом кушали за роскошными, ломящимися от деликатесов шведскими столами, в барах весело толпились шумные финны, кто-то азартно метал звонкие монеты в игровые автоматы в тщетной надежде поймать за хвост капризную удачу, на верхних палубах гремела музыка, кто-то беззаботно выпивал у стойки, а другие кружились в танце. Среди всей этой весёлой, пёстрой и шумной толпы удалось отыскать тихое, уединённое и свободное местечко у иллюминатора. Присев на мягкое сиденье, пришлось крепко, бережно прижать к себе сумочку с теми самыми заветными тремястами марками. С тёплыми, светлыми надеждами на скорое возвращение домой взгляд спокойно наблюдал за всем происходящим вокруг. Было удивительно и даже забавно видеть, как этот корабль всего за один такой короткий километровый промежуток морского пути ловко, профессионально выкачивает из иностранных туристов их валюту.

 Но наряду с этой наступившей безмятежностью душу всё-таки точила одна грустная, неловкая мысль: я ведь так и не смогла купить своим преданным друзьям по-настоящему хорошие, дорогие подарки. Было точно известно, что в таллинский порт меня обязательно придут встречать самые близкие люди. В мыслях шло лихорадочное деление скромных гостинцев: кому отдать те недорогие кексы и коробки конфет, а кому достанутся маленькие упаковки сока... Особенно неудобно и по-человечески стыдно было перед Валюшей. Ведь Аско вполне мог бы передать через меня хотя бы какой-то небольшой, символический презент для Вали — ведь именно она всё это долгое время буквально спасала нас, бескорыстно организуя сложнейшие междугородние телефонные переговоры и связывая наши судьбы.

 «Но как было, так и было», — со вздохом подумалось мне. Жизнь эгоистична и сурова: приходится совершенно одной крутиться как белка в колесе, поднимая на ноги любимых детей, в то время как у моих подруг есть законные мужья — а это ведь огромная, надёжная опора и помощь для любой женщины. С этими непростыми думами, мысленно прося у верных друзей прощения за вынужденную скромность привезённых гостинцев, я продолжала делить в уме то немногое, что сиротливо лежало на самом дне дорожной сумки, пока паром «Георг Отс» неуклонно, метр за метром приближал меня к родному эстонскому берегу.

 Рядом с небольшим столиком, за которым я сидела, оставалось ещё одно свободное мягкое кресло. В этот самый момент к нему неторопливо подошла незнакомая женщина и вежливо, негромко спросила:

  — Здесь свободно? Можно мне присесть?

  — Да! Конечно, пожалуйста, присаживайтесь! — моментально среагировала я, искренне радуясь неожиданной компании.

  По характерной мягкой, певучей интонации сразу удалось понять, что передо мной эстонка. Попутчица оказалась удивительно приветливой, общительной, и всё оставшееся время морского пути мы провели в мирной, душевной беседе. В этой непринуждённой обстановке каждая из нас с огромным удовольствием делилась самыми яркими, незабываемыми эпизодами своего пребывания на финской земле. За разговорами время пролетело незаметно, и вскоре вдали, сквозь плотную морозную дымку Финского залива, наконец-то показались долгожданные контуры родной земли.

  — Это остров Аэгна, — тепло улыбнулась моя новая попутчица, внимательно вглядываясь в круглое стекло иллюминатора. — До Таллина теперь осталось совсем ничего. Смотрите, вооон там скоро из тумана появятся знаменитые шпили Старого города...От этих простых слов внутри сладостно и трепетно замерло сердце. Пришлось буквально прильнуть лицом к прохладному иллюминатору, жадно ловя взглядом до боли знакомые, такие родные силуэты старинных башен Оливисте и Длинного Германа, медленно проступающие сквозь плотную февральскую дымку. Все прежние гнетущие мысли о вынужденной скромности моих подарков в одно мгновение полностью улетучились. Самое главное и бесценное заключалось в том, что я наконец-то возвращалась домой, к своим любимым детям, живая, здоровая и с таким ценным, дефицитным грузом!

  Вскоре величественный «Георг Отс» заметно замедлил свой ход, глухо, победно загудел на всю гавань и плавно, ювелирно пришвартовался к родному причалу Таллинского порта. На палубах тут же раздались громкие, чёткие команды матросов, шумно заскрежетали портовые механизмы, и огромная масса пассажиров плотным потоком хлынула к выходу. Крепко подхватив свои тяжёлые сумки и бережно прижав к груди большую коробку с той самой новенькой, выстраданной микроволновкой Samsung, я вместе с этой многолосой толпой ступила на трап — навстречу свежему родному воздуху и близким, родным людям, которые уже с нетерпением ждали моего возвращения на земле.

                Продолжение тут:http://proza.ru/2026/09/24/652