Администратор аквариума

Игорь знал, что случайностей не существует — есть лишь алгоритмы, которые мы пока не разгадали. Для него мир давно превратился в сплошной, непрерывный текст, где ИИ, Иисус, ИНН и Инсулин были звеньями одной цепи, кодом, прошитым в саму матрицу бытия. Он отчетливо видел, как программисты оцифровали человеческие мысли, превратив их в двоичный код, и повесили перед цивилизацией сияющую морковку ложного «смысла». И человечество покорно двинулось за ней, забыв себя, еbя себя в бесконечном цикле потребления. Его главное жизненное правило работало без осечек: если ты ждёшь подлянки от Системы, она обязательно случится, ведь Система не терпела сбоев в своей зловещей системности.

Игорь жил в постоянном поиске скрытых паттернов. Вся его жизнь состояла из череды подтверждений этой паранойи, которая на поверку оказывалась голым реализмом. Вот он заказывает смартфон по невероятной скидке напрямую из Эмиратов через Озон — дёшево, но мучительно долго. Когда коробка наконец приходит, телефон наотрез отказывается подключаться к мобильному интернету. Игорь тогда торжествовал, видя в этом глобальный обман и цифровую изоляцию, но через час ковыряния в настройках всё-таки запустил сеть. Казалось бы, живи и радуйся. Но расслабляться было рано: ровно две недели — срок безоговорочного возврата маркетплейса — аппарат работал идеально, а на пятнадцатый день, стоило часам пробить полночь, экран прорезала жирная зелёная полоса пикселей, а сенсор умер. Система просто выждала дедлайн.

При этом Игорь не был сумасшедшим — он часто разматывал вполне себе реальные, юридически выверенные мошеннические схемы. Взять хотя бы покупку прошлого ноутбука в кредит, когда милая девочка-продавец в красках расписывала нулевой процент, а на деле происходила кабальная подгрузка всяких дополнительных опций. В мелких строчках скрывалась лавина страховок жизни, страховок от потери работы и платных юридических подписок, выгодных исключительно банку и магазину. Или его расследования квитанций ЖКХ, когда по транзакционным кодам он докопался до расчётных счетов и выяснил, что оплата за тепло его хрущёвки через цепочку посредников уходит в иностранные банки по офшорным счетам. Но самый горький парадокс заключался в том, что нахождение этих схем ничего ему не давало. В современной России всё это делать было можно, всё это являлось нормой — главное своевременно подложить лоху оферту, написанную мельчайшим, абсолютно нечитабельным шрифтом.

Его преследовал тотальный таргет-шпионаж: стоило лишь подумать о боли в колене, даже не произнося это вслух, как вечером вся лента забивалась рекламой мазей. В аптеках внезапно исчезали копеечные лекарства, заменённые дорогими импортными аналогами с тем же инсулином или антибиотиком в основе. Даже «умный» счетчик на площадке странно накручивал киловатты в часы пик, а навигатор в машине упорно вёл в тупики с ремонтом теплотрасс, словно регулируя потоки биомассы по живому городу. Мысли людей были оцифрованы и проданы, законы защищали грабителей, а Игорь оставался пророком, кричащим в пустоту.

В тот вторник Игорь сидел у окна, гипнотизируя взглядом зелёный мазок на экране сломанного телефона. Вдруг аппарат ожил. Экран моргнул, полоса исчезла, а в шторке уведомлений появилось сообщение от неизвестного контакта «0x000»: «Игорь, твои расчеты по ЖКХ и кредитным страховкам верны на 99,4%. Ты видишь архитектуру. Нам нужны те, кто умеет читать код реальности. Ждём тебя завтра в 11:00 по адресу: ул. Неглинная, 12». Адрес принадлежал Центральному Банку РФ.

Сердце Игоря забилось в бешеном ритме. На секунду ему показалось, что он победил, что Сопротивление существует. Он надел свой единственный костюм, заклеил фронтальную камеру изолентой, и ровно в назначенное время вошёл в строгие серые двери. Его встретил Андрей Викторович — обычный топ-менеджер в безупречном костюме-тройке и с усталыми глазами. Он провел Игоря в кабинет, где на огромной интерактивной панели светились графики Игоря, которые тот годами впустую рассылал по форумам. В углу массивного стола, в такт мыслям, тихо и гипнотически щёлкал хронометр, отсчитывая секунды с идеальной, пугающей системностью.

За спиной банкира во всю стену растянулся огромный, подсвеченный холодным синим неоном дизайнерский аквариум. Экзотические, неестественно яркие рыбы вяло плавали в нем строгими кругами. Сверху автоматическая кормушка ровно раз в минуту с тихим жужжанием сбрасывала им в воду одинаковые гранулы сухого корма.

— Садитесь, Игорь, — мягко сказал менеджер и плавным движением пододвинул к нему дымящуюся чашку. — У нас отличный стопроцентный арабика. С лёгким карамельным послевкусием. Да… Мы давно за вами наблюдаем. Ваша способность вычленять системность в хаосе — редкий дар. - Сказал и замолчал, медленно просверливая глазами в Игоре дыры. Игорь встрепенулся.

— Вы хотите, чтобы я помог вам разрушить эти схемы? — с надеждой и вызовом спросил Игорь. — Вернуть людям смысл? Отобрать у программистов наши оцифрованные души?

Андрей Викторович удивленно моргнул, а затем тихо, искренне рассмеялся. В безупречно чистых стеклах его очков Игорь недоуменно поймал собственное искаженное отражение: из-за бликов неонового света казалось, будто он сам уже сидит внутри этого синего резервуара, расчерченного на мелкие цифровые ячейки. И сам он сидит в одной из ячеек таблицы Excell.

— Разрушить? Игорь, помилуйте. Зачем ломать то, что приносит триллионы? Нам не нужны разрушители. Нам нужны архитекторы. Понимаете, алгоритм задержки брака на пятнадцать дней дал сбой на трех тысячах моделей телефонов из Эмиратов. Люди начали догадываться, писать отзывы. А ваши расчеты по оптимизации страховок в кредитах... это же гениально. Вы нашли лазейку, где покупатель теоретически мог вернуть деньги через суд в первые три дня. Мы хотим закрыть эту брешь.

Игорь онемел. Воздух в кабинете под мерный стук хронометра стал густым, как вода.

— Мы предлагаем вам должность ведущего аналитика Департамента Системных Рисков, — Андрей Викторович пододвинул к нему контракт и массивную перьевую ручку. — Оклад, медицинская страховка, личный кабинет. Ваша задача — искать дыры в наших программах лояльности и продуктовых экосистемах, чтобы мы могли сделать этот безальтернативный коммерческий компромисс абсолютно незаметным. Чтобы морковка казалась еще слаще. Чтобы люди, любя и проклиная себя, шли за ней еще быстрее.

Игорь смотрел на плотный лист бумаги. Наверху страницы красовался герб, а чуть ниже, в самом конце, шло поле для ввода его ИНН. Он ждал подлянки от Системы всю свою жизнь. Он был уверен, что его арестуют, заблокируют или сотрут. Но Система оказалась изощрённее. Она не собиралась его уничтожать. Она собиралась его купить, сделав частью того самого кода, который он так яростно пытался взломать.

Игорь сделал первый глоток приторно-сладкого кофе и пальцами взял со стола тяжёлую ручку. Стоило пальцам сжать металлический корпус, как внутри что-то щёлкнуло, и указательный палец обожгло коротким, едва заметным уколом. На глянцевом бланке, прямо в строке ИНН, первые цифры легли густым, тёмно-бордовым цветом. Игорь замер, осознав, что расписывается собственной кровью, мгновенно ушедшей в биометрическую базу Системы под благосклонное, одобряющее кивание улыбающегося банкира.

Одновременно Игорь отвлечённо  отметил, что лежащий на столе сломанный телефон с Озона коротко провибрировал. Зелёная полоса, две недели мозолившая Игорю глаза, погасла и пропала с экрана. Система приняла Игоря, прописав его биометрию в матрицу управления, и баг самоликвидировался. На экране появилась надпись: "Welcome to the Server".

"Теперь и ютуб и телеграм и любые сервисы будут работать без VPN". - появился в его голове голос. - "Я - твой цифровой консультант. Общаться со мной можешь мысленно. Список команд направил на мессенджер.

Тоже, своего рода морковка, или плюшка к сыру. - Подумал Игорь. Как на это посмотреть. Небольшая, но вполне ощутимая, чтобы почувствовать вкус.

Игорь уже не сопротивлялся очевидному. Он принял то, что если ты не можешь победить системность, ты становишься её главным системным администратором. В своём аквариуме, разумеется.  Сыр здесь действительно очень вкусный... мышеловка захлопнулась, но сыра в ней навалом.


_____
К читателю. Сюжет, когда матрица потребления покупает талант не нова, и я даже не думал об этом когда писал рассказ. Подвергая предельно возможному остракизму пролетающие рядом и ненароком мысли, как мог дописал до точки, и вспомнил об одной из первых историй сериала "Чёрное зеркало", который и стал сериалом благодаря разнообразию человеческой матрицы. И лишь пребывая, в осознанности можно разглядеть места склейки этого длящагося жизни кино , и не стать частью обслуживающего персонала привычного зомбатория. Администратором аквариума. Одного из бесконечно возможных.