Интерлюдия 1. Становление Южной фракции

Прошло некоторое время с тех пор, как Трибальт распался на отдельные фракции. Страшные для Трибальта времена, полные кризисов и катастроф, Тёмные века закончились. Везде. Кроме Острова Огня, который, волею судьбы, раскололся на множество мелких удельных княжеств.
На Острове Огня началась Эпоха раздора.
С той поры, как каждый из знатных домов прибрал себе своё удельное княжество, в будущей фракции воцарился долгожданный порядок. Но так было поначалу, и продолжалось это недолго. Со временем от политики удельных князей, сраставшейся с наглостью, прихотями, и от многочисленных интриг начали страдать простые люди. И не только они. От бесконечных выходок землевладельцев многие хозяйства приходили в упадок; как следствие, большинство людей нищало, а некоторые оказывались на улице, ободранными до нитки. Тех, кому оказалось нечем платить налоги и подати, на пожизненный срок отправляли либо на каторгу, либо в тюрьму, где несчастные умирали в страшных мучениях. Подобное подстерегало и тех, кто в силу вышеуказанных обстоятельств подался в бродяги, будь он даже странствующим артистом. Попытка откупиться деньгами не спасала странников и бродяг, а лишь усугубляло их и без того непростое положение.
Не лучшим сказывалось положение и многих аристократов; большинство из них не выдерживали соперничества с другими, более сильными знатными домами, разорялись и лишались всего нажитого, а затем либо уходили в монастырь, либо накладывали на себя руки.
Чем дальше заходило дело, тем хуже становилось. Новая череда катастроф началась с того, что ни один князь не побрезговал прибрать себе земли соседа, её достояния и запасы – своих им уже оказалось мало. Развязалась череда междоусобных войн. Одновременно с войнами во многих удельных княжествах волнами покатились восстания и бунты. А за всем этим пошли: голод, неурожаи, запустение, разруха, социальный раскол… И это лишь краткий перечень трагических событий того времени. Остров Огня, будучи совсем молодой фракцией, всё дальше катился к краю гибели. История его давно бы закончилась, если бы не появление в ней… лидера.
Это была девочка, родившаяся и прожившая всё детство в отдалённой ветхой деревушке, которая так страдала от многочисленных бедствий, что вскоре потеряла даже название, и вот-вот исчезнет с карты – так уж её запустили. Будучи подростком, Синусай – так звали девочку – отказалась платить подати Ольбурн, знатному дому, в чьих владениях тогда находилась её деревня. За эту дерзость её публично высекли толстыми ивовыми прутьями на главной площади деревни, а затем бросили в грязь. Зато после надругательства над князем и его семьёй её связали и бросили в темницу. Спустя около двух недель опалы Синусай продали мореходам с западных областей Северного острова. Её привезли в одно портовое поселение (местные называли его просто портом), где она прослужила сначала носильщицей, а затем – помощницей финансового директора при Морском ведомстве. Ещё носильщицей Синусай питала живой интерес к морским наукам и философии; в свободное от работы время (а оно давалось не часто) Синусай пропадала в Читальном Доме порта (это что-то вроде библиотеки в трибальтских уездах). Из философских книг и сочинений её интересовали старые труды, посвящённые смыслу бытия, и идеи выдающихся современников, так близкие её душе, однако не получившие признания по вполне понятным причинам.
Достаточно быстро доросла Синусай до начальника порта – ей не было и шестнадцати, что очень впечатляло портовых. Став им, она открыла в порту приют для сирот и общежитие для тех, кто остался без крова и средств к существованию – таковых порт обеспечивал жильём и работой. Синусай, сама получившая хорошее образование, открыла также в порту цеховую школу, где, помимо самых важных предметов, ученики осваивали понравившееся ремесло, а все желающие получали рабочие специальности.
Шло время, влияние Синусай росло, и из начальника порта её сделали бурмистром поселения, которое к этому немного разрослось. Помимо основной своей деятельности, она не упускала возможности внедрять в общество идеи, позже ставшие основой нынешнего уклада жизни Острова Огня, и которые Синусай так стремилась сделать основой всего. Однако не все поддерживали их. Среди обитателей порта, кроме скептиков, нашлись и те, кто не раз предупреждал, что эти идеи навлекут на них всех беду, какая им и не снилась. А в скором времени на голову Синусай свалилась другая угроза, похуже противников её идей.
Один за другим в порт начали наведываться то инспекторы от имени князя Кельста, хозяина порта, то перекупщики, то глашатаи с предупреждением. Все получили отпор. А одного из них Синусай даже одолела в равном бою на дуэли. После этой победы обитателями преобразованного в городок порта овладела паника – ведь сюда могут прислать войска. Однако и на это план нашёлся.
Люди просто вышли из городка, оставив его пустовать, правда, часть провизии отравили, а сами попрятались, кто в землю, кто за скалой. Пришёл отряд во главе с самим князем. Осели они в том городке, выпили, что смогли найти. Князь Кельст и половина его отряда умерли от отравления, а остальных замучили брюшные колики. Их согласились вылечить при условии, что те перейдут на сторону Синусай. Сказано-сделано. Выжившие воины получили не только врачебную помощь, но и новые идеи, которые им почти сразу понравились. Лекции о них им читала сама Синусай, пока воины лежали в лазарете с коликами. Осознав их потенциал, Синусай поставила выздоровевших воинов в гарнизон городка. Кроме гарнизонной службы, им в обязанности приписали обучать народ воинскому делу – а если другие князья нападут?
И новая беда не заставила себя ждать – к городку подступил ещё один отряд, но уже с соседнего княжества. На них тоже нашлась управа – ополчение сдерживало отряд с лица, а воины с тыла зашли. Половина отряда истреблена, остальные в плен сдались, часть из них по разным причинам на сторону Синусай перешли. Однако, несмотря на очередную победу, благодаря которой народ обрёл веру в неё как в вождя, Синусай понимала, что атаки на городок повторятся, и не один раз. Она приняла решение возвести вокруг городка земляные бастионы, а тренировку ополчения продлить и усовершенствовать. К тому же Синусай, не понаслышке знавшая, что такое обман, понимала, что её в любой момент могут предать свои и обмануть чужие. Для выяснения, кто ей друг, а кто враг, Синусай повелела проверять всякого, кто прибудет в городок в поисках лучшей, как многим казалось, жизни, и всех, кто здесь давно живёт, в том числе и воинов. Кто не прошёл проверку, того либо выгоняют, либо казнят как потенциального предателя. Кроме того, Синусай для пущей безопасности установила в городке шпионскую сеть для слежки за всеми, кто находится здесь, и выявления вражеских шпионов. Естественно, обитателям городка такое не нравилось, однако быть захваченными враждебно настроенной знатью, а тем более – быть казнёнными их же руками, никто из них не хотел. «Раз лидер так решил, значит, так оно и нужно», - решили они.
…Наступила зима. В ту пору зимой никто не работал и, тем более, не сражался, поскольку того не позволяли условия, создаваемые этим временем года. А много необходимого для защиты и продвижения дела по-прежнему не хватает – с таким багажом далеко не уедешь. Ещё мороз ударил трескучий, провизии на всех стало не хватать. Не говоря уже, что многие материалы при таких условиях становятся такими хрупкими, что легко ломаются от малейшего прикосновения к ним. Люди в такую пору ни ногой за пределы поселения, если, конечно, сильная нужда не застанет их врасплох. Это ставило Синусай и её сторонников в невыгодное положение, потому что мимо городка тогда не пройдут и без того нечастые гости  – торговые караваны, снабжающие его всем необходимым в обмен на произведения ремесленников. Положение защитников города не очень-то спасает и то, что и вероятные враги Синусай, удельные князья с их дружинами, из-за мороза не рискуют выходить дальше ворот. В целях сэкономить хоть сколько-нибудь продовольствия, было принято решение сильно сократить паёк, что не очень нравилось горожанам. Благо, из-за обилия снега городок не постигла нехватка пресной воды, которой хватало не только для питья. Среди обитателей городка было и несколько великих умов того времени, перешедших когда-то сюда в поисках лучшей жизни, так и не найдя своей доли на службе у князей. Благодаря их талантам, уму и пытливости, Синусай провела в городке ряд преобразований. Появилась единая система отопления, работающая на минимальном количестве топлива, были улучшены рыбная ловля и обработка металла – и это далеко не полный перечень. Последнее как раз посодействовало усовершенствованию оружия и брони, а также разработке… оружия, которого ещё не видывал Трибальт. Перечислять можно долго, но всё это сводится к одному - Синусай понимала, что, если она хочет одолеть князей и защитить городок от их посягательства, их нужно превзойти всеми доступными способами.
Синусай понимала и другую вещь - тянуть уже нельзя, надо действовать. И поживее. Дождавшись весны, она разделила войско - воинов и ополчение - на три части. Первая отправилась на восток, в посёлок Эйцур – там были богатые пастбища и пасека; вторая – на север, в посёлок под названием Эльбер, чьи воды богаты рыбой, и через них же проходит оживлённый торговый путь; третья осталась в порту охранять его. Сама Синусай встала во главу первой армии, и после недолгих боёв желанные пастбища оказались в руках нового движения. Непродолжительными они были потому, что княжество, в чьих владениях числился Эйцур, сильно истощено междоусобицей, и поэтому воины Синусай почти не встретили здесь сопротивления. Зато рыбный посёлок достался им без боя – он оказался брошенным своими же хозяевами; какая же радость наполнила сердца селян, когда нашлось, кому их защитить.
Для пущей надёжности Синусай послала в разные концы Северного острова посланников на переговоры. Какие из них прошли плодотворно, какие – нет, а где-то посланников или прогнали, или убили. И, тем не менее, это принесло плоды – теперь сторонники Синусай обеспечили себя и едой, и материалом, и инструментом. За всё это, правда, придётся платить полновесным золотом, но Синусай и её сторонники вынужденно шли на такие жертвы, ибо кто хочет остаться в живых, не думает о жирной пище. А в других уголках будущей единой фракции Синусай, благодаря стараниям посланников, обрела новых сторонников. Ими стали воодушевлённые её успехами крестьяне, уставшие от гнёта своих хозяев и непомерных податей, разорившееся аристократы, желавшие поправить своё положение, а также дезертиры, интеллигенция и бродяги всех мастей. Однако не всем удалось тайно покинуть своих хозяев и перейти на сторону восставших; многие из них погибли в пути, а кое-кого поймали и казнили либо за бродяжничество, либо – кому повезло меньше - за попытку бежать. Лишь немногим удалось добраться до территории восставших и, - что сложнее, - пройти проверку на лояльность. Тогда вдохновлённые крестьяне решили сосредоточить свои силы на месте своего пребывания, максимально использовать свои возможности в борьбе против князей. Хотя борьба в этих землях шла не так успешно, как во «владениях» Синусай, тем не менее, она ставила местных князей в тупик – они не понимали, куда отправлять карательные войска и в каких количествах. Особенно им досаждал отколовшийся от одной из таких карательных армий отряд «Красный пояс», названный так из-за манеры носить одноимённые пояса как часть формы – своего рода опознавательный знак. Вдохновившись подвигами «Красного пояса», который впоследствии принёс ей клятву верности, Синусай переняла их традицию носить красный пояс как символ несокрушимости духа; после этого её движение вошло в историю Острова Огня как Восстание «Красных поясов». А портовый городок, с которого это восстание началось, не раз дававший людям надежду на лучшую жизнь, вскоре получил название Туррсхавн («Мыс надежды» по-прототрибальтски).
Однако вскоре удельные князья поняли, в чём дело, и против «Красных поясов» ополчились все княжества Северного острова. Собрав войска, их военачальники двинулись на занятые «Красными поясами» земли. А и тут Синусай и её сторонники не растерялись. Вновь собрав войска, они дали отпор гостям непрошенным, для чего применили тактику, которой «Красные пояса» научились у горных жителей. А именно: выбегали из-за укрытий, обстреливали стройные вражеские ряды и тут же исчезали; устраивали диверсии на территории врага, засады в самых неожиданных местах, ставили ловушки, проводили глубокие рейды, нападали на них небольшими группами. Не выдержав такого давления, княжеские дружины дрогнули, да назад покатились. «Красные пояса» в свою же очередь совершили походы на ближайшие владения и взяли их, какие с боем, какие – без него. Похожая участь постигла и Железный остров, правда, там всё обошлось меньшей кровью. Жители поселений Железного острова тепло и радушно, будто национальных героев, приветствовали Синусай и её войска, когда те входили. В иных уголках острова селяне и аристократы, узнав о приходе «Красных поясов», обретали второе дыхание; тут же, при первой представившейся возможности, бросали всё, хватали оружие и шли против своих господ, причём в качестве такового они использовали всё, что подворачивалось им под руку.
Увы, дальше всё пошло по довольно известной поговорке: «Тронь одну песчинку, и сдвинешь целый океан». Удельные князья Каменного острова, задолго до того, как «Красные пояса» заняли два острова будущей фракции, через шпионов и тайные каналы прознали о дальнейших планах восставших. Пока «Красные пояса» занимались обустройством территорий и подавлением остатков сопротивления, князья Каменного острова собрали воедино свои силы и двинулись на восставших. Не позабыли они и про настроение подданных. Всех, кого подозревали в симпатии «Красным поясам», немедленно репрессировали. Кого-то после допросов и пыток сразу казнили, других либо на каторгу отправили, либо в тюрьму. Для большего устрашения князья велели карательным отрядам поджечь несколько деревень, дабы их подданные знали, что будет с ними, если они вздумают предать своих хозяев. Во избежание же предательства, как среди подданных, так и среди аристократии, князья установили во всех своих владениях слежку – тайную шпионскую сеть, которая следит за каждым движением и словом, выявляли потенциальных изменников. К тому же некоторые из князей заключили с другими, уже сформировавшимися тогда фракциями военные союзы, а кое-кто даже завербовал наёмников – солдат удачи, разбойников, корсаров. Так что, можно сказать, они обеспечили себя довольно-таки весомым численным преимуществом.
Уже на первой высадке объединённые княжеские дружины заняли несколько прибрежных деревень, разграбили их, убили всех, кто оказал им сопротивление и не смог бежать, а всё, что не смогли унести, сожгли дотла. Союзные князьям войска остальных трёх фракций высадились на северных частях территории «Красных поясов» и выбили восставших оттуда.
Опечалилась таким известием Синусай, но в уныние не впала. Поняла, что враг тоже учится на своих ошибках, поумнел, союзников себе нашёл и нарастил силы, и теперь придётся с ним бороться по-иному – старая тактика уже не работает. Подумав на досуге и посоветовавшись со сторонниками, Синусай приказала всем покинуть поселения - от хуторов до городков – и уйти в лес и горы, прихватив с собой съестные припасы и всё самое ценное, убив всю живность, осушив колодцы и подбросив ложные донесения. Сторонники Синусай да народ не понимали, почему их лидер так разоряет их, однако сделать они ничего иного не могли – Синусай закалена в борьбе, а, значит, понимает если не все, то многие тонкости столь опасной авантюры. Она знает: агрессора нельзя остановить никакими стенами, здесь работают обман, хитрость и ложный след. А в этих приёмах «Красные пояса» не знают себе равных. Как лидер им сказала, ровно так они и сделали…
Княжеские дружины и их союзники, закончив с прибрежными поселениями, двинулись дальше. Набрели на соседние поселения, оказавшиеся целыми и невредимыми, однако безлюдными и пустыми. Ни одной живой души – агрессоров встретили лишь тишина, мёртвая домашняя живность, пустые колодцы и брошенные дома. Рассерженные таким положением дел, военачальники приказали воинам обыскать поселения. Агрессоры по несколько часов прочёсывали дома и улицы, но ничего не обнаружили. Тогда военачальники приказали поджечь поселения в надежде, что такой ход что-нибудь, да выдаст. Тщетно. Ни души, ни трофеев – ничего и никого. Поэтому отряды повернули назад, на захваченные прибрежные поселения. Там они закрепились как гарнизоны, разослали разведчиков и гонцов просить припасы и подкрепления. Однако разведка ничего им не дала, поскольку посланные военачальниками разведчики попадали в заранее организованную восставшими западню; с разведчиками умирала и тайна нахождения убежищ «Красных поясов». Северный и Железный острова стали тюрьмой для агрессоров. Вскоре такое положение дел многих из них не устроило, в их рядах начались беспорядки, воины ловили и казнили своих военачальников, а наёмники и корсары восстали против своих нанимателей. По двум островам прошлась такая волна беспорядков, «Красным поясам» и не снилась. Грабежи, междоусобицы среди агрессоров, надругательства над князьями Каменного острова, мародёрство, насилие – и это неполный список последствий такой хитроумной тактики восставших. Северный и Железный острова, непродолжительное время бывшие тихой гаванью, вновь закипели, однако это было восставшим только на руку. 
Дождавшись, когда силы захватчиков ослабнут, восставшие тайно вышли из своих убежищ, кого в плен взяли, кого перебили. Те, кому «посчастливилось» попасть в плен, после допросов либо перешёл на сторону восставших, либо был казнён как потенциальный изменник. Оставшись без войск, князья пустились бежать с Каменного острова, пока сюда не добрались восставшие. Союзные им фракции, порвав оказавшийся ненадёжным союз, тоже повернули назад. Не всем князьям удалось сбежать. Многих из них поймали при попытке бегства, причём как восставшие, так и их же возжелавшие властвовать родственники, которых, впоследствии, постигла та же участь, что и князей. Остальные же князья, кто был поизворотливее да поумнее, сбежали, и следы за собой замели. Да подальше сбежали, чтобы никто из восставших не смог добраться до них. Те аристократы, что поныне живут на Острове Воды – и есть потомки тех беглецов, между нами говоря.
Параллельно с этим Синусай и её сторонники проводили немало реформ и преобразований в соответствии с новым учением. Например, прекрасно помня, как простым людям жилось под гнётом старых правителей, решением Синусай и её сторонников было упразднены все чины, титулы и звания, в том числе дворянские. Вместо них вводилось единое звание – гражданин. Всем, без исключения, обращаться только словом «товарищ». И это был далеко не первый серьёзный шаг, который проделало новое общество во главе с Синусай…
Четыре года борьбы «Красных поясов» с удельными князьями пролетели, будто один месяц. Все три острова оказались целиком и полностью под контролем восставших. Некогда раздробленная фракция стала одним целым, её назвали Островом Огня – по одноимённой стихии. Острова Воздуха, Воды и Земли есть, так почему же не быть Огню? Сформировалась первая партия фракции, Трудовая партия, а с ней – и правительство новоиспечённой фракции. Синусай стала первой главой этой партии, а после – и первым генерал-губернатором Острова Огня. Были приняты герб и флаг фракции (действующие поныне), конституция Острова Огня. Столицу из Туррсхавна перенесли в Элдтирнэф – тогда нынешняя столица «Красной фракции» была небольшим форпостом, который оказал «Красным поясам» наиболее упорное сопротивление. По этому случаю и перенесли сюда столицу, оставив Туррсхавн, «Мыс надежды», городком особого назначения. Всё бы шло прекрасно, если б не один факт: несмотря на победу «Красных поясов», Остров Огня лежал в руинах. Всюду, во всех его уголках царили нищета, разруха, хозяйства лежали в руинах, жителям угрожают голод и холод, и угроза эпидемий ввиду подорванного в войнах здоровья и нехватки лекарств. Чего уж говорить, что во всей фракции была острая нехватка специалистов и умелых рук. Проще говоря, восставшим досталась нищая и разорённая фракция, и если не приложить к ней руки, она исчезнет с карты, и тогда труды «Красных поясов» смело можно считать напрасными.
Но восстанавливать разорённую фракцию для Синусай не было серьёзной проблемой. Первый лидер Острова Огня была твёрдо уверена, что новоиспечённой фракции грозят куда более страшные напасти. И это – внутренние супостаты, хуже врагов внешних, хуже шпионов, хуже засухи, голода и стихийных бедствий. Ведь не все сторонники старых порядков и враги новой фракции были истреблены: среди простых граждан и даже приближенных к партии могли затаиться враги и супостаты, только и выжидающие время как захватить власть в свои руки, установить старые порядки и объявить себя Истинными правителями. И тогда всё, чего потом и кровью добивалась партия столько лет, может пойти крахом. Во избежание оных Синусай и её сторонниками – первыми тогда министрами да комиссарами - было принято решение создать Комитет внутренней безопасности – организацию, созданную для отлова и ликвидации инакомыслящих, шпионов, подпольных организаций, заговорщиков, потенциальных предателей и им подобных. Никто не смог укрыться от него, все попали, куда следует. А для ещё большего недопущения проникновения извне было принято решение вовсе изолировать Остров Огня от остального мира; ради этого «Красная фракция» разорвала все отношения с другими фракциями, а границы – на замок.