Полуостров. Глава 260

Глава 260
- Валя! - Айгуль, выскочив из-за стола, за которым делала вид, что занимается математикой, - на самом деле, она изучала заклинание в книге, замаскированной оберточной бумагой под девичий дневничок, - бросилась Зайчиковой на шею.
Мария Борисовна с треском захлопнула учебник.
- Здравствуй, Валя. Давно не виделись...
Ее голосом можно было заморозить ад, но Зайчикова, казалось бы, даже ухом не повела. Приподняв Айгуль над полом, она закружила её по комнате.
- Валя, она же тяжелая!..
- Ничего страшного, Мария Борисовна!..
Прежде, чем распахнуть дверь, я выкурил на лестничной площадке сигарету. Очертания портала, открытого Зайчиковой, до сих пор подрагивали в воздухе: отсутствие должного мастерства компенсировалось вливанием огромного количества энергии.
- Ты надолго сюда?
Валя держала в руке чашку с чаем, оттопырив мизинец, ни дать, ни взять, девушка из благородной семьи с картины какого-нибудь художника XIX века.
Они общались с Айгуль по ментальной связи, та в этот самый момент как раз рассказывала, как её задолбала математика, и Зайчикова пропустила вопрос.
Или сделала вид, что пропустила.
- Доброго вечера, Валентина...
Её губы были ярко очерчены алой помадой.
"Почему вы не сделали её своей наложницей, Клейнмехер, ведь она смогла зажечь в вас прежний огонь?"
- На один день. Мы с девчонками из колледжа на выходные в Питер приехали... - отвечая Марии Борисовне, она глядела на меня, и в груди у меня начало рождаться странное чувство.
Никогда прежде я не видел их рядом. За исключением того раза, когда я её ударил...
- Мы пойдём погуляем?
Я заметил, что Айгуль скрестила пальцы, создавая заслон, отгораживающий меня от Зайчиковой. Не поворачиваясь, я разнес его в клочья.
- Конечно, идите... Только...
- Да, Мария Борисовна? - отозвалась Зайчикова.
Айгуль раздражённо грызла заусенец.
- Я могу надеяться, что не получится, как в прошлый раз?
- А что случилось в прошлый раз?
- Она тебе расскажет... Я думала, поседею...
- Не волнуйтесь, - Валя облизала губы.
Цветом помада напоминала розы, только не те, что рисовал Коновалов, а распускавшиеся летом у ограды монастыря, который сейчас лежал в руинах. Анна собирала рядом с ним травы...
- Я верну её назад в целости и сохранности...
-  А сама? Уже вечер, скоро совсем стемнеет, а тут много заброшенных домой. Я так понимаю, ты потом пойдёшь на вокзал?
- Вы не возражаете, если Павел Александрович меня проводит?..
На шее у Марии Борисовны пульсировала жилка. Под Валиным взглядом она сложила руки на животе, словно прикрывая его руками.
- А мнение Павла Александровича ты спросила? - резко спросил я.
- Паша, как тебе не стыдно, она что пойдёт одна по этим закоулкам?! Я сама хотела предложить, - покривила душой Мария Борисовна.
- Не волнуйтесь, - снова сказала Зайчикова. - Тут вполне безопасно... Просто с Павлом Александровичем мне будет надежнее... Я плохо знаю дорогу...
- Тут невозможно потеряться, Валя!
"Ты же смог!"
Слова Зайчиковой врезались мне в сознание, я поморщился и, чтобы это скрыть, наклонился, якобы оттирая грязь от джинсов.
"Тогда улицы шли по-другому, Валя"!
Айгуль потянула её за руку.
- Пойдём, я покажу тебе вход в подземелье!
- Не слушай её, Валентина, он за несколько автобусных остановок отсюда!..
- Есть и другой! - заупрямилась девочка. - Мне Мишка показывал...
- Кто?!
- Мишка... - видимо, увидев сталь в моих глазах, она спряталась за Зайчикову.
- Кто?!
- Мишка, я с ним на улице иногда играю... Он сказал, что мы в один класс ходить будем... Он нормальный, - подумав, добавила Айгуль. - Не то, что те...
- И, тем не менее, ты пошла с ними, Айгуль! Короче, сорок минут максимум! - отрезал я. - Сорок минут, - я обернулся к Зайчиковой, - потом ты приводишь её обратно, а я тебя провожаю... И попробуй нарушить договорённости, Айгуль! Тебя так не наказывали, а должны были выдрать, как Сидорову козу...
- Паша, что ты говоришь... - покачала головой Мария Борисовна.
Валя крепко сжала ладонь Айгуль.
- Не волнуйтесь, Павел Александрович, я верну её вовремя...
Когда за ними закрылась дверь, Мария Борисовна, нагнувшись над столом, вытащила из-под тетрадки с примерами книгу заклинаний и быстро пролистала её.
- Тут же ничего нет, Паша!
- А что ты здесь хотела найти?
- Хоть что-нибудь! Она постоянно таращится в неё, думая, что я не вижу! Тебе не кажется... - она понизила голос, словно бы Айгуль это могло помешать услышать её. - Что с ней что-то не так?..
- С ней много чего не так, Маша... Я же тебе говорил... И даже показывал!
- Я не об этом! - практически выкрикнула она. - Почему она не смогла выйти из катакомб? Такое ощущение, что ей там нравилось...
- Не сходи с ума, на выход было наложено заклинание!
- Были же и другие выходы, она сама говорит! - возразила Мария Борисовна.
- Очень далеко...
- Все равно, Паша! Она просто сидела и ждала вас. С неработающим телефоном! И почему он не работал, она не могла посадить его так быстро!
- Что ты хочешь мне доказать? - внезапно разозлился я. - Что она ненормальная? Избранные все не вполне нормальные, способности расшатывают нервную систему. Или что её нужно сдать в интернат?..
- Я не говорила этого! - она отступила к балкону. - Я даже об этом не думала... Как ты можешь?.. Я просто боюсь... Откуда она знает Валю?..
- Они жили рядом, я же говорил...
- Подруга мне не рассказывала...
- Она запоминает всех младшеклассниц в своём подъезде? - усмехнулся я.
- Она не рассказывала мне об убийстве! Она бы знала... И я как-то спрашивала Айгуль, где она жила. По описанию - это другой дом...
- Ты, что же, расследованием занимаешься, Мария Борисовна? Следствие ведет...
Однако я все больше и больше задумывался над тем, что она сказала... А ведь и вправду, Айгуль была относительно спокойна... Я, правда, подумал, что она уже сорвала голос, кричать...
- Хорошо, - вздохнул я. - Валина мать знала её отчима. Они принимали одни препараты...
- Ты серьёзно сейчас, Паша?.. Хотя... - она наморщила лоб. - В них есть что-то общее...
- Ты же не думаешь, что и Валентина - моя дочь?..
- Разумеется, нет! - ехидно произнесла Мария Борисовна. - Вас связывают совсем иные отношения! Я видела, как она на тебя смотрит!
- Ты сама говорила мне, что в старшей школе девочки часто влюбляются в учителей, что я могу с этим поделать?..
- Но и ты смотришь на неё, Паша!
- Я - живой человек, а она сильно изменилась...
Из распахнутой балконной двери доносились крики чаек, кружащих над Заливом. По набережной с ревом проехал мотоцикл, подняв столп пыли.
Зайчикова с Айгуль стояли на мосту, и девочка снимала её на телефон.
"Все реки текут в море, но море не переполняется..."
- Да, изменилась, - кивнула Мария Борисовна. - Она выглядит не вульгарно, но в ней появилась уверенность в себе. Способность привлекать взгляды... Я бы никогда не сказала, что это моя бывшая ученица, встретив её сейчас на улице...
- Она продолжает встречаться с Козловым, - сказал я.
- О, Боже... Никогда не могла это понять...
Я развёл руками.
Валя привела Айгуль ровно через сорок минут. У меня даже закралось подозрение, что они стояли на пороге дома, выжидая, когда завершится отведенное мною на прогулку время.
- Я к вашим услугам, господин Хранитель...
Зайчикова присела на корточки, срывая с клумбы бархотку. Улучшает сон, снимает стресс, нормализует работу желудка...
- Давай, пройдемся... - я достал из кармана пачку сигарет.
Валя согласно кивнула. С цветком, зажатым между пальцами, она снова смотрелась героиней картины. Сколько же я просмотрел этих картин за последний век, когда искусство приобрело характер массовости...
- Дайте мне руку, Павел Александрович... - она шла по бордюру, покачиваясь из стороны в сторону, словно канатоходец по помосту.
- Хватит строить из себя невинную школьницу! - взорвался. - Я вызвал тебя, потому что мне нужны твои способности!
- Я никогда не посмею перечить приказу Хранителя! Не то, что некоторые... - заметила Валя, спрыгивая с бордюра. - Что я должна буду сделать?
На ней была короткая юбка, и я отвернулся в сторону, разглядывая затихающий к ночи Залив.
- Ты должна будешь помочь мне разговорить одного человека...
- Он должен будет рассказать что-то конкретное, или ему нужно просто растормошить память? - деловито осведомилась Зайчикова.
- Скорее,  второе, - поморщился я. - Тебе бы в гестапо работать, Валентина. Коновалов не смог!
- Я знаю. Он сказал, что это бесчеловечно. Когда у него родится ребёнок, он поймёт...
Я резко остановился, чуть не врезавшись в фонарный столб.
- Ты что сейчас имеешь в виду? Вы, наконец, доигрались?! Что ты вообще у него делала?..
- Козлов мне врезал! - Зайчикова потрогала кожу под глазом. - Это давно было, и то я замазываю... Он же ревнует меня к телеграфному столбу!
- И ты побежала к Ивану? И навела на него чары, так ведь?
- Это моя жизнь, Пауль!
- Нет, Валентина! - я взял её за подбородок, заставляя повернуть ко мне голову. - Ваша жизнь принадлежит Ордену, а я, отныне и до особого распоряжения, его представитель! Я могу рассчитывать на то, что ты избавишься от ребёнка?
- Ребёнок - дар Божий, как я могу, Пауль...
- Не сходи с ума, Орден спокойно даёт благословления на аборты! Как это не цинично звучит, важна ты сама, а не твои дети! Их у тебя может за долгую жизнь родиться столько, сколько ты сама пожелаешь!
- Но я не хочу!
- А я не спрашиваю тебя! - рявкнул я. - Хочешь Коновалову жизнь поломать? Только попробуй! Ты сама-то на что сейчас живёшь? - вдруг сообразил я.
- Наконец-то тебя взволновал этот вопрос! - Валя дернула подбородком, и я разжал пальцы. - Делаю уколы... Отвожу детей в школу, сижу с ними... Не шикую, как ты понимаешь! Ну, и Козлов подкидывает, конечно...
Я отвернулся, чтобы она не увидела, что я кусаю губы.
- Я мог бы подать прошение Отцам, если бы ты сможешь мне помочь... Выторговать у них хоть какую-то пенсию, за особые заслуги... Только ты должна пообещать мне избавиться от ребёнка! Если он, конечно, имеет место присутствовать...
Зайчикова плотоядно ухмыльнулась.
- Ты хочешь лично это проверить?