Удивительный Цифровой Цирк Двенадцать Месяцев Безу

#байка
Глава 1: Великое Объявление

Было обычное... хотя нет, стоп. В Удивительном Цифровом Цирке не бывает «обычных» дней. Но этот день был особенным даже по его меркам — сегодня отмечалась годовщина создания Цирка! 
Кейн, юноша с золотисто-серебряными волосами, которые переливались, как праздничная мишура, стоял на главной арене. Стразы на его гриме вокруг глаз сверкали так, что ослепляли всех в радиусе десяти метров, а белые губы растянулись в загадочной улыбке.
— Дорогие мои циркачи! — провозгласил он, раскинув руки. — Сегодня великий день! День, когда наш любимый Цирк появился на свет! И я, ваш покорный Кейн, приготовил нечто особенное!
Пузырек, синяя гиперреалистичная звёздочка, подпрыгивал от нетерпения, его лучики дрожали:
— Что это? Что это? Покажи! Скажи! Дай!
— Терпение, мой маленький звёздный друг! — Кейн театрально взмахнул рукой, и из воздуха появился огромный барабан, украшенный блёстками. — Каждый из вас вытянет наугад один из двенадцати месяцев года! И число от одного до тридцати одного! А затем... — он сделал драматическую паузу, — я озвучу соответствующее Приключение! И оно немедленно начнётся!
Королер, мужчина в свитере с принтом шахматной доски и мантией поверх, поправил очки и скептически поднял бровь:
— Кейн, это... законно? С точки зрения физики? Логики? Здравого смысла?
— Мой дорогой Королер! — Кейн рассмеялся, и стразы на его лице затанцевали. — В Цирке нет места скучным вещам вроде «здравого смысла»! Сегодня будет абсурд! Только он, и только помпезный, под стать нашему празднику! Добрый! Волшебный! И точка!
Королева, жена спросившего аватара, появляющаяся здесь в облике писательницы середины прошлого века в строгом твидовом костюме, с массивными серьгами-ферзями, отложила свою вечную рукопись и поправила очки:
— Ну что ж... В моё время мы тоже любили игры. Хотя, обычно, без цифровых звёздочек и говорящих барабанов.
— Времена меняются, Ваше Величество! — Кейн подмигнул. — А теперь — начнём!

Глава 2: Джекс и Летающий Гамбургер (12 июня)

Первым к барабану подошёл Джекс — юноша-азиат с косой чёлкой, закрывающей один глаз, в фиолетовом плюшевом кигуруми с кроличьими ушками. Он неуверенно опустил руку в барабан.
— Месяц... — он вытянул бумажку. — Июнь!
— Июнь! — эхом отозвался Пузырек, светясь от восторга.
— Теперь число! — Кейн хлопнул в ладоши.
Джекс вытянул вторую бумажку:
— Двенадцать!
Кейн торжественно вскинул руки:
— Двенадцатое июня — ЛЕТАЮЩИЙ ГАМБУРГЕР! ;;
И тут же вокруг Джекса начал материализовываться... гигантский гамбургер. С булочкой, которая светилась, как луна. С котлетой, которая хихикала. С салатом, который махал листьями, как крыльями. С сыром, который пускал радужные пузыри.
— Что... что происходит?! — Джекс в ужасе отшатнулся, но гамбургер уже подхватил его своими «руками» из огурчиков и усадил на светящуюся булочку.
— Ты летишь, Джекс! Летишь! — кричал Пузырек, подпрыгивая.
— Я НЕ ХОТЕЛ ЛЕТАТЬ! Я ХОТЕЛ СПОКОЙНО ПОСМОТРЕТЬ! — вопил Джекс, но гамбургер уже взмыл в воздух, оставляя за собой след из кетчупа, который превращался в бабочек. ;
— Не волнуйся! — крикнул ему вслед Кейн. — Гамбургер дружелюбный! Он просто хочет показать тебе облака!
— ОБЛАКА НЕ ТАКИЕ! ОНИ НЕ ПАХНУТ МАРИНОВАННЫМИ ОГУРЦАМИ!
Гамбургер обиженно фыркнул, но продолжал летать кругами над ареной, а Джекс, смирившись, начал... смеяться. Потому что это было настолько абсурдно, что уже смешно.

Глава 3: Рогатта и Танцующие Скелеты (31 октября)

Рогатта — светловолосая девушка с пышными кудрями в стиле барби, в сверкающем платье — подошла к барабану с уверенностью королевы красоты.
— Октябрь! — объявила она. — И... тридцать один!
Кейн хлопнул в ладоши:
— Тридцать первое октября — ТАНЦУЮЩИЕ СКЕЛЕТЫ В БАЛЕТНЫХ ПАЧКАХ! ;
Рогатта моргнула. Один раз. Два раза.
— Что, простите?
Из-за кулис выплыла вереница скелетов. Каждый был одет в розовую пачку, и каждый... танцевал. Плохо. Очень плохо. Они спотыкались, падали, снова вставали и продолжали танцевать с упорством, достойным лучшего применения.
— Это... это... — Рогатта смотрела на них широко раскрытыми глазами. — Это самое нелепое, что я видела!
— Спасибо! — скелет в самой большой пачке поклонился и тут же рассыпался на части. — Ой. Простите. Сейчас соберусь.
— Они разваливаются! — Рогатта засмеялась, не в силах сдержаться. — Они реально разваливаются!
— Это часть шоу! — заверил её Кейн.
Один из скелетов подхватил Рогатту и закружил её в вальсе. Она пыталась возмущаться, но её ноги сами начали двигаться в такт.
— Я не соглашалась на это! — кричала она, но улыбка против воли расползалась по её лицу.
— Никто не соглашался! — ответил скелет. — Это и есть веселье!

Глава 4: Помни и Гигантский Плюшевый Белый Моржонок с Черным Носиком (7 марта)

Помни — девушка в деловом костюме красно-синих оттенков с принтом под арлекино, с гримом мима и чёрными волосами — подошла к барабану с видом человека, который давно смирился с абсурдом этого места.
— Март, — сказала она ровно. — Семь.
— Седьмое марта — Гигантский Плюшевый Белый Моржонок с Черным Носиком! ;
Помни медленно моргнула:
— Белый? МОРЖОНОК с Черным Носиком?
— Именно!
На арену пришло нечто. Это был пузатенький малыш моржа с пухлыми щечками. Огромный. Милый, потешный и супер-мягонький. И белоснежный. Он прыгал. Каждый прыжок отдавался лёгким землетрясением, а из его поверхности вылетали изюминки, которые пытались укусить прохожих за ноги.
— Он пытается колдовать! — возмутилась Помни, отпрыгивая от очередной изюминки.
— Нет, он пытается с тобой поиграть! — возразил Кейн. — Изюминки — это его способ сказать «привет»!
— Странный способ!
Моржонок подпрыгнул особенно высоко и... приземлился прямо перед Помни, обдав её карамельным сиропом с ног до головы.
Помни стояла, вся липкая, с изюминкой на носу, и... засмеялась. Тихо, но искренне.
— Ладно, — сказала она. — Ты милый. Липкий, но милый.
Малыш радостно задрожал и попытался обнять её. Это закончилось тем, что оба упали в лужу карамели.

Глава 5: Королер и Говорящие Шахматы (4 апреля)

Королер подошёл к барабану, бормоча что-то про «статистическую вероятность» и «отсутствие научного обоснования».
— Апрель, — вздохнул он. — Четыре.
— Четвёртое апреля — ГОВОРЯЩИЕ ШАХМАТЫ, КОТОРЫЕ СПОРЯТ О СМЫСЛЕ ЖИЗНИ! ;;
Королер замер.
— Что?! ОО
На арене появилась шахматная доска. Огромная. И фигуры на ней... разговаривали. Громко. Очень громко.
— Я считаю, что смысл жизни в том, чтобы дойти до конца доски! — кричал белый Офицер.
— Нет! Смысл в том, чтобы СЪЕСТЬ всех фигур противника! — возражала чёрная ладья.
— Вы оба неправы! — встрял конь. — Смысл в том, чтобы прыгать буквой Г и не задавать вопросов!
Королер смотрел на это с выражением человека, который очень хочет проснуться, но не может.
— Это... это нарушает все правила шахмат, — пробормотал он.
— Правила? — белый король повернулся к нему. — Какие правила? Мы сами себе правила! Хочешь сыграть?
— Я... я не уверен, что хочу...
— Отлично! Ты — белый Король! — и Королер обнаружил себя стоящим на доске в мантии, которая внезапно стала шахматной.
— Я НЕ СОГЛАШАЛСЯ!
— Никто не соглашался! — хором ответили фигуры. — Это часть плана!
Королер вздохнул, поправил очки и... начал играть. Потому что спорить с говорящими шахматами было бесполезно. А через десять минут он уже азартно кричал:
— НЕТ! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ТАК ХОДИТЬ! ЭТО НАРУШЕНИЕ ПРАВИЛ!
— Каких правил?! — хохотал чёрный слон. — Мы же договорились, что правил нет!
— Я НЕ ДОГОВАРИВАЛСЯ!

Глава 6: Гэнгл и Поющие Кактусы (19 августа)

Гэнгл — чуть пухлая темноволосая смуглая девушка с пирсингом в виде масок комедии и трагедии на коффе — подошла к барабану, ухмыляясь.
— Август. Девятнадцать.
— Девятнадцатое августа — ПОЮЩИЕ КАКТУСЫ В СОМБРЕРО! ;;
— О да! — Гэнгл хлопнула в ладоши. — Вот это я понимаю!
На арене появились кактусы. Много кактусов. Все — в огромных сомбреро. И все — пели. Мелодия была... своеобразная. Что-то среднее между мариачи и оперой.
— ;Ay, ay, ay! — пели кактусы. — ;Somos cactus cantantes! ;No nos toques, o te pinchar;s!
— Я не говорю по-испански! — крикнула Гэнгл.
— ;No importa! ;La m;sica es universal! — ответил главный кактус и протянул ей колючую «руку».
Гэнгл взяла его за колючку. Ей было больно. Но она смеялась.
— Это лучшее, что случалось со мной! — воскликнула она.
— ;Gracias! — кактусы поклонились, и их сомбреро упали.
Оказалось, что под сомбреро у них были... маленькие сомбреро. И под ними — ещё сомбреро. Это была сомбреро-матрёшка.
— Логика? — Гэнгл посмотрела на Кейна.
— Отсутствует! — радостно ответил он.

Глава 7: Зубл и Летающие Бриллиантовые конфетки (23 февраля)

Зубл — коротко стриженная латиноамериканка с яркими тату-рукавами и принтом бармена на футболке — подошла к барабану, потягивая воображаемый коктейль.
— Февраль. Двадцать три.
— Двадцать третье февраля — ЛЕТАЮЩИЕ БРИЛЛИАНТОВЫЕ КОНФЕТКИ, КОТОРЫЕ ИЗВЕРГАЮТ ЖЕМЧУЖНЫЙ ДОЖДЬ! 
— Наконец-то что-то блестящее! — обрадовалась Зубл.
Конфетки появились. Много, бриллиантовых. Они летали, как птицы. И из них... шёл жемчуг. Лился, как дождь. Разноцветный. Очень крупный.
— Ай! — Зубл потёрла глаза. — Это ядра пушек какие-то! Мои глаза!
— Не три глаза! — крикнул Кейн. — Это только усугубит!
— Спасибо, КАПИТАН ОЧЕВИДНОСТЬ!
Драгоценные великолепия кружились вокруг неё, поливая жемчужинками. Зубл пыталась поймать хотя бы одно, но они уворачивались с ловкостью, достойной лучших акробатов.
— Ладно! — крикнула она наконец. — Я сдаюсь! Вы лучшие!
Тако радостно защебетали и приземлились ей на голову, образовав роскошную корону.
— Это... это удобно, — признала Зубл, глядясь на себя в зеркало. — Ммм. Переливаются!

Глава 8: Кауфмо и Танцующий Пуфик (1 сентября)

Кауфмо — парень с длинными волосами и в пёстрой футболке с принтами клоунов — подошёл к барабану, улыбаясь во все тридцать два зуба.
— Сентябрь. Один.
— Первое сентября — ТАНЦУЮЩИЙ ПУФИК В ТЮТЮ! :)
— В тютю? — Кауфмо моргнул. — Это что, фокус?
— Именно! — Кейн хлопнул в ладоши, и на арене появился пуфик с глазками в форме сердечка. Огромный. Перевязанный розовым бантиком. С бантиком с брошью-поцелуйчиком.
Пуфик посмотрел на Кауфмо. Кауфмо посмотрел на пуфик.
— Танцуй со мной, — сказал предмет интерьера. Голосом, который никак не соответствовал его размерам. Высоким. Писклявым.
— Я... я не умею танцевать, — признался Кауфмо.
— Никто не умеет! — тот подхватил его кончиками ленты бантика и закружил. — В этом и смысл!
Они танцевали. Глазки сего предмета мебели радостно блестели, Кауфмо летал, ленточка развевалась. Это было красиво. И абсурдно. И прекрасно.
— Я ЛЕТАЮ! — кричал Кауфмо.
— Я ТОЖЕ! — отвечал пуфик, хотя его основная часть твёрдо стояла на земле.

Глава 9: Риббит и Гигантские Огненные Снеговички (30 июля)

Риббит — танцовщица-огнеглотатель с зелёными волосами и в зелёном костюме — подошла к барабану, уже предвкушая что-то интересное.
— Июль. Тридцать.
— Тридцатое июля — ГИГАНТСКИЕ ОГНЕННЫЕ СНЕГОВИЧКИ, КОТОРЫЕ ЖАРЯТСЯ САМИ! ;;
— Огненные... Снеговички? — Риббит заинтересованно наклонила голову.
Они появились. Огромные. Прыгающие. И горящие. Не сгорающие, а именно горящие — весёлым, танцующим пламенем.
— Они не сгорают? — спросила Риббит.
— Нет! Они наслаждаются! — ответил Кейн.
Один снеговичок подпрыгнул к Риббит и... лизнул её. Огнём. Это было тепло. Приятно. Как объятие.
— Ого, — Риббит погладила его. — Ты горячая штучка.
Снеговичок застенчиво засиял ярче и прижался к ней.
— Они как питомцы, — улыбнулась Риббит. — Огненные питомцы.
— Именно! — Кейн кивнул. — И они хотят, чтобы ты их... поджарила.
— Поджарила? Они же уже горячие!
— Но не поджаренные! Это разные вещи!
Риббит вздохнула, но достала огненный пистолетик (откуда? В Удивительном Цифровом Цирке не задают таких вопросов) и начала поджаривать снеговичков. Те блаженно жмурились и становились золотистыми.
— Это... это странно, — признала Риббит. — Но приятно.

Глава 10: Луна и... Говорящая Луна (15 ноября)

Луна — белый полумесяц-девушка — подплыла к барабану, сияя мягким светом.
— Ноябрь. Пятнадцать.
— Пятнадцатое ноября — ГОВОРЯЩАЯ ЛУНА, КОТОРАЯ РАССКАЗЫВАЕТ АНЕКДОТЫ! ;
— Но я же луна, — растерялась Луна. — Как я могу встретить луну?
— А вот так! — Кейн хлопнул в ладоши.
На арене появилась... ещё одна луна. Большая. Жёлтая. С лицом. И эта луна начала говорить:
— Почему звёзды не ходят в школу? Потому что они уже знают ВСЁ! Ха-ха-ха!
Луна (возлюбленная Кейна) моргнула:
— Это... это был странный анекдот.
— Знаю! — луна (планета) подмигнула. — Вот ещё: почему солнце не носит очки? Потому что оно и так СВЕТИТ! Ха-ха-ха!
— Это абсурдно.
— Спасибо! Я стараюсь!
Луна (жена Кейна) посмотрела на него с выражением «серьёзно?».
— Что? — Кейн пожал плечами. — Ты же хотела приключение.
— Я хотела приключение, а не второсортного космического стендап-комика!
— Иногда это одно и то же! — луна (планета) подмигнула. — Почему космонавты не едят клубнику? Потому что она УЛЕТАЕТ! Ха-ха-ха!
Луна (полумесяц) застонала, но... улыбнулась.

Глава 11: Королева и Дракон-Библиотекарь (28 мая)

Королева, глядя на творившийся вокруг заос, пусть и "добрый", и "волшебный", долго не решалась, когда ее очередь подошла. Наконец, она максимально осторожно выдохнула:
— Май. Двадцать восемь.
— Двадцать восьмое мая — ДРАКОН-БИБЛИОТЕКАРЬ, КОТОРЫЙ ВЫДАЁТ КНИГИ ТОЛЬКО ЗА ЗАГАДКИ! ;
Королева подняла бровь:
— Дракон. Библиотекарь.
— Именно!
На арене появился дракон. Большой. Зелёный. В очках. С карточками библиотечного каталога в лапах.
— Добрый день, — сказал дракон вежливо. — Чтобы получить книгу, вы должны отгадать загадку.
— Я писательница, — ответила Королева. — Я сама могу придумывать загадки.
— Тогда придумайте! — дракон улыбнулся. — И если она мне понравится, я дам вам... — он торжественно достал книгу, — «Войну и мир» в переводе на драконий.
— Драконий?
— Да. Это занимает тридцать томов. И каждый том нужно читать, стоя на голове.
Королева задумалась. Потом улыбнулась:
— Загадка: что становится больше, если его перевернуть?
Дракон задумался. Долго. Очень долго.
— Не знаю, — признался он наконец.
— Число девять! — Королева рассмеялась. — Переверни — получишь шесть!
Дракон восхищённо выдохнул:
— Вы гений! Забирайте книгу!
Королева взяла первый том. Он был размером с неё саму.
— Я... я не смогу это унести.
— Это часть испытания! — дракон подмигнул. — Удачи!

Глава 12: Пузырек и Летающие Пузырьки (6 декабря)

И наконец, Пузырек подлетел к барабану, дрожа от возбуждения.
— Декабрь! Шесть!
— Шестое декабря — ЛЕТАЮЩИЕ Пузырьки, КОТОРЫЕ ИЗВЕРГАЮТ РАДУГУ! ;
— ДА! — Пузырек закричал от восторга. — ЭТО ЛУЧШЕЕ!
Пузырьки появились. Много. Все — с крыльями. Все — летали. И все — извергали радугу. Радуга лилась водопадом, заливала арену, превращала всё в цветастое безумие.
— ЭТО САМОЕ КРАСИВОЕ, ЧТО Я ВИДЕЛ! — кричал Пузырек, купаясь в радуге.
— Я знал, что тебе понравится! — Кейн улыбнулся.
Пузырек подхватил... Пузырька ;  и посадил себе на спину. Они полетели. Над ареной. Над цирком. Над всем миром.
— Я ЛЕТАЮ НА... Пузырьке! — кричал Пузырек. — ПО МЕДУ! НЕТ, ПО РАДУГЕ! ЭТО ЛУЧШИЙ ДЕНЬ!

Эпилог: Великий Парад :) Удивительного Цифрового Цирка 

Когда все приключения закончились (хотя «закончились» — это громко сказано, потому что летающий гамбургер всё ещё кружил над ареной, а скелеты всё ещё танцевали), все собрались в центре.
Джекс, всё ещё липкий от кетчупа, но улыбающийся. Рогатта, с пачкой на голове. Помни, покрытая карамелью. Королер, в шахматной мантии. Гэнгл, с кактусом под мышкой. Зубл, в бриллиантовой короне с жемчугом. Кауфмо, всё ещё кружащийся в танце. Риббит, с огненным снеговичком на плече. Луна, всё ещё слушающая так себе- шутки. Королева, с тридцатитомником на спине. Пузырек, светящийся от счастья.
И Кейн в центре всего этого.
— Дорогие мои! — провозгласил он. — Сегодня мы отметили годовщину нашего Цирка! И я надеюсь, вам понравилось!
— ЭТО БЫЛО БЕЗУМНО! — крикнул Пузырек.
— Абсурдно! — добавил Королер.
— Странно! — согласилась Помни.
— Но весело! — улыбнулась Рогатта.
— И блестяще!
Кейн рассмеялся, и его стразы засияли ярче обычного:
— Это и есть Удивительный Цифровой Цирк! Место, где абсурд — это норма! Где дружба — это магия! И где каждый день — это приключение!
— А что будет завтра? — спросил Джекс.
Кейн подмигнул:
— Завтра? Завтра мы вытянем карты с тем, чего не может быть! И посмотрим, что из этого выйдет!
Все застонали. Но никто не ушёл.
Потому что в Удивительном Цифровом Цирке даже стоны — это часть веселья.

P.S. Летающий гамбургер так и не приземлился. Он теперь живёт на крыше Цирка и иногда пугает голубей.