Завещание

(В память о любимой Ляле, 16/03/2026)

- Дед умер.
- Иди, ты! – Валера не верил свои ушам. – Реально?
- Нет, понарошку, - съязвила сестра, обматерив кого-то на дороге.
- Всё летаешь?
- Нет, ползаю! Как ты! - Парировала она.
- Даже не знаю, радоваться или плакать?
- Плачь, потому что дебилом вырос, - она снова кого-то обругала, на это раз более жёстче. – Говорю тебе! Реально, кони двинул. Мне мать звонила, вся в соплях.
- Ты думаешь ей чего-то светит?
- Да она единственная и неповторимая наследница, братишка, или ты знаешь о ком-то ещё?
- Неужели мы станем богатыми?
- Не так быстро, утырок. – Она рассмеялась в голос. – Послезавтра огласят завещание в нотариальной конторе. Надо приехать и поддержать маму.
- Безусловно, – Игорь почесал затылок, – но, надо как-то отделаться от её хахаля.
- Согласна. Это беру на себя, а то будет шаркать там не по делу и вынюхивать чего, да сколько. – Она два раза кому-то продолжительно посигналила.
- Хорошо. – Согласился брат и, ухмыльнувшись своим мыслям, добавил. – Полегче там, на поворотах, а то всё мне достанется.
Он не стал слушать обзывательства сестры и поспешил закончить разговор.
Валера остановился, слегка отдышался и набрал телефон матери.
- Привет, мам, – И, придав трагичный тон голосу, продолжил, – мне очень жаль. Ирка рассказала про деда.
- Не ёрничай, сынок, - мать всхлипнула в трубку. – Ты его даже знать не хотел.
- Да, мне так и не удалось проведать его. – С поддельным сожалением в голосе пробурчал Валера.
- За столько лет трудно было не найти время. – Зло ответила мама и снова всхлипнула.
Валера, не в силах придумать какое-либо оправдание, слушал как мама высмаркивается на другом конце провода.
- Валера, здравствуй, это Борис Михайло-вич, - прохрипела трубка.
- Здрасьте, - Валера закатил глаза к небу.
- Мариночке сейчас не очень удобно разговаривать. – Мужчина сделал паузу. – Горе то ка-кое. Расскажи мне лучше, что хотел.
- Ничего не хотел, - продолжая закатывать глаза ответил Валера. – Мы заедем с сестрой послезавтра к вам.
- Да, пока не зачем, мы и сами справимся. Похороны только третьего дня. Приезжайте, проводим, - Борис Михайлович тяжело вздохнул, - помянем.
- Спасибо, но мы сами разберёмся.
- Я только хочу помочь и провожу маму, не беспокойтесь. – Борис Михайлович хмыкнул в трубку. – Делов то!
- Я расскажу вам, потом, что дед нам оставил. Не беспокойтесь.
- Да, я справлюсь, - непринуждённо заверил Валеру Борис. – Ничего страшного.
- Нет, уж. Мы сами, без вас справимся. – И чуть смягчив тон добавил, - мне кажется вы неважно себя чувствуете, голос у вас какой-то хриплый, так что поправляйтесь.
Валера поспешил закончить разговор, как и с сестрой.
- Присосался, жук навозный, - выругался парень, убирая мобильный телефон в карман.

Обернувшись на шорох, она вернулась в исходное положение, положив мордочку на передние лапки, и продолжила наблюдать за пустым креслом около окна.
Ушки были прижаты, а маленькие глазки, похожие на чёрные бусинки, грустили.

- Не думаю, что Борис нам так необходим. – Ирина говорила тоном, не требующим возражений.
- А кто меня проводит после мероприятия? - Марина Андреевна не сдавалась до последнего, пытаясь убедить детей в совместной поездке к нотариусу с Борисом Михайловичем, который, накануне, проел ей всю плешь, убеждая в своей необходимости.
- Мы тебя отвезём и привезём! – Ирина кивнула в сторону Валеры, который сидел в кресле, отпивая чай маленькими глоточками из фарфоровой кружки. – Тоже мне проблема.
Марина Андреевна задумалась и предприняла очередную попытку.
- Как в прошлый раз? Изобразишь срочное дело и свалишь? – Он с вызовом посмотрела на дочь и, кивнув на Валеру, продолжила. – А этот мега организатор даже такси вызвать не сможет.
Она уперла руки в бока.
- И потом, я не хочу кататься на такси, сейчас это очень опасно.
- И чем же? – Ирина моргала глазом Валере, призывая его помочь ей уговорить мать, чтобы не брать Бориса.
- Мы не собираемся тебя отправлять на такси. – Валера поставил чашку на маленький столик рядом с креслом. – Мы отложили все дела.
- Знаю я ваши обещания, - взвизгнула Марина Андреевна, - вы деда сколько лет обещали проведать, а в результате, я от чужих людей узнаю о его смерти. А его дом? Кто сейчас там хозяйничает?
- Но, ты тоже не особо баловала его вниманием, - выразительно посмотрев на мать, парировала Ирина. – Он же звонил тебе, просил помочь, а ты ловко отшила его. Мы то, в чём виноваты?
- Девочки, - подал голос Борис Михайлович, тихо подпиравший в сторонке стену. – Не надо ругаться, давайте я подожду Мариночку на улице, в машине, около конторы.
- Давайте, без давай, - зло перебила его Ирина. – Знаем мы, к чему приводит ваше счастливое присутствие.
- В конце концов, - Валера поднялся из кресла, – это сугубо родственное дело. В извещении так и сказано – только родственники. Вы, случайно, не получали такое?
- Нет, - Борис Михайлович помотал головой.
- Вопрос закрыт. – Ирина подхватила сумочку и ключи от машины со стола. – Поехали, а то мы опоздаем.
- На редкость пунктуальные дети, - с сарказмом кольнула Марина Андреевна, недовольно взглянув на дочь. – Борюсик, если что, я буду звонить, дорогой.
Она подошла к нему и чмокнула его в небритую щёку. - Не скучай, мы скоро.

Маленькие ушки насторожились и прислушались к шороху.
Чуть приоткрытые глазки превратились в узенькие щёлочки, наблюдающие за обстановкой.
Она встала и потянулась, вытянув передние лапки. Затем встряхнулась всем телом и, оглядевшись по сторонам, снова улеглась, поёрзав на месте, устраиваясь поудобнее на маленькой лежанке.
Кресло у окна попрежнему пустовало.

Марина Андреевна, Валера и Ирина вошли в зал для оглашения завещания, в котором пока никого не было.
- Рано приехали, - оглядев зал, резюмировал Валера.
В стене, около стола с тремя стульями, открылась дверь, из который появился пожилой мужчина с двумя папками в руках.
Он положил их на стол, сел на стул и, посмотрев в зал, произнёс:
- Всем доброго дня.
- Здравствуйте, доброго, приветствуем вас, - в разнобой ответили Марина Андреевна, Ирина и Валера.
Мужчина, по-видимому адвокат, посмотрел на часы и сказал ни к кому конкретно не обращаясь:
- Подождём пока, ещё есть время.
- Кого? – Вырвалось у Ирины.
- Остальных приглашённых, - спокойно ответил адвокат.
- Каких? - Уже не сдерживаясь, продолжила допытываться Ирина.
Адвокат посмотрел на неё, достал очки из нагрудного кармана и раскрыл одну из папок.
Взяв в руки лист, на котором были написаны имена, он хотел зачитать их, как в дверь робко постучали и в зал вошла, пожилая женщина.
Она медленно оглядела всех присутствующих, просканировав их оценивающим взглядом.
- По завещанию Родченко сюда?
- Проходите, пожалуйста, - адвокат жестом пригласил её присаживаться.
Женщина расположилась через один ряд за спинами сидящих.
Марина Андреевна развернулась к женщине.
- Прошу прощения, а вы кто?
Женщина, сделал вид, что не услышала вопроса и, открыв сумочку, начала в ней медленно копаться.
Достав помаду и маленькое зеркальце, она, не торопясь подкрасила губы.
Марина, Валера и Ирина молча наблюдали за процессом, не скрывая интереса к её персоне.
Закончив с помадой, женщина вернула всё в сумку и, щёлкнув замочком, посмотрела на них.
- Потрудитесь представиться, молодые люди.
Марина Андреевна замерла с открытым ртом, Валера вопросительно посмотрел на сестру, которая, набрав в лёгкие воздух, начала говорить.
- Мы родственники умершего. Прямые. Это, - она указала на мать, - родная дочь Андрея Викторовича, а мы - её дети.
- Понятно всё, прямые они, - женщина поджала губы и обернулась на открывшуюся дверь в зал.
Вошедший мужчина высокого роста, с панамой на голове, из-под которой торчали кучерявые с редкой сединой волосы, поправил плащ и обращаясь ко всем сразу, спросил:
- По завещанию сюда? – Потом, сверился с бумажкой в его руках и продолжил. – Родченко.
- Нашего полку прибыло, - прошептал на ухо сестре Валера и развернулся к адвокату, который изучал содержимое папок, совершенно не реагируя на происходящее. – Кто все эти люди?
Мужчина в панаме посторонился, пропуская в зал девушку, которая направилась к адвокату, держа в руках, листок сложенный пополам.
- Занимайте любое место, - предложил адвокат, забирая бумагу из рук помощницы. Развернув и, прочитав написанное, он молча кивнул ей, и она покинула зал, закрыв за собой дверь.
Дождавшись, когда мужчина в панаме устроится на своём месте адвокат обратился к присутствующим.

…Вздрогнув во сне, словно почувствовав чьё-то прикосновение, собачка открыла глаза и огляделась вокруг. Остановив свой взгляд на маленьких мисочках, встала и направилась к ним.
Понюхав содержимое обеих ёмкостей, немного попила из одной и, подойдя к креслу, обнюхала его.
Затем прошла в коридор и подошла к лестнице, ведущей на первый этаж дома. Спустилась к входной двери. Понюхала коврик и тапки, стоявшие на коврике. Задрала мордочку и посмотрела на замок. Оглядевшись ещё раз по сторонам, запрыгала по ступеням на верх и вернулась на лежанку.
Зевнула, высунув наружу язычок, и снова заняла привычное положение, положив мордочку на передние лапки.

- В присутствии всех упомянутых в завещании умершего и, выполняя последнюю волю усопшего, вскрываю конверт под номером один.
Он поднял его в руке и показал с обеих сторон, чтобы все убедились в целостности упаковки.
Достав бланк завещания, адвокат взглянул на сидящих в помещении, и начал читать.
- Для оглашения завещания должны присутствовать следующие персоны, - адвокат снова по-смотрел в зал, - моя сестра Борислава.
Марина, Ирина и Валера обернулись на женщину.
- Сомнительная личность, - так, чтобы её слышали все, громко сказала Марина Андреевна.
- Сомнение вызывает ваша персона, - парировала Борислава Викторовна, поправляя сумочку у себя на коленях.
Марина вспыхнула на мгновение, но не стала отвечать.
Мужчина в панаме ухмыльнулся, наблюдая за женщинами.
Адвокат поднял руку, призывая всех к тишине, и вернулся к завещанию.
- Моя сестра Борислава, мой сын Анатолий…
- Сын, какой сын? – Марина Андреевна вскочила со своего места и повернулась к мужчине в панаме
 - Это я, - Анатолий снял панаму с головы и картинно поклонился, смущённо поглядывая на свою новообретённую сестру.
- Самозванец, - презрительно сказала Марина Андреевна и, развернувшись к адвокату, сказала, - прошу вас, удостовериться в подлинности родства всех здесь присутствующих.
Сев на своё место, она, чуть слышно, пробурчала себе под нос:
- Явились не запылились.
Ирина, прислонившись к уху матери, прошептала:
- Это твой брат? Откуда он взялся?
- Поверь мне, для меня это тоже новость, - ответила Марина Андреевна так, чтобы её услышали все.
- Сестра Борислава, сын Анатолий, дочь Марина.
- Думаю, я одна единственная и действительная родственница. – Марина Андреевна не сдерживала эмоций и закатила глаза, задрав голову к потолку.
- Видимо, не одна ты у него была! – Ехидно поддела её Борислава Викторовна.
Адвокат, не реагируя на реакции в зале, продолжил.
- В свою очередь, подтверждаю, что приглашённые присутствуют в полном составе, согласно последней воле умершего.
Он пробежался по именам ещё раз глазами и продолжил читать.
- Прошу всех, переехать в загородный дом, для оглашения завещания, в присутствии всех заинтересованных лиц. Моя последняя воля подлежит огласке только в стенах моего дома. Это обязательное условие для всех. Если, оно не будет выполнено, то никто ничего не получит. Проезд до места организован туда и обратно.
Адвокат сложил все бумаги в папку и, поднявшись за столом, обратился к присутствующим, которые осмысливали услышанное.
- Дамы и господа, микроавтобус ждет вас на улице.
- Мы на машине, я тоже. - Марина и Борислава полезли за мобильными телефонами.

За окном начал моросить дождик.  В комнате стало серо и темно.
Она медленно встала, потянулась и, постукивая коготками по ламинату, направилась к торшеру, который стоял в углу комнаты.
Подойдя к стойке, собачка лапкой нажала кнопку и часть комнаты ожила мягким, тёплым светом.
Она постояла немного под горящим торшером и вернулась на лежанку, носом поправив маленькое одеяльце.
Смешно зевнув, широко открывая маленькую пасть и высовывая язычок, чуть дёрнула носом, принюхиваясь, и прикрыла глазки.

- Ладно сестра, - размышляла вслух Марина Андреевна, обращаясь к сидящей за рулём Ирине, изредка поглядывая на Валеру, который дремал, закрыв глаза, - она никогда не общалась с отцом, да и видела я её один-два раза в жизни. Но, сын! Отец ни разу не упоминал о нём. Хотя, когда ему было мне сказать об этом?
Она встретилась глазами с Ириной в зеркале заднего вида.
- Я вообще думала, что его сестра давно умерла, - Марина Андреевна тяжело вздохнула, - а она припёрлась, карга старая. Ей то сейчас зачем воевать за это наследство? На кладбище уже ходить надо, за оградки держаться, к травке при-выкать, прости мою душу грешную.
Марина Андреевна зашептала молитву и перекрестилась три раза.
- А эти двое, которые с ней, они кто? – Ирина ловко маневрировала в потоке машин, периодически кидая взгляд на навигатор.
- Ну, не мои знакомые это точно. И без них вопросов хватает. Ещё это чудо в панаме, - выругалась Марина Андреевна, обречённо подытожив. – Брат Анатолий.
- Да уж, лучше имени не нашлось, - поддержала мать Ирина.
- Да хрен с ним с этим именем! Откуда? Откуда, я тебя спрашиваю? Когда успел? И ведь ни слова, кобель старый.
- Дед, видать тот ещё ходок был. – Ирина улыбнулась и подмигнула матери в зеркало.
- Не смешно, но просто так он ничего не получит. – Марина Андреевна поджала губы. – Толик - говна лопату тебе в ротик.
- Мама! – Ирина от удивления открыла рот.
- Не мамкай, за дорогой следи. – Отмахнулась от дочери Марина. – Не было печали, родственники подкачали.
Она погрузилась в телефон, набирая кому-то сообщение.
- Ищь, пххх, трррр, - нечленораздельное что-то во сне пробурчал Валера, словно подтверждал слова матери.

Борислава Викторовна ехала вместе с сыном Игорем и его женой Виолеттой. Заняв пассажирское место рядом с водителем, Ви, так называл свою жену Валера, всячески помогала ему рулить своими советами.
- Ты бы видел это кучерявое чучело в панаме, Игорёк, - Виолетта не нравилась Бориславе Викторовне, поэтому она всячески игнорировала её, обделяя вниманием. – Когда успел?
- Вы же не общались, - Игорь, улыбаясь реагировал на советы жены, изредка поглаживая её по ноге. – Ты о нём никогда особо и не рассказывала.
- А что тебе рассказывать, про братца этого непутёвого? Бросил нас с матерью. На похоронах последний раз и виделись. Потом пропал, больше я его и не видела никогда.  С детства были чужими, сколько помню его, всегда жил только для себя.
Борислава Валерьевна отвернулась в окно, перебирая в голове воспоминания, о которых умолчала в разговоре с сыном.
Она не стала рассказывать, как после похорон матери, почувствовав неожиданно свалившуюся на неё свободу, пустилась во все тяжкие.
Шумные вечеринки, поклонники, которые часто менялись около неё, скандалы с соседями и первые знакомства с запрещёнными веществами.
Как-то в разгар очередного шумного веселья, на пороге появился брат, который разогнал шалман, царящий в квартире, и занялся её лечением.
В благодарность за это, она подговорила своих собутыльников-дружков избить его и не мешать ей жить. Теперь он, её брат, попал в больницу.
На какое-то время весёлая жизнь вернулась обратно, но с более страшными последствиями для Бориславы.
Брат вытащил её с того света, оплатил реабилитацию, устроил на работу в больницу. Помог поступить в медучилище, где она познакомилась со свои будущим мужем, отцом Валеры.
На свадьбу он подарил ей свою долю от квартиры.
Борислава ни разу не поблагодарила брата и не сделала ни одного звонка, хотя карточка с номером телефона, лежала в общем конверте с документами на жилплощадь.
По её щеке потекла слеза.
Сын перебил её воспоминания вопросом.
- Ты чего мать?
Виолетта повернулась и протянула Бориславе платок.
- Жалко его стало, - еле слышно добавила Борислава Викторовна и полезла в сумку за салфетками. - Почему-то.

- Как же он нашёл меня? – Размышлял Анатолий, развалившись на сидении микроавтобуса, наблюдая за дорогой поверх затылка водителя.
В его голове проносились версии она за одной, а воображение рисовало разные ситуации предстоящих событий. Вопросы кололи своими не ответами и повышали температуру волнения.
Дождь, который усиливался с каждой минутой и колотил по стёклам автомобиля, добавлял градус раздражения к его и ак не спокойному состоянию.
- Если бы, это были менты, я б уже ехал в сизо, - гонял мысли Анатолий. – Крис получается, не выжила.
Он нервно стал покусывать заусенец, обнаруженный на своём пальце.
- Если бы, что-то всплыло, то я давно бы сидел, - вихрь догадок всё больше закручивался в его голове. – Не могла же эта собака заговорить?
Он ухмыльнулся, вспоминая как пнул маленькую собачонку сестры за дверь, когда она начала бросаться на него, пытаясь не подпустить к Кристине. Как она лаяла из-за закрытой двери её комнаты, когда он покидал дом с сумкой награбленного.
Он видел, как собачка наблюдала за ним из окна, когда он разбивал окно в сарае и ломал навесной замок.
Этот мохнатый комочек лаял в след уезжавшей "скорой", увозя Кристину в больницу.
Собачонка пыталась вырваться из рук отца и укусить Анатолия, который, якобы, уезжал надолго работать в море. Хотя, просто убегал из этого места и событий.
Это был последний раз, когда он видел отца. Сестра лежала в коме и Анатолий боялся, что, придя в сознание, правда выплывет наружу.
Он уже не мечтал завладеть наследством, поэтому просто пытался исчезнуть от возможных последствий, убегая в неизвестном направлении. Надеясь, что когда-то имущество отца станет его собственностью.
О возможных родственниках он ничего не знал и никогда не интересовался этим. Он, даже, никогда не спрашивал отца - где его мать.
Сдвинув панаму на глаза Анатолий попробовал задремать под шум дороги.

Что-то почувствовав, она подняла ушки, открыла глаза и, словно, очнувшись, кинулась к окну, услышав шум въезжавших во двор машин.
Увидев человека в панаме, собачка залаяла.
Адвокат посмотрел на окно, откуда доносился лай и, понаблюдав за выходящими из машин людьми и негромко, для себя, подытожил:
- Теперь, все в сборе.
Дождь немного усилился.
Из подъехавшей машины вышли двое мужчин в черных костюмах. Оглядевшись по сторо-нам, один из них открыл зонт, а тот, что был за рулём, заднюю дверь автомобиля.
Старичок, в дорогом синем костюме, проворно выбрался с заднего сиденья и встал под зонт. Троица направилась к дому, сопровождаемая вопросительными взглядами приехавших ранее.
Кивнув адвокату, который уже стоял на крыльце, старичок знаком указал на дверь одному из сопровождавших его охранников.
Тот открыл её и распахнул настежь.
- Прошу вас, проходите и рассаживайтесь.
Все поспешили зайти в дом, скрываясь от дождя.
Наверху продолжала лаять собачка.

Старичок расположился в кресле рядом со столом, адвокат занял место за непосредственно ним, двое мужчин - охранников расположились по разным сторонам, наблюдая как вошедшие пытались поделить четыре небольших кресла напротив стола.
Неожиданно, старичок громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.
- Прошу, остаться только тех, кто упомянут в завещании. Всех остальных ждут закуски и напитки в кухонной зоне, - он рукой указал направление и тоном, не требующим возражений, продолжил, - пожалуйста, побыстрее.
Предупреждая возможные вопросы, жестом руки остановил Ирину, порывавшуюся что-то спросить.
- Пожалуйста, побыстрее.
Валера, оставил попытку, что-либо выяснить и направился за Виолеттой, любуясь видом сзади, которая подталкивала Игоря в спину, что-бы тот пошевеливался.
Повернув слегка голову в сторону человека, стоящего рядом с ним, приказал:
- Покажи им всё и пригласи кого не хватает.
Борислава, Марина и Анатолий расположились в креслах напротив стола, поглядывая на пустое кресло и оглядываясь по сторонам.
Адвокат разложил папки на столе. Открыл ящик стола и поставил фото в рамке на стол, лицом к сидящим напротив.
Это была фотография отца, брата, дяди и деда одновременно.
На них смотрел крупный портрет улыбающегося пожилого мужчины с трубкой в зубах, в щёку которого упёрлась голова маленькой собачки с оттопыренным ухом.
Мужчина, спустившись со второго этажа, принёс и разместил на свободное кресло маленькую собачку, которая была запечатлена на фото.
Она оглядела всех присутствующих, принюхалась и, посмотрев на Анатолия, негромко зарычала.
- Ляля, - миролюбиво окликнул её старичок, - успокойся.
Собачка послушно замолчала и, сев на задние лапки, внимательно посмотрела на адвоката.
Остальные, так же, перевели взгляд на мужчину за столом.

На кухне, Ирина попробовала открыть дверь, но та была закрыта на ключ. Она приложила ухо к двери, но ничего не было слышно. Фыркнув, налила себе кофе и села на стул рядом с братом, который усердно поглощал бутерброды, запивая их апельсиновым соком.
Виолетта изучала чайные пакетики, предлагая их Игорю, который мотал головой отказываясь от всего.

Адвокат поднял руку с конвертом, на котором была нарисована цифра два.
Распечатав его и развернув сложенный листок, он было начать читать, как дверь в доме открылась и на пороге появился Борис Михайлович.
Оглядев поочерёдно всех присутствующих и, увидев, Марину Андреевну, он обратился к ней:
- Мариночка, дорогая, еле нашёл.
Старичок выпрямился в кресле и спросил:
- Вы кто, мужчина?
- Это, - Марина Андреевна замялась, подбирая слова, - мой …
- Понятно всё, - старичок махнул в сторону кухни, - туда его.
Бориса Михайловича взяли под руку и повели на кухню.
- Что происходит? В чём, собственно, дело? – Попробовал он возмущаться, но уже за дверью, где на него вопросительно смотрели Ирина, Валера, Игорь и Виолетта.
- А здесь не так уж и плохо, - быстро сориентировавшись и не удостоив никого вниманием, он подошёл к столу с бутербродами и напитками.
Адвокат дождался, когда мужчина в костюме займёт своё место, посмотрел на собачку, всё также внимательно наблюдавшую за ним, и перевёл взгляд на завещание.
- При свидетелях, которые указаны в завещании, - начал читать адвокат, правой рукой указывая на старичка, - прошу обнародовать видеозапись, где я, в полном здравии и уме, изложил свою последнюю волю.
Адвокат кивнул охраннику, который стоял рядом с ним. Мужчина прикатил столик на колёсах с телевизором и сиди плеером, вставил диск, переданный адвокатом, и нажав кнопку воспроизведения, вернулся на своё место.
На экране появилось изображение Андрея Викторовича Родченко, сидящего в кресле и разгоняющего рукой клубы дыма от трубки, которую он держал во рту.
- Всем, привет. – Человек на экране помахал рукой.
Марина Андреевна быстро перекрестилась, Борислава Викторовна машинально помахала экрану, Анатолий же, непроизвольно вжался в кресло от взгляда отца на видео. Собачка гавкнула, встала на четыре лапки и завиляла хвостиком.
– Знаю. Этого момента ждали все, и, наконец-то, мы собрались.
Мужчина на экране глубоко затянулся, подержал во рту дым и тонкой струйкой выпустил его в сторону от камеры.
    - Привет, сестра. – Борислава машинально помахала изображению в телевизоре. – Получив извещение о моей смерти, ты уже думала о том, как поступишь? У тебя есть план? А вдруг, не повезёт как в прошлый раз?
Мужчина на мгновение замолчал, пристально смотря сквозь экран.
- Ты думала, я не узнаю? Твоя попытка не увенчалась успехом из-за маленькой детали, которую ты не учла. Именно она, спасла мне жизнь, уронив штатив с капельницей, куда ты впрыснула свою отраву. – Мужчина затянулся. Немного подождал, собираясь с мыслями. – Не знаю, как ты смогла приехать на мой вызов. Ждала или следила, но твоя попытка не увенчалась успехом. Да, немного твоего зелья попало в кровь, но я чудом остался жив. Попади чуть больше, я бы сейчас не разговаривал.
Борислава не отрывала взгляд от экрана, вслушиваясь в каждое слово, до боли сжимая руками ручки своей сумочки.
- Понимаю, ты всегда мечтала о свободе. И я тебе её дам. Поверь мне, твой сын будет только рад такому наследству, которое я тебе приготовил, – мужчина с экрана отчуждённо усмехнулся, – и он в полной мере насладится обстоятельствами, которые возникнут в его жизни.
Мужчина на экране улыбнулся, покусывая мундштук трубки.
- Мне кажется, тебя должно это утешить.
Борислава Викторовна посмотрела на Марину, смотрящую на экран широко открытыми глазами, затем на Анатолия, который тер виски, и на собачку, неподвижно сидящую в кресле и внимательно наблюдающую за экраном.
- Чуть позже, ты узнаешь всё, а пока, - муж-чина подмигнул с экрана в сторону Анатолия, словно знал, где тот сидит, - привет, сын!
Анатолий содрогнулся от взгляда отца и часто заморгал глазами, пытаясь успокоиться. Собачка негромко зарычала, развернувшись в его сторону.
- Ляля, тихо. – Старичок погрозил собачке пальцем. Она на мгновение прижала ушки, но подняла их снова и повернулась к экрану.
- Марина, посмотри на него. – Мужчина в телевизоре чуть кивнул головой в сторону Анатолия и затянулся трубкой. – Это твой брат, подлец, убийца и вор.
Анатолий сорвался со своего места в сторону двери.
- Стоять! – Громко крикнул старичок и, уже спокойно, обращаясь к охраннику, стоящему рядом, добавил. – Верни его на место.
Как нашкодившего ребёнка, за шиворот, на негнущихся ногах, Анатолия подвели и усадили обратно в кресло.
- Попробуешь ещё раз бежать, получишь пулю в спину, сволочь. – Мужчина на экране затянулся снова. – Они это сделают, не сомневайся. Это тебе не следствие, которое зашло в тупик и спустило дело на тормозах.
Повисла недолгая пауза. Только было слышно, как дышит собачка, высунув язычок.
- Как-то, навещая в больнице Кристину, она на мгновение пришла в сознание. Пальцем на простыни она чертила фигуру и, сделав это несколько раз, умерла. ПРиехав из больницы и войдя в дом, я увидел в прихожей на полу твою панаму, на которую рычала Ляля, пытаясь её разорвать. В тот момент я понял всё.
Анатолий заёрзал в кресле и забегал глазами в поисках пути для спасения. Марина и Борислава не сводили с него глаз. Охранники напряглись в ожидании среагировать на любое его действие.
- Даже, не думай, - ледяным тоном успокоил поползновения Анатолия старичок.
- О твоей доле, - Анатолий вжался в кресло и зажмурил глаза, его панама медленно упала с колен на пол, – чуть позже.
Он шумно задышал, пытаясь справиться с волнением, вытер рукавом намокший лоб и открыл глаза.
Анатолий резко вскочил с кресла и снова попытался бежать. Охранник, стоявший ближе всех, преградил ему путь, и точным ударом в челюсть отправил Анатолия в глубокий нокаут.

На кухне все замерли от проникшего грохота через дверь.
- Что там происходит? Маиночка! Маина! – Завопил Борис Михайлович, дожёвывая очередной бутерброд. Быстро запив и проглотив непрожёванное, он подбежал к двери и начал стучать по ней руками. – Что вы сидите?
Ирина, Валера, Игорь и Виолетта оторвались на мгновение от телефонов, снисходительно посмотрели на него и снова вернулись к своим гаджетам.
- Сделай тихо, - обратился старичок к охраннику и кивнул в сторону кухни.

На экране, мужчина спокойно набивал трубку, словно знал о возникшей паузе. Борислава оглядывалась по сторонам в поисках камер, на мгновение ей показалось, что всё это мастерски срежиссированный спектакль.
Собачка стояла в боевой стойке и тихо рычала, поглядывая на поверженного Анатолия, лежащего без чувств.
- Марина, вот и настала твоя очередь, получить причитающееся. – Все, как по команде, снова обратили своё внимание на экран.
- Я знаю, что это ты столкнула мою первую жену с лестницы, когда была ребёнком. Получилось это случайно или нет, мы уже не узнаем никогда. Но, судя, по твоему поведению и то, как ты постаралась побыстрее исчезнуть из моей жизни, когда повзрослела, стало понятно, что это была не случайность. – Марина перекрестилась и посмотрела на старичка, который наблюдал за её реакцией. – Помнишь, ты искала свой дневник, когда покидала этот дом переезжая в общежитие?
- Не может быть, - еле слышно, одними губами, сказала Марина.
- Она нашла его. Ума не приложу где. Он, конечно, был очень ветхим от времени, но одно воспоминание как будто специально уцелело для этого случая.
Мужчина на экране налил воды из графина, сделал два глотка и поставил стакан на столик.
- Я помню нашу последнюю встречу, когда ты приезжала с дочерью и сыном ко мне, пытаясь вызвать жалость, а на дороге, недалеко от дома, стоял роскошный автомобиль с очередным ухажёром. – Мужчина усмехнулся. – Было забавно слушать твои сказки о погибшем муже, потерянном бизнесе, о несчастных детях, которые украли из моего дома деньги, приготовленные для них. Но, они были детьми, что с них взять?
Марина что-то шептала губами, а по щекам катились слёзы.
- Никогда не забуду как ты хотела отжать этот дом, когда я лежал в больнице. – Мужчина в телевизоре сделал глоток из стакана. – Хочу, чтобы ты знала правду, твой мужик, хотел оформить всё на себя.
- Как? – Марина отказывалась верить в происходящее.
- Поэтому, раз вы все так жаждали завладеть этим жилищем, завещаю вам свой дом на Васюганских болотах, куда вас отправят по завершению этого события.
Марина Андреевна закрыла лицо руками и, не стесняясь никого, заплакала, сотрясаясь всем телом.
Собачка, словно почуяв что-то, встала на четыре лапки и залаяла.
- Осталась заключительная часть, - выпустив дым в сторону камеры и, подождав пока он рассеется, мужчина на экране продолжил. – Пригласите всех остальных, пусть тоже послушают.
Охранники подняли Анатолия с пола и усадили в кресло, надев наручники.
Затем один отправился на кухню и привел всех к столу, указав им встать позади сидящих родственников.
Борис Михайлович подошёл сзади к Марине и, положив ей руки на плечи, громко зашептал ей на ухо.
- Что всё это значит? Что происходит?
- Не подходи ко мне, - зашипела на него Марина Андреевна, зло сверкнув глазами.
- Все вопросы потом, мужчина, - старичок оборвал Бориса опережая его вопросы. – Осталось немного.
- Но, я хотел бы прояснить …
- Я сказал – потом, - старичок выпрямился в кресле и кивнул охраннику.
Бориса Михайловича вывели из дома.
- Редкостный дурак, - сказала на ухо брату Ирина.
- Всё очень странно, - Валера пожал плечами, разглядывая стену с фотографиями.
Он толкнул сестру в бок и взглядом указал на фото и собачку, стоящую на кресле.
Мужчина на экране раскуривал трубку.

В центре стены висела фотография Андрея, сидящего на стуле, на коленях которого устроилась девочка-подросток, прижимающая к груди маленького щенка.
Вокруг неё расположились фотографии по меньше. Два фото девочки, совсем маленькой, стоящей в высокой траве с погремушкой. На второй, она же, в школьной форме, с учебниками под мышкой и очаровательной улыбкой на лице, смахивающий с лица локон длинных волос.
Крупный план на следующей фотографии, запечатлел в раскрытых ладонях маленькую собачку (с той же большой фотографии), внимательно смотревшую в объектив, растопырив ушки.
На остальных фотках была собачка, снятая на природе, в машине, у моря, во дворе и внутри дома.
В нижнем углу, висели четыре фотографии в одинаковых рамках.
Старая и пожелтевшая от времени, местами потрескавшаяся фотография женщины мужчины, держащего на руках Бориславу.
На втором фото Андрей обнимал девушку в длинном платье в цветочек, между которыми выглядывала маленькая Марина.
Красивая женщина на третьем фото, придерживала полы пляжной шляпы и улыбалась на камеру.
На четвёртом снимке девчушка, держалась за руку мальчишки, задравшего голову к верху, чтобы посмотреть на фотографа из-под надвинутой на глаза панамы.

- После смерти Кристины, она всегда была рядом со мной. – Собачка присела на задние лапы, Анатолий открыл глаза, собираясь с мыслями, Марина протирала глаза платком, Борислава, осуждающе смотрела на Игоря, обнимавшего Виолетту. – Она всё понимала, ругалась и хвалила меня, переживала и плакала вместе со мной, слизывая слёзы на щеках, и, однажды, спасла жизнь.
Собачка склонила головку на бок, продолжая неотрывно смотреть на экран. Борислава покосилась на неё и посмотрела на Анатолия, который смотрел на наручники, пытаясь понять, когда они успели появиться.
- Это была ниточка, которая держала меня в этой жизни. – Мужчина глубоко затянулся, выпустил дым и, положив в пепельницу трубку, продолжил. – Только ей, моей любимой собачке, Лялечке я завещаю всё – недвижимость, имущество,деньги.
Мужчина посмотрел в экран, словно искал взглядом свою любимицу. В комнате стояла гробовая тишина.
- Будь счастлива, мы обязательно встретимся.
Собачка соскочила с кресла, подбежала к телевизору и, встав на задние лапки, а передними облокотившись на экран, лизнула изображение мужчины.