Поезд - Перрон - Пирожки

ППП (Поезд – перрон - пирожки)


Встреча


Глава 1

Поезд остановился и характерно дёрнулся. Грохнула ступенька тамбура. Проводница протёрла перила и спустилась на перрон. Станция. Что за станция?  Непонятно.

Роман потянулся, расправил плечи и посмотрел в окно. Голая степь с одной стороны, поздняя осень - с другой. По центру поселок. Захолустный вокзал, который и вокзалом-то не назовёшь, с запахом тоски, лапши быстрого приготовления и дешевого кофе три в одном. Народ повалил из вагонов и рассредоточился по всей территории. Уже довольно холодно и сыро. Покидать теплое купе не хотелось, но стоянка обещала быть долгой, минут сорок, и было желание размяться, поэтому он оделся и вышел на воздух.

Ноги сначала понесли его в ближайший магазинчик, но там уже стояла очередь. Сутки, проведенные в вагоне, вызывали отвращение близости посторонних людей. Хотелось просто погулять в одиночестве.

Выйдя за территорию вокзала, он сразу очутился на стихийном рынке, где местные жители предлагали изголодавшимся путешественникам домашние разносолы. Но, ни жареная рыба, ни котлеты с картошкой не пробудили аппетита, хотя смотрелись привлекательно. Обойдя прилавки по кругу, он направился в небольшой сквер с единственной аллеей, располагавшийся неподалеку.

Зазвонил телефон. Это была сестра. Раньше они созванивались очень редко, исключительно, чтобы поздравить, друг друга с днём рождения, ну и, может быть, ещё на Новый год. Но после похорон мамы, на которые он собственно и приезжал, сестра стала проявлять больше внимания и переживала за брата.

– Да, привет.

-…

– Стоим на станции.

-…

- На какой? Да Бог его знает. Тут даже названия нет.

Поговорив с сестрой и заверив, что у него всё хорошо, Рома отключился и ещё около минуты тупо смотрел в экран телефона, соображая, что делать дальше.

– Купите пирожок! – незнакомый детский голос раздался сзади и вывел из анабиоза.

Он обернулся и увидел девушку. Очень странную девушку. На вид ей было лет тридцать, но голос был такой мягкий и детский, что совершенно не вязался с взрослым образом. Всё лицо её было густо усыпано веснушками, так густо, что сквозь них едва просматривалась розовая кожа. И, конечно, огненно рыжие волосы выбивались из-под вязаной шапочки. Ну, просто огонь-девушка!

- Что, простите? – он сделал вид, что не расслышал, хотя на самом деле ему хотелось снова услышать её голос.

- Купите пирожок, – повторила она и немного просяще посмотрела ему в глаза.

Глаза! Глаза у неё тоже были очень странные. Изумруд! Не зеленые, а ярко изумрудные, каковых и в природе-то быть не должно. Но они были и просили совершить покупку.

- Пирожок? Пожалуй. А с чем у вас пирожки?

- Есть с картошкой, с капустой, с луком и яйцом, – она начала проговаривать зазубренный текст.

- Дайте один с луком и яйцом на пробу.

Это были любимые пирожки из его детства. Особенно вкусно их готовила бабушка. Впрочем, бабушка всё готовила вкусно, это закон природы.

Девушка достала из корзинки золотистый пирожок, обернула его чистой бумажной салфеткой и подала Роману. Он сразу откусил, разжевал и рот наполнился чем-то тёплым и нежным.

- Вкусно! Прямо вкусно! Сама готовила?

- Да, - девушке явно понравилась похвала, и она немного смутилась.

- Как тебя зовут, красавица?

- Таня, - она смутилась от комплимента ещё больше, а кроме того, розничная торговля никак не предполагала знакомства.

- Таня, Танечка, - он смаковал имя на языке, - а я Рома, просто Рома. А скажи мне, Танечка, - он сделал паузу, как бы давая себе возможность успокоиться и отступить.

- Ты замужем?

(Всё, отступать было поздно).

- Нет, - она грустно покачала головой. - У нас мужчин в поселке почти не осталось.

- В смысле? Куда же они подевались?

- Разъехались все, на заработки, здесь работы нет.

- Что же это у вас, чего не хватишься, ничего нет! – он пытался пошутить словами Воланда, но шутки не получилось - девушка её не поняла и просто молчала, опустив глаза.

- Ты была когда-нибудь в Краснодаре?

- Нет, - грусть её достигла предела. Было видно, что ей неприятно отвечать одним и тем же словом.

- Напрасно. Это большой красивый город. Пробки его, конечно, портят, но тут уж ничего не поделаешь – это удел всех больших городов.

Таня слушала, украдкой поднимая взгляд и как бы задавая немой вопрос: - Вы к чему это клоните?

- Я приглашаю тебя в гости в Краснодар. Все расходы – проезд, проживание, питание, развлечения – беру на себя. Приедешь?

Она впервые внимательно посмотрела ему в глаза, и какая-то невыносимая тоска прочиталась под блеском изумрудов.

– А вы не шутите?

- Если бы я шутил, ты бы смеялась. А ты не смеёшься. Так приедешь?

- А потом? – совсем тихо произнесла она.

- Что потом?

- Что потом будет?

И вот тут самоуверенность Ромы сошла на нет. Он внимательно, ещё раз посмотрел на Танечку. И вроде не красавица, невысокого роста, полноватая, но голос прямо возбуждает! И грудь под курткой просматривается, и хочется прильнуть к этой груди, вдохнуть её аромат и снова почувствовать себя младенцем. И то, что она неимоверно рыжая - тоже большой плюс, у Ромы не было рыжих девушек. Ему вообще, до этой минуты, нравились блондинки, и всех подружек он подбирал по этому критерию. А тут рыжая, толстая, с писклявым детским голосом, вокзальная торговка пирожками и, явно, не читала Булгакова. Но, блин, оторваться от неё невозможно! И потрогать очень хочется! И даже поцеловать!

Пауза затягивалась. Нужно было что-то отвечать, и он решился.

- Посмотришь на город, на меня, на условия проживания. Если всё понравится, клянусь, лично на этих руках отнесу тебя в ЗАГС. Так приедешь?

Она кивнула головой в знак согласия и больше не поднимала глаз. И странно было то, что на протяжении всей этой беседы ни один человек не появился на аллее. Кому она собиралась продавать свои пирожки?

- Продиктуй мне, пожалуйста, свой номер телефона, - он достал трубку. Набрал цифры, которые назвала Таня, и отправил вызов. В кармане её куртки запищала мелодия из девяностых. Ого, у неё дешевый кнопочный телефон. Хотя… я бы на вокзал с дорогим не ходил.

- У тебя определился мой номер?

- Да.

- Запиши, Рома. Просто Рома. Из Краснодара.

Таня кивнула, но телефон просто убрала в карман. Было заметно, что она так и не понимает весь этот спектакль с признаниями и думает, что всё закончится, как только поезд уедет.

- А у тебя есть потайной карман? Ну, там, на молнии, или на пуговке?

Резкая смена темы вернула девочку в реальность. Таня удивленно посмотрела:

- Зачем?

Ответ уже не требовался. Он аккуратно расстегнул нагрудный карман её куртки и вложил в него пачку пятитысячных купюр, которые достал из своего портмоне.

- Зачем! Не надо!  - Таня испуганно отпрянула. – Что вы делаете?

- Это деньги на билет до Краснодара. Я сказал, что все расходы по твоей поездке беру на себя.

- У меня есть деньги!

- Значит, это оплата за пирожки. Я покупаю всю корзинку - не хочу, чтобы ты стояла здесь и мёрзла.

И тут до Танечки дошло, что всё это не сон. Не шутка. Не водевиль и не комедия в пользу бедных. Ей реально только что сделали предложение руки и сердца. На вокзале, блин! После дегустации пирожка, блин! Мужик из Краснодара, блин! Краснодар – это где Чёрное море?

Рома посмотрел на часы. Время говорило, что до отхода поезда оставалось минут семь. Он взял корзинку и, отступая спиной в сторону вокзала, сказал: - Я позвоню тебе вечером из Волгограда. Мы там стоим почти час, будет устойчивая связь, а в дороге связи нет.

Он отступал, а она шла за ним и смотрела, не отрываясь, как будто боялась даже моргнуть – вдруг это видение и сейчас всё пропадет.

А Рома тоже отступал медленно. Он понимал, что нужен последний, закрывающий штрих. То, после чего сердце успокоится и скажет, что выбор сделан правильно. Он никогда не умел целоваться на ходу, но в этот раз всё получилось органично. В губы, только в губы и обязательно так, чтобы уловить запах из её приоткрытого рта. Если пахнет хорошо, значит, всё получится. После травмы, перенесённой в молодости, он стал хуже слышать, но этот недостаток компенсировался тонким обонянием. Он нюхал людей, и если дух ему нравился, то совпадение интересов было гарантировано. И в этот раз ему понравились и вкус, и телесный букет.

Глава 2

Поезд давно ушёл, а Таня стояла и не могла понять, что сейчас произошло. Машинально она провела рукой по груди и ощутила тугой пресс денег в кармане. Это отрезвило. Деньги материальны, они откуда-то взялись, значит, и всё остальное не привиделось. И вкус пирожка с луком и яйцом на её губах был, а никакого пирожка она не ела, значит, это оставил он. А кто он? Некий Рома из Краснодара. Господи, у меня же есть его контакт! Она достала телефон и занесла последний звонок в адресную книгу. Был соблазн позвонить и проверить – а точно ответит, или на том конце уже никого не существует, но… терпение. Он сказал, что позвонит вечером из Волгограда, значит, будем ждать. Хорошо бы узнать номер ушедшего поезда, тогда можно точно вычислить, когда он остановится в Волгограде.

А пока она зашла в вокзальный туалет, тщательно закрыла кабинку, достала из кармана пачку денег и пересчитала. Оказалось ровно сто пять тысяч и это напугало. А вдруг мошенник? Заманивает девушек в гости и что? И всё, что угодно! Но ведь деньги настоящие. Разве станет мошенник раздавать настоящие купюры? Они обычно наоборот делают.

Мысли путались, но план действий уже созрел. Для начала, надо зайти в аптеку и купить маме лекарства. Потом следовало отдать долг подружке, которая купила себе блузку и уговорила Таню взять такую же, только белую, и денег заняла. Белая более маркая, но стоила дешевле. Теперь она с блузкой и долгом. Тогда ещё подумала: - Зачем мне блузка? Куда её надевать? А теперь может и пригодится.

Подругу звали Оксана. Она была из тех людей, которые присутствовали в её жизни всегда: в садике, в школе, после школы. Оксана работала продавцом в местном продуктовом магазине и считалась очень завидной невестой по двум причинам: у неё был ноутбук, и она умела им пользоваться. Однако местных парней, коих, как мы выяснили, было не богато, это не сильно привлекало. Но у Оксаны были ещё два жирных плюса: природная красота и коммерческая жилка. И никакого сарказма – она реально была красивой девушкой и, поэтому, смотрелась за прилавком сельского магазина как инородное тело. А Таня? А Таня обычно играла роль некрасивой подружки, но её это не напрягало. Кого именно не напрягало? – спросит читатель, - Таню или Оксану? А обоих не напрягало – они просто дружили, и им было фиолетово.

Кстати, Рома сильно ошибался, думая, что Танечка не читала Булгакова. Очень даже читала, и именно «Мастера и Маргариту». Эта книга появилась в её жизни из ниоткуда и была присвоена по праву первой ночи – кто с фолиантом переспал, тот им и владеет.

Таня работала воспитателем в детском саду и однажды обнаружила данный роман в потрёпанном переплёте на подоконнике – видимо, кто-то из родителей забыл. Это несколько озадачивало, потому что всех этих людей она хорошо знала, но уровень их развития не предполагал столь высоких философских устремлений. Вообще, было предположение, что книгу ей подбросили. Но кто и зачем?

Она взялась читать прямо на работе и долго не могла оторваться, хотя начало не впечатлило – особенно кот Бегемот. Это казалось глупостью. Почему кот? Почему такое дурацкое имя? Разве нельзя было придумать просто человеческий персонаж? Остальные же люди. Воланд ей особенно понравился – чувствовалась в нём сила уверенного в себе мужчины, а вот Иешуа ничего, кроме жалости, не вызывал.

С тех пор роман сидел в её голове занозой, и редкий день не мечтала она натереться кремом и улететь из опостылевшего дома на волю. И именно тогда стала часто видеть на часах время 11:11. Иногда 15:15 или 20:20. А перед сном 22:22. То есть, цифры, показывающие часы и минуты совпадали, иногда зеркально отображали 12:21 или разбивались на пары 11:55. Раньше такого не было, словно высший хронограф затеял с ней какую-то игру.

Глава 3

- Блин, прям в глаз! – это мандарин брызнул соком. - Будешь?

- Не хочу, кислятина.

А Тане хотелось чего-нибудь кислого. События последних часов вывели её из равновесия и поменяли вкусовые пристрастия.

- Я тебе долг отдаю за блузку, - она протянула Оксане часть сдачи после расчета за продукты пятитысячной купюрой.

- Откуда такой крупняк? Оптовый покупатель? – съехидничала Оксана.

- Ну да, с парнем познакомилась, он прямо с корзинкой всё забрал.

Таня выдержала паузу и продолжила максимально равнодушным голосом.

- Ну, ещё в гости к себе пригласил в Краснодар. Сказал - Ромой зовут. Денег на билет дал.

- Сколько денег?

- Сто пять тысяч.

Эффект от названной суммы, конечно, был, но совсем не такой, на который рассчитывала Таня. Она уже приготовилась доказывать подруге, что парень реальный и деньги реальные, что это не плод её воображения, но Оксана отреагировала очень непредсказуемо - она присела на стул и тихо произнесла: – Твою ж мать!

И далее в пустоту, как мысли вслух: - Сидишь тут, деньги зарабатываешь, а оно по вокзалу ходит.

- Кто ходит?

- Счастье, блин, ходит. Рассказывай уже!

И Таня рассказала всё, как было, тактично не упомянув про финальный поцелуй. Это, как говорится, интимности – подруге знать не обязательно.

Глава 4

Дома всё было прозаично. Мама порадовалась тому, что дочь принесла лекарства и полную сумку продуктов. Но как-то подозрительно много всего было в этот раз.

- Если так хорошо покупают, может, на рынке место застолбишь? Сквер-то на отшибе. Там проходимость низкая.

- Не хочу, маржа упадёт. Участковый пятихатку берёт за каждый день торговли. Десять пирожков сразу ему отдать придётся.

Это была чистая правда. Рынок за вокзалом крышевала местная администрация в лице участкового уполномоченного по имени Лёша. Вообще-то, по паспорту его звали Аманжол Орнгулович, и был он стопроцентным казахом, но разве русская душа способна выговаривать такое имя без ошибок? И вот кому-то просветлённому пришла в голову мысль, что Аманжол очень похоже на русское имя Алексей, а значит, участкового можно звать Лёха. А Лёха – то не сильно возражал, ему природное имя никогда не нравилось.

В кармане зазвонил телефон.

- Алё, короче, я всё узнала, этот поезд прибывает в Волгоград в 20:05 по местному времени, по-нашему около девяти вечера, - Оксана, как и обещала, вычислила маршрут, которым ехал Роман.

- Ты поняла?

- Да, поняла, не кричи в трубку, слышно всё!

- Мать рядом? Ты ей уже сказала?

- Нет, мне сейчас некогда, я тебе потом перезвоню.

- Только попробуй не перезвони, я же не усну! – и Ксюха отключилась.

Минуты тянулись долго. Очень долго. Очень-очень долго. Она пыталась представить, о чём они будут говорить, но каждый раз в голове образовывалась какая-то каша. И запах этой каши стоял на весь дом – мама готовила ужин.

Глава 5

«Кто не рискует, тот не пьет шампанское». Именно эта дурацкая фраза крутилась в его голове под стук колес.

И зачем я это сделал? Может, не надо было? Напугал девушку, а она поверила, ждёт звонка, наверное.

У американцев есть поговорка: «Если аппарат работает, то не надо его ремонтировать». Если твоя жизнь удобна и надежна как швейцарские часы, то не надо этими часами забивать гвозди. Что я сейчас сделал? Именно то, что нельзя делать в здравом уме и трезвой памяти – ударил покоем и комфортом по гвоздю. Но, Боже правый! Как же тоскливо каждый день пережёвывать одни и те же помои под названием стабильность и устойчивый доход. Как же хочется превратиться в стеклянную бутылку, выбросить себя из окна и разбиться вдребезги – смертельно и красиво. Но! Но перемены и страх – это звенья одной цепи. И чем старше становишься, тем страшнее кардинально всё менять. В молодости это происходит как-то легче: легче заводишь друзей, подруг, легче притираешься и расстаёшься налегке. Но, после сорока былая легкость пропадает. Парадоксальным образом, начинают прибывать деньги, которых в тридцать лет не было. Количество переходит в качество, и далее по кругу.

Читатель сейчас подумает, что Рома испугался. Да, Рома испугался. А вы бы не испугались? Вы храбрые? Вы легко можете остановить на улице девушку и объясниться ей в любви? Ну, давайте, покажите мастер-класс. На самом деле, это можно проделать, если потом всё обернуть в шутку. Но он-то не шутил. Если бы он шутил – она бы смеялась.

Главное – запустить режим диалога, а остальное приложится, - размышлял Рома. Дай Бог, чтобы мы с ней в постели подошли друг другу как ручка и колпачок. Ну и планы на жизнь чтобы совпадали. Вот с планов и надо начать разговор: - Чего она хочет, сколько детей желает? О! А может у неё дети есть? А было бы неплохо! Значит, с репродуктивной функцией всё в порядке. Интересно, какой будет её первый вопрос?

Глава 6

Первого вопроса не было.

Как только он сказал:  - Привет, это снова я, – в ответ раздалось: - Зачем ты оставил так много денег?!

- В смысле? Я же сказал – это за пирожки и на билет до Краснодара.

- Билет стоит намного дешевле.

- А! Так ты уже посмотрела цены на билеты? Ход твоих мыслей мне нравится.

Таня замолчала. Хотела же показаться равнодушной и так бездарно спалилась.

- Я не смотрела. Это подружка моя смотрела.

- У тебя хорошая подруга. Уверен, ты имеешь ко мне вопросы, - когда он волновался, то переходил на еврейскую манеру общения. Голос крови. Ничего не поделаешь.

- Начинай первая. Что тебя интересует?

- Ты женат?

- Нет.

- А был?

- Официально нет.

- А не официально?

- Жил с одной женщиной пару лет в гражданском браке.

- А почему расстались?

- Она меня обманула. Сказала, что родит мне сына и не родила. А потом я узнал, что она в принципе не способна родить.

- А ты хочешь детей?

- Хочу. Я сторонник традиционной семьи. Семья – это муж, жена и дети. Если один из компонентов отсутствует, то и семьи нет. А у тебя дети есть?

- Нет.

- А хочешь?

- Хочу.

- Значит будут. Если человек чего-то сильно хочет, он это непременно получает. А если человек не знает, чего он хочет, он получает то, что заслуживает.

Чёрт! Последнюю фразу не надо было произносить вслух, - поздно спохватился Рома.

Но Таня никак не отреагировала на этот мудрый выпад, её интересовало другое:

- Ты один живёшь?

- Конечно один. Стал бы я приглашать тебя в гости, если бы жил с кем-то.

- Ну, может с родителями.

- Я похож на человека, который живёт с родителями?

- Не похож, - она помолчала. – Ну, теперь ты спрашивай.

- Когда ты приедешь?

- Тебя только это интересует? Почему ты не спрашиваешь, была ли я замужем?

- Честно говоря, меня это не сильно волнует. Я не оглядываюсь в прошлое, я на будущее планы строю.

- Ты такой странный, совсем не похож на других.

- Это плохо?

- Не знаю. Не привычно просто.

Она опять затихла, размышляя о чём – то своём, девичьем.

Рома перехватил инициативу:

- Я тут подумал, ты, наверное, решила, что я какой-то мошенник. Предлагаю - ты купишь себе нормальный смартфон, а я пришлю фото своего паспорта. Ну, ты же должна понимать, к кому едешь за тридевять земель.

Господи, он прямо мои мысли читает! – подумала Таня, а вслух сказала:

- Смартфон, это дорого. Может, я оставшиеся деньги тебе на карточку переведу. У тебя какой банк?

- А смысл, переводить мне деньги? Это как переложить их из одного кармана брюк в другой.

- Ну, это же твои деньги.

И тут Рома в первый раз разозлился. Да что она все о деньгах, да о деньгах! Надо эту тему закрывать!

- Я в жизни руководствуюсь несколькими правилами. Правило номер один: если муж даёт тебе деньги, просто их возьми и не спорь. Мужу виднее, кому и сколько давать. Поняла?

- Ну, я же ещё не жена.

- А тебе штамп в паспорте нужен здесь и сейчас?

- Не злись, пожалуйста. Просто мне никто и никогда столько денег не давал.

- Я уже сказал, хватит думать о прошлом, привыкай к новой нормальности.

Вспылил. Не сдержался. Сейчас обидится и бросит трубку.

А вот хренушки! Тане разговор нравился всё больше и больше. Она таких мужчин ещё не встречала.

- Когда мне приехать?

- Чем скорее, тем лучше. Ты же девочка взрослая и должна понимать, что мужика надо брать «тёплым», пока он не передумал.

- А ты уже передумал?

- Даже не надейся.

- Хорошо, я приеду. Поговорю с родителями и приеду.

- Только умоляю тебя, не покупай плацкарт. Купе, как минимум. Если будет возможность, возьми место в спальном вагоне. Запомни, в плацкартах ездят БОМЖи, алкаши и дембеля.

- Я поняла. А когда ты приедешь домой?

- Завтра, в обед. Доберусь до квартиры и позвоню тебе, ок?

- Да, конечно.

- В идеале, завтра ты должна мне скинуть фото билета, чтобы я чётко понимал, когда тебя встречать.

- А ты меня встретишь на вокзале?

- Конечно! Это, как бы, в моих интересах.

- Хорошо. До завтра.

- До завтра.

Глава 7

О-хо-хо. Похоже, объяснения с родителями не избежать, поняла Таня. Трудно, но надо. Лучше сделать это завтра, сегодня уже поздно.

После этого непростого разговора в груди поселилось что-то новое, непонятное, но приятное. Как он там сказал: - Привыкай к новой нормальности. Может, к реальности. Нормально ли использовать слово «нормальность»?

Почему-то захотелось принять тёплый душ перед сном, смыть накопившийся стресс. Поистязать тело грубой мочалкой в сочетании с нежным гелем, а затем организовать эпиляцию социально значимых зон. Воображение уже рисовало, что она готовится к близости с законным супругом. Когда-нибудь это произойдёт, но тренироваться надо уже сейчас.

Так всё и сделала. И уже засыпая на пушистом полотенце, хранящем запах горького миндаля, подумала: - Откуда у БОМЖей деньги на плацкарт?

Глава 8

О-хо-хо, - подумал Рома. Кажется, я влип по полной программе. А с другой стороны, именно такой противоположности мне и не хватало. Простая, как три копейки. Всё о себе рассказала и даже не поняла этого. Ведь очевидно, что живёт с родителями и замужем никогда не была. Замужние, а тем более разведённые - они хитрее и умнее, потому что по минному полю уже погуляли и кого-то даже разорвать успело.


Сборы в дорогу


Глава 9

- Таня, блин, ты чего мне не позвонила? – тон Оксаны выдавал крайнюю степень негодования. – Я же тебя просила!

- Ой, прости, забыла, – Таня только разлепила глаза, и более внятного оправдания придумать не успела.

- Встречаемся сегодня у меня в магазине, и только попробуй не прийти! – и бросила трубку.

С Ксюхой надо обязательно увидеться и помириться. И потом, кто кроме неё сможет купить билет на поезд онлайн, - решила она.

- Мам, я с тобой поговорить хотела, - Таня села на край дивана и погладила плечо сидящей рядом мамы.

– Я с мальчиком познакомилась на вокзале. Он меня в гости позвал. В Краснодар. Я подумала, может мне поехать к нему? На работе отпуск возьму. Ну, я же могу поехать отдыхать в отпуске?

- Ты совсем что ли? – мама удержалась от произнесения слова «дура», но оно так и вертелось на языке. - Какой мальчик? Какой Краснодар? Сколько маньяков ездит по поездам, а ты их вообще не различаешь.

- Он не маньяк, его Рома зовут.

- Ты не понимаешь, что тебя на деньги разводят? Приедешь, он тебя оберёт как липку и голой домой отправит, и это в лучшем случае.

Мать заводилась, а Тане почему-то становилось весело. Она даже подумала: - Нет, голой я домой не пойду, голая я рядом с ним лягу.

- Ему мои деньги не нужны, он мне сам денег дал, на билет.

- И ты взяла?

- Да.

- О дура! Ну, всё, в милицию, тьфу… в полицию надо идти. Он тебя уже в какое-то дело втянул. Отец!!!

Если вы подумали, что мама призвала на помощь тяжёлую артиллерию в виде папы, то сильно ошиблись. Папа имел в семье совещательный голос, но никак не решающий. Поэтому, войдя в комнату, он произнес классическое:

- Чего ещё?

- Твоя дочь к мошенникам попала.

- Куда попала? К каким мошенникам? Чего несёшь? – папа выдал три идеальные фразы, после которых на него следовало махнуть рукой и отпустить на все четыре стороны.

- Где эти деньги? Давай их сюда. Это плохие деньги! – мама решительно встала с дивана и протянула руку Тане.

– Ну?

- Не отдам! – Таня впервые за 28 лет зло посмотрела на мать. - Они не твои, он их мне дал!

Мама вдруг поняла, что её девочка выросла, и деньги добровольно не отдаст.

– Сколько денег? – её голос смягчился. Вся надежа была на то, что от какой-нибудь тысячи рублей уголовных последствий не будет.

- Сто тысяч, - Таня честно назвала остаток после вчерашних расходов.

- О господи. Потеряли дочь, – и мама тихо сползла обратно на диван.

А папа вернулся к своим делам. Сказать по чести, он не поверил, что какой-то дурак может дать его дочери такую сумму, это же зарплата за полгода минимум.

- Нет моего согласия на поездку, так и знай!

А Таня никого не слушала, она стремилась закрыться в своей комнате. Предчувствие подсказывало, что скоро позвонит Рома. А он уже звонил!

Глава 10

- Привет! Я дома. Как твои дела?

- Нормально. Поговорила с родителями, они против поездки.

- Ну, их можно понять. Если бы моя дочь собралась в гости неизвестно к кому, я бы тоже возражал.

- Издеваешься?

- Нет.

- И что мне делать?

- Слушайся маму, но делай всё по-своему. Ты девочка уже взрослая и дееспособная. Сама решай, с кем ты хочешь жить.

- Я уже всё решила, завтра тебе позвоню.

- Ну, тогда целую тебя.

- И я тебя целую.

Странно. Мы, вроде бы, целуем друг друга, но между нами две тысячи километров, - думала Таня, сидя в одиночестве. Странно и тихо. Слышно, как секундная стрелка настенных часов отсчитывает время, которого у нас то в избытке, то в недостатке.

Из-под плинтуса выполз тошнотворный страх: сначала он проник в голову, а затем начал стекать в область сердца. Страх стать героиней криминальной хроники, главную роль в которой ей предрекла мама.

Он пригласил в гости, посмотреть город, - размышляла она. Если бы это предложил экскурсовод, тревоги не было бы вовсе. Но он же не стремится на мне заработать, он меня хочет как женщину, это у него на лбу написано. Или не меня? Или я часть какого-то сложного пасьянса?

Менее всего ей хотелось сыграть роль провинциальной дурочки. Её сокровенной мечтой был роман о беспощадной любви и верности, где она возвышается над всеми, как главный экспонат.

Опасно или не опасно? Криминал или мечта? Разумеется, победила мечта!

Глава 11

Вчера по улице ходила одна Таня, а сегодня шла уже другая - уверенная, решительная и богатая.

Ни за что не догадаетесь, куда она направилась. В магазин? Да, но не продуктовый. Она зашла в салон связи и купила себе новый смартфон. И не дешёвый, к которому присматривалась ранее, а вполне приличный. Тратить деньги легко и приятно, если они упали с неба.

- Чё, Танюх, разбогатела? – бывший одноклассник, а по совместительству хозяин салона, наконец-то проявил к ней интерес. Раньше даже здороваться забывал при встрече.

- Ага, разбогатела. Ножницы дай.

- Кого резать собралась?

- Сейчас увидишь, – она ловко обрезала старую сим-карту до нужных размеров, заправила её в гнездо и активировала профиль. С первого раза всё получилось, и рука не дрогнула.

- Вот ты наглая! - одноклассник смотрел ей вслед. Раньше с «тапком» ходила, а тут реальную трубу взяла. И очень хотелось сказать ей на прощание какую-нибудь обидную гадость, но что-то удерживало: может быть то, что она сделала ему недельную выручку, а может - понимал, что ответка прилетит.

Глава 12

- Если плацкарт и с пересадкой, то могу на послезавтра взять. А если купе и прямой рейс, то через неделю, не раньше, - Ксюха сидела за ноутбуком и деловито щёлкала по клавишам.

- Он сказал, только не плацкарт - там БОМЖи, алкаши и дембеля ездят, - Таня напомнила исходные требования.

- Ну, ему виднее. Ты когда последний раз на поезде каталась?

- Не помню, в детстве, с родителями на море.

- Теперь будешь жить на море.

- Нет, от Краснодара до моря 120 км ехать.

- Откуда ты знаешь?

- Яндекс Карты смотрела.

- Ну да, ты теперь крутая, даже мой телефон дешевле. Так что - купе беру?

- Да. И надо будет с родителями конфликт уладить.

- Паспорт давай.

Ксюха открыла документ и начала вносить данные пассажира.

- Какая ты тут молоденькая на фотке. Сейчас намного старше выглядишь.

- Не язви.

- А у тебя его фото есть?

- Нет, но будет. Он обещал сканы своего паспорта прислать.

- Тебе билет распечатать?

- А ты можешь?

- Ха, в подсобке принтер есть. Хозяин думает, что он не рабочий, а он рабочий. Я ему просто не говорю.

- Спасибо, подруга, – Таня обняла Ксюху и чмокнула в щёчку, как в детстве.

Ксюха разволновалась:

- Поклянись! Поклянись, что если у тебя всё срастётся, ты меня заберешь отсюда. Я без тебя не смогу! И не дай Бог, не я буду свидетелем на твоей свадьбе!

- Будешь! Обещаю!

Глава 13

- Где гуляла допоздна? Не забыла, что на работу завтра? – мама с порога решила вынести ей мозг, точнее - вправить его.

- Не забыла.

- Имей в виду, билет тебе в кассе никто не продаст, я договорилась.

- Да мне и не надо, - и Таня ушла к себе в комнату.

Выдержала паузу в пять минут – вдруг маму пробьёт на душные разговоры – потом аккуратно разгладила заветный билет и сфотографировала. Отправила снимок и замерла в ожидании. Интересно, он обрадуется или нет? Может, уже передумал? Она открыла свой паспорт, посмотрела на фото и сверила с оригиналом в зеркале. Ну да, Ксюха была права, раньше моложе смотрелась. Зато теперь грудь больше. Правда и попа толще, наверное…

А сколько ему лет? Так и не спросила, из головы вылетело. Вроде он не очень старый, но и молодым не назовёшь. Чувствуется опыт в общении с женским полом – уговорил меня с первого раза. Справедливости ради, надо признать, что легко уговорить ту, которая давно на всё согласна.

Смартфон пискнул. Прилетело сообщение. Вау! Паспорт! Сколько-сколько ему? Целых сорок восемь! Двадцать лет разницы. Почти две жизни против одной моей. А выглядит хорошо, только седины в волосах много. Семейное положение – пустота. Дети – тоже пустота. Молодец, все нужные страницы сделал.

Польщённое вниманием сердце Тани слегка сжалось, а к горлу подступила тревога. Что же он себе в Краснодаре жену не нашёл? Почему я? Почему успешный мужчина, у которого, наверное, всё есть, выбрал не южную знойную красотку, а бледную рыжую провинцию? Блин, а если бы пирожками торговала Ксюха, он бы на неё точно запал – она на актрису турецкого сериала очень похожа. Хорошо, что она плохо готовит.

И как такого соблазнять? Он у девушек уже всё видел. Нового ничего не покажу, комплектация стандартная. На что он повёлся? На пирожок! Значит, будем охмурять вкусной едой, а невкусная у меня не получается, - приняла она окончательное решение.

Глава 14

«Утро туманное, утро седое, нивы печальные, снегом покрытые» - Тургенев, безусловно, гений. Такие простые слова, а как точно передают настроение. С первым снегом тебя, Танечка. С первым снегом тебя, тургеневская девушка.

Она проснулась ровно в шесть утра. Традиционная постельная истома улетучилась, душа просила активности и приключений на упругий зад. Сегодня сложный день: надо как-то уволиться, не увольняясь. Сжигать мосты не будем, оставим запасной аэродром. Себе или ему? Обоим.

Мама изо всех сил делала вид, что вчерашнего разговора не было, и даже приготовила дочери завтрак – лучшие в мире сырники. Спокойные и плавные движения Тани усыпили её бдительность - она была уверена, что кризис миновал.

Разговор с заведующей детским садом прошёл на удивление гладко:

- во-первых, она уже знала, что у Тани завёлся хахаль;

- во-вторых, на её место давно есть кандидатка;

- в-третьих, если решишь вернуться, с радостью возьму тебя обратно, - заверила начальница. - Но, лучше не возвращайся. Если сменишь номер телефона – обязательно сообщи, свои люди в Краснодаре мне не помешают.

Ого! - подумала Таня, - мой социальный статус растёт как на дрожжах. Как же это приятно - стать значимой фигурой, особенно после того, как много лет ты играла роль неуловимого Джо.

- Маме только не говорите, что я последнюю неделю работаю.

- За дуру меня держишь? В пятницу вечером трудовую получишь, а расчёт придет позже. Тебе как деньги передать?

- Никак, лучше накройте стол для всего коллектива, я же отходные официально проставить не смогу.

- Счастливая ты, Танька! Меня бы кто позвал, я бы в Краснодар по шпалам убежала, - и она грустно вздохнула.

Таня улыбнулась. Она представила, как начальница бежит по шпалам, а они прогибаются под её весом, и после этого всё железнодорожное полотно не пригодно для эксплуатации и требует капремонта. Локомотивы стоят, машинисты ругаются. Фу, гадкое зрелище.

Глава 15

- Приступаем к операции «Побег из курятника», - Таня навестила Оксану на нейтральной территории, то бишь, у Ксюхи дома.

– Конспирация полная. А почему «Побег из курятника»?

- Мультфильм такой в детстве смотрела, очень похожий сюжет был. Ты просила фотку? Смотри – это его паспорт.

- Капец, он старый!

- Вот и не засматривайся. Я ещё твоего жениха не видела.

- Слушай, хочешь, я тебе свой купальник подарю? Он новый, я его только примерила и больше не носила.

- Зачем покупала, если не носишь?

- Красивый очень, сексуальный. Не удержалась.

- Показывай, ты же не отстанешь.

Купальник Тане не понравился - слишком открытый, слишком похабный, похожий на униформу актрис из фильмов для взрослых. Лучше бы предложила закрытый – он живот утягивает. И попу, наверное…

- Какой у нас план? Чего молчишь? Уснула?

Глава 16

План был примитивен, но мало кто знает, что именно примитивные вещи стопроцентно работают. В течение недели Таня мелкими частями приносит Оксане домой вещи, предназначенные для дальней дороги, а Оксана добросовестно складывает их в красивый чемодан на колесиках и ждёт наступления часа икс. Как только будильник в смартфоне пробьет тревогу, Таня выходит из дома налегке, забирает у Ксюхи багаж и бегом на вокзал. С одной стороны - дело пустяковое, с другой – имелась парочка незначительных изъянов:

- где взять чемодан?

- как с ним незаметно проделать путь через весь посёлок до вокзала?

Кто-то скажет: - Такси закажи и всё!

Какие же вы, мать вашу, умные! Нет! Нет в посёлке такси! Мужики, промышляющие извозом - есть. Таксистов, готовых соблюдать конфиденциальность поездки - нет.

Выход был найден: вместо чемодана будет старая хозяйственная сумка, и потащат они её на вокзал вдвоём - типа, налаживаем совместный бизнес, торгуем пирожками на пару и крупным оптом.

- С пирожков всё началось, пирожками всё закончится, – Ксюха задумчиво выдала литературный перл. Ей нравилось ощущать себя частью чего-то противозаконного. Это возбуждало, это выводило за рамки обыденности.

Глава 17

- Привет!

- Привет!

- Ты меня ещё ждешь?

- Жду.

- А расскажи о себе что-нибудь.

- Могу открыть тебе страшную тайну.

- У тебя кто-то есть?

- Нет, я много лет назад завязал с алкоголем, поэтому наша свадьба будет на трезвую голову.

- Мой папа это не переживёт.

- На него запрет не будет распространяться.

- А где ты работаешь?

- В бюджетном учреждении, я заместитель директора по вопросам безопасности.

- Круто. А что ты делаешь?

- Внушаю сотрудникам, что воровать грешно.

- И всё?

- Поверь, это самая сложная работа в мире.

- Я в детстве украла в магазине булочку с маком. Так стыдно.

- Я обязательно тобой займусь.

- Поезд прибывает в понедельник. Как ты меня встретишь? Ты же на работе будешь.

- Я отпрошусь, скажу, что поехал встречать невесту.

- Невеста! Слово-то какое приятное.

- Что мне приготовить в честь твоего приезда?

- Ничего, я сама всё сделаю.

- Звучит обнадеживающе.

- Ты о чем?

- О еде, а ты что подумала?

- Я подумала, а что ты больше всего ненавидишь в жизни?

- Дешевый парфюм, у меня от него мигрень. А ты?

- Предательство.

Ого! А девочка не так проста, как кажется на первый взгляд. Надо с ней поаккуратнее. Видимо, не я один хлебал жизненный опыт ситечком, - подумал Рома.

- Мадам, цветы какой страны вы предпочитаете в это время года?

- Говоришь, как Воланд.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Как же сильно я её недооценил! Самоуверенность и самолюбование - тяжкие грехи. Думал, придётся опускаться до её уровня, а тут как бы подтягиваться не пришлось, - вихрем промелькнуло в его голове.

- Я жду тебя. Очень жду. Приезжай поскорее, - он вложил в эту фразу всю свою искренность.

- Потерпи, милый, я скоро буду, - промурлыкала она нежным, фирменным, неповторимым, ангельским голосом.

От этих звуков у него затрепетали даже волосы на груди. Ни одна женщина в мире не возбуждала его так, как эта!

На часах было 12:21.

Глава 18

- Зарядку для телефона положила? – Оксана зачитывала прощальный список вещей первой необходимости.

- Положила, - Таня укладывала дорожную сумку под её чутким руководством.

- Зубную щётку взяла?

- Взяла.

- А нитка с иголкой есть?

- Ты мне предлагаешь шитьём в дороге заняться?

- Дурочка, вот порвутся у тебя трусы, чем зашивать будешь?

- Ничем, без трусов пойду.

Тревожная обстановка. Нервные шуточки, потому что шутки закончились. Холодные пальцы, низ живота подрагивает и каждые пять минут хочется в туалет. Впереди неопределённость - прыжок в пустоту и надежда на мягкую посадку. Каждая ставит на эту поездку всю свою жизнь, без преувеличения. Либо всё будет ослепительно хорошо, либо не будет ничего. Момент истины.

До прибытия поезда два часа, надо выдвигаться. Хорошо, что Ксюхины родители ушли к соседям на дегустацию зимней коллекции настоек и наливок. Нет, они не пьющие, просто любители качественного продукта.

Подруги взялись за ручки дорожного баула с двух сторон и направились в сторону вокзала, оглядываясь по дороге, как партизаны с взрывчаткой в глубоком тылу врага.

- Таня, блин, ты кирпичи ему везёшь? – шипела от натуги Ксюха.

- Это из-за книг, наверное, - виновато оправдывалась Таня.

- Кто сейчас возит бумажные книги, электронные не для тебя придумали?

- Я только самые любимые взяла. На память. Вдруг я сюда уже не вернусь.

- Ты ни в коем случае не должна сюда возвращаться! Если он тебя не встретит или бросит, оставайся в Краснодаре и продержись несколько дней. Я приеду следом, а вдвоём мы точно не пропадём.

Несмотря на выходной день, на улице было немноголюдно. Никто не обращал внимания на двух подруг, которые вечно ходили вместе. Вот и сейчас они что-то куда-то тащили. И только сосед дядя Женя, представитель многочисленной когорты местных алкашей, весело их окликнул:

- Куда собрались, девчонки?

- В морг на танцы, - Ксюха давно мечтала использовать в быту этот витиеватый речевой оборот.

- Ты откуда такие слова знаешь, - изумился дядя Женя.

- За мной Лёха - участковый ухаживал. Забыли? Он мне про вас много чего рассказывал.

От этих слов дядя Женя потерял душевное равновесие, быстро растворил своё тело в пространстве, и только его кривая улыбка осталась висеть в воздухе. И более никого и ничего, никаких форс-мажоров до прибытия в конечную точку.

Пока ждали поезд, прятались от любопытных глаз в уже знакомой нам аллее, и Таня описывала подруге, где она стояла, как он прошёл мимо и не заметил её, а она привлекла внимание своим товаром. Ксюха ловила каждое слово, попутно соображая, почему такая простая схема не работала в её магазине. Ответ лежал на поверхности – в поселковый магазин ходят исключительно местные, а все перспективные экземпляры встречаются только у вокзала.

Вагон остановился и характерно дёрнулся. Грохнула ступенька тамбура. Проводница протёрла перила и спустилась на перрон. Кажется, с этого всё начиналось. Логично. Выход всегда там же, где и вход.

Они просто обнялись на прощание без слёз и пафоса. Одна ушла вперёд, другая вернулась назад. И обе имели одну мечту на двоих.

Оксана шла домой медленно, перебирая в голове события последних дней. Сзади поскрипывал снег, и казалось, что кто-то её сопровождает. Она даже пару раз обернулась, но из-за вечерних сумерек никого не увидела. Никого. Жаль, очень жаль, что в нашей глуши даже маньяков нет, - саркастично подумала она. Хоть бы один пристал. Самая худшая из зол для девушки – это отсутствие внимания.


Начало пути


Глава 19

Как только проводница проверила паспорт и сообщила время прибытия в Краснодар, Таня расслабилась и отправила маме сообщение: «Мамочка, прости, но я уехала. Люблю тебя и папу», - и приготовилась гасить волну гнева.

Мама прочитала текст в режиме реального времени – она сидела дома в ожидании с телефоном в руках, потому что точно знала номер поезда и время отправления.

Вы подумали – Оксана раскололась? Нет. Просто мама хорошо знала свою дочь и благостно наблюдала всю неделю за её шпионскими играми. Совсем измаялась девочка без мужчины, - думала мама, - особенно в последние годы. Я в её возрасте уже её родила. Мутные времена настали.

- К чему весь этот цирк с запретами? – спросите вы. А как вы хотели – мораль и нравственность превыше всего. Таня родилась в приличной семье. Их родовое древо гниль обходила стороной. Не могла мать официально отпустить дочь на случку в другой город. А через побег можно. Обстоятельства выше намерений.

«Счастливого пути, доченька» - ушло ответное сообщение.

- Ну что, уехала? Все нормально? – в комнату вошёл папа.

Мама кивнула.

- Ну и дай Бог. Может, на свадьбе погуляем. Я такую настойку приготовил – просто мёд! Пошли по глоточку, за успех так сказать, - папа вещал голосом змея-искусителя.

- Дай Бог, - ответила мама и устремилась за ним на кухню.

- Ну, за детей! - и две фамильные хрустальные стопки торжественно соприкоснулись.

Минуло два часа:

- Таня лежала на полке и переписывалась с Ромой;

- Мама, приняв лекарство в виде настойки, доказывала папе, что высшее образование для дочки – это хорошо, конечно, но рожать детей нужно в первую очередь, а институт никуда не убежит;

- Оксана рассматривала каталог онлайн-магазина модной одежды и выбирала себе платье подружки невесты.

Все были счастливы.

Глава 20

Рома готовился к визиту дамы, как рядовой к приезду генерала.

- Надо ей показать, что больше всего в жизни я ценю чистоту и порядок, чтобы и она придерживалась этих правил, - размышлял он вслух, орудуя шваброй с таким усердием, словно оттирал пятна на чьей-то репутации.

Он заморочился настолько, что даже постирал шторы и тюль. Вымыл пол под холодильником, чего не делал с момента заселения в квартиру. А проживал он в приличной однокомнатной новостройке на западной окраине города.

Накануне приезда ему пришлось навестить окрестные магазины несколько раз:

- то вспомнил, что в доме нет салатника. Странно, куда же я раньше нарезал овощи? - задал он сам себе вопрос и не получил ответа;

- то решил, что пора занавеску в ванной комнате поменять – старая, с унылыми пожелтевшими дельфинами, выглядела как свидетельство финансового обвала;

- то устало осознал, что использовать вместо сахарницы обычную банку из-под маринованных огурцов просто неприлично. Банка фыркнула и гордо удалилась в мусорное ведро со словами: - Меня на бабу променял. Её место заняла фарфоровая ёмкость с золотистой каймой.

Когда последний микроб был расстрелян, и поле битвы озарилось хирургической чистотой, он вытер пот со лба, налил в стакан холодного безалкогольного пива, залпом выпил и прошептал: - Респект, блин!

Глава 21

Таня тоже испытывала нервную дрожь, пока тряслась в поезде. Самый большой кошмар охватывал её при мысли, что она выходит на перрон, а его нет. И что делать? Куда идти? Где ночевать?

- Стоп! Зачем я себя накручиваю? – она старалась нащупать точку опоры в качающемся вагоне. Истерика сейчас не уместна. Ксюха сказала: - Продержись, и я приеду. А ведь и вправду, если он меня обманул и не ждёт, я могу снять номер в гостинице и сделать вид, что приехала на отдых. Только где в Краснодаре эти гостиницы и как их найти?

- Вы до Краснодара? Домой едете? – вежливо поинтересовалась соседка по купе.

- Да, домой. Муж встретить обещал, - уверенно ответила она и сразу успокоилась.

Слова, вылетевшие наружу, создали хоть и призрачную, но обнадёживающую реальность.

«Пусть только не встретит – убью, блин»!

Глава 22

Часы показывали 11:11. Входящий вызов от Ромы.

- Привет! Я уже на вокзале, жду тебя.

- Ой, а мы ещё едем.

- Я знаю, просто выехал пораньше. В городе пробки. Боялся опоздать. Ты не волнуйся. Посижу, кофе выпью где-нибудь, - в его голосе чувствовалась готовность ждать столько, сколько потребуется.

- Покушай горячего, не порть желудок, - Тане было приятно изображать заботливую жену в присутствии посторонних людей.

Она отключилась и опустила телефон на колени. «Ждёт», - сладко заныла грудь, стряхивая тяжкий камень. Значит, она не ошиблась, не спугнула его своим порывом. И вроде бы пришло облегчение, но снова наползла тревога – как показать ему свою радость и при этом не выглядеть наивной простотой.

- Не играй, не притворяться той, кем не является. Пусть увидит и радость, и лёгкое смущение, и ту самую «простоту», которая есть лишь отсутствие фальши. Ведь именно за эту искренность он, возможно, и выбрал тебя, - подсказывал разум.

Она глядела на мелькающие за окном то чёрные, то зелёные поля. Какая странная местность – совершенно нет снега. Так не привычно. Может кто-то забыл включить осень?


Краснодар


Глава 23

Когда она увидела его на перроне с огромным букетом пионовидных белых роз, то едва не задохнулась от восторга, хотя её любимыми цветами всегда были ромашки.

Вот он! Вот он! – стучало сердце.

Прилив крови удесятерил силы, и она легко выпорхнула из вагона с неподъёмной (по версии Оксаны) сумкой.

Он протянул ей букет, а она (сама от себя не ожидала) обняла его за шею и неумело зацеловала в губы. Цветы ей последний раз дарили на выпускном вечере в школе, и это были родители. А тут навалилось прямо всё и сразу.

- Молодожёны, наверное, - завистливо подумала проводница, - меня бы кто так встречал, я бы в тамбуре дала.

- Ну что, домой? – спросил он так обыденно, как - будто встречал её из командировки.

- Домой, - так же просто ответила она, ещё точно не представляя, где теперь её дом.

Они обнялись и пошли в сторону северного крыла с выходом на привокзальную площадь.

- В туалет на дорожку хочешь? Город стоит, ехать будем около часа.

- Нет.

- Ну-с, начинаем экскурсию по городу. Это главный вокзал, называется Краснодар1. Есть ещё вокзал Краснодар2. Через него идут электрички в северном направлении, но я им никогда не пользовался. Придётся немного пройтись, я припарковался на соседней улице, зато выезжать будет проще.

Таня его слушала и не слышала - потерялась в пространстве от шума и суеты большого города. Он говорил. Она радостно кивала и прижималась к его руке. Время остановилось, исчезло, пропало как физическая функция.

- Пришли. Грузимся.

Сознание вернулось в тело. Перед глазами предстал открывающийся багажник красного внедорожника. Мамочка, дорогая! Это что, его машина? Представляете, за всё время она ни разу не задалась вопросом, а есть ли у него машина?

- Это твоя машина?! – произнесла она громким шёпотом.

- Ну, - он слегка закатил глаза, - с этой минуты это НАША машина.

Когда она садилась на переднее сиденье, две мысли дуплетом пробили голову:

- Господи, не дай мне сойти с ума!

- Я буду самой конченой дурой на планете Земля, если упущу этого мужика!

И третья, контрольная, между глаз: - Мой! Только мой! Любого убью, кто подойдёт.

- Ты что-то сказала, милая?

- Я говорю, какой красивый город!

- Пристегнись. Безопасность никто не отменял.

Она схватила ремень и нетерпеливым движением попыталась растянуть его. Естественно ничего не получилось.

- Позволь, я тебе помогу, - Рома потянулся к ремню левой рукой и их лица практически соприкоснулись.

– С ним нужна ласка, - добавил он почти шёпотом и замер.

- С кем? – едва слышно уточнила она.

Они смотрели в упор и дышали друг другом. Воздух в салоне загудел и начал искриться. Оба поняли, что стартовать в увлекательный мир интима можно и отсюда, но (Боги мои!) как же это вульгарно - начинать такое яркое путешествие в антисанитарных условиях на виду у всего города. Нет, такого кощунства Краснодар не заслужил.

Глава 24

Как сказал один приезжий умник: - Краснодар - это деревня, в которую по недоразумению кто-то запихнул миллион человек. На первый взгляд так и кажется. Особенно, если проехать по старому центру. Только в Краснодаре офисная свечка может соседствовать с саманной хатой, во дворе которой гуляют куры.

Этот город не стремится поразить вас стерильной чистотой и рафинированной публикой, он больше работает на контрасте, гармонично сочетая в себе деловитость Москвы, архитектурный пафос Питера и вороньи слободки Одессы. Он живёт в своём неповторимом ритме и дышит с горожанами одним воздухом. За стеклянными фасадами пахнет карьерными амбициями и кофе из аппарата, а за калитками частных домов — влажной землёй, цветниками и булочками с корицей. И эти два мира не воюют. Они сосуществуют, удивляя, раздражая и очаровывая всех, кто отважился сюда переехать и прорасти травинкой на общем поле.

Краснодар не копирует других – он самодостаточен при всех плюсах и минусах. Днём он деловой, шумный, раздражённый, вечно стоящий в пробках. Но при свете вечерних огней он меняет костюм на футболку, строгость преобразует в гостеприимство и щедрость, и мгновенно записывает вас в члены своей большой радушной семьи.
Один миллион человек живёт здесь не по недоразумению. Это их выбор. А если зародилось предчувствие, что город встретил вас недостойно, с прохладцей и без почётного караула, то идите вы лесом и помните, что подобное притягивается подобным. Если вам показалось, что окружение состоит из равнодушных и корыстных людей - то вам не показалось. Что делать в такой ситуации? Подойдите к зеркалу и плюньте в отражение.

Именно это говорил Рома, держа руль одной рукой, а второй тыча в разные достопримечательности.

- Сегодня я дам тебе отдохнуть, но завтра мы обязательно пойдём вечером гулять по улице Красной. Это главная артерия города. Ты увидишь её во всём ночном великолепии и влюбишься также безнадёжно, как когда-то и я.

Таня смотрела на город широко закрытыми глазами и удовлетворённо отмечала, что все её девичьи грёзы и ночные бдения обретают плоть, кровь, бетон и прописку.

Глава 25

Первую близость она представляла себе как угодно, но только не так!

Просто наклонилась, чтобы разобрать дорожную сумку. Он подошел сзади и обнял. Тихо, без спроса, как законную добычу.

Далее спальня. Кровать. Руки сами расстегнули блузку, ту самую, за которую рассчиталась в день знакомства. Его голова спускается к животу. Ниже. Ещё ниже. Ещё.

- Сумасшедший, я же грязная после поезда, - шепчет она, подавляя тревогу и лёгкий стыд.

Потом он что-то задел языком, и она улетела на седьмое небо. Да там и осталась. Навсегда.


Новая нормальность


Глава 26

Поздний ужин. Всё по-простому, по-домашнему. Её мокрые волосы и довольная улыбка говорят о том, что она освоила душ. Да, освежиться получилось, но только к вечеру. Накинулся как антрополог на генетический материал, чуть трусы не порвал. Интересно, в доме есть нитка с иголкой?

За окном висела луна и смотрела иронично на двух индивидов, которых вокзальный флирт завёл так далеко.

- Я тут составил план по твоему соблазнению, - сказал Рома, отодвигая пустую тарелку. - На выходных едем в Сочи. Отель с подогреваемым бассейном и видом на море. Трехразовое питание. Всё включено.

Танечка тихо рассмеялась, придвинув к нему чашку травяного чая.

- Я и так вся твоя. Делай со мной что хочешь. И, прости меня.

- За что? – он удивлённо поднял брови.

- Я тебе спину расцарапала. Только сейчас увидела. Сама от себя не ожидала.

- Плохая девочка, - прошептал он, запуская руку в складки её халата. - Наказать надо.

Она запрокинула голову, с укором посмотрела на луну, намекая ей, что надо отвернуться, и тихо выдохнула: - Накажи.

Глава 27

- А почему мы едем на электричке, а не на машине? – Таня разглядывала билеты на скоростную Ласточку.

- Потому-что электричка идёт до Сочи пять часов, а на машине по пробкам и серпантину можно все десять ехать. Тебе что больше нравится?

- Мне, главное, чтобы ты рядом был.

Рома стоял напротив кровати и критически осматривал весь разложенный Танечкин гардероб.

Всё на выброс, кроме нижнего белья, - он тактично не говорил вслух свои мысли. Купальника нет, сланцев нет, зонта нет. Верхняя одежда идеальна для сельских похорон, а вот в Сочи такой перформанс не оценят. Выход один – срочная эвакуация в торговый центр. Спасать нужно было не только отдых, но и израненное чувство эстетики.

Глава 28

Злые языки утверждают, что Краснодар находится на первом месте по количеству гипермаркетов на душу населения.

Если бы Тане задали вопрос: - Мадам, а вы посещали современные торговые центры? Она бы с уверенностью ответила: - Конечно, у нас в поселковом Доме культуры постоянно ярмарки проводились. А в прошлом году даже манекенов закупили для выставки шуб и пальто.

Как это мило и наивно.

Она впервые переступила порог «Галереи», на мгновение замерла перед рамкой металлодетектора и уверенно проследовала далее, цепко держась за руку мужа. По силе сжатия Рома понял, что клиент в восхищении.

Хоть и ноябрь на дворе, но Торговый центр уже примерил новогодние интерьеры. Сказочной красоты ёлка, водопад из гирлянд, парящие ангелы, надувные снеговики и навязчивый аромат дорогих духов – всё смешалось в её голове и взорвало мозг изнутри. Осколки в виде рыжих волос посыпались на зеркальный керамогранит и в этом зеркале Таня, к своему ужасу, увидела отражение ношенных зимних сапог.

- К чёрту! Всё к чёрту! Придушу свою врождённую скромность, но оденусь сообразно мужу, - решила она.

- А деньги? – стыдливо напомнил рассудок.

- А по-хрену! Муж оплатит. Он обещал. Я же вернула ему неистраченный остаток от той суммы, которую он мне подарил, - возмутился здравый смысл.

Фразеологизм про барана и новые ворота предательски вертелся в голове, когда она останавливалась перед витринами бутиков.

Рома решил не испытывать свой кошелёк на прочность накануне великих перемен, поэтому двинулся к эскалатору, едущему на нулевой этаж, где люди и товары попроще, и кофе наливают, и туалет имеется.

Судьба отвела ему роль главного критика, и он неплохо справлялся, отмечая про себя, что у будущей супруги тоже имеется вкус.

Таня выбирала вещи вдумчиво, аккуратно скользя пальцами по тканям и сканируя стоимость. Рома терпеливо наблюдал, посылая знаки одобрения или разочарования. Игра без слов на душевную совместимость.

Дольше всего выбирали купальник. В этом вопросе, как твёрдо решил Рома, надо было попасть только в десятку, без компромиссов. Это был не просто предмет гардероба, а ключ к его мужскому статусу. Перебрали всё, от простого тёмно-синего слитного, строгого как школьная форма, до дерзкого бикини цвета фуксия, кричащего о свободе и демократии.

- Может этот? - Таня неуверенно указала на элегантный образец нежно-бирюзового цвета, стараясь не смотреть на ценник.

- Вполне, вполне… - Рома мысленно раздевал её взглядом, представляя, как цвет будет оттенять кожу. – Примерь.

- Ну как? – она раздвинула щель примерочной кабинки.

- Феерично! Воплощение моих подростковых фантазий, - в глазах Ромы вспыхнул огонёк.

- Знал бы ты мои подростковые фантазии! - думала Таня, краснея и удерживая в своём омуте демонов.

Глава 29

Путешествие на море – всегда квест, даже если вы идёте этой тропой в сто первый раз. Гладко не бывает никогда. Услышали? Никогда, блин!

Закон путешествий гласит:

- Если вы добрались от дома до вокзала без пробок, то ждите проблем с оплатой при заселении в отель;

- Если вызвать такси получилось с первого раза, то соседние кресла в электричке займут пассажиры с маленькими детьми;

- Если вы забыли паспорта, вернулись за ними с полпути и чуть не опоздали на поезд, вам точно предоставят номер класса комфорт с видом на море по цене забронированного эконома с видом на стройку.

- Если все этапы пути завершились идеально, готовьтесь к худшему – в номере не будет чайника, но будет стойкий запах канализации.

Правило качелей работает безупречно – неприятности на одном конце вознаграждаются сладкими бонусами на другом. Возможно ли равновесие и предсказуемость? Возможно, но не в этой жизни.

- Ром, а где здесь туалет? – шёпотом поинтересовалась Таня, как только они разместили свои тела в креслах, а багаж на верхней полке.

- В соседнем вагоне.

- А точнее? – голос выдавал тихую, но нарастающую панику.

- Пожалей девочку, не доводи до конфуза. Вспомни свою первую поездку на Ласточке, - напомнила ему совесть.

- Я, пожалуй, составлю тебе компанию, хоть ты и стесняешься этой процедуры в моём присутствии.

- Уже, почти, не стесняюсь, - в её взгляде читался целый трактат о стыде и отчаянии.

Он сопроводил её до заветной кабинки. Очереди не было. Зашли вместе и Рома сразу показал, как запирается дверь изнутри.

- Отвернись, пожалуйста.

Он отвернулся, но молчать было не в его стиле.

- Стесняться мужа глупо, особенно после того, что он делает с женой каждую ночь.

Ответом было журчание с последующим использованием влажной салфетки по назначению.

- Это ты про нас?

- Нет, блин, про соседа.

- А как смыть?

- Нажми кнопку с зелёной подсветкой на боковой панели.

Шум унитаза подтвердил его высокие навыки по передаче знаний.

- Рукомойник на фотоэлементах. Поднеси руки и держи, вода сама польётся. Дозатор жидкого мыла под зеркалом, салфетки для рук справа от него, - урок близился к концу.

- Как в космическом аппарате.

- Или в комнате для взрослых.

- Уймись уже.

- Как тут уняться. Поматросила и бросила.

Танино лицо вспыхнуло жарким пламенем, будто её поймали на чём-то сокровенном и неприличном. Она нежно стукнула его кулаком в грудь и сама открыла дверь.

Глава 30

Но главный эффект ждал впереди. После Туапсе рельсы плавно изогнулись, и на встречу выскочило море, как чёрт из табакерки. Рома намеренно молчал и только следил за её мимикой. Таня застыла, прильнув к стеклу.

- Это же… море… - выдохнула она.

- Нравится? – он заранее знал её ответ.

- Очень!

- Ты в первый раз видишь море?

- В детстве отдыхала с родителями в Крыму, но тогдашние впечатления давно истёрлись, а может, и не было их. Когда тебе пять лет, ты восторгаешься мороженным в вафельном стаканчике, а море видится чем-то абстрактным и не возбуждает. Чтобы понимать его красоту, нужно постичь себя как личность.

За окном плескалась необъятная синева. Чёрное море в тот день было ласковым и ярким. Море играло солнечными бликами, будто подбрасывало из глубин тонны бриллиантов. Море дышало, расцвечивая волны природными оттенками от зеленоватых и серебристых до глубокой, чернеющей лазури. Белая пена покрывала прибрежные камни, шлифуя их в неторопливом ритме.

Она смотрела, и в её глазах, изумрудных и влажных, отражались: и детский восторг, и благоговение, и пронзительная радость, от которой перехватывает дыхание.

Глава 31

Ах, Сочи! Ты – город радости! В тебе приятно отдыхать, но не дай Бог в тебе жить. Поездка зимой в Сочи – это прыжок в лето. Вечно зелёные магнолии, туи и кипарисы создают образ незамерзающего эдема. Опять же, здесь всегда существенно теплее, чем в Краснодаре.

Сказать, что Сочи поразил Таню – это ничего не сказать. Девочка из выжженных степей попала в рай, где море граничит с горами, покрытыми колхидским лесом. Четыре цвета в одном флаконе: жёлтое солнце, голубое небо, серо-бирюзовое море и зелёные горы. И всё это посреди зимы. Её глаза отказывались верить, что такая климатическая зона существует в принципе. Город прямо с вокзала встретил её медовыми запахами чего-то цветущего, ярким светом и ослепительно-наглой красотой.

Пальмы! Она никогда не видела живых пальм! Для Тани это было верхом экзотики, попаданием не просто в другой город, а в сказку с молочной рекой и кисельными берегами, и казалось, что сейчас из этой реки выйдет на берег розовый лис и, приподняв лапкой чёрный цилиндр, скажет: - Добрейшего денёчка вам!

Толпа назойливых мух в виде таксистов слегка подпортила послевкусие от первого впечатления, но Рома всех их вежливо отправил в дальние страны и, пройдя подземным переходом, вывел её в самое сердце города – бульвар улицы Навагинской.

- А мы будем купаться?

- Конечно, бассейн с подогревом к вашим услугам.

- А в море?

- Ну, если очень хочешь - кто же тебе запретит. Но я бы не советовал – зимой море постоянно штормит, вода грязная. Впрочем, любители всегда находятся.

- Какой красивый куст, усыпанный розовыми цветочками! Можно мне веточку сорвать незаметно.

- Нельзя! Это Олеандр. Он ядовит. Умрёшь в жутких муках.

- Шутишь?

- Когда я шучу, ты обычно смеёшься.

- Остановись на минутку. Я хочу обнять вот эту большую пальму, она единственная, к кому можно подойти, не затоптав цветов, - с мольбой в голосе попросила Таня.

Рома кивнул без тени иронии. Он понимал её чувства. Сам таким был лет двадцать назад.

Какая ты могучая и красивая, - думала Таня, прижимаясь к шершавому стволу. Ты никогда не видела снега, никогда не мёрзла и не тонула в осенне-весенней грязи. Тебе неведомы такие предметы как валенки и санки, и северное сияние ты воспринимаешь как часть фантастической прозы. Ты родилась и живешь на юге, чтобы ловить на себе восторженные взгляды нас, северян, вечно спешащих от холода в противовес твоему релаксу. Ты здесь навсегда, а я лишь вырванная из контекста маленькая влюблённая девочка. Даже если ты меня презираешь, знай – я тебя люблю, как часть курортного романа, а если ты можешь исполнять желания, то сделай так, чтобы моя карета не превратилась в тыкву.

Таня перевела взгляд вверх на зеленую крону и четко зафиксировала, что та помахала ей тонкими листьями, подтверждая, что желание будет исполнено.

Как назвать этот удивительный город, где хочется общаться с растениями?

Глава 32

Штора, надутая порывом ветра, коснулась лица и разбудила её. Бодрящий морской воздух гулял по номеру. Ей снилось нечто приятное, но что именно, она не помнила, так как забывала сны в момент пробуждения. Эмоции были, как из детства, когда она просыпалась рядом с мамой. Таня повертела головой, поводила руками, но обнаружила лишь прохладную простыню и отсутствие любимой грелки.

Рома стоял на лоджии и смотрел, как пирс расщепляет морские волны на миллиарды брызг. Бесшумно встав с кровати, она приблизилась, ступая босыми ножками по ледяному каменному полу, и обняла его сзади, прижавшись всем телом и напитываясь теплом.

- Не-не-не, - его голос прозвучал негромко, но твёрдо, - подкрадываться со спины и целовать в шею – это моя фишка.

- Тебе хорошо, милый?

Он ответил не сразу, лишь положил свою руку поверх её рук, сомкнутых у него на животе.

- Знаешь, о чём я мечтал долгие годы?

- О чём?

- Проснуться рано утром. Сесть в плетёное кресло на лоджии с видом на море. Открыть окно, чтобы солёный ветер проникал в каждую клеточку. И, медленно - медленно, выпить кружку горячего кофе.

- А потом?

- А потом завтрак, - он повернулся, слегка наклонился (она заранее приподнялась на цыпочках) и поцеловал её в губы, долго и нежно. И уже отрываясь, добавил с серьёзным видом: - Только спину не царапай.

Таня покраснела и уткнулась лбом в его щёку.

- Я не виновата. Это как-то само получается.

Глава 33

Он был человеком огня. Она была творением воды.

Он обожал парилку. Она обожала плавать в бассейне.

Он любил дубовый веник. Она любила плыть в одну сторону и смотреть на море, затем плыть обратно и смотреть на горы.

Он приходил красный и дымящийся и прыгал в воду. Быстро доплывал до неё, подныривал и хватал за попу. Она визжала и брыкалась.

И каждый вечер, сохраняя немой восторг, они наблюдали, как большое апельсиновое солнце медленно тонет в чёрном шёлке моря.

- Мне кажется, это сон, - постоянно говорила она. Я боюсь, что вдруг проснусь и пойму, что ничего не было.

- Ну, хочешь, я тебя ущипну.

- Зачем?

- Чтобы ты проснулась.

- НИ ХОЧУ!

Это категорическое «ни хочу!» окончательно разделило её мир на «до» и «после». Она больше не будет прежней никогда. Прежняя Таня уснула на воде, утонула в волнах, упокоилась в глубинах илистого дна. Этот сон перенёс её сознание на другой полюс вечности - туда, где можно не просыпаться, где огонь и вода не соперничают, а просто любят, по-своему бестолково, но прекрасно.

Глава 34

К хорошему привыкаешь быстро. Вчерашняя жизнь кажется нелепым кошмаром – это было не с тобой, а с кем-то другим, в другой жизни, в другом измерении.

Неужели я в первый раз вижу этот большой и светлый холл перед лифтом? Да нет, вчера был точно такой же.

Грязные следы на керамограните и капли от мусорного пакета. Ну что за соседи! Бесят прямо! Понаехали!

Дворник метёт тротуар. Он живёт двумя этажами ниже.

– Доброе утро.

– И вам доброе.

Прогулка от четвёртого подъезда до первого. Кофейня с торца дома. Капучино и эклер. Да, дома есть кофе-машина, но просто захотелось.

ХОРОШО. Как же мне ХОРОШО. Благодарю тебя, Господи.

- Алло, привет, мам.

-…

- Нет, сижу в кафе.

-…

– Да, на работе.

-…

– Вышла на воздух.

-…

– В смысле, холодно? У нас плюс пятнадцать и солнышко.

-…

– Сколько, сколько у вас? Минус двадцать семь? Ужас!

Поговорили с мамой о разных мелочах и в конце вишенка на торте:

- Забыла сказать, мы вчера заявление в ЗАГС подали. Регистрация через месяц. Мы к вам выезжаем на машине – везём приглашение на свадьбу, ну и познакомиться. И, кажется, я беременна. Мам, ты чего, плачешь?

Глава 35

- Привет соседка. Как жизнь? Дочка-то твоя непутёвая не вернулась ещё.

- Возвращается.

- А, прижали ей хвост! Возомнила о себе. Думает, можно просто так уехать в город и остаться? Не выйдет. Если бы это было просто, отсюда все девки давно бы разъехались.

- С женихом едет. На машине. Приглашение на свадьбу везут.

- Батюшки! А я всегда говорила, что Танечка твоя золото. Свадьбу-то здесь гулять будете?

- Размечталась. Кого здесь очаровывать? В Краснодар поедем. Кстати, дочку твою они на обратном пути с собой заберут – она у них свидетелем будет на свадьбе, ну и организовать всё поможет. Чего молчишь? Ты вообще не в курсе?

Немая сцена. Гоголь. Бумага. Карандаш.

Участники диалога в экстазе.


Знакомство с родителями


Глава 36

Дорога оказалась утомительной. С двумя ночёвками. Как только проехали Сальск, погода резко испортилась, начало пуржить и так почти два дня без остановки. Видимость отвратительная. Дорожное полотно ещё хуже. Перемёты.

Он не гнал. Смысла не было. Во времени они не ограничены.

Таню периодически укачивало, мутило. Останавливались подышать морозным воздухом – и она быстро приходила в чувство.

Спать в кемпингах он не привык. Вообще, плохо спал в незнакомых местах. В общем, на вторые сутки оба изрядно вымотались и мечтали о финише.

Во время одной из остановок Таня сфотографировала машину и госномер.

- Зачем?

- Маме и Оксане отправлю, чтобы могли нас идентифицировать.

- Говоришь, как судебно-медицинский эксперт.

-Тьфу, дурачок.

Глава 37

Оксана стояла на обочине уже около часа и жутко замёрзла. Конечно, они бы зашли к ней в гости, конечно, вручили бы ей приглашение, но терпеть и ждать сил уже не оставалось, поэтому она решила – буду встречать их на въезде. Ну, и любопытство, конечно.

Пока она переминалась с ноги на ногу и пыталась согреть себя фотографиями из новостной ленты, мимо проплыл красный джип. Проехал метров десять. Остановился. Из машины выскочила красивая девушка, одетая в худи белого цвета, и побежала в её сторону прямо по сугробам. Кто это?

- Ксюха!

- Танька!

Пока они визжали и тискали друг друга, Рома сдал назад и вышел из машины.

- Это та самая знаменитая Оксана, о которой ты мне рассказывала? – обратился он к жене.

Та закивала.

- Привет, я Рома.

- Здравствуйте, я Оксана. Можно просто Ксюха.

- Спасибо, что помогла моей супруге сбежать отсюда. Я твой должник. Ты теперь лучший друг нашей семьи. Можешь приезжать к нам в гости, когда захочешь, и насколько захочешь.

- Спасибо, - сдержанно ответила Оксана, а внутри неё всё так и заорало: - ДА! ХОЧУ! ДА! ПРИЕДУ!

Девчонки расположились на заднем сиденье, и пока Рома выруливал к дому Оксаны, Таня успела подписать ей и её родителям именные пригласительные открытки.

- Вечером заходи к нам, - крикнула Таня на прощание.

Эх, никто не видел, на какой тачке меня привезли,- подумала Ксюха, заходя в калитку.

Всё верно, но за небольшим исключением - местный парень по имени Виталик, застенчивый автослесарь от Бога, стоял на значительном удалении от её дома, но при этом пристально наблюдал за людским трафиком и всё фиксировал. Ну, стоит и стоит – кому он нужен?

Глава 38

- Ну что, зятёк, может в баньку? – предложил папа сразу после взаимных приветствий и объятий.

- В баньку? Настоящую? С веником?

- Конечно!

- Да, хочу! А ты со мной,- обратился он к жене. Таня отмахнулась.

- Это банный маньяк, - сообщила она родителям. - Мы, когда в Сочи, в спа-комплексе отеля отдыхали, он в парной часами сидел.

В вышеуказанном предложении было много незнакомых слов, но главное папа понял – париться зять любит.

Глава 39

Ох, и лютая была банька! Ох, и лютая!

Как только Рома вошёл в парилку, его приятно обожгло, и тело мгновенно покрылось каплями пота.

Парок на травяном настое. А веники – просто сказка, и дубовый, и березовый – на выбор.

Знатно отхлестал его тесть во всех проекциях. Омолодил минимум лет на десять. Словно с Богом поговорил по душам.

 - У меня кожа стерильная, - сказал Рома жене, заходя в дом.

Глава 40

Стол родители накрыли шикарный, как на свадьбу.

- Я надеюсь, мы не обязаны всё это съесть? – испуганно уточнил он у Тани.

- Всё нормально. Гости же ещё будут.

По заведённой поселковой традиции, все соседи и родственники, желающие поздравить молодых, могут без приглашения заходить в дом, угощаться и произносить здравицы. Всем положено вручать приглашения на свадьбу. А уж доедут они или нет – их дело.

Застолье ещё было в самом разгаре, а силы уже начали покидать жениха. Голова тяжелела, глаза заплетались в кучу, диван обволакивал тело.

- Я тут прилягу ненадолго,- прошептал он жене, но тёща услышала и запричитала: - Ложись в спальне, я вам уже постелила.

- Он без меня не заснёт, - уверенно сказала Таня. Отработанным движением она уложила голову мужа на свои тёплые бёдра и пригладила рукой сверху. Секунда. И он провалился в липкий океан сна.

- Устал, - пояснила Таня гостям. - Двое суток за рулем. Не спали толком, вот его после бани и сморило.

Она нежно перебирала пальчиками волосы на его затылке и ещё долго рассказывала гостям про Краснодар, про их быт и про поездку на море.

Глава 41

Оксану собирали в дорогу тщательно и нудно. Ей, изо всех сил, хотелось уехать налегке - не тащить в новую жизнь из старой всякий хлам. Родители придерживались противоположного мнения.

То, что дочка едет с билетом в один конец, они прекрасно осознавали.

Когда она выскочила из дома в магазин, чтобы попрощаться с коллегами, по пути неожиданно встретился Виталик.

- Уезжаешь? – натужно спросил он.

- Уезжаю. Тебе-то какое дело?

- А я тоже в Краснодар поехать собирался. Давно собирался.

- А чего не уехал?

- Ну, ты же здесь была. А я как ты хотел.

В воздухе повисла тягучая пауза. Оксана прищурилась.

- Ты сейчас намекаешь, что я тебе нравлюсь?

- Нравишься.

- Виталя, блин, а ты раньше о своих чувствах не мог сказать? Я как догадаться должна была? А если бы я никуда не уезжала, ты бы до пенсии кругами ходил? – плотину Ксюхиной сдержанности прорвало.

- Я думал, ты догадывалась.

- Убила бы, вот реально бы убила! Детский сад на выезде, - её система пошла вразнос.

А он стоял потерянный, с пылающим лицом и смотрел в землю.

- Если разрыдаешься, ногами запинаю, - прохрипела она.

А он и вправду глаза тереть начал.

- Господи, за что мне это! – взвыла Ксюха.

А дальше наступила тишина. ТИШИНА.

Эмоции достигли пика и схлопнулись, согласно первому закону термодинамики. Морозный воздух поглотил энергию гнева, приведя систему в равновесное состояние.

Она резко шагнула к нему, схватила за ворот куртки, и притянула так, чтобы он чётко разглядел гнев её прекрасных глаз.

- Короче, как только обустроюсь, напишу. Понял? И не дай Бог узнаю, что ты здесь с кем-то гулял. Понял?

Он радостно закивал, как мальчик, которому простили двойку в четверти.

- Иди домой! Прощаний и поцелуев не будет, – и круто развернувшись, она исчезла за поворотом.

- Лёд тронулся, - думал Виталик, глубоко дыша, восстанавливая свою истерзанную ауру и переставляя ноги в сторону автосервиса. При этом он улыбался самому себе, чего ранее никогда не делал.


Свадьба


Глава 42

Для Оксаны арендовали уютную студию в соседнем доме. Была мысль поселить её на даче – у Ромы в пригороде была жилая дача, но быстро стало понятно, что руководить процессом из пригорода она точно не сможет. Скорость и логистика упадут кратно.

Узнав перечень неотложных дел по подготовке к свадьбе, Оксана напряглась – справлюсь ли? А главное – город совсем не знакомый, и пробки его портят.

Жить захочешь – справишься, – уверенно отрезал Рома.

- Ты про город? Или в целом? – уточнила Ксюха (они сразу перешли на «ты»).

- Какая разница.

Ксюха оказалась толковым организатором. Он полностью передал ей весь процесс подготовки, а сам сосредоточился на финансовой стороне – нужны были деньги, много денег.

Танечке было объявлено плыть по течению судьбы и не волноваться – волноваться ей вредно.

Глава 43

Дальше события понеслись вскачь. Три недели – как один миг. Рома присутствовал лично только на двух мероприятиях:

- примерка и покупка свадебного платья;

- заключение договора с рестораном.

- А как же кольца? – спросите вы. Кольца им изготовил знакомый ювелир, и это были поистине произведения искусства в виде двух невысоких корон для принцессы и принца. Рома изначально сомневался относительно формы – хотелось литую классику. Но перстни получились такие лёгкие и изящные, что Таня пришла в полный восторг, и всякие сомнения отпали.

В остальных случаях он ставил Оксане задачу и называл адреса заведений. А она отчитывалась каждый вечер о проделанной работе.

И вот уже Ксюха стоит на вокзале и встречает делегацию гостей.

Собрав на перроне в кучу ошалевших родственников, она им объявила: - На время проведения свадьбы я ваша мама и папа в одном лице. Шаг влево, шаг вправо – потерялись, искать никто не будет.

Все были трезвые, поэтому чётко осознали – ближайшие три дня их жизнь и благополучие целиком зависят от этой девочки. И, не сговариваясь, с этой минуты стали к ней обращаться «Доченька» без учета наличия и степени родства.

Загрузив табор в микроавтобус, Оксана сопроводила их до гостевого дома, располагавшегося в двух кварталах от ЗАГСа. Лично раздала всем ключи и развела по номерам.

- Предупреждаю, - её голос звучал как гроза в начале мая, - если кто-то примет на грудь до священного обряда регистрации, то брачную ночь проведёт на улице! Выселю и стоимость проживания вычту! Все поняли?

- Доченька, а ты с нами жить будешь, - вкрадчиво уточнили её родители.

- Нет, у меня отдельная квартира, - она чётко обозначила свой новый статус.

P.S.

- Ты палку не перегнула? – встревожилась Таня, когда узнала подробности.

- Это я ещё лапочкой была, - твёрдо успокоила Ксюха. - Забыла, откуда мы родом?

Глава 44

И пробил долгожданный час! Ворота замка распахнулись, не выдержав осады, и приняли в своё нутро толпу людей добрых и разночинных.

Похлопайте те, кто считает свадьбу волшебством, таинством, магией двух сердец.

Бурные аплодисменты?

Люди, ау, я про свадьбу, а не про Новый год, который наступит послезавтра. Видимо, аплодировали те, кто любит погулять в качестве гостей? – в минуты большого волнения Рома всегда вёл мысленный диалог сам с собой.

Сейчас он уподобился судье и строго окинул взглядом зал: - А бывшие женихи и невесты среди присутствующих есть? Хотелось бы ваше объективное мнение услышать - объективное, а не оптимистическое. Не забывайте об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Потому что они с Таней подходили к столу регистрации, как две загнанные лошади к атласной финишной ленте, истерзанные хлопотами, гостями и бесконечными условностями.

Стоя под венцом, жениха посетила фантазия: сейчас я плавно, как дирижер, взмахну рукой - и все гости улетят к чёртовой матери. И мы останемся с ней одни в звенящей тишине, и будем трогать друг друга, загадочно улыбаясь, взаимно изучая тела - как маленькие дети, играющие в доктора за закрытыми дверьми. Вот истинное таинство.

Но суровые слова о том, готовы ли они стать мужем и женой, возвращали в явь.

Господи, - думал Рома за себя и за супругу, - дай нам силы достойно пережить этот день и не облажаться. Ведь каждое наше действие фиксирует камера. Каждый жест, каждый взгляд, каждая фраза – всё документируется, всё идет в копилку, которую наутро вскроют, изучат содержимое, и коллегия присяжных заседателей вынесет вердикт: вы реально были счастливы, или изображали видимость счастья.

И уже сидя в ресторане, они облегченно выдохнули, понимая, что надзор слабеет: гости увлечены едой, напитками и предвкушают виртуозные телодвижения под музыку и конкурсы от тамады.

Таня не стала бросать букет невесты в разгорячённую толпу. Она подошла к лучшей подруге и вложила его в протянутые руки. Следующий ход твой!

Веселье получило новый допинг, внимание перешло на будущую потенциальную невесту, а текущая увлекла своего (уже законного) супруга в коридор и они тихо покинули мероприятие.

«Волшебные чёрные кони и те утомились и несли своих всадников медленно, и неизбежная ночь стала их догонять». М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита.


Послевкусие


Глава 45

- Как мы можем тебя отблагодарить? Во что ты оцениваешь своё колено? – новоиспечённые супруги плюс Оксана сидели на кухне и вдыхали аромат свежезаваренной вьетнамской арабики.

- Я могу остаться в арендованной квартире ещё на месяц? Деньги не проблема – я прилично скопила.

- Можешь. Откроем тебе маленькую тайну – мы оплатили аренду на год вперёд. Это подарок от нашей семьи за твои хлопоты.

- Моя первая мечта сбылась! – Оксана покраснела от удовольствия.

- Как выглядит вторая?

- Временная регистрация. Я уже присмотрела работу, но отсутствие регистрации сильно усложняет жизнь там, где ты пока никто и звать тебя никак.

- Сделаем тебе постоянную прописку на нашей даче – станешь полноценной краснодаркой. Что-то ещё?

- Всё!

Или у неё кто-то есть, или я чего-то не знаю, - думала Таня, глядя в счастливое лицо подруги.


Оксана


Глава 46

Девушкой она всегда была неординарной и привлекательной, но вот с мужским полом ей катастрофически не везло. Рома был единственный, кто воспринимал её спокойно, без налёта похоти, и именно с ним вела она очень личные беседы о наболевшем:

- Скажи, что со мной не так, почему мужики от меня шарахаются?

- Потому что они тебя боятся.

- Я такая страшная?

- Наоборот, ты слишком хороша для них: слишком красивая, слишком самостоятельная, слишком независимая, слишком умная и далее по списку. Слабые мужчины чувствуют твою силу и поэтому обходят тебя за километр.

- Ты же меня не боишься?

- Я сильный и воспринимаю тебя на равных.

- И где мне встретить такого же сильного?

- Сложный вопрос. Понимаешь, свободными по улице ходят те, на кого либо не позарились, либо выкинули после непродолжительной эксплуатации. Свободных и сильных мужчин очень мало, и именно за них идёт жёсткая борьба.

- Хочешь сказать, у меня нет шансов?

- Есть, но ты должна научиться смотреть на себя мужскими глазами и не ждать чудес от тех, кто не окончил курсы фокусников.

- Не поняла?

- Пойми, человек не способен оценивать сам себя адекватно. Адекватную оценку могут дать только окружающие. Ты можешь считать себя симпатичной аппетитной пампушкой, вожделеть, что все мужчины планеты мечтают насытиться тобой. Но если окружающие говорят, что ты толстая и страшная, то ты таковой и являешься в их глазах. И в этом случае у тебя два варианта:

- замкнуться в собственном мире, где ты симпатичная, а все остальные козлы;

- изменить себя в лучшую сторону и получить, наконец-то, положительную оценку от других.

- А на примере объяснить можешь?

- Легко. Как ты выбираешь парфюм в магазине?

- Нюхаю и покупаю тот, который понравился.

- В итоге, ты пахнешь так, как нравится женщине – ты сама сделала выбор (у тебя ужасные духи). А должна пахнуть так, как нравится мужчине. Понимаешь?

- Нет.

- Аромат для тебя должен выбирать мужчина.

- Ты издеваешься? Где мне взять этого мужчину?

- Не тупи, зайди в отдел с мужскими духами и попроси помощи у сильного пола. Убиваешь сразу двух зайцев: во-первых, получаешь запах, который нравится мужчинам; во-вторых, появляется повод для знакомства и легкой беседы на фудкорте.

- Получается, этот метод можно в любом магазине провернуть.

- Этот метод работает везде, где ходят особи мужского пола. Секция бокса – идеальное место, я не шучу! Главное, любое действие согласовывай с мужчинами и проси их дать немедленную оценку своего выбора. Корректируй поступки в зависимости от полученного результата. Им это нравится? – внедряем! Им это не нравится – стоп машина! И пусть их распирает от чувства собственной значимости – мальчики это любят.

- Поняла, что дальше?

- Дальше отводишь понравившегося мальчика к себе в стойло. Кормишь и гладишь. А после регистрации брака его мнение теряет значимость, а твоё выходит на первый план.

- Я восхищаюсь вашим цинизмом!

- Просто я люблю женщин. Женщины – единственные создания, придающие жизни смысл. А мужики интересуют меня как прошлогодний снег.

- А если парень намного моложе меня, мне его рассматривать, как кандидата?

- Если он в тебе увидит любящую жену и заботливую маму – бери, не задумываясь – твой вариант! Главное, не забывай кормить грудью на ночь.


Время вперед


Глава 47

Бывает так, что дольше века длиться день, а бывает - век ужимается до одного дня.

Оксана устроилась диспетчером – логистом в транспортную компанию. Для девочки из провинции одно только название этой должности звучало, как магическое заклинание. А в магию она верила! Только оной можно было объяснить перемены в её жизни. Это как прыгнуть в пропасть, потерять сознание от страха, а очнуться на вершине горы.

Таня подала заявление на сдачу ЕГЭ. Она твёрдо решила, что только высшее образование сделает её достойной своего продвинутого мужа. Ну и детские мечты никуда не делись. Не закрытый гештальт, так сказать.

Рома начал мониторить рынок недвижимости, имея в мыслях расширение жилплощади под растущую семью.

Оксана включила режим жёсткой экономии, но купила с первой зарплаты кофеварку. Не понятно, как она раньше начинала утро без кофе. Ох уж эти городские замашки.

Таня обложилась учебниками и погрузилась в трепетный мир забытой школьной программы, не желая тратить семейный бюджет на репетиторов.

Рома неожиданно получил оффер, от которого не смог отказаться. Было ощущение, что Создатель одобряет его планы на будущее и содействует их воплощению методом материального поощрения. Что, сложно выразился? Объясню проще – Бог подкидывает деньги тем, кто в них нуждается, если конечная цель благая.

А затем пришло лето. Душное, изнуряющее кубанское лето, когда ночью просто жарко, а днём невыносимо жарко. Когда солнце не светит, а безжалостно выжигает узоры на неприкрытых частях тела. Когда город капитулирует, задыхаясь от смога плавящегося асфальта, поднимает руки и сдаётся в плен кондиционерам. И спасение можно найти только на даче.

Глава 48

Дача - это не загородная резиденция с витражными окнами и античными колоннами. Это старый кирпичный домик под шиферной крышей, горячий и невзрачный снаружи, но уютный и прохладный внутри.

Спасение заключалось в тени раскидистых плодовых деревьев, в ледяной воде из скважины, в уличной душевой кабине, в освежающих вечерах, когда жар отступает вверх, вытягивая из земли свежесть и травяной ладан.

Рома сидел в саду, под тенью двух черешен, слушал птичьи разговоры соседей и предавался любимому занятию – грыз семечки и запивал их сладким чаем. На коленях дремал пыльный серый шар - дворовый кот по кличке Пират. От рождения был он одноглазым, а повадками больше напоминал обезьяну. Его единственной и святой обязанностью была охрана дома от мышей в зимний период. Жалование за свою нелегкую службу он получал в виде сырой куриной печени и сухого корма.

Услышав шаги, Рома с Пиратом синхронно обернулись и увидели испуганное лицо Танечки.

- Солнышко, ты повстречалась с привидением?

- Нет, я разбирала вещи в шкафу.

- И нашла там скелет?

- Я нашла странный пиджак.

- Помилуй, я не ношу пиджаков, с детства их терпеть не могу.

- Он с погонами.

- А, - Рома криво усмехнулся, - я и забыл про него.

- Что это?

- Китель.

- Чей он?

- Ну, давай рассуждать логически: он висит в моём шкафу, шкаф стоит в моём доме, дом располагается на моей земле. Угадаешь с трех раз, или мне дальше растекаться мыслию по древу?

- Ты служил? Ты ничего не рассказывал.

- Это было давно. В прошлой жизни, и я стараюсь её забыть.

- Теперь я понимаю, откуда специфические словечки в твоём лексиконе.

- Повторяю, я забыл, и ты забудь. А китель верни на место, уважение к форме никто не отменял.

Глава 49

Оксана взяла пару дней отгулов и поставила цель наконец-то искупаться в Чёрном море. Душа просила свободы и отдыха от грузов, маршрутов, трек-номеров и бесконечных звонков. Хотелось окунуться с головой в солёные воды мирового океана и вынырнуть другим человеком.

- Хочу в Сочи, - заявила она. – Вы там были, а я – нет.

- Летом в Сочи концентрация туристов на квадратный метр превышает количество блох на бродячей собаке, и цены негуманные, - пытался отговорить её Рома. – Летом разумнее ехать в горы, в Красную поляну, например. На высоте от тысячи метров и более - идеальный микроклимат, даже кондиционеры не нужны.

- А что ты скажешь за Анапу? – не сдавалась Оксана.

- Море тоже, а по бюджету выигрываешь.

- Решено! Начну с Анапы, и каждый год буду двигаться по побережью в сторону Сочи, пока не упрусь в Абхазию.

Рома усмехнулся.

- Звучит, как план Барбаросса.

Уехала девочка с воодушевлением первооткрывателя, а вернулась традиционно обгоревшая, с кожей цвета зари, как у всех неопытных курортников.

- Ты почему не сказал, что там водоросли цветут и воняют, - наехала она на Рому.

- Милая, эта вонь - лечебная! Она исцеляет. Особенно тех, кто ничем не болен. Люди за ней через всю страну едут, - он пытался парировать.

Глава 50

Таня по результатам ЕГЭ поступила в университет на факультет агрономии и экологии. Когда увидела свою фамилию в списках на зачисление, едва не родила досрочно от радости.

- Я студентка, – гордо заявила она мужу.

- До первой сессии ты абитуриентка, - уточнил он.

- Вот ты зануда, - она надула губы. - Мог бы и порадоваться. И вообще, ты мне давно цветы не дарил.

- Я радуюсь, но тебе рожать через месяц. Что будем делать? Ребенок – это же не наглядное пособие, его в папку с гербарием не спрячешь.

- Может, передислоцируем сюда моих родителей? – вкрадчиво предложила она. - Только им я могу доверить нашего малыша.

- Отличная идея, сам хотел тебе предложить, - выдохнул Рома облегчённо. Больше всего он боялся, что супруга, окрылённая академическими перспективами, затребует няню, а дыра в семейном бюджете после свадьбы ещё не затянулась.

За оставшийся кусочек лета Рома обновил интерьер на даче, сменил сантехнику и подготовил её к круглогодичному проживанию.

Глава 51

Сентябрь принёс щедрые плоды - зримые и осязаемые:

- Танечка родила первенца. Мальчика. Сына. Наследника. Продолжателя фамилии. Каждое из этих слов она произносила с придыханием, как молитву, чувствуя ответственность за новый род, навсегда меняющий её девичье мировоззрение.

- Рома смотрел на эти сокровища с тихой безумной радостью, и по возвращении из роддома прочёл в словаре определение слова «шизофрения». Ответ насмешил и озадачил, но в целом, соответствовал реальности.

- Оксана купила новый автомобиль в кредит. Глядя на его лаковый блеск, она наконец-то испытала чувство глубокого удовлетворения. Это была не просто машина, это был символ её половой зрелости и самостоятельности, выстраданный и заработанный.

- Откуда у Ксюхи водительские права? – поинтересовался Рома у жены на сон грядущий.

- Из сундука прошлой жизни. Сколько её помню, она каждый год просила у Деда Мороза тачку из салона, и чтобы сиденья в целлофане, - ответила Таня, качая на руках маленького Митю.

Настырная. Деловая. Умеет считать деньги и достигать целей. Это хорошо, это полезно - размышлял Рома об Оксане. С такой не стыдно и бизнес замутить в перспективе.

Какой насыщенный год. Как причудливо сплелись пути наших героев в единый орнамент. Они словно прожили ещё одну жизнь – неведомую и незнакомую, которую им дали для сравнения с предыдущей - пустой и невыразительной. Они выжили, выстояли, заложили основу будущего сада. И каждый понимал – всё только начинается!


Виталик


Глава 52

Осень на Кубани изумительна! Во второй половине сентября изнуряющая жара уходит и наступают самые комфортные дни, когда ты не страдаешь от погоды, а безмятежно наслаждаешься ей.

Оксана взяла свой первый оплачиваемый отпуск и собралась в дорогу, в направлении малой родины, чтобы навестить близких.

- Будет здорово, если ты обратным рейсом привезёшь моих родителей, - попросила Таня. - У меня учеба в университете началась, а я с маленьким на руках. А няня стоит как две моих почки.

- Запеленаю их стретч-пленкой, закину в багажник и доставлю в лучшем виде, - решительность Оксаны выплёскивалась за борта.

- Твой логистический юмор имеет запах европоддона, - в голосе Тани чувствовалась усталость.

- А твой сарказм неуместен. Сейчас всё от меня зависит! Кстати, а где вы их поселите?

- На даче.

- Вообще-то я там прописана. Моё согласие на гостей кого-то интересует?

- Не гневи Бога, тебе ещё с ним работать.

- Прости, волнуюсь, заносит от предвкушения.

И подруги обнялись.

- Всем привет от меня передавай…

Глава 53

Я это сонное царство выверну наизнанку! – дорожные мысли Оксаны носили агрессивный оттенок. Руки ласкал шершавый руль, и каждый проглатываемый километр был шагом к триумфу.

В отличие от Ромы, который технику холил и лелеял, она новую машину не жалела и пришпоривала её и в хвост, и в гриву. Девочка вырвалась на волю, и ей немножко сорвало крышу. Она явственно представляла отвисшие челюсти аборигенов, когда они увидят её за рулём пятидверного корейца цвета охра с коробкой автомат.

Ночёвка в придорожной гостинице запомнилась пьяной дракой в комнате за стеной. Громкие фразы, густо сдобренные нецензурной бранью, рисовали картину дележа проститутки между водителями-дальнобойщиками.

Наутро Оксана испытала культурный шок, когда увидела выходящую из данного номера семейную пару благообразного вида возраста пятьдесят плюс.

- Как он с бодуна за руль сядет? – недоумевала она, глядя на бледно-синего главу семейства.

Впрочем, бессонная ночь не поглотила дерзкий настрой, и вот она прибывает в посёлок с лицом победителя. Кажется, что едет на танке с открытым верхним люком - враги посрамлены, шальные пули не летают, ветер полощет знамя победы. Как же не хватает букетика цветов, брошенного на броню ликующей толпой.

Но, увы! Толпы не было – лишь знакомый до боли скучный пейзаж, собачий лай и равнодушие. Для кого я, блин, старалась?

Выслушав, как должное, дифирамбы от родителей о том, что они всегда в неё верили, Оксана позволила себе взять паузу на отдых. Запах родного дома успокаивал и даже будил некую ностальгию.

Поглощая праздничный ужин, она намеренно долго пережёвывала все виды блюд, понимая, что пока ест, мама не станет её жалить неудобными вопросами о планах на будущее. И вот, когда последний кусочек торта был отправлен в рот, и она откинулась на спинку кресла, мама вкрадчиво к ней подсела и задала главный, мучивший её, вопрос:

- Дочка, у тебя мальчик-то есть?

- Нет. Нет у меня мальчика.

- Как же так, в больших городах они должны быть. Твоей машине нужен шофёр.

- Знаю, но душа ни к кому не лежит.

- А ты гордость свою спрячь поглубже, мальчики послушных девочек любят.

- Мам, я понимаю всё, что ты скажешь, но переделать себя не могу.

Мама тяжело вздохнула, намереваясь что-то ещё сказать, но тут на помощь пришёл папа:

- Дай ей отдохнуть с дороги. Завтра наговоритесь.

Этот житейский приговор был спасением. Она благодарно посмотрела на отца, и не произнесла более ни слова. Она устала.

Глава 54

- Даже не знаю, как тебя развлекать теперь, - мама вытирала стол после завтрака и пыталась уловить момент для продолжения вечерней дискуссии.

- Чем займёшься?

- Надо машину в автосервис отогнать.

- Уже! Она же новая! – встревожился папа.

- Нужен техосмотр после обкатки двигателя.

- Я могу посмотреть, - папа проявил заметный интерес к теме.

- Пап, ну ты же не автослесарь.

- Ну, посмотреть-то могу.

- Посмотри телевизор.

Ох уж эти городские, - думала мама, провожая дочь, - собралась в гараж, а оделась как на выставку.

Глава 55

- Ау, люди! Есть, кто живой! – крикнула Ксюха в полумрак сарая с надписью «шиномонтаж и другое».

Тень Виталика вышла на божий свет и потеряла дар речи. Он и раньше был не многословен, но увиденный пейзаж контузил практически все отделы его мозга. Оксана даже успела разглядеть в его расширенных зрачках некие проблески безумия, которые, впрочем, быстро погасли. Произведенный эффект удовлетворил её полностью, и она сразу перешла ко второму акту пьесы:

- Что скажешь?

- А что сказать?

- Ну, скажи хоть что-нибудь, мы почти год не виделись.

- Ты красивая.

- Так. Ещё.

- Я ни с кем не гулял.

- Молодец.

- Это твоя машина?

- Виталя, я так и буду из тебя по одному предложению выдавливать?

- Ты к родителям приехала?

- Нет, к тебе.

- Правда? – он наконец-то улыбнулся.

- Правда, блин! Машину можешь посмотреть?

- Могу, а что с ней?

- Откуда я знаю, ты же специалист. Ходовую глянь, я кочку на трассе словила.

- Загоняй на яму, – привычные слова вернули ему статус хозяина положения.

Пока он деловито осматривал днище машины, Оксана успела подправить макияж. Оба действия по времени и энергозатратам оказались сопоставимы.

- Ходовая в норме, но у тебя масло из коробки подтекает, сальник надо менять, - поставил он диагноз.

- Шутишь?

- Шутят клоуны, а я делом занимаюсь.

Оксана впервые ощутила себя в слабой позиции. Непривычно. Неожиданно. Ищет повод задержать её?

- Сделать можешь?

- Могу, к вечеру приходи, - он вылез из ямы и подошёл к ней.

- Что, прямо вечером? А раньше никак? – она томно приблизилась к нему, вплотную, рискуя запачкать свой красный брючный костюм, красиво оттеняющий чёрные распущенные волосы.

Виталик сглотнул слюну и не смог дать членораздельного ответа на поставленный вопрос.

- Ну, тогда до вечера, милый, - она максимально эротично вытерла платочком сажу на его щеке и тоже возбудилась.

Глава 56

Она думала о нём весь день.

Он думал о ней вторую половину дня. Первая половина была занята мыслями, где взять сальник на новый «Солярис».

К вечеру оба слегка перегорели, но держали стойку, понимая, что объясниться надо сегодня или никогда.

«Скажу, выходи за меня и точка!» - принял решение он.

«Если ничего не скажет (а такое возможно), сама напрошусь! Сил уже нет терпеть!» – окончательно решила она.

- Сделал?

- Сделал.

- Сколько с меня?

- Замуж.

- Что, не поняла?

- Замуж за меня пойдёшь?

- Пойду, а тебя разница в возрасте не смущает?

- А у нас разница?

- А ты считаешь, пять лет – это не разница?

- Ты мне ещё в школе нравилась.

- А я тебя в школе вообще не помню! Точнее, помню, но я даже в страшном сне не могла представить, что гоняю по коридору будущего мужа.

- А я тебя как только не представлял, - он в первый раз до неё дотронулся. Причём сразу двумя руками, причём сразу ниже талии.

Оксана ослабела и потеряла нить беседы.

- Что, прямо в машине? – пролепетала она, удивляясь этому глупому риторическому вопросу.

- А есть другие варианты? – он уже начал целовать её в шею.

«Чехлы не испачкай», - хотела она сказать вслух, но тумблер в голове щёлкнул и отключил рациональное мышление, уступая место нерациональным желаниям.

Что было дальше, никто толком не помнил. Сумерки и тонированные стекла салона скрыли наготу и очистили плацдарм для боевых манёвров. Весь мир в труху, одежда в хлам – только грубость его рук в сочетании с её нежными стонами. Вся многолетняя тоска нашла свой выход в долгожданном, неистовом соединении.

Сперматозоиды Виталика, как выяснилось позже, оказались гораздо шустрее своего носителя. Какие методики расчётов Оксана потом не применяла, цифры говорили, что залетела она с первого раза.

Тела ещё представляли единое целое, липкое и довольное, а мысли уже разнились:

«Хорошо - то как»! – это его.

«Когда покупала машину, думала, какая она большая и удобная. А сейчас понимаю, какая она тесная и кресла дурацкие», – это её.

Как удачно расположились звёзды на небе. Как разумно выстроились обстоятельства. И сладко, и гладко. Благословенная ночь.


Семья – ячейка общества


Глава 57

История семьи будущего мужа Оксаны заслуживает отдельной главы. Но, если её разобрать до винтиков, станет понятно, что именно наложило свой отпечаток на его неповторимый характер.

Мама Виталика была изначально женщиной образованной, что и послужило триггером последующих печалей.

Приехал в их посёлок бывший уголовник и устроился на работу шофёром, так как в другие элитные заведения никто его не брал. Путевые листы каждый вечер сдавал он девушке-бухгалтерше, одинокой, как осиновый кол в спине вампира. Каждую ночь обоих ждала дома холодная постель. В итоге, два израненных сердца притянулись, как два дурацких разнополюсных магнита. У него была цель сбросить дурную кровь и стабилизировать либидо. У неё – поставить на путь исправления затерявшуюся частицу вселенной; вернуть обществу полноценного индивидуума, имеющего право на труд и на отдых.

Оба использовали схожие методы для достижения взаимоисключающих целей, поэтому по прошествии десяти лет совместной жизни они настрогали шестерых детей разных полов и калибров. А потом многодетный отец канул в лету, будто и не существовал вовсе.

Виталик был старшим ребёнком в семье. Ему, по законам генетики, досталось всё самое лучшее (но, это не точно). От мамы он унаследовал рассудительность и стратегическое планирование. От папы – бешеную харизму и знание устройства автомобилей. Согласитесь, подобный алмаз требовал огранки и изысканной оправы, и оправа нашлась! Он хотел её и только её, примерно с пятого класса. Никогда не выпускал из поля зрения и ловко удалял с дороги всех потенциальных конкурентов.

Например, участковому он чинил служебный УАЗик так, что тот никогда не доезжал до магазина, где работала его мечта. С одной стороны - лютый криминал, с другой – сердцу не прикажешь.

Терпение, тщательный сбор информации и точечный террор делали свое чёрное дело – Оксана оставалась незамужней, несмотря на все свои усилия. Согласитесь, её мысли о проклятии имели под собой почву.

Узнав о том, что она может уехать в Краснодар и не вернуться, Виталик пошёл на крайние меры – признался в своих чувствах и продолжил наблюдение за объектом. Поэтому, когда долгожданное сближение произошло, он хорошо представлял её привычки и предпочтения.

Мама догадывалась о нездоровых наклонностях сына, и когда он поздно ночью вернулся с работы, имея на лице улыбку новорожденного телёнка, она озвучила свой вердикт предельно кратко: - Только через мой труп!

Думаете, он её услышал? Увы. В нём проснулся блудный папа, который, если принимал решение, назад уже не отступал.


В обратный путь


Глава 58

Танины родители сидели на чемоданах и ждали только отмашки. Они даже живность успели распродать, а от соседки заполучили обещание присматривать за домом. Пошла она на подобные услуги небескорыстно, имея мысли использовать пустующий дом для редких свиданий с мужчинами, обременёнными семейными узами.

Присутствие Виталика на переднем пассажирском сиденье удивило их не больше, чем наличие навоза за сараем. С таким приданным можно и на двух женихов замахнуться – логично рассудили они, поэтому беззастенчиво передали ему функции грузчика-погрузчика и мальчика «сбегать до магазина». Виталик выполнял команды охотно, ибо ему это было не в тягость, а кроме того, предчувствие подсказывало, что в обозримом будущем они могут породниться.

Дорога сближает. Дорога не позволяет лгать и претворяться. Движение и стресс раскрывают суть человека. Дорога подарила молодым людям редкую возможность понаблюдать друг за другом на расстоянии вытянутой руки: приладиться, притереться, обнажить мелкие привычки и особенности личной гигиены, которые в обычной жизни так тщательно скрываются.

Именно в дороге Оксану стали терзать смутные предположения, что она для Виталика не тайна за семью печатями (каковой хотелось быть), а зачитанная до дыр детская книжка. Та самая, которую и перечитывать не хочется, потому что знаешь наизусть. С ним было так хорошо, так безопасно и надёжно, что иногда становилось противно.

- Как же ты меня бесишь! – говорила она в такие моменты.

- А ты красивая, – спокойно отвечал он, даже не глядя в её сторону. И она сдувалась со скоростью лопнувшего шарика.

Некоторые пары становятся идеальными не благодаря чему-то, а вопреки здравому смыслу, логике и всем законам притяжения. На фестивале единства противоположностей Виталя и Оксана однозначно получили бы гран-при. Их любовь была не гладкой, не ухабистой, не кислой и не сладкой, а не пойми какой – настоящей.

Данная мысль родилась, когда часы показывали 11:55.


Счастливы вместе


Глава 59

Год. Всего лишь год понадобился Роме, чтобы обрести семью и возродиться заново. Эдакий марш-бросок при попутном ветре - от забвения до любви.

А какие только думы не посещали его, когда он возвращался с похорон близкого человека. Казалось, что трудные годы уже прошли, лучшие – пролетели стремительной кометой, а периоды застоя перешли в постоянную фазу. Жизнь замерла в полусне, лишённая красок и ожиданий. Дальше только пустота.

И мысли о возможной и даже внезапной смерти не пугали, а скорее, настраивали на позитивный лад, потому что усталость от жизненного опыта давала о себе знать. Игра окончена, доска опустела, шахматные фигуры сметены в помойную корзину, где им самое место.

И именно в такие моменты, когда душа замерла и готова оторваться от тела, Создатель начинает свои игры разума. Он запускает цепь случайных (на первый взгляд) событий, которые приводят к закономерному результату – потерявшийся корабль обретает новую пристань. Ибо случай – это псевдоним Бога, которым он подписывает самые важные послания.

Глава 60

По приезде семейство в обновленном и расширенном составе собралось на даче. Поводов было много:

- новоиспечённые бабушка и дедушка увидели внука;

- помолвка Оксаны и Виталия;

- обсуждение деталей предстоящих крестин и много-много всего, что и припомнить теперь трудно.

- Удивила ты меня, подруга, - сказала Таня, когда они нарезали салаты, работая в тандеме и без свидетелей. - Всякое от тебя ожидала, но только не такой финт. Я этого Виталика и не помню особо. Ну, бегал какой-то мальчонка по улицам, потом вырос, но чтобы в твои мужья попал – это нонсенс.

- Да, мы с тобой приняли на себя два крайних варианта: твой - сильно старшенький, мой - сильно младшенький. Или судьба, или проклятие – не решила ещё, – размышляла Оксана вслух.

- Помнишь, я назвала Рому старым, а ты обиделась и заявила, что моего жениха ещё не видела? - она продолжила свои мысли.

- Помню.

- Ну вот, смотри. Мой!

- По разнице в возрасте, ты меня сильно обскакала. Но, я своего люблю.

- Вот и я своего люблю.

- Какие планы?

- На работу его устрою, рядом с собой. Нам механики, как воздух нужны.

- Не боишься, что малолетки уведут?

- Боюсь, но ведь что-то тянуло его ко мне столько лет.

- Сколько лет? Ты что, давно с ним крутишь? Я не замечала, - удивилась Таня.

- Я-то с ним не давно, но у меня такое чувство, что у него со мной роман давно.

- Это как?

- Сама не понимаю. Либо он гениальный актер, либо экстрасенс. Я ещё только подумаю о чём-то, а он это уже сделал. Мне кажется, что он много лет работал невидимкой и жил в моей комнате.

- А причём здесь актёрские данные?

- Он так профессионально косит под дурочка, при этом иногда управляет мной в обход сознания. Мне его ещё изучать и изучать.

- Не устраивай соревнований, просто люби его. Тебе же хорошо с ним?

- О! Мне с ним очень хорошо! – Оксана томно потянулась.

Глава 61

- Девчонки! Накрывайте на стол. У нас всё готово, – донесся крик Ромы из сада, где они на пару с Виталиком священнодействовали у мангала.

Ах, какой получился стол! Поэзия, а не стол! Расположились во дворе, на свежем воздухе, под навесом. Купленная заранее новая пёстрая клеёнка превращалась в скатерть самобранку по мере наполнения: салаты из свежих овощей; стеклянные баллоны с соленьями; эмалированный таз с дымящимся шашлыком, заботливо укутанным в тонкий лаваш; нарезанный арбуз в окружении кистей винограда; горки зелени и прочее, и прочее и прочее…

Дымок от тлеющих углей, тянущийся из сада, запах специй и тёплого осеннего вечера – всё смешалось в один неповторимый аромат простого семейного счастья.

Сидели до позднего вечера с переходом в ночь. Разговоры текли легко и свободно, касаясь всего на свете и ничего в частности. Соседский пёс, заинтригованный многоголосьем, пришёл на огонёк, лёг под калитку, прислушивался и дремал.

О чём говорят мужчины в приятной компании после сытной пищи? Ну конечно о годах службы. Они вспоминают армейский быт, который поглотил их юность, и из которого выросла мужская ответственность. То, что в прошлом вызвало ужас и отчаяние, теперь звучало гордо, с иронией и вызывало заливистый смех аудитории. Это истории о преодолении себя. О боевом братстве, которое рождается только в общем котле лишений.

Что вспоминают женщины в схожих обстоятельствах? Они неизбежно обращаются к тайнам иного порядка - к беременности и родам. В их словах приливы нежности, страдания и восторги, и следующие за ними чудесные преображения на стыке двух миров.

Кто не служил и не рожал – самые скучные собеседники. Их взгляд скользит по оживленным лицам рассказчиков, а в глубине глаз читается тихая, почти неосознанная тоска. Им нечего принести на этот всеобщий пир воспоминаний. Их душа, быть может, и богата иными свершениями, но здесь и сейчас она молчит.



Семь или Десять или Двенадцать лет спустя.



Таня и Роман


Глава 1

Ох уж эти дети! И с вами тяжело, и без вас невмоготу! Словно сама жизнь входит в дом на цыпочках, чтобы однажды закричать в голос и перевернуть всё с ног на голову.

Как только девушка становится женщиной, она резко взрослеет. Как только женщина переходит в разряд матерей – всё, точка невозврата пройдена – ровно в тот миг, когда она впервые прижимает к груди крошечное тело, за которое не стыдно порвать окружающих на мелкие щепки. Небеса расступаются. Вселенная судорожно натягивает бронежилет и, отстреливаясь короткими очередями, нервно прячется за ближайшее укрытие.

Если вы сторонники инфантилизма, не рожайте детей. Ребёнок рушит привычный образ жизни на корню. Ещё вчера жена встречала тебя с работы улыбкой, поцелуем и распахнутым шёлковым халатиком, от которого перехватывало дыхание. Сегодня она говорит с порога:

- Ты купил лекарства? Ты что, не слышал, как он кашлял ночью?

И ты бежишь в ближайшую аптеку, и не важно, что секундой ранее хотелось поужинать и отдохнуть. Потому что в этой новой жизни для твоих усталых соплей места нет. Дети – это тихая буря в хрупком стакане любви. И десять лет спустя ты понимаешь - точка невозврата была не концом, а началом следующего уровня, где вы на старте сказали друг другу: - Давай попробуем. И вы попробовали. И теперь живёте с этим.

Глава 2

Солнце ещё не успело как следует разозлиться, а в квартире уже висело то особенное напряжение, которое возникает ранним утром, когда сборы в школу и детский сад грозят перерасти в локальный апокалипсис.

- Мам, где мои кроссовки? – голос сына был наполнен интонацией, с которой обычно объявляют о конце света.

- Там, где ты их оставил, - Таня поставила на стол недопитую чашку с кофе (от греха подальше), и в миллионный раз убедилась, что тихое утро в мире хаоса существует, но не для неё и не в этой жизни.

- Я их в школе оставил. Кажется… - глаза Митьки передавали сложный мыслительный процесс.

Кофе совершил в Танином желудке кульбит и едва не запросил депортацию в места исконного произрастания. «Только бы не заорать! Только бы не сорваться!» - инструктировал её внутренний психиатр.

- Вот и иди в школу! И сестру в садик заведи! И без обуви не возвращайся! Третья пара за месяц! – ангельский голос Татьяны мог не только возбуждать, но и мотивировать.

Сын насупился и благоразумно удержал себя от ответной аргументации. Рома тихой мышкой доедал свой завтрак и тоже молчал. Он-то точно знал, от кого передались ребенку эти злосчастные наследственные признаки - забывать обо всём на свете сразу после звонка об окончании уроков. «Хорошо, что на юге живём» - думал Рома, а то бы ещё и варежки пришлось покупать каждый день.

На сцене появилась доченька – любимица папы и последняя надежда мамы.

- Мам, я не хочу в садик, - девочка действовала по принципу «Ну я хотя бы попыталась», - я хочу к дедушке на дачу.

- А я мечтаю вернуться в садик! Только не воспитателем, а в качестве пациента! Трехразовое питание, подвижные игры и прогулки на свежем воздухе, дневной сон — да любой спа-отель нервно курит в сторонке!

- Мам, ты же не куришь, - Митька обрадовался изменению русла беседы.

- Вот я вас слушаю, и мне хочется начать! — выдала мама, чувствуя первобытную потребность завыть на луну.

«Пора гасить конфликт» - понял Рома и с блаженной улыбкой человека, который утром никуда не спешит, уточнил:

- Солнышко, тебя на работу подвезти?

- Нет, мне сегодня в другую сторону.

Никто не стал уточнять – почему в другую сторону? Где вообще располагается эта другая сторона? Маму лучше не злить тупыми вопросами, поэтому все дружно оделись-обулись и устремились на встречу со своими ожиданиями. Рому ждали серьёзные переговоры с клиентом. Митьку ждали кроссовки в школьной раздевалке и контрольная работа по математике. Доченьку Леночку ждали подружки и детские секреты. Танечка наблюдала за всем этим балаганом со снисходительной улыбкой женщины, которая точно знает, что её настоящая работа начинается ровно в тот момент, когда заканчивается официальная.

Прошло пять минут. Квартира опустела, голоса переместились на лестницу, стихая где-то за дверью лифта. Домовой на цыпочках вышел из гардеробной комнаты, где обычно прятался по утрам, спасаясь от суеты и детских криков. Зашёл на кухню, остановился на миг, прислушиваясь к тишине, а затем неспешно налил себе остатки чая. Традиционно недопитую чашку с кофе он никогда не трогал – хозяйка вернётся вечером и сама допьёт со словами «Блин, как вкусно!». Далее взял со стола печенюшку, хрустнул ею и раскрошил на пол — а чего, всё равно на мелкую подумают! Пусть так и думают. Затем сел в любимое хозяйское кресло и, громко прихлебывая из кружки, погрузился в воспоминания:

Семь лет! Семь лет, как они купили эту квартиру. Он помнил всё до мельчайших подробностей. Как только Таня, сияя и смущаясь, сообщила мужу о своей второй беременности, Рома понял, что промедление подобно смерти – четверых старая жилплощадь не вывезет. Однушка была спешно выставлена на продажу и спустя пять месяцев они заехали в просторную трёшку. Впрочем, заехали – это сказано сильно, поскольку новая квартира располагалась на том же этаже в той же секции, по соседству. Да, чудеса случаются - пустая квартира от инвестора стояла в бетоне и ждала посетителей, словно знала, что они где-то рядом. Домовой переехал вместе с ними, потому что менять хозяев – это плохая примета.

Глава 3

Когда УЗИ определило, что второй будет девочка, отца накрыло волной эйфории, такой густой и сладкой, что закружилась голова. Он смотрел на снимок УЗИ, на губки бантиком и уже представлял свою принцессу.

- Интересно, она будет рыженькой, как мама? Или светленькой, как папа и сынок? - Таня задумчиво гладила округлившийся живот, и в её голосе звучала та особенная бархатная нежность, которая бывает только у беременных. – Ты какую доченьку хочешь?

- Я хочу красивую, как мама. Нет, - он покачал головой, - я хочу прекрасную! Елену – Прекрасную, как в древнегреческой мифологии. С золотыми волосами, чтобы она своей внешностью сражала мужиков наповал.

Таня смущённо улыбнулась, опуская ресницы. Она знала, что не была той ослепительной красавицей, о которой слагают легенды. Обычная женщина с рыжими вихрами и веснушками на носу.

- Ну, если говорить объективно, я же не красавица, - возразила она, проверяя супруга на прочность.

- Ты ничего не смыслишь в женской красоте. Если бы ты не была красавицей, я бы съел тогда на вокзале пирожок и отвалил без объяснений.

Таня с довольным видом промолчала. Да, она опять напросилась на комплимент, но, чёрт побери, как же это было приятно! Обычная игра, в которой женское сердце ищет и находит подтверждение: он любит, он рядом, а она – единственное сокровище в мире.

Девочку назвали Еленой. Угадайте, какого цвета у неё были волосы? Таня ахнула, когда увидела выбивающиеся из-под шапочки едва заметные пряди цвета расплавленного солнца и осеннего мёда.

«Вот так начнёшь изучать фамильные портреты и, пожалуй, уверуешь в переселение душ». Артур Конан Дойл. Собака Баскервилей.

Глава 4

Перемена квартиры неожиданно потянула за собой перемену профессии – такова странная причуда судьбы, что любит закручивать свои сюжеты в самых бытовых мелочах. Рома уже имел опыт приобретения жилья: предыдущую квартиру он покупал у застройщика на стадии строительства, поэтому сделка была чиста и без рисков. Теперь же его взгляд был устремлён на вторичный рынок – непаханое поле для мошенников, где за каждым объявлением могла таиться хитрая ловушка, а за каждым добросовестным продавцом – цепь подводных камней.

 Почему вторичка? Потому что Таня обожала свой район, и выезжать из него не хотела – первая кубанская любовь, так сказать, и школа с детсадом прямо за домом. Дураком надо быть, чтобы съехать!

Чем больше он изучал различные способы обманов в сфере недвижимости, чем пристальнее всматривался в хитросплетения фальшивых доверенностей и двойных продаж, тем больше понимал, что ничего не понимает. А когда он чего-то не понимал, его это ужасно злило. А когда он злился, кровь его закипала, и он мог запросто нарушить заповеди уголовного кодекса.

Судьба сама подкинула идею накануне отпуска - Рома случайно увидел объявление: «Агентство недвижимости набирает сотрудников. Погружение в профессию предполагает бесплатное двухнедельное обучение».

- Так-так, - подумал Рома. Отпуск у меня как раз две недели. Что я теряю? Ничего. Для мальчика с еврейской кровью слова «бесплатно» и «обучение» являются синонимами слов «Халява» и «Клондайк». Отказ от такого шанса был синонимом слова «Лох».

Собеседование он прошёл с пугающей лёгкостью. Забегая вперед, надобно сказать, что все (абсолютно все!) соискатели успешно проходят собеседование – ибо это не приглашение на работу по найму с твёрдым окладом, а предпринимательство в чистом виде. Агент по недвижимости не получает заработную плату. Приходя в агентство, он примеряет на себя роль бизнесмена под крышей это самого агентства. А бизнес – вещь жестокая. Сумел продать свою услугу – получил вознаграждение, не сумел – подметай улицы и рассказывай, что вокруг одни уроды.

Рома блестяще окончил двухнедельные курсы и даже успел обрасти полезными связями и подписками. И, поверьте на слово, за это время он узнал о недвижимости больше, чем за все предыдущие годы. То, что ранее оседало в голове в виде разноцветных кусочков информации, стало наконец-то складываться в понятное мозаичное панно.

Сделка купли-продажи квартиры прошла успешно, но в этом его заслуги не было, он нанял опытного агента и оплатил юридическое сопровождение. Обучение помогло понять - эксперт не просто берёт деньги, он отсекает тысячи тревог и сомнений, становясь щитом между доверчивостью и миром обмана.

Далее, Рома вернулся к привычной для него работе, но недвижимость, словно нереализованная страсть, не отпускала. Она перевоплотилась в хобби. В круговерти агентских чатов и каналов застройщиков он уже был прописан как агент. Эта чёрная метка открывала перед ним бездонный поток информации, и он жадно его впитывал: он следил за динамикой цен, за вариантами планировок, акциями и скидками, получал приглашения на брокер-туры от девелоперов, и ему это чрезвычайно нравилось. Рамки мира раздвинулись, притянув то, что ранее не входило в круг его понятий.

Коллеги по работе, чувствуя его тонкую осведомлённость, стали обращаться за консультациями. Оказалось, что для многих истина не в вине, а в квадратных метрах. Кто-то желает съехаться, кто-то разъехаться, а кому-то деньги тупо жгут ляжку.

И однажды его осенило – он сидит на берегу денежного ручья, который наметает к ногам песчинки возможностей. Он сидит на берегу ручья изобилия и при этом умирает от жажды. Всё, что требуется - сделать первый глоток и намыть первый лоток. А отпустив свои берега, можно ручей превратить в океан. Главное – не захлебнуться.

Глава 5

У Тани карьера складывалась сложнее. Рождение двух детей и одновременная учёба в университете превращали её жизнь в перманентный подвиг, лишённый пафоса и сценических огней.

На первом курсе, когда ноябрь ещё дышал теплом, муж привозил сына под окна ВУЗа. Она выбегала на парковку, кормила ребёнка грудью в машине и возвращалась на лекции.

Когда пришли холода, терпение преподавательского состава лопнуло. Женщины в строгих костюмах смотрели на загнанную молодую мать с пониманием и скрытым состраданием. Ей разрешили кормить ребёнка в любой свободной аудитории.

Но было и другое. Вечно намокшая в районе сосков светлая блузка делала её невероятно привлекательной. Таня этого не понимала, не замечала, не хотела замечать. Она стеснялась, краснела, прикрывалась учебниками, когда выходила в коридор. Но когда она перемещалась по этажам от кафедры к кафедре, то ловила не только быстрые, жадные взгляды мужчин, но и долгие, завистливые — от женщин. В их взглядах читалось не осуждение, а восхищение той естественной, пугающей силой жизни, которую она носила в себе - уставшей, вечно спешащей и всё равно прекрасной.

Кстати, Таня аутентично воспроизводила неповторимый кубанский акцент: смягчение твердых согласных, тягучая округлость слов и нестандартная расстановка ударений, что выдаёт в речи говорящего не столько географию, сколько состояние души. Поэтому все однокурсники искренне считали её местной уроженкой. Правильное происхождение, взрослый муж и собственное жильё автоматически ставили её на ступень выше остальных – откуда суета студенческой жизни виделась в несколько ином ракурсе.

Неудивительно, что на третьем курсе её избрали старостой, как самую взрослую, степенную и, главное, договороспособную. На оказанную честь Танечка ответила повторной беременностью. С этого момента её больше не беспокоили и общественными работами не нагружали. Негласно разрешили свободное посещение предметов, поскольку не было случаев, чтобы она завалила зачёт или экзамен.

Но более всего окружающие ценили в ней особую, почти материнскую способность разрешать конфликты между студентами и администрацией. От её неторопливого, убедительного голоса с легкими нотками эротизма таяли самые снежные бабы, и короткое слово «нет» напрочь пропадало из их лексикона, уступая место покладистому «ну, разве что для вас…».

Рома старался поддерживать авторитет супруги в научных кругах, поэтому брал на себя организацию торжественных застолий в рамках её курса. Не будет большим лукавством сказать, что на определённом жизненном цикле он превратился в тень великой женщины. Пока Таня штурмовала научный олимп, он сражался на кухонно-бытовом фронте, обеспечивая тылы горячими закусками и холодным шампанским.

На вручение дипломов магистров Рома явился в конференц-зал не с цветами и не с конфетами, а с двумя детьми по одному в каждой руке, чувствуя их сопричастность к маминому успеху. Дети не спали, старались вырваться, несмотря на обещания вести себя тихо, и воспринимали мероприятие как поход в цирк, где клоуны в чёрных мантиях почему-то не веселят, а тупо ходят взад-вперед. Маму в нестандартном облачении они вообще не узнали.

Декан, пожилой мужчина с репутацией приличного человека и бременем трёх счастливых браков, считался субъектом железобетонным и далёким от сантиментов. Он никогда не ронял слезу на «выпускных», но увидев Рому со всем семейством, вдруг замер, закашлялся и начал протирать очки суетливыми руками. Когда дошла очередь до Татьяны, он протянул ей красный диплом как положено — строго и официально, а затем обнял её обеими руками, и, глядя на Романа с детьми, сдавленно произнёс:

- Коллега, я восхищаюсь вами!

Глава 6

Шесть лет учёбы пролетели как один осенний лист, подхваченный ветром перемен. Они прошли этот путь не былинными героями, а живыми людьми — с запасными подгузниками в сумке, с невыученными билетами, с крошками от печенья в учебнике по философии.

Говорят, что студенческие годы — лучшее время. Так и есть. Но никто не предупреждал, что лучшее время и сытость - антагонисты. Что к экзамену по органической химии можно готовиться, укачивая на руках орущего младенца, а защита курсового проекта назначена ровно на тот час, когда у малыша режутся зубы, но…

Но семь кругов ада после стратификации и разложения превращаются в банальный юмор, и плюньте мне в глаза, если это не так.

Любить, учиться и жить можно одновременно. Кого угораздило совместить эти три линии, на вручении дипломов ждёт заслуженное вознаграждение в виде крика уставших детей:

- Пап, а мы скоро пойдём гулять? Ты мороженку купить обещал!

В этих словах было куда больше смысла, чем во всех речах ректора. Так заканчиваются эпосы. Так продолжается жизнь.

Глава 7

Есть истины, которые передаются шепотом в женских компаниях, но не пишутся в инструкциях по трудоустройству. И одна из них звучит так: если ты плохо пишешь, но хорошо говоришь — говори больше, пиши меньше, кидай дальше, иначе кинут тебя. Твоя сила в интонации, в том неуловимом рисунке голоса, который способен убедить даже самого скептичного слушателя. Чушь, произнесенная с правильной паузой и убеждённостью, весит больше, чем самые грамотные предложения, выведенные дрожащей рукой на бумаге. Если ты овладела данным искусством, ты обязана блистать на театральной сцене.

Если ты хочешь устроиться в солидное заведение на приличную должность, ты должна выпячивать профессиональные компетенции и молчать о наличии маленьких детей. Опытный работодатель, как старый охотник за человеческими пороками, вычислит состав твоей семьи минут за пять, анализируя твой взгляд, поспешные ответы и тоску при упоминании ненормированного графика. Но ты хотя бы попыталась. Попыталась сделать вид, что дома тишина и полный порядок.

Получив два негласных отказа, на третье собеседование Таня шла с решительным настроем, но уже без особого энтузиазма. Она не ждала чуда, она просто шла исполнять свой долг — долг хорошего специалиста, который умеет говорить убедительно и вовремя молчать. Мотор страсти и вдохновения выработал свой ресурс и заглох, осталась только сталь нервов. Главное, начать говорить - уверенно, красиво, не давая себе ни единой запинки. Отвечать вопросом на вопрос, удерживая инициативу. И молчать о личной жизни. Потому что иногда единственный способ быть услышанной — это говорить не о себе, а о деле, которому ты можешь послужить.

Заведующий лабораторией, грузный мужчина с печатью многолетних раздумий на лице, изучал её портфолио с той тщательностью, с которой опытный электрик проверяет провода после аварийной ситуации. Наконец, отложив бумаги в сторону, он глубокомысленно изрёк:

— Милая девушка, пардон, женщина — я возьму вас на работу в качестве лаборанта с испытательным сроком, и я надеюсь, что ближайшие десять лет вы не будете играть с супругом в увлекательную игру под названием «зачатие».

- Вы так завуалировали требование «не рожать»? – уточнила Таня.

Профессор удовлетворённо кивнул, и в кивке чувствовалась привычка к осторожности, выработанная годами.

- Мыслите верно, но вслух я вам этого не говорил. Не те времена, чтобы излагать лишнее.

- А мама говорила, что времена всегда одинаковые, - голод, поселившийся в её пустом желудке, провоцировал на душные диалоги. Да и отступать было некуда.

- Вот и слушайтесь маму. Кстати, она у вас жива?

- Да.

- Отлично! Значит, больничные по уходу за ребенком вам не потребуются, - он улыбнулся, обнажив жёлтые проржавевшие зубы.

- Но я надеялась получить должность младшего научного сотрудника, - Таня удерживала в кулаке остатки самообладания и пыталась продавить свой интерес.

- Надежды девушек питают, - профессор поддержал словесную дуэль. – Вот и покажите самоотверженным трудом, что вы этого достойны.

- Я постараюсь.

- И ещё, если не планируете поступать в аспирантуру, мой интерес к вам будет чисто гастрономический.

- Что за кошки-мышки? Это как? – она изобразила наивное недоумение.

- Я вас просто съем, - и он снова улыбнулся.

«Если дотронешься до меня своими жёлтыми зубами, мой муж тебе кадык вырвет», - подумала Таня, нежно улыбаясь в ответ, а вслух сказала:

- Приложу все усилия. Как говорит мой муж – трудности меня возбуждают.

Профессор на мгновение замер. Вопрос прозвучал с той же деловитой осторожностью, с какой он изучал её документы: - И кто у вас муж?

- Офицер в отставке.

В кабинете вдруг стало тесно от этой простой фразы.

«Зря проговорилась» - подумала Таня.

«Может я поторопился её брать?» - подумал заведующий, - «А с другой стороны, порядочным людям иногда нужна поддержка силовых органов. Пожалуй, возьму».

Глава 8

- Поздравь меня, я получила работу! – голос Тани искрился радостью, едва муж переступил порог квартиры.

- Поздравляю! А у меня крупная сделка по дому наклёвывается, - самодовольно заметил он.

- А я пятёрку по математике получил, - встрял в разговор Митька, сияя гордостью.

Только умная Леночка скромно молчала, как истинная квинтэссенция родовых талантов. «Наивные люди», - думала она, рассматривая свои ладошки. «Я такую аппликацию сегодня сделала, что весь садик был в ах…».

- Кажется, пора идти учиться на водительские права. Из нашей четвёрки я одна безлошадная, - Таню понесло, она уже предвкушала новый жизненный цикл.

- Тебе обещали большую зарплату? – у Ромы затеплилась надежда на рост семейного капитала.

- Мне обещали ненормированный рабочий день. А по деньгам всё печально, - она вздохнула и опустила глазки.

- Дорогу осилит идущий, - Рома обнял жену и поцеловал её в лоб. – Хочешь карьерный рост - работай только по специальности. Не совершай моих ошибок. Знала бы ты, с какой нищеты я начинал: жрал одни макароны и верил в светлое будущее. А ты получила шанс — так цени его.

- Не ругайся при детях, – Таня покосилась на отпрысков, которые с интересом прислушивались к разговору взрослых.

- Не будь ханжой. Уверен, они знают такие слова, от которых тебе поплохеет, - усмехнулся Рома.

Дети слушали родительский диалог и наивно хлопали глазками. Они много чего знали.

Глава 9

Много чего знала и Таня. На текущий момент она знала о муже практически всё. Всё, что можно было измерить словами, датами и личными ощущениями. Что он родился и вырос в провинциальном, грязном, промышленном и очень криминальном городе.

- Понимаешь, - рассказывал ей Рома, и в его голосе сквозила горечь, которую не запить ничем, - я ненавидел эту дыру на карте всеми фибрами души. С детства осознавал, что родился там по ошибке и что моя истинная родина в другом месте. И сколько себя помню, я всегда твёрдо знал, что уеду оттуда. Самой большой проблемой было понять, а где именно я хочу жить.

Хорошо помню чувства, когда расквитался со службой. Вышел на улицу – удостоверения нет, вместо него трудовая книжка с единственной записью, напоминающей волчий билет. Понимаю, что старая жизнь закончилась, а новая ещё не началась, и непонятно, какой она будет.

Сразу себе сказал: - Больше ни одна сволочь не посмеет повышать на тебя голос безнаказанно. И повторял это каждый день как клятву.

Дома с удивлением обнаружил, что у меня практически нет гражданской одежды. Полгода носил форменные рубашки уже без погон, пока не обновил весь гардероб.

Я перебрал много профессий и ни за одну не держался. Катился по наклонной то вверх, то вниз. Я объехал несколько городов, прежде чем оказался в Краснодаре. Поездка была авантюрой чистой воды – ни денег, ни связей, и одно жалкое предложение от потенциального работодателя.

Осень, конец сентября. Там, откуда я уезжал, уже холодно и дождливо, деревья без листьев, совершенно голые и серые – как вся моя жизнь. А здесь меня встретила аномалия. Поздний вечер, температура воздуха под тридцать, и я гуляю по центру в летних шортах. На газонах цветут розы, и их аромат смешивается с запахом свежескошенной травы. Шумит фонтан, переливаясь в лучах подсветки. Маслянистые каштаны падают мне под ноги. Я мну их в ладонях и не понимаю, что это за плоды и с чем их едят.

Затем попадаю на платановую аллею, и внутренний голос говорит мне: - Вот то место, где я хочу жить! Я нашёл его! Смотрю на часы, они показывают 22:44. Ни страха, ни пустоты, только покой и уверенность в себе. Полная гармония и пересборка души заново.


Оксана и Виталий


Глава 10

В любой непонятной ситуации улыбайтесь - людей это бесит. Данное универсальное правило Оксана вывела на собственной свадьбе, когда свекровь, подняв бокал с игристым вином, искренне пожелала им скорейшего развода. Гости застыли с фужерами в руках, думая, что им послышалось. И только Оксана, точно зная, что это не шутка, а оговорка по Фрейду, сохранила самообладание и выплюнула ослепительную улыбку в лицо оппонента. Свекровь поперхнулась предложенным напитком, забрызгав декольте, а окружающие поняли, что этот бой она проиграла.

Первый залог победы гласит: никогда не совершай то, на что тебя провоцируют. Оксана это усвоила ещё в период работы за прилавком.

Реакция Виталика была сдержанной, как у человека, привыкшего чинить, а не ломать. Он не кричал, не выяснял отношений, он просто прекратил общение с матерью – иссушил эту часть корня. Его великодушное сердце могло простить всё, что угодно, но только не оскорбление жены. И даже когда у них родился сын - Виталик младший, - он хранил стойкое молчание и радостью с ней не делился.

Второй залог победы гласит: прощайте своих врагов, но не забывайте их имен, фамилий и мест фактического проживания.

Оксана не мстила, но всё помнила, поэтому не стремилась их мирить. Влезать в сложные отношения матери и сына – всё равно, что сунуть палку в земляную нору. Предсказать, кто на тебя выпрыгнет, невозможно: может куча насекомых, а может белая крыса. Как любил говорить Рома: - Кому это надо и кто это выдержит. А Рома никогда не ошибался, особенно в глобальных вопросах.

Оксана знала, что свекровь её ненавидит, и консенсус исключён в принципе. Концепция мультивселенной предполагает, что планеты взаимодействуют друг с другом даже на значительном удалении, сохраняя при этом свою целостность. Но при резком сближении и столкновении пространство взрывается, высвобождая непостижимое количество энергии, что может разрушить все космические структуры и привести к катастрофическим последствиям. Перевожу для посвящённых: Чем дальше – тем роднее.

Причин нелюбви было несколько:

- Оксана заняла не своё место. Вошла незваной гостьей и вырвала мальчика из-под материнского крыла. Такое не прощается.

- Оксана лишила мать стабильного дохода, поскольку сын отдавал ей большую часть зарплаты и эти деньги были надёжной опорой. Ощутимая потеря.

- Оксана вынудила мальчика к браку по залёту, без родительского благословения. Не факт, что ребенок их общий.

- Оксана была виновата во всех смертных грехах, и даже мировой экономический кризис частично висел на её совести.

Поэтому, когда «бабушка поневоле» позвонила ей на третий месяц после родов, у Оксаны внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия, и она долго не решалась принять вызов. Голос в трубке приторно предложил свои услуги в качестве няни. Оксана превратила себя в глыбу льда и аристократически вежливо отказалась, заявив, что у них много друзей и помощь не требуется.

Положив трубку, она долго смотрела на спящего сына, и её трясло как в припадке. Вот, что бывает при резкой заморозке и не менее резком оттаивании.

Глава 11

- А что, молодые родители ни в чём не нуждались? – спросите вы. Отнюдь. Первые годы совместной жизни они балансировали на грани тотальной нищеты: оплаченная аренда квартиры закончилась, а кредит за машину никто не отменял. Да и свадьба, хоть и была скромной, потребовала существенных вливаний.

Вспоминая те годы, бывшая Ксюха, а ныне Оксана Николаевна, стыдливо признавалась, что иногда опускалась до воровства сливочного масла и сгущенного молока в магазинах самообслуживания. А ещё она приходила в обувной салон в старых кроссовках, а уходила после примерки в новых. Мимо кассы, разумеется.

Была ли она счастлива? О, да! Она была безумно счастлива. Потому что счастье живёт не в кошельке, а внутри человека. А когда ты счастлив, то способен усталость и агрессию трансформировать в нежность и заботу.

Однако, обо всём по порядку:

Как только Виталик вошёл в новое семейное гнездо, он незамедлительно сделал две вещи: починил смеситель в ванной комнате, а потом зализал тело будущей супруги до обморока.

- Я хочу, чтобы ты делал это каждый день, - сказала она, придя в сознание.

- Я хочу это делать два раза в день, - ответил он.

Спорить не было сил, и она вынужденно согласилась. Так и лежали, обнявшись: он смотрел в потолок, она - на его гладкую мускулистую грудь.

- Кто и сколько платит за аренду этой квартиры? – уточнил он с нотками ревности.

- Нисколько – это подарок от Тани с Ромой, но со следующего месяца бесплатная жизнь заканчивается.

- Теперь я буду решать кому, за что и сколько мы платим.

Оксана только улыбалась в ответ. Она устала быть сильной, она мечтала дарить любовь в обмен на решение бытовых проблем.

- Не смею возражать. И не забывай про моё приданное в виде кредита за тачку.

- Разберёмся.

- Как тебе Краснодар?

- Ещё не понял. Суетно очень. Меня здесь никто не знает.

- Ты справишься. Я тоже прошла через обнуление. Я даже была этому рада. Сказала себе – забудь прежнюю жизнь, начни новую, с чистого листа на новом месте. На самом деле очень приятно - гулять по центру города и понимать, что никто из встречных тебя не узнаёт. В нашем колхозе ты у всех на виду и эта неприватность раздражает.

Виталик молчал.

«Зачем я его перегружаю своими умными мыслями», - подумала Оксана. «Пусть отдохнёт с дороги. Явно, у него стресс от перемены места жительства».

«Поужинать, или залюбить её ещё разок?», - думал Виталик.

Глава 12

Первый семейный ужин при свечах удался. Всё, как она мечтала: лёгкая яичница с ветчиной и помидорами, овощной салат с креветками, хрустящие тосты и розовый мартини. И сырная тарелка на десерт.

Тело насытилось, а душа просила чего-то терпкого – каких-нибудь признаний, от которых кружится голова, но без утреннего похмелья. Хотелось знать всё и немедленно.

- Почему ты выбрал меня? – спросила она, и её голос дрогнул тем особенным, умеренным тоном, что бывает лишь у женщин, открывающих коридор признаний, который потом не закрыть никогда.

Повисла пауза. Виталик вздохнул, по привычке опустил глаза и ответил с пугающей простотой:

- Я не выбирал. Ты безальтернативная.

- Что, влюбился с первого взгляда? – она насмешливо покачала головой, пытаясь уколоть своим скепсисом.

- Нет, со второго. С первого ты мне вообще не понравилась. Ты надзирала, как я мыл полы в классе, - простота его суждений убивала на месте.

Оксана прищурилась, проваливаясь в гущу школьных воспоминаний. Тусклый свет, косо падающий на рваный линолеум. Сдвинутые парты. Едкий запах хлорки, от которого щипало ноздри. Мальчишка с мокрой тряпкой в руках — один из многих, угловатый, серый, незначительный. Неужели это был он?

- И что я такого сделала во второй раз? - её бровь содрогнулась, выдавая крайнее любопытство.

- Помнишь, пацаны в драке разбили мне нос, и я сидел с окровавленным платком возле медпункта. Ты единственная меня пожалела – обтёрла лицо и руки влажной салфеткой. От твоей юбки исходил такой запах, что мне хотелось заплакать, искусать тебя, исцарапать.

На губах Оксаны распустилась нервная, но счастливая улыбка. Щёки предательски порозовели, выдавая тайное удовольствие от его откровенной, грубой правды.

- Господи, ты маньяк какой-то! – выдохнула она, пытаясь спрятать смущение за шуткой.

- А ты красивая. И ты меня возбуждаешь, - сказал он спокойно и уверенно, как будто сообщал прогноз погоды на завтра.

Она загасила свечи на столе, погрузив комнату в сладкий полумрак, где остался только отблеск уличных фонарей. Мягко опустилась к нему на колени, провела ладонью по его щеке и, коснувшись губами уха, томно прошептала: - Повтори ещё раз…

И он повторил. И школьные страсти, и всё остальное.

Глава 13

В кабинете начальницы отдела кадров всегда было тихо, всегда пахло лавандой и всегда хотелось кому-нибудь нахамить. Оксана собралась с духом, как перед сложной шахматной партией, поправила блузку и решительно вошла.

- Чего тебе? – грузная женщина второй категории свежести стояла перед зеркалом и прихорашивалась, размышляя при этом, не пора ли ей начать худеть – ежедневная традиционная мысль после чашки крепкого кофе с плюшечками. И каждый раз из глубины зеркала слышался ответ: «Чего тебе надобно? Ты идеальна!».

- Я привела нового механика в гараж. Ему надо написать заявление о приёме на работу. Дайте бланк и образец.

- А где она сам? - начальница, не оборачиваясь, продолжала изучать своё отражение, но в голосе уже прорезалось раздражение.

- Его сейчас главный механик в курс дела вводит.

Начальница оторвалась от зеркала и медленно, с ленивой грацией стервы, просканировала внешность диспетчера. Профессиональный взгляд мгновенно обнаружил на теле Оксаны сучок – крошечную зацепку, за которую можно было ухватиться а, при желании, размотать всю систему.

- Возьми тональный крем, - она брезгливо, двумя пальцами, протянула Оксане стеклянную баночку.

- Зачем?

- Замажешь засос на шее. А то все смотрят, - в голосе чувствовалось раздражение старой девы, забывшей вкус поцелуев, от которых кружится голова.

- Не хочу. Пусть смотрят, - выдала Оксана и сама удивилась собственной наглости.

- Не хами, а то я твоего протеже за дверь выставлю, - начальница хищно прищурилась.

- Не выставите. Я его трудоустройство с руководством уже согласовала.

- Любовник твой?

- Жених. Любимый и единственный.

- Смотри, чтобы он со свадьбы не сбежал, - скривилась кадровичка, пытаясь ужалить побольнее.

- Не судите людей по себе, - тихо, но отчётливо, произнесла Оксана.

- Дура! Я тебе благополучия желаю, - взвизгнула начальница, которой наступили на самую больную мозоль.

- С какого, простите, перепугу вы озаботились моим благополучием? – уточнила Оксана, бесстрашно глядя в глаза своей мучительнице.

Аргументы у отдела кадров закончились. Скрипя зубами, она протянула Оксане бланк заявления о приёме на работу.

- На, пусть заполнит и мне на подпись. Надеюсь, он у тебя без ошибок пишет, - она проиграла, но пыталась сохранить остатки авторитета.

«Я тебя даже ответом не удостою» - подумала Оксана, улыбнулась и вышла.

Глава 14

Что самое страшное на работе? Когда дурак, не умеющий корректно поставить задачу, нанимает дураков, не способных её решить.

Чем дольше Оксана работала в транспортном сервисе, тем больше понимала, что прогнило что-то в датском королевстве.

Она устроила Виталика поближе к себе по двум причинам:

- пусть будет у меня на глазах, так спокойнее;

- пусть освоит азы работы крупного логистического хаба, впитает тонкости этого механизма.

Смутная, пока расплывчатая мысль о собственной транспортной компании уже поселилась в её голове, пустила корни, но внятных очертаний пока не приобрела. Не хватало связей, знаний и стартового капитала – всего, что превращает идею в бизнес. Но внутри неё уже зрело чувство, что однажды, когда ветер переменится, она сможет расправить крылья и подняться над этой суетой, забрав с собой тех, кто дороже всех на свете.

Глава 15

Канун Нового года выдался шумным и веселым. Транспортная компания отмечала юбилей – 15 лет на рынке – солидный срок для бизнеса, работающего на износ. Коллектив предприятия был сплочённой командой, поэтому дружно желал тринадцатую зарплату – побольше и пожирнее, чтобы ощутить себя если не героями, то хотя бы выжившими. Корпоратива никто не хотел, корпоратив был неизбежен.

Всё шло не по плану изначально. Для торжества арендовали просторный летний ресторан с прогулочной аллеей и закрытой мангальной зоной. Коварный декабрь внёс свои коррективы: температура за бортом опустилась на десять градусов ниже нуля, хотя стандартный кубанский Новый год, это плюс десять - пятнадцать и тёплый бриз. Водопровод на кухне и в санузлах перемёрз, превратив белые помещения в ледяную пустошь. Мыть руки и смывать продукты жизнедеятельности пришлось минеральной водой, благо её закупили с избытком. В банкетном зале пар шёл изо рта, будто все курили или играли в паровоз. Включили кондиционеры на обогрев, но это не спасало – холод обступал со всех сторон, цепляясь за голые плечи и бёдра.

Самые умные сотрудники вызвались готовить шашлык, т.к. возле разгорающегося мангала было теплее и комфортнее. Металлическая вытяжка над мангалом была покрыта изнутри толстым слоем льда, поэтому, когда огонь его растопил, сверху пошел тёплый дождь, который, впрочем, быстро прекратился, параллельно сделав мясо ещё более сочным.

И пока дамы в вечерних платьях пытались себя согреть нарезанием салатов и закусок, водители и механики, ведомые тем же холодом, накидались без закуски так, что всем стало понятно: драку не заказывали, драка была неизбежна.

Заметьте, дорогой читатель, глава только началась, а слово «неизбежность» прозвучало уже два раза. Карма, блин.

Мордобой начался одновременно с танцами, ровно через час после официального первого тоста. Но не на танцполе, а на улице, словно кто-то невидимый дирижировал этим безумным оркестром, выведя его покурить на свежий воздух – там привольно, там хочется дышать полной грудью.

Свет уличных фонарей и ветер увлекали снежинки в золотой водоворот, провоцируя кружить вместе с ними. Смех, крики, глухие удары — всё сплелось в единый танец, где гнев и радость идут рука об руку. Каждое падение в пушистую перину сугробов было почти нежностью — объятием морозного воздуха, который отрезвлял быстрее любого рассола. И они падали, взбивая облака искр, и в глазах вспыхивала радость, та самая, что делает людей детьми, забывшими о приличиях.

Казалось, что в этом снежном вихре рождается нечто большее, чем драка, — рождалась страсть, чистая и отчаянная, как первый вдох зимы. Что ещё желать русской душе, как не этой стихийной воли, где каждая ссадина — поцелуй судьбы, а каждый удар — доказательство того, что ты живой и любишь.

Виталик был к спиртному равнодушен. Несмотря на криминальное прошлое отца, в их семье употребление алкоголя считалось, безусловно, скотским времяпрепровождением. Поэтому он спокойно разнимал дерущихся, а не провоцировал их.

Оксана, привыкшая с детства к сельским разборкам, в конфликт не вмешивалась. Она наблюдала за ним снисходительно и переживала только за то, чтобы муж не попал под случайно выброшенный кулак.

Тем не менее, картина того, как быстро люди теряют человеческий облик, её растревожила. Вернувшись в нагретый зал, она налила себе бокал шампанского, чтобы запить разочарование.

- За нашу «дружную» команду, которая держит нас в тонусе, - иронично провозгласила она и сделала глоток.

Лёгкий, игристый вкус, который она так любила, внезапно обернулся неприятным толчком где-то в районе груди. Секунда – и шампанское фонтаном вырвалось наружу прямо на скатерть, вместе с содержимым желудка.

Те, кто это видел, замерли на мгновение. Затем кто-то нервно хихикнул, кто-то поспешил протянуть салфетки, а кто-то тактично отвернулся, сделав вид, что ничего не произошло.

Оксана бледная опустилась на стул. Левой ладонью она прикрывала рот, а правую держала на животе, оберегая тайну, которую кроме неё пока никто не знал. Музыка почему-то выключилась, и в тишине прозвучал спокойный голос бухгалтера: - Да она беременна.

Оксана впервые увидела растерянное лицо Виталика. Как оживить безнадёжный двигатель, он знал чётко. А что делать с беременной женой? Бог его знает. Это была первая и последняя растерянность в его жизни, которую он себе не простил. Далее, шагая тропами судьбы, он действовал уверенно и без тремора, неся ответственность за всю семью.

- Принеси мне куртку и вызывай такси – мы едем домой, - сказала она, вытирая губы.

Виталик метнулся исполнять. Он заботливо помог супруге одеться, опустился перед ней на колено и поменял шпильки на тёплые туфли. Затем, придерживая под руку, вывел её на улицу, ни с кем не прощаясь. Безмолвие было неизбежным ответом: все молча наблюдали, все молча завидовали.

Машина уже ждала на паковке. Из сугроба приподнялась забытая всеми жертва недавней потасовки и, увидев садящуюся в салон пару, удивленно прокричала: - Вы чего, уже домой? Нормально же отдыхали!

Ветер подхватил его слова, закружил и унёс в сторону реки.

Глава 16

В салоне автомобиля было тепло и тихо. Оксана взяла руку мужа и положила её себе на живот, при этом отвернулась, приложив пылающий лоб к спасительной прохладе стекла. Так и ехали, молча, минут пять, рассматривая огни ночного города.

- Прости, что испортила тебе праздник, - она первая нарушила тишину.

- Глупости говоришь. Это лучший день в моей жизни, - он был спокоен, потому что уже принял все судьбоносные решения.

- Что будем делать?

- Надо срочно в ЗАГС идти. У ребенка должны быть нормальные документы и родители.

- Я тебя ни к чему не обязываю, - её голос подрагивал осенним листочком.

- А я ни у кого ничего не спрашиваю, - отрезал он, ставя жирную точку на сомнениях.

Она всхлипнула – коротко, по-детски, и уткнулась лбом ему в плечо.

- Я так боюсь, - прошептала она.

- Я тоже, - признался он, и это было честнее всех клятв. - Но вдвоём не страшно.

Обратный отсчёт по подготовке к свадьбе был запущен.


Лирическое отступление 1


Глава 17

Кто сказал, что институт брака умер? Чушь собачья! Он не умер, он забылся и заснул. Утомился от многовековой работы с ненормированным графиком.

Сейчас люди стали жить настолько сытно, настолько автономно, что союз двух сердец перестал быть условием выживания. Раньше брак генерировал групповую ответственность, был мостом через пропасть. Теперь каждый требует от него индивидуальных гарантий. Порядок вещей перевернулся.

Границы мы строить научились, а вот вести переговоры – нет. Не умеем идти на компромиссы. Забыли, что компромисс – не слабость, а двутавровая балка, на которой всё держится: и быт, и семья, и психика…

И вот стоим мы друг напротив друга, вооружённые до зубов собственными комплексами, и задаёмся одним-единственным вопросом: - А что ты мне дашь в браке? Огласите весь список и тогда, возможно, я рассмотрю вашу кандидатуру. И никому не приходит в голову простая мысль: - А что я сам (сама) могу дать?

Стоим и ждём, что сначала вложатся в нас, а мы потом (может быть) ответим взаимностью, ну, если будет настроение. Желаем, чтобы пришедший партнёр волшебным образом встроился в нашу жизнь, как готовый модуль в систему «умный дом». А мы? А мы меняться не будем, потому что мы – законченные шедевры, и нам лишь нужна идеальная рамка, которая подчеркнёт нашу самобытность. А ещё нам нужна страховка от одиночества и статус избранности. Увы, товарищи – граждане - горожане, а также господа и дамы, такая хрень не прокатывает!

Официальный брак – он не про любовь; он про бабло, про сухую бухгалтерию жизни. Любите вы друг друга на здоровье, детей рожайте вдоволь - вам никто не мешает, ни сейчас, ни тысячу лет назад. Официальный брак – это холодный расчёт: кому и сколько причитается от совместно нажитого имущества, кто чью фамилию будет носить, кто какие обязанности на свои плечи возложит. И вот с обязанностями всё сложно, их никто не хочет брать. Они валяются на полу, а мы спотыкаемся об них, пинаем со злостью, обходим стороной, но подымать не хотим.

Что вы говорите? Брачный договор? О, глупенькие! Официальный брак – это и есть самый суровый брачный договор, в котором всё по умолчанию делиться пополам. Хотите иные условия раздела? Пожалуйста, пишите, но помните: их легко оспорить и заболтать в душных залах суда. Официальный брак де-юре - это отложенный в долгий ящик приговор, обязательный для исполнения обеими сторонами.

По вышеуказанной причине богатые люди избегают брака с малоимущими, потому что им есть, что терять: недвижимость, активы, налаженный бизнес. Сейчас брак – это спасительный ковчег для тех, кто пришёл в этот мир налегке, да так лёгким и остался. Реально, есть категория людей, которые в одиночку не способны аккумулировать капитал – нет такой цели. Цель рождается вместе с новой семьёй, прорастая из желания построить общее будущее.

И вот, стоя у алтаря с животом, познавшим сладкую тяжесть материнства, Оксана рушила тесные стены личного комфорта. Она уже обдумывала проекты нового замка, который они возведут из кирпича, принесённого за пазухой и согретого теплом трёх тел.

- Думаешь, это любовь? – спросила она его в ночь перед бракосочетанием.

- А разве об этом надо думать? - ответил он без тени сомнения. - Это же чувства. Они просто есть.


Оксана и Виталий (продолжение).


Глава 18

Она научила его бунтовать: сначала попросить повышения на работе, потом сказать «нет» навязчивому завхозу, а затем спорить с женой, не боясь обид и подводных камней.

Он научил её быть слабой: сесть и заплакать от усталости, признаться в страхе, уступать в бытовых мелочах и не экспериментировать на кулинарном фронте.

Она не была фиалкой, он не был камнем, они плавно перетекали друг в друга, как жидкость в сообщающихся сосудах.

- Похоже, машину придётся продавать. Денег нет от слова «совсем», - Виталику искренне не хотелось начинать этот разговор, но обстоятельства вынуждали.

- Нет, только не это. Она - символ нашей первой близости, - Оксана едва не разрыдалась. – Потерпи ещё немного, я скоро выйду из декрета и начну работать.

- Я вообще не хочу, чтобы ты работала. Занимайся ребенком.

Он отвернулся и надолго замолчал, делая вид, что рассматривает курящую бабушку в окне дома напротив.

Оксана традиционно не выдержала первой. Женское терпение имеет свои границы - оно заканчивается тогда, когда муж уходит в молчание.

- Что молчишь? О чём думаешь?

- Вспоминаю, - в его голосе звучала благостная хрипотца.

- Вакансии, которые я тебе накидала в личку? – с надеждой уточнила она, ожидая перемирия.

- Первый секс.

… И оба заржали, как два сумасшедших, разбудив ребенка, ибо жили они в студии и отдельной спальни не имели.

Глава 19

Благосостояние семьи начинается с умного смелого поступка. Далее включается эффект снежного кома.

Разорение семьи - это тоже результат смелого поступка, но очень глупого.

Почувствуйте разницу и включите мозги. Нет мозгов, включите калькулятор – это самый недооценённый прибор, который спас много семей и человеческих судеб.

Он отправился на вахту в город-герой Москву.

Она таксовала втайне от него, сдавая сына во временное пользование Таниным родителям.

В семейные хроники эта операция вошла под названием «Тайный извозчик» имея гриф «Совершенно секретно».

Рассказать? Уверены? А соответствующий допуск к секретке имеете?

Ладно, расскажу:

Виталику поступило предложение поработать в московском автосервисе, обслуживающем муниципальный автобусный парк. Обязанности такие же, как дома, но зарплата в два раза выше плюс карьерный рост. Увы, никто не рассказывает, что наёмный труд на Кубани один из самых дешёвых по стране и никакие повышающие коэффициенты к зарплате не применяются, как, например, на Чукотке или Дальнем востоке.

На семейном совете всё взвесили, посчитали каждую копейку, представили светлое будущее и, зажмурившись, словно перед купанием в проруби, нажали кнопку «Предложение принято».

После отъезда мужа, Оксана скачала приложение - агрегатор для подработки в такси. Прошла процедуру регистрации и загрузила сканы необходимых документов. Она делала это с таким видом, будто училась дышать заново – через силу, с хрипом, со страхом, что лёгкие не примут новый воздух.

Знаете, чем отличается смелый человек от трусливого? Смелый боится, но всё равно идёт вперед. Трусливый боится и стоит на месте, либо пятиться назад. Первый шаг в неизвестном направлении – лучший нейтрализатор страха.

Спустя три дня, она впервые в жизни нажала кнопку «Принять заказ» на экране смартфона и повернула ключ зажигания. Машина непривычно вздрогнула, будто предчувствуя незнакомую ей роль, и тревожно замигала фарами в сгущающихся сумерках.

- Вывози, родная! - говорили в прошлом веке извозчики, когда снежная буря накрывала их в степи, заметая дороги. - Вывози, родная! - кричали они лошади с мольбой проявить силу, выносливость и чутьё в тяжёлой ситуации.

- Вывози, родная! - прошептала она, обращаясь к машине, и в этом шёпоте слышалась та же древняя, как мир, мольба. - Вся надежда на тебя! Ты нашу семью зачала, тебе и ответственность нести до талого.

Машина размеренно мурчала в ответ, как кот, которого гладили за ушком. Она помнила всё: их первую близость, их первую ссору и первый смех их сына она тоже не забыла.

В салоне витал аромат парфюма, который для неё выбирал Виталик. Из динамиков негромко звучало радио «Дача». На заднем сиденье покоилось детское кресло – молчаливый свидетель её новой профессии «вежливое семейное такси». Рядом валялась пачка влажных салфеток. Всё было заряжено на успех. Жизнь налаживалась — иронично, нелепо и очень по-семейному.


Лирическое отступление 2


Глава 20

Все радостные события почему-то случаются под Новый год. Вероятно – это накопительный эффект после долгих трудовых усилий, а возможно - Создатель поощряет в нас желание продолжать нелегкий путь и не сходить с дистанции. Уныние – тяжкий грех, ибо от него человечество перестанет размножаться и вымрет, как динозавры.

Справедливости ради надо сказать, что динозавры вымерли не от уныния. Они ушли со сцены, потому что были переходной моделью. Экспериментируя с их телами, Творец искал оптимальную форму и механику для человеческого тела. И когда нашёл, утилизировал все старые чертежи.

В тот год звезды собрали наших героев на Театральной площади возле главной городской ёлки. Присутствовал весь списочный состав: Виталика отпустили с работы на несколько дней, дав редкую возможность встретить Новый год с семьёй; приехали Оксанины родители с изрядной продуктовой корзиной; ну а Рома с Таней и Танины родители вообще никуда не пропадали.

Погода радовала теплом и люди широкой рекой втекали на площадь, минуя досмотровые рамки, а вытекали мелкими ручейками, рассредоточиваясь по близлежащим кафе. Улица Красная светилась огнями в оба конца. Все заведения работали, предвкушая хорошую выручку.

Как только куранты пробили полночь, небо громыхнуло торжественным салютом, и на карнавал посыпался мелкий тёплый дождь. Ни одного зонта на квадратный километр, зато море шампанского и мандаринов. Все смеялись, аплодировали фейерверку, что распускался в небе огненными цветами, и не спешили расходиться по домам, цепляясь за волшебные минуты новой точки отсчета.

- Добрая примета, - задумчиво сказал Оксанин папа. – К очищению это и к урожаю богатому.

- Однако пора делать ноги, я уже мокрый, - отозвался Рома. – Предлагаю продолжить веселье в более комфортных условиях. Не хватало, чтобы дети простудились.

Рома не любил дождь. При этом купание в реке в грозу доставляло ему неимоверное удовольствие. Как все перфекционисты, он избегал полумер, стремясь к полной гармонии в однотипной среде.

А Таня просто кайфовала, подставляя лицо под капли. Она вспоминала детство и ловлю снежинок языком. И катание на санках с горки, которую Ксюхин папа всегда сооружал у себя во дворе. И Ксюху, которая при этом визжала, как пожарная сирена и даже громче неё.

Как это было давно…

- Давайте хотя бы шампанское разопьём! Я что, зря эту бутылку тащила, - Оксана искала глазами хоть какое-нибудь подобие скамейки, где можно расположиться.

- Пошли на тротуар, - предложил Виталик.

- Бесполезно, уже всё занято, - возразил Рома.

Под походно-полевой бар приспособили коляску, в которой спала маленькая Леночка.
Все дружно выпили по бокалу, напевая «В лесу родилась ёлочка», и направились в сторону парковки, поедая на ходу мандарины, которые Оксана заранее начистила дома.

- Предлагаю поехать к нам. Ремонт почти закончен, заодно оцените нашу новую квартиру, - Рома возглавлял процессию, расчищая путь в толпе коляской.

- Ага, хочешь объединить Новый год и новоселье? – кричала ему Оксана. – Не получиться, мы вам уже зеркало в подарок купили, оно дома лежит.

- Новоселье придёт своим чередом, - отозвался Рома, не сбавляя шага. - А поместимся мы все только у нас. Одним словом: с нас стол и напитки, с вас – душевная закуска.

- Принято,- отозвался Виталик. – Мы гуся запекли по такому случаю. Думаю, на всех хватит.

Мысли о горячем жирном домашнем гусе растревожили всех, особенно дедушек, которые уже точно знали, какие именно настойки они будут употреблять под него.

Глава 21

- Располагайтесь. Чувствуйте себя как дома, - Таня открыла входную дверь и включила освещение в прихожей.

- Твою мать, - присвистнул всегда сдержанный Виталик. - Царские хоромы.

Он обернулся к жене и, глядя ей прямо в глаза, уверенно добавил:

- У нас такие же будут!

Оксана, всем своим естеством, всей мимикой выразила категорическое согласие. А Виталик-младший сказал: - Хочу писить!

Санузел был раздельный, но, к сожалению, только один, а потребность в нём испытывали почти все.

Как только это портал блаженства обслужил всех клиентов, гости плавно рассредоточились по территории площадью 78 квадратных метров, вмещающей в себя кухню - гостиную, три спальни, две лоджии и кладовую с прихожей.

Митька и Виталик-младший мигом оккупировали детскую комнату. Закрылись в ней - и лишь грохот с криками сигнализировали, что разрушения уже есть, а жертв пока нет.

Дедушки облюбовали лоджию со столиком и двумя креслами, где их не было ни слышно, ни видно, а значит, появлялась возможность незаметно опрокинуть рюмочку-другую.

Остальные расположились в гостиной, и процесс сервировки стола перешёл в решающую стадию.

- Мне надо будет с тобой переговорить тет-а-тет, когда все улягутся, - заговорщически сообщил Виталик Роме так, чтобы никто не услышал.

Рома кивнул: - Поговорим. Сам вижу, что у вас назрел переход на следующий уровень.

Новогодний ужин не заставил себя долго ждать и все воздали почести и салатам и жаркому и даже десерту, хотя места для него в желудке уже не находилось.

Через час бабушки увели дедушек спать. Дети отключились прямо на ходу, словно маленькие лампочки, перегоревшие от избытка радости. Леночка спала на лоджии, совмещенной с родительской спальней, на свежем воздухе. Рома сидел на супружеской кровати, и караулил её сон. Виталик расположился рядом. Девчонки продолжали куролесить на кухне, потому что шампанское, несмотря на их усилия, не хотело заканчиваться.

Глава 22

- Время копить деньги и время их тратить, - Виталик начал неожиданно философски и сильно издалека.

- Э-э-э, брат, со мной можно без прелюдий, - оборвал его Рома, - Говори как есть.

- Через неделю возвращаюсь в Москву и покупаю тентованную Газель. Полезный объем кузова тридцать кубов. Почти новая. Пробег сорок тысяч. Движок в норме – сам смотрел.

- И? – Рома заранее знал ответ.

- Хочу грузоперевозками заняться здесь, по краю. Хотя… можно и по России заказы брать.

- Хорошее дело. Только конкурентов у тебя много, на Кубани каждый второй на перевозках барыжит.

- Согласен, поэтому к тебе и обращаюсь. Помоги прилепиться для начала к какой-нибудь организации, чтобы заказы давали и платили стабильно.

- А почему не хочешь автосервис открыть? Тебе это больше подходит.

- Думал об этом. По деньгам не потяну. Помещение нужно в проходном месте, оборудование, расходники. А Газель поставил на парковке возле дома и всё.

- Ты же понимаешь, что тебе надо будет ИП оформить?

- Понимаю. Жена сказала, всю бухгалтерскую и юридическую работу на себя возьмёт.

- Ну, тут я за тебя спокоен. Оксана Николаевна – девушка прошаренная, - Рома улыбнулся, но уважительно, без тени сарказма.

- Не хочешь вложиться своими деньгами?

- Прости, друг, мне и на депозитах пока хорошо. Рисковать семейным капиталом я не готов, но я готов помочь своими знаниями и связями. Короче, дам тебе контакты начальника транспортного отдела крупного фармацевтического склада. Я там работал несколько лет в службе безопасности. Они заключают договора с частниками на перевозку грузов. Есть у них и свой автопарк, но он не всегда справляется. Если с ним поладишь, будешь загружен 24/7.

- Откаты приветствуются?

- Не задавай глупых вопросов, не получишь глупых ответов.

- Спасибо! С меня поляна!

- И не забывай стратегию выживания крокодила.

- Не понял?

- Минимальные усилия, максимальная отдача.

- Понял.

Глава 23

Рома проснулся одним из первых. Заботливо укрыв похрапывающее тело супруги одеялом, он ощутил исходящий от неё лёгкий запах перегара и задумчиво отметил, что кажется, засыпал без неё. «Ладно. Девочки на отдыхе. Девочки могут расслабиться», - подумал он. Затем накинул халат и отправился на кухню, чтобы освежить собственное дыхание, после ночного обжорства.

Пребывая в хорошем расположении духа, он подошёл к столу, налил в кружку остатки сока, уже хотел выпить, но, зачем-то обернулся и увидел два разнокалиберных отпечатка поцелуя, оставленных помадой на новеньких обоях, прямо под настенными часами. Отпечаток своей жены он узнал сразу, не прибегая к трасологической экспертизе - под ним была подпись «Танюха», сделанная противно-зелёным маркером. Под вторым творением наскальной живописи было размашисто намалёвано «Ксюха» чёрным цветом.

- Бабы, вы охренели! – не сдержался Рома. – Это же обои, их теперь ничем не закрасить!

На крик вышла Оксана в помято-заспанном виде.

- Спокойно, - сказала она спокойно, тоном врача психиатрической клиники. – Мы представляли, что целуем тебя, - и полезла в холодильник за минералкой.

- А почему подписи разными цветами? – Рома поражался своей сдержанности и глупости заданного вопроса.

- Танька сказала, что она землямика… тьфу, земляника, поэтому композиция красно-зеленая. Ягодная, понимаешь?

- А ты у нас кто?

- Я черешня. Потому что чёрная, - она жадно начала пить. Потом прервалась. Икнула. Смутилась. Рассмеялась и протянула недопитый стакан с газированной водой Роме:

- Будешь?

- Буду. И не забуду, - он принял стакан, вылил остатки в раковину и стал его мыть.

И тут вошла Таня. Выглядела она получше Ксюхи, но тоже устало. Посмотрела на творение губ своих. Виновато развела руками, выдавив стон сожаления, и погрузилась в Ромины объятия.

- Сделай мне кофейку, - прошептала она голосом утомлённого котёнка.

- Ну, не буду вам мешать, пойду детей будить, - Оксана обрадовалась возможности безнаказанно слиться.

- Подожди. Давай я тебе помогу подарки под ёлкой разложить, - Таня хотела улизнуть вместе с ней, но Рома держал её крепко и отпускать не собирался.

- Что-нибудь скажешь? – мысленно он уже принял материальный ущерб, как неизбежность, но желал хоть каких-то объяснений.

- Прости меня, пожалуйста. Сама не знаю, как так получилось. Первый раз расслабилась. Ну, пусть это будет самая большая неприятность в нашей жизни, - Таня теребила зону декольте и была готова от стыда провалиться на этаж ниже, в квартиру номер 294, где проживала семья стоматологов, дружившая с её мужем по национальному признаку.

Рома удовлетворённо кивнул, принимая капитуляцию. Он шагнул к любимой жене, наклонился и коснулся губами лба, ставя печать прощения. Затем развернулся к кофе-машине и принялся колдовать, ощущая спиной взгляд, полный нежности и раскаянья.

Пожалуй, самое время написать учебное пособие по женской логике, - думал он. Материал накоплен изрядный. Томов на десять. Нобелевская премия мне обеспечена.

Забегая вперед, следует сказать, что когда маленькая Леночка начала говорить, она сравнила расстояние от пола до отпечатка губ с маминым ростом и удивленно спросила: - Мама, ты целовала стену в прыжке?

Настенные часы показывали 09:09. Новогодняя ночь над Кубанью растворилась, а в штате Оклахома веселье только-только набирало обороты, передавая эстафету Сан-Франциско и Лос-Анджелесу.


Особенности воспитания.


Глава 24

Есть пол, а есть гендер. Пол – это биология (мальчик – девочка). Гендер – социальное программирование мальчиков на мужские поступки, а девочек – на женские. Он не передаётся с молоком матери, не произрастает из семени отца. Это тончайшая материя, которую ткут родители личным примером, показывая детям как жить надо, а как не надо.
Если вы, как родители, смогли объяснить детям, что такое хорошо, а что такое плохо – вы красавчики. Если к этому процессу подключились дедушки и бабушки, он усиливается в геометрической прогрессии.
Гендер - великая вещь. Тот, кто оседлал гендер, управляет вселенной.
Если эта мысль не посещала вас – вы не отбрасываете тень.
Самая большая и распространённая ошибка, которую совершает большинство родителей – это стремление переложить на ребенка свои нереализованные амбиции. Папа мечтал быть лётчиком и не стал им – значит, лётчиком должен стать его сын. Маме не хватило знаний выучиться на врача – значит, её дочь обязана стать врачом.
А дети никому и ничем не обязаны! Даже их появление на свет – это прихоть родителей.
Митька и Виталик-младший хорошо ладили, поэтому часто ходили на головах и разносили родительскую дачу в хлам. Играя в войнушку с соседскими пацанами, они вырыли за теплицей реальный окоп, чем привели дедушку в коматозное состояние – он планировал там рассадить клубнику. Грусть его, впрочем, прогрессировала не долго. Мудрый старик осенил себя крестным знамением, после чего узрел в разрушении контуры полезного созидания - из окопа получилась отличная компостная яма.
Когда появились планы оформить на участке погреб, он тонко намекнул детям, что подземный бункер круче любых окопов и полезная вещь на случай ядерной войны. Дети поняли его с полуслова и закопались по самые уши. Дедушка довольно потирал руки и думал, в какую оболочку завернуть предложение по строительству курятника.
Пока дед грамотно эксплуатировал мужскую силу, бабушка формировала у внучки женскую домовитость. Маленькая Леночка в пять лет уже могла самостоятельно вдеть нитку в иголку и пришить пуговицу на папину рубашку. В шесть она сплела из льняного шпагата первую мягкую игрушку. В семь начала вязать крючком себе купальник.
И не важно, что все эти предметы можно купить в магазине по сходной цене. Вязание – это не просто рукоделие, это зарядка для мозга и хвоста. Каждый узелок развивает мелкую моторику рук, стимулирует речь, память и тактильную чувствительность. Девочка, умеющая держать пальцами нить, вырастает в женщину, способную держать в руках любую ситуацию. И как же это великолепно, когда во взрослой жизни встречаются два правильных продукта: юноша, умеющий забивать гвозди и стелить ламинат, с девушкой, способной сварить борщ и залатать дырку на джинсах. Вместе они - парочка победителей. Разрушить такую гармонию не под силу даже опытному семейному психологу.
Однако, гендер, как и хороший компот, требует правильной закрутки. Иначе — взорвётся. Не поняли? Чувство меры соблюдайте! Не давите на детскую психику, не насилуйте её – травмированных детей уже не исправить, а здоровых запасных под рукой может не оказаться.
Сказка на ночь
Глава 25
Все хотят любви, да не все её заслуживают.
В небольшом уездном городе N., где даже сплетни распространялись строго по расписанию, а куры, переходя дорогу, не смотрели по сторонам, проживала девица Агафья. Достигнув возраста, когда приданое начинает казаться придачей, а не главным блюдом, она решила, что пора бы ей в ладу с Богом пожить. Идея, надо сказать, была превосходная, но, как водится у людей с богатой фантазией и невысоким интеллектом, в высшей степени труднореализуемая.
- Коли буду жить в любви с ближними, - рассуждала Агафья, - то Господь непременно пошлёт мне жениха. И не какого-нибудь там писаря с дырявыми карманами, а, скажем, помещика, дабы любовь моя имела под собой твёрдую почву, а не шаткий фундамент, сложенный из душевных порывов. Сказано — сделано. И началось великое и крайне изнурительное мероприятие по раздаче этой самой любви ближним.
Первой жертвой (а иначе и не скажешь) пала кухарка Матрёна, которая, по мнению Агафьи, вечно пересаливала щи. Вместо привычной выволочки, Агафья выдала ей медовый пряник и промолвила сладчайшим голосом: - Матрёнушка, голубушка! Живи в любви со мной, ибо я тебя так люблю, что аж кушать спокойно не могу, особенно щи твои пересолённые!
Матрёна, решив, что барышня тронулась умом от чтения французских романов, на всякий случай спрятала ножи с вилками и стала подавать обед с таким видом, будто готовила радиоактивные отходы. Но, поскольку жалованье от «барской любви» не прибавилось, она втайне продолжила пересаливать, но уже без злого умысла, а с молитвой о вразумлении всех заблудших овец (и девиц).
Далее настала очередь соседа, отставного поручика Калашникова, известного героя турецкой войны, скряги и ворчуна. Агафья, облачившись в свое лучшее платье и окропив себя французским парфюмом, отправилась к нему с визитом. Цель была проста: подарить ему банку собственного варенья из райских яблочек и тем самым явить миру свою христианскую любовь и добродетель.
- Уважаемый Пётр Сигизмундович! - пропела она, вручая банку. - Примите от избытка чувств! Я так вас уважаю, так уважаю, что готова для вас хоть на край света! Поручик, подозревая подвох, долго нюхал варенье, потом осмотрел крышку и методично стёр отпечатки пальцев с гладких поверхностей банки (ну так, на всякий случай). Но поскольку варенье было и впрямь отменное, а поручик был практичен, он варенье взял, а Агафью мысленно записал в душевнобольные, но с хорошим потенциалом.
Однако на следующий день в его саду кто-то срезал все лучшие георгины. Поручик был в ярости и немедленно обвинил в этом Агафью, ибо любовь любовью, а цветы - это уже капитал и никакое варенье его не компенсирует.
- Вот она, ваша любовь! — кричал он через забор, потрясая обрезанным стеблем. - Волчья это любовь, а не христианская! Вы, сударыня, за мой георгин ответите перед законом по всей строгости, и Бог вам в присяжных не поможет!
Агафья, видя, что её благочестивый план даёт трещину, не унывала. Она решила, что любовь надо проявлять точечно, стреляя исключительно по целевой аудитории. Оптический прицел своей страсти он направила в сторону заезжего акцизного чиновника, который, по слухам, имел в столице собственный дом и экипаж. Прицельная стрельба выражалась в том, что Агафья стала поджидать его у питейной конторы, чтобы осчастливить взглядом, полным неземного сострадания ко всем грехам человечества. Акцизный, человек флегматичный, принимал эти взгляды как должное, но однажды, не выдержав, подошёл и осведомился: - Вы, барышня, никак в церковь к обедне торопитесь? А то лицо у вас такое, будто вы все грехи мира на себя принять хотите. Не надорвитесь, голубушка. Любовь к ближним - она, знаете ли, тоже в меру хороша.
После этого заявления Агафья впала в глубокое уныние и записалась на курсы личностного роста. Её любовь не принимали. Её жертвы не замечали. Бог, очевидно, был занят другими, более вопиющими грехами, и не спешил с ответным благословением.
В отчаянии Агафья заперлась в своей комнате и, включив камеру на смартфоне, записала видеообращение, достойное небесной канцелярии: - Господи! Я же стараюсь! Я же люблю! Но почему мне от этого так тошно и женихов не прибавляется? Или я не в ту дверь стучусь?
И тут, словно в ответ, в её голове, уставшей от любовных подвигов, прояснилось. Она вспомнила, как Матрёна улыбнулась, когда получила пряник, хотя и с перепугу. Как поручик, прощаясь, бормотал, что варенье сделано «по-царски». И как акцизный, несмотря на свою флегматичность, всё же снял фуражку, когда она проходила мимо. Они не взяли её любовь, потому что она раздавала её, как милостыню, с расчётом на получение чего-то большего. Она не любила их, а жаждала своей выгоды на небесах.
- Ах, вот оно что, — прошептала Агафья, отирая слезы, которые успокаивали и приносили облегчёние. - Я, выходит, торговалась с Богом! А Бог не торгаш! Он воздаёт каждому по заслугам его!
И с этого самого момента случилось чудо. Чудо, которое не заметили посторонние, но которое перевернуло жизнь в её доме. Агафья перестала «любить» с прищуром и начала просто жить. Она отдала Матрёне старую шаль не для того, чтобы та хвалила её, а потому что у той шаль была хуже. Она помирилась с поручиком не ради его георгинов, а просто потому, что ей хотелось мира, а не войны. И когда она в следующий раз увидела акцизного, она улыбнулась ему просто, без задней мысли, как человек человеку.
И однажды вечером, когда Агафья, утомлённая простой, бескорыстной земной жизнью, мирно пила чай с мятой, в её дверь постучали. На пороге стоял акцизный чиновник, держа в руках корзину чудесных, ещё влажных от росы хризантем.
- Это вам, Агафья Тихоновна, - сказал он, и лицо его вовсе не было флегматичным. - Я узнал, что вы вчера замолвили за меня словечко перед управляющим, чтобы мне отпуск дали. И ещё... вы мне вчера так мило улыбнулись, что я весь день думал об этом. Живите в любви с ближними, говорят, тогда и с Богом в ладу будешь. Вот я и решил - дай-ка я попробую вас полюбить. Просто так. Без всяких там... обеден.
Агафья, глядя на цветы, уловила аромат земного счастья, и поняла, что Бог услышал её, но только в тот самый миг, когда она перестала кричать Ему на небо и научилась слышать шёпот собственного сердца. Любовь, оказывается, штука простая: дари её просто так, и она непременно явится с ответным визитом.
- Давайте, - только и смогла вымолвить она, чувствуя, как в душе у неё воцаряется благодать. - Давайте попробуем жить в любви.
Бог – это любовь. Любовь – это Бог. Живите в любви, и вы всегда будете в ладу с Богом. А кто в ладу с Богом, того неприятности обходят за километр.
Всем спокойной ночи.
Глава 26
Отшумели метели, затихли ветры, и только отсыревшие картины на стенах фотоальбома напоминали о лихих временах, когда дух бунтарства одерживал верх над здравым смыслом.
У Ромы приближался юбилей – шестьдесят лет. Тане исполнилось сорок, но она отказывалась принимать это страшное число и по привычке продолжала говорить, что ей тридцать девять, желая замереть на этой прекрасной цифре.
Оксана своё сорокалетие не заметила вообще. Она искренне считала, что если её мужу тридцать пять, то и ей должно быть столько же и ни граммом больше.
Виталию эти даты были глубоко до фонаря. Свой последний день рождения, а именно, своё тридцатилетие он отметил двухдневным загулом. В итоге потерял несколько выгодных заказов, узрел в этом элементы проклятия, после чего впал в состояние депрессии и сказал, что более праздновать свои именины он не намерен. А раз мужик сказал, то уж непременно и сделал.
А сделано было немало за двенадцатилетний цикл. Жизнь Оксаны и Виталия наконец-то встала на рельсы и покатилась размеренно в светлое будущее. Транспортный бизнес не осыпал их золотым дождём, но приносил стабильный доход практически без кассовых разрывов. После первой Газели они прикупили вторую, а затем третью. Взяли в ипотеку долгожданную евротрёшку, там же, на Западном обходе, только в более новом и современном ЖК по совету Ромы, который лично организовал для них экскурсию по тамошним новостройкам.
Лишь одно обстоятельство омрачало их жизнь – Оксана так и не смогла забеременеть во второй раз. И вроде противопоказаний врачи не нашли, и вроде анализы были в порядке, а что-то мешало…
- Ничего, - успокаивала её Таня, - один ребенок есть, значит и смысл в жизни есть. Представь, как было бы невыносимо, если бы у вас детей совсем не было.
- Наверно я уже старая, - говорила Оксана, глядя на часы в ожидании мужа и фиксируя время 15:51. - Или жадничаю, потому что мне грех жаловаться: муж – красавец, и зарабатывает, и дом – полная чаша.
- Отпусти… просто всё отпусти… - Таня размышляла вслух, давая рекомендации не то себе, не то окружающим. - А давай, - глаза её оживились, - давай съездим на нашу родину, в посёлок! Мне брат двоюродный вчера звонил, приглашал на крестины. Представляешь, его жена третьего родила, и это в её сорок семь! Ну не чудо ли?
- Ну вот! – Оксана готова была психануть, - Кому-то всё, а кому-то ничего! Зачем им третий! Лучше бы мне отдали!
- В смысле – отдали? Думай, что говоришь! Ты бы своего ребенка отдала?
- Да я за своего ребёнка любого живьём загрызу, - и Оксана реально оскалила свои крепкие ровные зубы.
- Верю, верю! Успокойся, - в разговор встрял Виталик, заехавший домой на обед и уловивший только последнюю фразу. – Кто тебя обижает?
- Никто. Сама себя обижаю. Таня зовёт на родину съездить. Хочешь?
- Хочу, - ответил он и сам удивился, потому что мысленно это звучало «Нет».
- Ого, ты же говорил, ноги твоей там не будет.
- Говорил.
- Так какого болта ты хочешь ехать?
- Не знаю… предчувствие, что хочу…
- Ты не заболел? – она нахмурилась и реально ощупала губами его лоб.
- Нет.
- Странный ты какой-то сегодня, сам на себя не похожий. Садись кушать, я твой любимый грибной суп сварила.
Она усадила мужа за стол, налила ему тарелку дымящегося ароматного супа, разложила перед ним хлеб, горчицу и салат, поцеловала в затылок (что на языке жестов означало «Приятного аппетита») и кивнула Тане: - Пошли на лоджию, пошепчемся.
Мама + Папа = Любовь гласил плакат на лоджии. Это Виталик-младший изобразил ещё в детском саду. Оксана берегла сей шедевр и хвасталась им перед всеми гостями.
- Слышала?
- Слышала!
- И что это значит?
- Может, решил с матерью своей помириться?
- С чего вдруг? Он о ней и не вспоминает…
- Боишься встречи?
- Ха… Это пусть она меня боится! Ничто так не укрепляет брак, как совместный ребёнок, бизнес и ипотека.
- Так что, едем?
- А поехали! Это даже интересно, чем всё закончится! Мы как раз нового водителя наняли, он Виталика подменит. На чём поедем?
- Я с детьми на поезде хотела.
- Почему не на машине?
- Рома не сможет, у него дела неотложные. Да и не люблю долгие поездки в авто, ты же знаешь – меня укачивает. В поезде спокойнее.
- А мы на машине, тут без вариантов.
- Продавать старушку не хотите?
- Да ты что! Она – как член семьи! Я ей пожизненный пенсион определила из семейного бюджета!
- Так что? Встречаемся в родных куширях? («Кушири» - это слово из южно-кубанского диалекта, которое обозначает густые, непроходимые заросли кустарников, либо местность, до которой сложно пройти или проехать).
- Кубаноид ты Танька, окончательный кубаноид! – рассмеялась Оксана.
- На себя посмотри!
Глава 27
Поезд остановился и характерно дёрнулся. Грохнула ступенька тамбура. Проводница протёрла перила и спустилась на перрон. Встречай Волгоград-батюшка Кубань-матушку.
Платформа №3 путь №5. За двенадцать лет почти ничего не поменялось, кроме тротуарной плитки. Те же ларёчки с сувенирной продукцией и хлебной снедью.
- Мам, купи пирожок, - попросила Леночка.
- А ты пирожок будешь? – Таня обратилась к сыну.
- Я сам себе куплю, - Митька после 12 лет сильно повзрослел, уже имел свои карманные деньги и сторонился маминой опеки.
За прилавком стояла симпатичная девушка лет двадцати пяти, худенькая, черноволосая, с наращёнными ресницами, очень напоминавшая Ксюху во времена недавней молодости. Таня просканировала взглядом её фигуру и отметила, что девушка-то уже рожала и возможно не один раз. Бейджик на груди идентифицировал её как Олесю.
Хорошая девушка, вежливая и веселая, - мысленно оценила её Таня, - вот только явно одинокая, пирожками на вокзале торгуют не от хорошей жизни. И тут не пойми откуда взявшаяся волна воспоминаний ударила её в спину и накрыла с головой. Господи! Это же бывшая я!
Вот он – этот вокзал. Вероятно, именно здесь стоял Рома, когда первый раз звонил ей. Вероятно, кушал эти самые пирожки. Стоп! Нет! Он кушал мои пирожки! Не мог же он съесть целую корзину ещё до Волгограда!
Божечки – кошечки! Как давно это было. Кажется, целая вечность прошла. Но, посмотришь назад - и нет, не вечность - а всего двенадцать лет.
И тут Таня сделала то, чего раньше не делала никогда – она зажмурилась и отправила запрос во вселенную: Господи! Отец наш, Творец и Вседержитель! Сделай так, чтобы те, кто нуждается в твоей опеке и защите, получили её и пусть эти люди обретут такое же счастье, какое сейчас испытываю я.
P.S.
Танечка стоит на перроне, что-то шепчет, едва шевеля губами, и смотрит на детей, поедающих пирожки. О, трижды счастливая Танечка! Она ещё не знает, что её запрос на небесах был услышан и принят к производству. Вскорости во вселенной произойдут два события. О событии №1 она узнает два месяца спустя, о событии №2 она не узнает никогда.
Событие №1
Глава 28
Оксана вернулась из поездки и с головой ушла в работу. В целом, встреча с родственниками прошла удачно – третьей мировой войны не случилось. Свекровь сдала и сильно постарела с момента последнего рандеву. Глядя на эту, в прошлом, самоуверенную в себе женщину, Оксана ничего кроме жалости к ней не испытала. На прощальном ужине та вообще повела себя нестандартно - подошла к Оксане, взяла её за руки и вполне искренно произнесла: - Береги себя. Ты нужна мужу, ты нужна детям.
- Фига себе заявки! – подумала Оксана. – Всего двенадцать лет, а как я выросла в её системе ценностей. Не умереть бы от счастья.
Но, настоящую минуту славы пережил Виталик! Его рассказы о собственном бизнесе потрясли бывших приятелей и одноклассников до глубины души. Попади он на вечер встречи выпускников, его бы внесли в актовый зал школы на руках и водрузили на постамент, сбросив предварительно бюст вождя мирового пролетариата. Все, буквально все расспрашивали его о заработках и готовы были ехать за ним следом в Краснодар и наниматься к нему водителями.
Митька и Виталик-младший были, как всегда, в своём репертуаре. Деревенская среда для них ничем не отличалась от дачной, поэтому уже на второй день пребывания они вывернули наизнанку дедов сарай, нашли старый советский мопед, починили его, а через два дня - утопили в коровьем озере. А могло быть и хуже, потому что рядом с мопедом валялась дореволюционная керосиновая лампа и если бы в ней были остатки керосина, страшно представить, что бы осталось от сарая в целом.
Далее, пути-дороги малолетних бандитов разделились. Виталик-младший завис в автосервисе, том самом, где начинал карьеру его отец. А Митька неожиданно познакомился с девочкой, которая научила его целоваться в губы. Не прям по-взрослому, но уже и не по-детски. С этого момента гормоны в его крови закипели, а интересы пережили стадию глубокой трансформации.
Глава 29
Прошёл месяц. Эмоции от поездки улеглись. Оксана сидела за столом в глубокой ночи и пыталась свести бухгалтерский баланс. Потянувшись в очередной раз, она слегка запрокинула голову и ощутила легкое головокружение с последующей тошнотой и сердцебиением.
- Ну, всё, приехали, вот и досрочная менопауза нарисовалась на горизонте, - горько подумала она. Я реально старая… Ну и плевать… Зато красивая…
Ещё через месяц мнимая менопауза преобразуется в реальную беременность. А через семь месяцев она родит второго мальчика – настоящего богатыря на четыре килограмма, и назовёт его Ромой.
Первый сын в честь любимого мужа, второй – дань уважения человеку, который одной пропиской круто изменил её жизнь.
Некоторые виды людей способны размножаться только на исторической родине.
Событие №2
Глава 30
Не прошло и десяти минут, как место поезда, на котором убыла Таня из Волгограда, занял его собрат, следующий рейсом Пермь – Сириус (Имеретинский курорт).
Грохнула ступенька тамбура. Следом за проводницей, на перрон сошёл мужчина тридцати семи лет отроду, подполковник МЧС РФ, одетый в гражданский спортивный костюм. Уже два дня, как он находился в законном отпуске и следовал в ведомственный санаторий для восстановления физических и моральных сил.
Звали его Владимир Михайлович. В Главном управлении МЧС России по Пермскому краю он возглавлял отдел безопасности людей на водных объектах. И всё у него в жизни было хорошо: и душа и тело и квартира и мысли. Разве что жены и детей не было. Пытался он оплодотворить нескольких кандидаток, да ничего не вышло. В моменте жил по инерции, и основные усилия сосредотачивал на карьере.
Волгоградский вокзал Владимир лицезрел не в первый раз, и выходить особо не хотел, потому что дремал сладко, да вот незадача – хлеб у него закончился, а нет хлеба – нет и обеда с ужином.
Неспешно осмотрел он ассортимент двух ближайших киосков, но остановился только возле третьего, где торговлю бойко вела молодая красивая девушка, чёрненькая, из песни «Хлопай ресницами и взлетай…»
- Переборщила, конечно, с метёлками на глазах, - подумал он беззлобно, стоя в очереди. - Но … смотрится симпатично.
- Лаваш будьте добры, - попросил он, когда девушка подняла на него глаза.
- Один лаваш? – удивилась она, - а пирожочков не хотите? Свежие, только что привезли.
- Ну, давайте.
- С капустой? С творогом? С картошкой и печенью?
- Всех по одному.
- Смотрите, вот этот с тупым носиком – с капустой; этот треугольный - с картошкой и печенью; а защипнутый косичкой – с творогом.
- Спасибо, девушка, но я всё равно не запомню, - усмехнулся Володя, рассчитался наличными и отошёл, фиксируя на прощание слово «Олеся» на бейджике.
Впрочем, ушёл он не далеко. Встал в тени под мостом и решил вкусить местных щедрот, не отходя от кассы. Пирожки, реально, оказались вкусными, и он сам не заметил, как они закончились. Возьму ещё в дорогу, решил Владимир и направился к уже знакомому киоску.
- Что, пирожки понравились? Или ищете повод познакомиться со мной? – Олеся весело окинула его взглядом, как старого знакомого.
- Ищу! - он запнулся, посмотрел на неё удивлённо и уточнил, - Я это вслух сейчас сказал?
- Да, а вы что-то другое хотели сказать?
- Нет. Да.
- Нет, да? Или да, нет? Или нет, нет?
И тут у него впервые за годы службы произошёл лингвистический сбой – он стоял, хлопал глазами как дурак, и молчал.
- Меня зовут Владимир, - пришёл на помощь офицерский рефлекс.
- Очень приятно, Олеся, - в её глазах плясали милые чёртики.
- А вы, … а ты всегда такая весёлая?
- Всегда. А это, случайно, не ваш поезд готовится к отходу?
- Чёрт! Извините! Мне пора! – он уже развернулся бежать.
- Возьми на память, - она сунула ему кулёк с тремя пирожками, которые успела положить, пока он вспоминал своё имя.
Схватив кулёк, машинально, он, не прощаясь, побежал к вагону, проводница которого уже поднималась наверх.
- Фууу, успел… - выдохнул, запрыгивая на подножку. – Первый раз со мной такое…
Глава 31
Чёртова баба, - думал он, сидя в купе. Заморочила голову своими пирожками, чуть на поезд не опоздал. На ведьму похожа, но на симпатичную ведьму.
Он на автопилоте развернул кулёк, который она ему сунула. Внутри лежали три пирожка разной конфигурации и одна белая салфетка. Салфетку он скомкал, но затем расправил – пусть, будет чем руки вытереть. И когда расправил, увидел нацарапанный шариковой ручкой номер мобильного телефона.
-Вот клуша! Вторсырьё мне засунула, не могла чистую салфетку дать!
Но поскольку он был целый подполковник, и жизненный опыт имел богатейший, предчувствие ему подсказывало, что номер не просто так и это не привет от вокзального БОМЖа.
Он занёс номер в память смартфона и организовал поиск по социальным сетям - фактически, выполнил часть своих служебных обязанностей, за которые ему платили вознаграждение.
Знакомый лик на аватарке не оставил сомнений – это был номер Олеси и она умышленно оставила ему свой контакт.
А далее он сделал то, что умел давно, но никогда не афишировал – проверил девушку по всем, доступным ему базам данных, включая ведомственные и очень закрытые. И делал он это с азартом хищника, учуявшего перспективную добычу. Уже через пару часов он накопал на девушку вполне ликвидное досье – хоть на продажу выставляй.
Не будем приводить его в подробностях, лишь упомянем: не судима; к административной ответственности не привлекалась; автотранспорта не имеет; замужем никогда не была, фамилию не меняла, но воспитывает двух малолетних детей – девочку трёх лет и мальчика пяти лет. Любопытный экземпляр!
Глава 32
Позвонить? Не позвонить? Вот в чём вопрос! – думал он, лёжа на шезлонге, слушая всплески моря и легкое урчание в животе. Или пообедать? А потом позвонить?
Вот зачем она мне? А с другой стороны у неё имеется ценный ресурс – двое детей. У неё есть, а у меня нет. И, похоже, уже не будет. Ладно, напишу ей, но после ужина.
Переписка на ночь:
Он: Привет, это Владимир. Ты мне подарила три пирожка и свой контактный номер.
Она: Привет! Я Олеся. Ну как - вкусно?
Он: Вкусно. Я с тобой расплатиться забыл.
Она: Забей! Подарок от заведения.
Он: Чем занимаешься?
Она: Сижу возле бассейна и пью коктейли со льдом.
Он: А что, в арендованных квартирах имеются бассейны?
Она: ((( ??? Откуда узнал?
Он: Тоже мне бином Ньютона.
Она: Ты из полиции?
Он: Нет, из МЧС. А что – нелады с законом?
Она: Теперь уже и не знаю. Тебе решать, на какой зоне мне чалиться, гражданин начальник)))
Он: Не переигрывай, а то я напрягся - как электричество.
Она: Прости.
Выход из мессенджера на 20 минут.
Она: Ау! Ты ещё не спишь?
Он: Нет. Ты детей укладывала?
Она: Блин, да кто ты такой? Мне уже страшно! Кто меня сдал???????
Он: Я профессиональный профайлер.
Она: А по-человечески сказать можешь?
Он: Не могу, профессиональная деформация мешает.
Она: Я сейчас отключусь и заблокирую тебя!!!
Он: Сначала даёшь свой номер, а теперь грозишь блокировкой. Где логика?
Она: Капец, ты душный (((
Он: Ты не ответила на вопрос.
Она: Понравился ты мне. Думала – а вдруг судьба.
Он: Ты мне тоже понравилась.
Она: Правда?
Он: Правда. Я никогда не вру, мне лень этим заниматься.
Она: Значит, ты всё-всё обо мне знаешь?
Он: Почти…
Она: Презираешь меня?
Он: ЗА ЧТО???
Она: Ну как – замужем не была, а двух детей воспитываю. Гулящая…
Он: Я горжусь тобой.
Она: Шутишь?
Он: Нет.
Она: Объясни.
Он: Ты могла два раза сделать аборт и жить дальше в своё удовольствие. Вместо этого ты родила двух здоровых детей, заведомо зная, что будет тяжело.
Долгая пауза.
Он: Что молчишь? Обиделась?
Она: плачу… строк не вижу
Глава заключительная
На обратном пути Олеся встретила его возле вагона. Отвела в закуток и накормила борщом и котлетами по-киевски (теми самыми, фирменными, волгоградскими, в форме веретена).
Через две недели он взял отпуск без содержания, приехал на машине в Волгоград и забрал её с детьми в Пермь.
Эпилог
Пирожки. Поезда. Перроны. Вокзалы.
Люди. Судьбы. Колесо Сансары.
Время 15:51