72. Все хотят аппарат

Ореадна Хатагова — громадная, безгрудая девушка с американской улыбкой на казахском лице.
Она инструктор у Выкингова в отделе агитации и пропаганды.
К ней в проходной кабинет - она сидит справа у окна перед дверью начальника - приходят рокеры.
Рокеры разные.
У одного нет указательного пальца, у  другого откровенно лисье лицо, третий разговаривает с тобой через губу  - прикрывает ею верхний дефект зубов?
Нет, скорее, научился у рок-барда Диковщикова манере разговаривать, не переплевывая через губу.
Все носят патлы и хотят гробы - аппарат.
За этот аппарат хочет присесть и крутить ручки некий Дряк- разноухий с вечной улыбкой на сизых губах, студент-четверокурсник, друг у него - Рома Бураканов - известный  рок-тусне своей быстрой говорливостью с петушиными возгласами - он умеет паять, много курить, ничего не бояться; в этой же компании девушка с необъятной грудью и жидкими волосами, один глаз вечно полуприкрыт - второй на мир смотрит с ненавистью - она ходит в драных джинсах на коленках, гитаристом при ней выступает обладатель двадцати гитар, ученик Заяйцева, с волосами до пояса, заплетенными в косички, кривоногий, ходящий вприсядку - всех их не взяли бы на работу ни в гестапо, ни в НКВД согласно выпущенной этими двумя ведомствами совместной секретной инструкции "Об ущербности и природных недостатках принимаемых на службу в органы" за номером 52/38, подписанной в Москве Берией а в Берлине Мюллером.
Есть здесь и шестипалые, и с шерстью на спине, и рыжие, будто обляпанные желтком, особенно выделяются рокеры, имеющие родимое пятно на лице размером с тарелку.
Все эти люди очень буйны, опасны, говорят меж собой тихим шепотом.

А у незамужней девушки Мелдианы Венеровой бугристые, сухие, длинные ноги - легко движущиеся.
Мелдиана умеет курить, пить водку и говорить "да".
Мелда на сцену выходит в майке с надписью "kiska".
И набивая шпалы у фано, поет "горит свеча, целую тебя в плеча" - декадентские стихи Блока.
Мелдиана Венерова - организатор постперестроечной культуры.
И рокеры, и барды, и джазисты, и кспуки - на всех она смотрит с глаголом «еть» в глазах, всех поддерживает молодая, раскрепощенная женщина.

Слово рок на конце с буквой г. Дуть и сдуваться.

С лисьим выражением белого монгольского лица ко мне наклоняется один из апостолов местной молодой музыки.
Я смотрю ему в рот.
Изо рта — слова: рок на конце пишется "к", а не "г".
Я специально задал вопрос о написании этого слова собравшимся активистам:
- Вот вы хотите играть рок, а вы  знаете, как пишется это слово?
Пауза. Недоуменное переглядывание. Что, келдыш, спятил? - мы все тут образованные: самый бойкий тростит: к, к, к.
- Вы не знаете - г, г, г! Зря вы беретесь за это дело. Там рог, да еще какой. Он прошибет всех  нас, мы повиснем на нем, как бежавший человек от быка во время корриды в Испании.
Бойкий-а это Ермолай Тузов-от волнения расшатывает себе передние зубы языком.
Откуда-то он узнал обо мне и стал вести себя так, будто мы вместе пьянствовали и ходили, обнявшись, в соседнюю деревню по  девкам.
Фамильярный Тузик Ермолайчиков.
Если б у меня спросили, чем характерен Ермолай Тузов - я бы сказал: он умеет дуть - воздух надувать.
Вот есть деревянная лодка, а есть надувная, вот есть настоящая женщина, а есть надувная.
В жизни много чего можно и надо надувать - накачивать: шины, матрацы, шары на Первомай, зенки на пьянках.
Есть даже резиновые надувные плоскогубцы,  чтоб ими трепать женский клитор.
Еще можно накачивать голосом толпы людей, общественную жизнь - отрасли ее; молодежную культуру, например.
Говорить о ней, спорить, плодить концерты, записывать диски, распространять их.
Как здорово у нас в стране нагнетают эстрадную песню, хотят, чтоб она стала популярной в народе, чтоб ее все слушали; люди послушают - и говорят: попс.
Как здорово у нас в стране она быстро сдувается - сходят на нет знаменитости - их надувные песни.
Но главная забота центральной власти - это надувать людей, чтоб они прыгали, как мячики, летали, как шарики - потом ученые пишут пухлые труды -  историю, учат по ней детей - сплошное надувательство.
Вот есть выражение: вдохнуть жизнь - а я говорю: пфу, пфу.
Я сам - пишу эту книгу, стремлюсь вас подкачать - раскачать.
А как любит ширять нас - бильярдные шары - кий - телевизор: новости всякие.
Интернет - тот еще засадивальщик.
Жизнь проходит - пфук!
И Хатагова, и Венерова, и Тузов являлись в Эрзории инициаторами - запускателями.
Ясно помню: с переднего сидения поворачивается голова и с хитрецой говорит о рок-фесте в Вирмино, протягивает приглашение - Тузов! Ермолай!
На этот раз он меня вдул в кучу слушателей- разнообразных, городских групп.
Правда, музыкальное здоровье на сцене было еле пышущее - из меня забрали последние силы - еле уполз с того концерта: так было скучно! - играли «Латры», «Битлаки», «Мегалиф», «Вар» (бывшая «Фара»).
Что-то плохо было со звуком - сплошное верещание, скрежет - в ушных раковинах зрителей завелись черви.
Побегал с билетами Ермолай и перестал: начал всю свою упругость губ вкладывать в Диковщикова, барда из Калабурга - издавать его песни, DVD, сборники картин и писем, записки о природе.
Весь свой темперамент вложил Тузов в Диковщикова, как женщина вкладывает все свои сбережения в грудь - иногда и комочком засовывает в середину ее.
Вдул и закрыл хорошим ниппелем, чтоб люди получать могли по частям.
Тузов иногда выставляет этот шар против других - как пхнет - все врассыпную - правда, никто не попадает в лузу, не приносит очко.
С хорошей помпой - насосом и ниппелем - Ермолай Тузов!
- Да, он Тузик! - сказал сосальщик табачных пиписок, умелец Куроякин, живущий в крапивных зарослях и чинящий могучие усилители для раскачки огромных "лопухов", им же перемотанных динамиков из гробов — бинов, свернутых улиток.
- Завидует, - я подумал.
Если уж обзывать - то соответствующе:
-Тузбубен Крести в бестиарий Тритона Эрзоррока!
Так бы я вычертил на глухой стене девятиэтажного дома.
А под ней Ермолай, выложенный  мозаикой - монументальная живопись.
Всюду успевающий, накладывающий подушечки пальцев и приникающий губами, чтоб сделать "дефло" непроявленному событию - родить его.
Личность, конечно, - клапная - судите сами: сам Олег Барбарисов из группы "Лебеди", что означает «любить его буду, если даже изменит» (сейчас группа в Бельгии на бизнесе, занимается сыроварением) при авторе этих строк упрашивал в коридоре "Дебриария":
- Михей, а Михей! (это была рокерская кличка Еремы). Ну, поехали пить - мочить сухое  жвало, что ты упрямишься - пенек?
Да, думаю, вон куда простираются знакомства этого ниппеля.
Однажды я сказал Ереме - ведешь ты себя, как племянник главаря гавайской мафии - ходишь с такими жестами рук - как будто застрелил кого вчера. Смеется.
То ли 10, то ли 30 километров они прошли как-то с Нахичевановым по ночной, июньской дороге под россыпью звезд в виду блистающей реки, и разругались вдрызг.
Не сошлись во мнении на творчество рокеров из Калабурга.
Орали, как Ротшильд с Рокфеллером, что когда-то не могли договориться кому осваивать только что открытое месторождение бакинской нефти в десятых годах 20 века.
Русский царь в конце концов пригласил одного, обидев другого - тот взял и устроил в России 17 год.
Тузов как добрел до Эрзы - вот как стал доказывать свою правоту: издал весь лом Эрзорийской музыки в MP3 - порядка 5 тысяч песен - вообще все, что было сыграно и спето.
Все удивились: ну, куда? Как в этом разобраться?
Что хорошее, что плохое?
Сиди - щелкай пультом - перебирай одну за одной - что нам делать нечего?
Вот такой Ермолай - завалил нас песнями.
Нет - неохота слушать!
Коллекционеры поставили крест на Эрзорской музыкальной культуре - а жаль.
Одним концом креста было зачеркнуто и творчество Нахичеванова!
А там была хорошая песня, хоть и длинная:
          Моя девушка сказала,

Что настоящий рок

Надо играть с педалью!

Тогда я занял у Тузова денег,

И купил примочку.
Элегантный, с когтистыми лапами Тузбубен позволил себе позевать, широко открыв хлеборезку при разговоре с Пешей: мол, все это известно, что ты поешь - на что Пеша сквозь зубы зло ответил: а идешь ты — пляшешь!
И Туз заплясал.
Два монстра рзяцкого андеграунда послали друг друга.
От этого пострадала вся округа .
Ермолай Тузов мог бы издавать Павла Арсонтьева - его группу "Фара" - как Диковщикова.
Мог бы - но кто станет слушать?

                Надуваем шары,

Украшаем шарами

Кубометры дыры,

Где живем нынче с вами.


Надуваем чувей,

Украшаем чувями

Телебашни "Вестей",

Что трындят перед нами.



Надуваем мечты,

Украшаем мечтами

На дороге щиты

Мудопута с щеками.


Нас надули давно.

Мы живем, как летим

Под Христово вино,

Фейерверковый дым.
                Не сдувайся, муляж,

Зацепясь за углы...

Ощущая мираж,
               
                И другие полы.
               
               
                Где шаром покати,

Где на шару живем,
               
                Всех тяжелых прости,
               
                И из сердца их вон.

Колы.

С распущенными до пола волосами, в сапогах до пупка, с шестиструнной
 бассухой  наперевес - молодая девушка шагает по сцене и орет, как мужик:
 кончай мне в рот.
Эта песня посвящена Ермолаю Тузову - известному тантристу, мастеру боевых искусств, продюсеру и редактору.
Последнее увлечение Тузова  - патронаж группы "Кол", где играет Сатиана - с большими глазами музыкантша.
Группа работает в стиле "грандж".
Завал грязного звука, завал форсированного голоса, завал музыкантов друг на друга на сцене.
Шестиструнный басс в стенах "Дебриария" - новинка.
Не новинка грандж - изделие поочередно сначала качка - поэта, а нынче герпетолога-краеведа Генри Роллинза (группа "Черный флаг"), а потом визажиста-наркомана рок-певца Курта Кобейна (группа "Нирвана").
Не новинка идея приспособление фаллоса под девичий рот и не новинка негатив, сконцентрированный форсажем голоса и "грязью" гитарного процессора, прущими через киловатты порталов на зрителя.
- Пошли все на ***! - прокричал несколько раз брат Сатианы Арнольд и ударил гитару (специально для этого приготовленную) о пол вдребезги: в роке надо крушить аппаратуру - можно еще показать свой голый усест, крикнув: даю задницу на отсеченье!

Почему же фаллос не является новинкой, а вместе с ним и сексуальная энергия?
Да, потому что в Кали-югу - эпоху, в которой мы живем - это сама суть, мировоззрение.
"Колы" просто взяли центральную тему.
И в этом они интереснее других групп: своим прямодушием.
Со всей юношеской силой они ударили по ханжеской морали пуританского общества, в котором лакируются основные понятия, и посылать на них.
Ермолай Тузов со свойственной ему проницательностью выбрал правильную группу и стал ее вести.
Пусть группа теперь готовится к серьезным бытовым испытаниям: материализации пенисов и влагалищ, нашествию боевых кулаков, ведь по законам информации подобное родит подобное.
Sex Pistols и Курт Кобейн это проходили (как же основатели!), пройдут ли эрзяские панки через частокол срамных органов и кентосов - сынки и дочки богатых юристов и бизнесменов.
Или утупленная продвинутость по центральным темам Кали-юги приведет лишь к тому, что Сатиана (по примеру террористки Ульрики Майнсхоф) возьмет автомат и уйдет в "Красные бригады", где в один из дней, захватив заложников, будет стрелять из окна, крича: Разгосударствлю! Отваучероваю! - впрочем, любимые слова московско-питерских чиновников в России 90-х.