76. Аспид с Полуоттоптанным Хвостом

Я начал раздеваться под ее взглядом.
Я разделся, как сбросил кожу, и, почувствовав себя совсем незащищенным, лег под одеяло.
Я понял - почему татуировки наносят на тело - чтоб голым быть в латах - а так совсем никчемный.
Ее карий взгляд выразил удивление  - нечеловеческие молнии скакнули из ее глаз в мои:
- Вставай, уходи.
Ей что-то резали недавно, и было еще больно.
Фрида работала продавцом.
Фрида размашисто-ресторанно ходила на работу; одеваясь периферийно-броско, она шла, и все видели, что это может быть ****ь.
Витольд Евфратов был в светском времени.
Встал во весь свой рост, ощутил белизну, и неприкрытость своего тела - и начал натягивать носки.
Елкин мне сказал в "Нулевке" - смотри: ты можешь сейчас встать на сцену, и дать стих луженой глоткой, а можешь пойти к Фриде - она живет одна. Хочешь?
Я промолчал и, отправился к распределителю товара, напился на халяву на дне рождения Елкина и поперся.
И вроде в предыдущие встречи продавщица катетеров и скальпелей была непротив, чтобы "один из сыновей божиих познал дочь человеческую".
В этот раз дочь человеческая не позволила сыну божьему войти в нее.
Недозмею, т.е. нетатуированному беляку, что оставалось делать?
Во-первых, пугаться, что рассекут скальпелем и вставят катетер, чтоб спустить лишний жир - сперму, во-вторых, донакинуть тряпки - вот это было вообще унизительно - туда-сюда вхолостую одеваться - раздеваться, и в-третьих, чувствуя себя, как последняя рвань, как аспид с полуоттоптанным хвостом, убираться восвояси под листву, под дождь, шурша босотой сожаления, неприкаянностью.
Не дали мне совершить некоторые парадигматические движения тазом, чтоб проступила реальность - облекаемый и увлекаемый пустым светским временем, упраздненный и обесцененный, клубком я покатился, оббивая деревянные дома и заборы.