Глава 11 - Бабушка

Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность. 18 +
 
Все имена, фамилии и прозвища вымышлены. Все совпадения случайны.

Автозак на этапе сломался, и Василий вновь промёрз до мозга костей. По прибытии в «Африку» — одну из самых южных на блатном жаргоне зон России — его трясло и мотало, из глотки вырывался надсадный кашель.
— Двухстороннее воспаление лёгких, его на больничку надо, — поставил вердикт Анатолий Бабушкин — щуплый лагерный врач из вольняшек. Анатолий и сам когда-то в молодости парился на нарах. Бывший ветеринарный врач Бабушка — таково было его зековское погоняло абсолютно лысого очкарика в белом халате — по юности и неопытности как-то не смог спасти породистую немецкую овчарку одного высокого чиновника Советского Союза. Мстительный хозяин собаки пришил лекарю антисоветчину, и машина правосудия закрутилась. Анатолий от безысходности и тоски согласился на уговоры администрации лагеря. Он стал лечить людей — в те времена на такую низкооплачиваемую работу поступать уже не хотел никто. Пришлось. Насмотревшись на антисанитарию и попустительство в плане здоровья заключённых, Бабушка и после своей отсидки так и остался наёмным фельдшером. Получив уже официальное звание заведующего санитарным блоком, лепило год за годом скрупулёзно наводил порядок в близкой его сердцу сфере деятельности.
— Я же давал клятву Гиппократа. Кто, если не я, позаботится о пусть и виновных, но всё же людях в этом забытом богом месте? — неизменно говорил он, в жарком споре выбивая деньги на медикаменты и лекарственные препараты у скупого и беспринципного кума.
— Парень, ложись. Сейчас укол тебе сделаю, — бормотал Бабушка, суетливо укладывая Баобаба на лазаретную шконку. Пожилой доктор был душевным человеком, но не без своих изъянов и слабостей.
Всегда и во всём пунктуальный врач любил закрутить кос**ок, для чего и выращивал в своей оранжерее вместе с геранью и хризантемами авто*вет сорта «С**ние». Оправданий себе Бабушка не искал, а лишь приговаривал:
— И мне для поддержания духа, и ребятам для обезболивания, арестантам порядочным.
Когда Баобаб, медленно одолевающий тяжкий недуг, ковылял в процедурный кабинет — он почуял знакомый аромат. Прокашлявшись, он сплюнул мокроту, утёр хлюпающий нос.
— Бабушка, ты в натуре са*аешь? Я опальный эксперт в данной области, за что и пребываю здесь, — прошептал он.
В глазах лепила зародился неподдельный интерес. Анатолий заговорщически зашипел в ответ:
— Надо перетереть, браток. Заходи после отбоя, покумекаем.
В предрассветный ночной час Баобаб и Бабушка уже разрабатывали зародившуюся стратегию укрупнения и развития маленькой фермы.
— Бабушка, есть место побольше. Но чтобы тихое и ни одна падла туда нос не совала? — подмигивая, спрашивал Василий.
— Отвечаю, есть. Под лечебным корпусом опечатанный подвал. Когда я парился на этой зоне ещё в советские времена, там была процедурная для оздоровления ментов и их семей. Но потом наступил развал страны, и финансирование исчезло. А комплекс забросили, — повествовал лепило.
Баобаб по достоинству оценил слова и продолжил диалог:
— Я найду возможности поднять лавэ и закупить всё необходимое. Самосвал и Лютый помогут. Им, местным блатарям, за меня с тюрьмы уже отписали рекомендацию. Лампы поставим, химикаты, ростки. А ты возьмёшь меня помощником фельдшера. Вдвоём мы не только получим одобрение уважаемых арестантов, но и сможем нехило заработать, обеспечить будущее. Ты как, в теме?
Бабушкин с радостью согласился и начал писать прошение куму. Незаконченное биологическое образование являлось вполне себе аргументом для получения такой должности.