Все и ничего...

               

Ночь. Над Средиземным морем морем простирается кромешная тьма. Пляжи Тель Авива пустынны. Туристы давно спят в своих отелях, насытившись впечатлениями от экскурсий и сытым ужином.

На набережной, очерченной контуром уличных фонарей, нет ни души. Изредка, как
призрак, на короткое время,  появляется несущееся с сумасшедшей скоростью такси, выхватывающее огнем своих фар кусочки ночного пейзажа с пальмами.

В августе месяце,  даже поздней ночью очень жарко. Воздух влажен,  земля раскаленная дневным солнцем все еще продолжает отдавать накопленное тепло, наполняя все вокруг удушливым зноем.

На автостоянке, рядом с маленьким магазином электроники, на лавочке, сидят двое мужчин. Если бы случайный прохожий бросил на них взгляд, то ему могло бы  показаться, что эти люди -  старые друзья, ведущие мирную беседу.

Однако, как оно часто бывает, реальность обманчива.

Оба персонажа никогда не находились в дружеских отношениях, и их тихий ночной разговор был далек от обсуждения обычных новостей из жизни политиков или спортивных звезд.

- Послушай, Джамал. Хватит упрямиться. Я тебе предлагаю хороший вариант. Ты получаешь десять процентов от стоимости машины. Никаких головных болей, просто завтра пригони тачку Ворчуну, и получи свои честно заработанные деньги.- предложил своему собеседнику чернокожий, высокий, худой как щепка мужчина.
 
- Я не баба, что б меня уговаривать..- огрызнулся невысокого роста, крепко сбитый малый, на смуглом теле которого из под майки виднелись большие татуировки. - Вы мне не помогали машину угонять, и не вам решать за сколько она будет продана.

- Ты говоришь грубо, у нас в общине так не разговаривают со старшими. - высокий мужчина, одетый в просторный балахон, чем то напоминающий монашескую рясу,  начал задумчиво перебирать ожерелья на своей шее. - Мы так ни о чем не договоримся..

- Маранга! Пойми! У меня с Ворчуном нет общих дел. Эта тварь хорошо устроилась. Сначала все разнюхивает как крыса, узнает что да как, потом связывается с хозяином угнанной машины, предлагает свои услуги, обещает ее быстренько  найти,  берет с него комиссионные.

- И что в этом плохого?

- Да так, ничего. Кроме одного. Мне ребята рассказывали, что он заставляет людей отдать ему все за бесценок. И такая история не только с машинами.

- Если тебя что то не устраивает, поговори с ним сам.

- Это бесполезно, у Ворчуна связи в полиции. Он меня тут же сдаст государству. Опять в тюрьму? Не, не хочу, я там уже был.

- Джамал, брат мой, в этом мире нет справедливости, но и злить Ворчуна я бы не стал. Ты уже отказываешься третий раз от выгодного предложения, у нас так не принято.
      
- Да лучше я какой ни будь шлюхе машину подарю, чем этому сукиному сыну отдам товар за бесценок. Так ему и передай.

-Хорошо, хорошо, оставайся при своем мнении. Кто я такой что бы тебе указывать, как надо жить?  - высокий мужчина не спеша встал с лавочки и начал поправлять свой длинный балахон. - Черт,  я похоже выронил бумажник, пока мы разговаривали. Посмотри, он не у тебя под ногами? Ничего не вижу без очков. Слепой как крот.

- Вот удивил! Тебе уже давно за семьдесят. Отец, пора на пенсию!

Высокий не стал спорить, кивнул головой  в знак согласия.

- Вроде нет ничего, - смуглокожий начал внимательно всматриваться себе под ноги, - Ничего не вижу, может с другой стороны, в траву завалился?

- Может и завалился, - спокойно ответил чернокожий, витруозно вставляя лезвие ножа прямо в сердце собеседника.

Джамал охнул от боли, и схватившись обеими руками за грудь, упал возле скамейки.
На его лице застыла гримаса удивления.

-  Брат мой, тебя волновали деньги? А теперь они тебе тоже нужны?- говоря это высокий мужчина не спеша вынул нож из тела своей жертвы и вытер его об ее же майку.
- Покойся с миром. Мы помолимся за тебя в церкви. Темой проповеди будет  человеческая жадность. Надо не забыть, записать куда нибудь. С памятью у меня тоже плохо...

Оглянувшись по сторонам и никого не увидев поблизости, высокий мужчина в балахоне довольно хмыкнул, спрятал нож в рукаве балахона  и  растворился в темноте.

Полицейский патруль, проехавший вскоре рядом с  местом убийства, ничего подозрительного у лавочки не заметил.

Рано утром, муниципальный уборщик, подметавший территорию автостоянки, наткнулся на бездыханное тело. Если учесть тот факт, что до ближайшего поста полиции было всего пятьдесят метров дистанции, сразу становиться понятно, почему копы появились на месте происшествия почти мгновенно.

Через некоторое время в отделе расследований  Тель-Авивского округа Йаффо раздался телефонный звонок.

К аппарату подошел начальник отдела, Элиягу.

- Алло, доброе утро!
- Доброе утро! Чем порадуете?
- На нашем участке номер 3, у автостоянки,  обнаружен труп  мужчины. Ему лет 35-40. Убит ударом острого предмета в область сердца.
- Документы?
- Ничего. В кармане брюк ключи с брелком и пара лотерейных билетов. Еще упаковка презервативов.
- Покойник умничка, заботился о своем сексуальном здоровье. Тело увезли с места?
- Пока нет. Все сфотографировали, замерили, на всякий случай. Вы приедете посмотреть?
- Да. И прихвачу одного из своих работников.
- Когда появитесь?
- Минут через десять.
- Ждем.

Закончив разговор, Элиягу повернулся к Давиду, который в это время  с аппетитом вгрызался в здоровенный гамбургер.

- Давид, ты все слышал?
- Ну почти все.
- Хватит жрать нездоровую пищу. Собирайся, едем на происшествие.
- Я еще не пил кофе.
- У меня в машине есть вода. Пара бутылок.
- Кофе лучше...
- Хватит трепаться, бери все необходимое.
- Куда поедем?
- На третий участок, там где автостоянка.
- Хорошо.
- Договорились, жду тебя в машине.

Через несколько минут машина начальника отдела везла двух полицейских к месту происшествия. Оба сидели молча, один был занят своими мыслями, другой мысленно допивал кофе.

Припарковав машину возле автостоянки, копы перелезли через металлическую ограду и  таким образом, срезав расстояние, оказались у злополучной скамейки. Возле нее стояли и о чем то болтали  трое полицейских из патрульной службы.

Рядом с ними, на земле, лежало тело убитого, наполовину засунутое в черный пластиковый мешок.
- Всем привет, -радостно начал Элиягу. - Надеюсь, что мне представляться не надо.
Место осматривали?
- Да, но кроме трупа и двух окурков ничего не нашли.
- Ну хоть что то, чем ничего. Ладно, давайте для начала посмотрим на покойника.

Элиягу и Давид сели на корточки, внимательно рассматривая лицо пострадавшего.

- Говорите, никаких документов при нем нет?
- Нет.
- Давид, -попросил Элиягу, - посмотри на него внимательно, может это кто то из твоих питомцев...
- Да. Рожа знакомая. Шрам на подбородке. Я его точно где то видел.
- Ну?
- Похоже это, как его там...Джамал, вот только фамилию его не помню. Прости.
- Что это за тип?
- Мы его в своё время отправили в тюрьму, за избиение жены.
- Он что, свою бабу до смерти забил?
- Нет. До этого, к счастью,  не дошло. Она из Штатов. Если бы она была арабкой, то терпела бы все его выходки. У арабов так принято. Бабы ходят избитые до синевы и молчат.
- Эта не терпела?
- Нет. С американкой шутки плохи. Она нам его сама сдала. Мы так тогда удивились!
- Надо было ее взять к нам на работу.
- Хорошая мысль, жаль , что к тебе всегда приходит поздно.
- Ладно, хватит умничать. Может еще раз посмотрим все вокруг?
- Давай посмотрим.

Элиягу вместе с Давидом, вооружившись лупами начали осматривать грунт возле скамейки. Через несколько минут Давиду на глаза попалась маленькая бусинка из красного дерева. Он ее тут же показал Элиягу.

- Это что?
- Бусинка.
- Вижу. Откуда она?
- Откуда хочешь. Девочки такие на браслетах носят.
- Выброси эту хрень.
- Выброшу, но пока в конвертик вещественных доказательств суну. Может пригодиться потом, кто знает.
- Хорошо. Копи всякий мусор. Ну что, Шерлок, двигаем в отдел?
- Поехали, ребята протокол знают, тело в морг отправят и без нас. Надо только бумаги подписать.

Уладив необходимые формальности следователи поехали назад в отдел.

- Что скажешь, Эли?
- У меня это убийство никакого восторга не вызывает.
- Что так?
- Мы никак не можем закончить следствие по делу об двух проститутках, а тут еще такой подарок свалился на голову.
- Что говорит начальство?
- Нами недовольны. Мне уже прозрачно намекнули на перевод из центра. Сунут меня куда нибудь на север страны, если не справимся.
- Что ты так этого боишься? На севере тоже люди живут. Там хорошая природа, леса, горы. Воздух чище.
- Слабое утешение для человека, который всю жизнь живет в Тель Авиве.
- Тут я тебя понимаю, мало кому хочется из центра ехать на периферию.
- Вот именно. Кстати, прикинь,  если  что, я же не один поеду, -Эли выдержал паузу, -
  Вместе с тобой, Давид.
- Это ужасно.
- Смотря с какой стороны посмотреть. Могут вообще уволить. Так что надо шевелиться, и вести следственные мероприятия быстрее.
- Мы, вроде и так не копаемся.
- У начальников другое мнение.
 
Давид не стал влезать в ненужный  спор, его мысли вернулись к злополучному делу о проститутках.
Две молодые дамы, занимавшиеся платными развлечениями для мужчин, были обнаружены мертвыми приблизительно в одном районе, между старым Йаффо и началом набережной вдоль которой находились многочисленные отели.

 В этом месте находилась большая стройка, огороженная забором территория, на которой муниципалитет Тель Авива возводил новый очистной комплекс городской канализации. Строительство, как всегда,  шло неспешно, местная публика дружно возмущалась по поводу отвратительного запаха, который вечерами исходил от обьекта.
 
 Женщины, угодившие в полицейскую хронику,  были убиты в разное время, с промежутком где то в один месяц. Способ убийства был один и тот же, на шее жертв были удавки сделанные из мужских галстуков.

Эти улики ничем следствию помочь не могли, так как на них не было следов ДНК.
Свидетелей преступления тоже не было, поэтому следственные мероприятия проходили без особенных результатов.
 
Наблюдая за тем, как следствие топчется на месте, полицейское начальство было далеко от состояния трепетного восторга.
А тут еще и новое убийство подвалило. Тут было о чем задуматься.

Приехав в отдел, начальник и подчиненный прошли в курилку, и достав по сигарете, начали делиться впечатлениями.
- С чего начнем?
- Ты об убитом мужике?
- Да.
- Эли, я сначала обращусь к "уважаемым людям", может они что то про него знают.
- Мне кажется, что он мелковат для такой публики.
- Ну, может сработает. Нам тогда меньше проблем.
Эли кивнул в знак согласия.
- Хорошо. Но действуй аккуратно, а то еще обидятся.

Сочетание "уважаемые люди" использовалось следователями для того, что бы человек со стороны не мог догадаться о ком идет речь. А речь шла о представителях двух больших криминальных семей, которые держали Йаффо под своим контролем.