Клара

         


          Когда в юности Клару  спрашивали о  национальной принадлежности, она отвечала: "Cоветская". Такой ответ считала  самым правильным: родилась и жила она в Советском Союзе, а мать с отцом были разных национальностей.
          
          Родители  создали семью по любви. Отец был исссык-кульским киргизом, мать русской.  Родители родителей поначалу   были против  межнационального брака,затем смирились.  Жили мать с отцом  дружно,  быстро находили  общий язык в бытовых вопросах, были единодушны  в  оценке людей и их поступков. Национальное общние не была у них на первом плане.Другом отца был еврей, с которым вместе учились и работали.  Подругой матери - чеченка из бывших спецпереселенцев казахстанского райцентра,  приехавшая учиться в  киргизскую столицу. Когда в студенческие годы ей не досталось общежития, мать привела её к себе домой, где прожили вместе год.
           Клару  национальные различия тоже не волновали,  её подружками становились те, кто был рядом. В школьные годы дружила с Софкой, оказавшись с ней  за одной партой. В старших классах сблизилась с Ольгой, благодаря спорту. С Эдитой, соседкой, мать которой дала ей имя при рождении, и  Назирой, родственницей по отцу, сдружилась в студенческие годы.  Дружба завязывалась сама по себе без каких-то усилий. Еврейка, русская, немка, киргизка - не всё ли равно? Дружили потому, что совпадали  интересы и взгляды, которые прививались  школой. В семьях, быть может,  какие-то националистические взгляды и имели место быть, но  они  проигрывали перед школьными понятиями дружбы.
            Количество коренных и некоренных в республике  было приблизительно равным, а в столице, где жила Клара, последние уверенно преобладали. Некоренные были разных национальностей. Они появились в этих местах в разное время и по разным причинам. В давние времена из Китая  перебрались уйгуры и дунгане- мусульманские народы, которых там притесняли. В анклавах и не только, компактно и рассеявшись, прживали соседи -  узбеки , таджики, казахи, попав в Киргизию в результате деления  территории Союза на республики. Задолго до  революции 17-го года на севере  обосновались русские, которых пригласила  киргизская царица, для защиты от  южных соседей. А через 20 лет после революции сюда же из центра отправляли, так называемых, "врагов народа", в годы Великой Отечественной  эвакуировали  украинцев, депортировали  российских немцев , кавказцев, и крымских татар. После войны люди ехали в  дотационную республику сами. Отношения с местным населением были в чём-то параллельными,в чём-то контакт был  тесным. И местные и пришлые,  каждый, продолжал сохранять свои обычаи,  родной язык, руководство внедряло идеологию равенства, братства, интернационализма. Идеология и реальная жизнь требовали контактактов,  перерастая, порою, в дружбу и, даже, любовь. Союзное правительство, нарушая принцип равенства, выделяло  льготы местному населению,  для чего в ВУЗах и техникумах подавляющее большинство мест отдавалось ему- готовились национальные кадры. Руководство  республики тоже формировалось местное, из коренных, а некоренные становились замами при них или начальниками мелкого мосштаба. Сколько-нибудь серьезных межнациональных конфликтов в школьные годы Клара вспомнить не могла и  когда  начался    отъезд некоренных из страны и семья Эдиты  продавала свой добротный дом,  блестевший на солнце стеклянной крошкой, Клара с Назирой обиженно спрашмвали подругу, в чём причина отъзда, ведь, их никто не притесняет. Ответ удивил: " Во-первых,там жизнь обеспеченная, что важно для каждого, а, во-вторых,  мы там будем жить как хозяева, на своей земле".Софка объясняла бурный   отъезд евреев туманно: "Делают ноги",  чтобы быть не жидами, а евреями". Она попыталась остаться на родине из-за парня, и  Клара спрятала её на пустовавшей  дачке родителей.  Софку родители быстро вычислили, Клару обвинили в пособничестве.  Ольга, уезжая, целовала дверь своей квартиры и плакала, но  оставаться не хотела.  Клару тогда поразило, что  подруги, вдруг, вслед за родителями, перестали считать советский строй лучшим в мире, в чём раньше не сомневались.   
               
                Это  были другие времена, когда в стране господствовал  дефицит,  шли разговоры  о многочисленности пришлых, которых  республика  кормит,  утверждений, что русские -  колонизаторы ,  что лучше бы на  территорию пришли англосаксы.  Эти  настроения внедрялись  амбициозными согражданами,  что-то недополучившими в советские годы.  Принадлежность к  коренным или некоренным стали подчеркивать, и оценивать с позиции права быть хозяином на территории. Эти настроения внедрялись амбициозной частью сограждан, оценивавших положительно суверенитет. Начались стычки  националистического  характера.Поражало братоубийственное столкновение на юге республики, произошедшее из-за земли.     Узбеки, там проживавшие, считали её незаконно включённой в состав Кыргызстана и требовали автономии. Это обернулось противостоянием, приведшим к резне в  среде  двух мусульманских народов, ранее роднившихся, живших и работавших бок о бок.  На севере, где пришлыми были в большинстве  славяне, объединявшиеся словом "русские",  отношения  до этого не дошли, а приобрели характер  выдавливания  из страны  и  бурного отъезда некоренных. Массово уезжали  немцы и евреи, которые  готовились к этому  раньше, налаживая связи с этнической родиной. У русских такого. в Россию их не звали, а к отъезду из республики вынуждали. Начались митинги с русофобскими высказываниями и требованием отъезда,  вытеснение с рабочих мест по  национальному признаку под разными предлогами, бурные стычки в очередях и на базарах, грабежи и набеги на  села с некоренным населением, переименование городов, поселков, улиц с русскими названиями.
                Самыми частыми  вопросами среди  некоренных в тот период были:"Уезжаете? Когда? Куда?" Вопрос "почему" обычно не задавали, но все понимали "почему". Одни, туманно объясняли  отъезд разрухой в стране, другие честно  говорили о  том, что их вынуждают покинуть родину.
               
               
               

                Ни Клара , ни родители поначалу не предполагали, что всё происходящее  коснется  их семьи. Всё началось, когда она засобралась замуж за молдованина.Её намерениям неожиданно воспротивился отец.  Словно забыв про собственный  брак,  начал препятствовать   встречам, убеждая, что замуж Кларе  нужно выходить за киргиза и  только за киргиза. Даже жениха нашёл.  Мать стала отцу перечить.
              Поначалу родители  обсуждали вопрос мирно, потом начали спорить, а потом  ссориться. Личное при этом переплеталось с  происходившим вокруг.
             Мать, осуждая   межнациональные разборки, сначала меняла  "л" на "р" в слове "засланцы",  обвиняя в агитации  зачастивших из западных регионов большой страны. Затем стала бурно  возмущаться ставшей на базарах и в очередях дежурной фразой: «Убирайтесь в свою Россию!» А когда зазвучало  на многочисленных митингах: "Русские! Мы докормим ваших стариков, а вас ждут необъятные просторы России", "Не покупайте у русских  жилье, скоро они  всё бросят сами!" - стала негодовать,   говорить, что республику обустроили русские, а коренные  хотят "въехать в рай на чужом горбу". К отъезжавшим в Германию и Израиль относилась как к предателям, опустившимся  за кусок хлеба с идеологии равенства, братства и интернационализма на уровень личного благополучия.
              Отец как-то растерялся. Он  принадлежал к числу тех коммунистов, которые  не выбросили, не сожгли партбилетов во время  бурной критики коммунизма, как это делали многие, а отложил его, веря в возвращение советского строя. Он продолжал считать,что русские принесли на его родину и внедрили  лучший  строй в мире и очень сожалел о том, что сохранить его  не удалось. Однако, убеждаясь, что поезд коммунизма ушел далеко и безвозвратно вместе с идеями,начал проявлять интерес к суверенитету. Говорил, что строить его нужно самим, без денежных  займов, помощи и прощения долгов.Называл идиотами лжепатриотов,  которые думают, что делают что-то хорошее, превознося свой народ,унижая и вытесняя другие.  Осуждал стремление доминировать, захватывая высокие должности.  Устремившихся на заработки в Россию,  осуждал, считал , что  стране нужна не погоня за личным богатством, а честный труд на родине. Ругать Запад,  растлевающий своим нечестно нажитым богатством,  продолжал.  В ответ  на  слова  жены о национализме в республике, обвинял в том же Россию, за оскорбительное обобщении азиатов по цвету пятой точки  и разрезу  глаз.  Слова "понаехали тут" и "чурки" называл отвратительными, унижающими человеческое достоинство. К разборкам родителей  порою присоединялись родственники с той и другой стороны, активно поддерживая каждый своего.   Клара злилась, а мать с отцом чуть не развелись. Мать заговорила об отъезде в Россию, а отец взял слово у дочери, что она останется на родине. Тогда Клара спрятала  документы , чтобы родители  остыли. Спрятала так, что потом сама долго не могла найти. Активной сторонницей отца  стала Назира, его родственница и подружка Клары. Умная и хорошо образованная, она  была всегда готова эмоционально доказывать, как на родине недооценивали киргизский народ при Советах, как во всём доминировали  русские. Она старалась перекричать всех, оправдывая то, что оправдывать было нельзя. Клара молчала, не разделяя её взглядов, просто  поддерживала отношения. С  Софкой отношения прекратились  сразу после того, как только она ухала в Хайфу, хоть и агитировала больше других оставаться на связи. Ольга  как-то приехала к родственникам и, увидев почти полное отсутствие на улицах людей  некоренных национальностей,  была поражена и долго вспоминала советский интернационал. Дольше  других  сохранялась связь по интернету с Эдитой. Обсуждали  образ жизни в  Германии,  личные события, рецепты  выпекания пирогов, моду и мировые события. Последние, чем дальше шли годы, тем больше занимали места в их разговорах. И, главное, Клара , с удивлением, отмечала, что  Эдита продолжала, как и она сама, оценивать всё  происходящее в мире с тех позиций, с которых оценивала при Советах, считая единственно правильными.    
               
            Давно не было Советского Союза, а Клара, когда её спрашивали о национьной принадлежности,    называла себя советской. И все понимали , что она  вкладывает в это слово.