Чертовщина. В музее появился половой член Распутин

Вспоминает доктор Андрей Князькин. После водружения члена Григория Ефимовича в витрину Центра Простатологии у нас началась некоторая мелкая бесовщина. Ночным охранником в Центре работал солидный мужчина лет 50–55–ти. Бывший активный член КПСС, он и здесь не изменил своим убеждениям. За ночь он прочитывал несколько газет соответствующей направленности и по утрам встречал меня краткой, но страстной речью, в которой обличал, мягко говоря, ошибки президента Ельцина и разъяснял мне, что сделают «наши», когда вернутся к власти. Свою работу в частном медицинском бизнесе (кстати, за неплохую и регулярно выплачиваемую зарплату) старый большевик, скорее всего, считал временным тактическим отступлением для перегруппировки сил перед новым решительным броском на Смольный.
На следующее же утро после водворения органа Распутина в музей, охранник попросил расчет, честно признавшись, что стал чего–то побаиваться в долгие ночные часы. То ему какие–то шаги слышались, то рядом с ним кто–то сопел. Чтобы защититься от этой напасти, он зажег во всем коридоре свет. Мы люди экономные и обычно пустых трат электроэнергии не допускаем, но тут случай был особый: человек явно страдал. Я стал его успокаивать: стены у нас толстые, двери прочные, телефон у вас под рукой, если что – милицию вызовете. Может быть, вы «ужастиков» начитались? Но никаких ужастиков, кроме упомянутых газет он не читал, а к газетам и содержащимся в них предсказаниям конца света был привычен. Никакие уговоры не помогали, и этот человек, воспитанный и проживший большую часть своей жизни в духе воинствующего атеизма, ушел с неплохой работы…