Боб, Джинн и Три Куля Арахиса История Одного Непон

#миниатюра

Пэй была бурундушкой утончённой. Она любила веера с изысканными узорами, китайские традиционные платьички и чтоб... Сердца всех хорошеньких, на ее вкус, ; мальчиков мире (знают они это или нет :) ) принадлежали только ей. А ещё она была любима мышем Бобом.
Почти черный, с белыми усами, так похожий на летчика Рокфора, он был большим. Очень большим. Настолько большим, что когда он заходил в их квартиру, казалось, что мебель делает зарядку и втягивает живот. Он был "рэпующим", как говорил сам, улыбался так, что соседи начинали... креститься, и обладал куплетами, которые в народе называют «хоть стой хоть падай", но которые неизменно посвящал возлюбленной.
Однажды наступил день бурундушкиного кунг-фу, что очень любила праздновать Пэй. Она не стала ничего говорить Бобу. Просто посмотрела на него своими  глазами с хорошенькими ресничками и сказала:
— Удиви меня. И представь себе, что ты - Джинн.
Тот замер. В его голове, где обычно играла музыка для районных "баттлов" и поединков на синяках; с Комиссаром Тобиасом, да мысли о сырных коктейлях, что-то щёлкнуло. И завертелось.
«Джинн, — подумал Боб. — Экзотическая романтика. Восток. Сказка. Понял».
Он удалился в свою комнатку-студию — переодеваться.
Облик он выбрал классический, но с душой. На голову он ничего не надел — чалма, по его мнению, скрывала бы его лучшую часть — чубчик, который, как известно, светится его шебутным нравом и креативом. Зато он заплел усы в косички и повесил на них ленточки с колокольчиками. Мыш стал похож на заплутавшего викинга. Торс он обмотал старым кимоно почти что тещи (Нарин) в безвкусный горошек. Боевое одеяние трещало по честным соплям))). На ногах красовались шлёпанцы с помпонами, потому что «джинны тоже грызуны, у них лапки».
Пока он переодевался, в его голове пронеслась вторая мысль.
«Джинн... Джин. Точно! Она хочет джина!»
Боб, будучи мужчиной действия, а потом мыслей, пулей сбегал в магазин. Купил джин. И арахис «Джинн» — самые большие кульки, в которые, по его расчётам, можно было уместить восемь кило комбикормов. Два куля. Потому что один — это не серьёзно.
По дороге обратно один из кульков, который (практически) супруг Пэй нёс на плече, как мешок с цементом, соскользнул и прилетел ему по башке. В этот момент, стоя посреди подъезда с джином в одной руке и рассыпавшимися нямками в другой, Боб прозрел.
«Мультик! Алладин! Книжка! Тысяча и одна ночь! Вот что она хочет!»
Он рванул закладывать свой абонемент на подпольные курсы анонимных рэпоплетов. По спекулятивной цене. На все близдоступные версии кино и книг, где есть герой с именем или значением "Джинн". Но в прокате ему подсунули только одну антологию ужастика «Похититель желаний» и сказку только для взрослых - «Дульсинея и Султан». Он взял и то, и другое. Потому что, как слышал, второе - вроде, про любовь. А первое -  что-то, наверное, про желания, раз написано на обложке. И помчался, вдохновленный, домой.
Бурундушка сидела на диване. Перед ней стоял Боб. На нём было рваное шмотье в горошек, бубенцы на усах, шлёпанцы с помпонами. В двух руках он держал два куля арахиса, обеими подмышками он зажимал - «Похитителя желаний» и «Дульсинею и Султана», в зубах - бутыль джина. Он улыбался. Мощно. Искренне. Как истинный М-Си "Какао".
Пэй посмотрела на всё это. На джин. На арахис. На ее сожителя в горошек. Тяжко вздохнула.
— Ну, — сказала она. — Я просто имела в виду - отвезти маме помидоры на дачу... Но ладно. :)
Боб энергично кивнул. Бубенцы отвалились и упали прямо в куль с вкусняшкой.
— Помидоры, — сказал он. — Это тоже можно устроить. Я же - джинн.
И он подмигнул. А подруга Эдвины подумала, что, пожалуй, это лучший день кунг-фу для бурундучков в её жизни. Потому что не каждый день твой мужчина переодевается в джинна, получает кульком по голове, закладывает абонемент рэпоплетства и всё равно улыбается так, будто выиграл в лотерею.
Она встала, поправила его тапочки и сказала:
— Ладно, Джинн. Мое первое желание — помидоры. Второе — заказать новый веер. Третье — снять эту простыню, пока соседи не вызвали дурку.
— Слушаюсь, — сказал Боб. — Но арахис я доем.
И они поехали к Нарин. С помидорами. С джином. С арахисом. И с бубенцами, которые так и остались лежать в кульке — как памятник... истории Одного Непонят(/_н(?)ого :) Желания.