Глава 22. Последние часы пребывания

По завершению церемонии все разошлись кто по домам, кто на посты. Ну, кроме юных адептов Острова Земли, которых проводили до Закрытого города. Признаться, юнцам, несмотря на их немалые заслуги, страшно не хотелось, чтобы их куда-то вели, уж тем более – под конвоем. Нет, чтобы дать им в качестве поощрения возможность прогуляться по столице Острова Огня, рассмотреть местные достопримечательности. Нет же, они – иноземцы, им такая привилегия не полагается. Куда уж там с местными пообщаться! Однако ничего здесь не поделаешь – не драться же с местными только из-за того, что «ущемляют свободу героям». Остаётся только спокойно принять это, как данность, и подчиняться – как-никак, а порядок – он и на родине порядок. Грустно, конечно, так завершать великие дела, но с иноземцами здесь, на Острове Огня, особо не церемонятся – мало ли какую интригу они затеют. На улице вечерело. Солнце, по временам выглянувшее из-за затянувших небо облаков, напоминавших перья или пух, медленно катилось за горизонт, оставляя за собой золотисто-оранжевую вуаль на крышах домов и макушках гор. Осенний воздух понемногу остывал по мере того, как солнце садилось, уступая месте ночной прохладе.
Пройдя через ворота Закрытого города, а затем, проведя юнцов до общежития, комиссар Тэхс, долгое время отсиживавшийся в штабе НКВБ в качестве наблюдателя, развернулся к ним лицом и говорит:
- Внимание, граждане иноземцы, сейчас у вас свободное время. Но помните, что ровно в десять вечера вы все должны быть в общежитии. Неявка вовремя или опоздание приравниваются к побегу. За пределы Закрытого города не выходить, и с местными в разговоры не вступать. Перед отбоем советую свой багаж собрать заранее, чтобы не возились с ним в последний момент. Чтобы я не слышал, что кто-то что-то забыл, кто-то не расслышал… правила одинаковы для всех. Предвижу вопросы, касаемые вашего, так называемого, побега из общежития во время вашего пребывания в изоляции. Так вот, граждане иноземцы, вам повезло, вас ни в чём не обвиняют. Ни лагерь, ни тюрьма, ни расправа вам не грозят. Однако это не даёт вам права нарушать местные законы. Все свободны, разойдись.
Адепты Острова Земли разошлись, кто куда. Не нравится им такое обращение, однако они не стали ни говорить об этом комиссару, ни открыто показывать недовольства. А что это такое получится? Они помогли Острову Огня избавиться от напасти, терзавшей его более десятилетия, и вдруг начали возмущаться. На что это будет похоже? Нет уж, лучше принять всё, как должное, и делать, что говорят, чем выразить недовольство, а потом поплатиться за это свободой, если не жизнью. Раз не на своей земле, то будьте любезны… ну, думаю, объяснять лишний раз не нужно.
Юные адепты разбрелись по разным уголкам Закрытого города, прогуляться по нему, развеяться после выполненного задания. А поскольку многие из них расходились быстро, то догнать друг друга им было не с руки. Причинами тому, помимо желания отойти от миссии, являлись так же два других: хоть немного побыть наедине с собой и напоследок осмотреть хотя бы малую часть Острова Огня, запомнить, как он выглядит, по крайней мере, для иноземца – за пределы Закрытого города их не пустят.
Кстати, насчёт того, чтобы побыть наедине с собой. Согласитесь, когда кто-то знаком, узнаваем, это хорошо. Но в этом же есть и свои недостатки, и самый очевидный – ты этого человека слишком давно знаешь, а потому общение с ним не находишь столь интересным, как при первой встрече. Тянет юных адептов завести разговор с местными, а нельзя. Комиссар запретил, а вдобавок за ними следят – любой, встреченный ими, может оказаться доносчиком, наушником или шпионом, если не агентом НКВБ в штатском. Заведут юнцы с кем разговор, через час другой – на ковёр к руководству. Осведомлённым такими порядками и «особым отношением» к иноземцам юным адептам Острова Земли оставалось перебиваться короткими фразочками с торговцами, если имели нужду зайти в лавку из интереса или по мелочи. Однако по выше указанной причине старались не задерживаться надолго. До отбоя ещё далеко, так что свидеться друг с другом юнцы ещё успеют.
Тем не менее, местные порядки и требования комиссаров создавали атмосферу, которая действовала на юных адептов довольно угнетающе, поэтому их временами тянуло где-нибудь пересечься и поговорить, несмотря даже на вышеуказанные причины. По крайней мере, у Алиры во время прогулки частенько возникало желание найти Синая и сказать ему всё, что думает. Но это оказалось невозможно – Синай исчез в Закрытом городе, только его и видели. Поэтому девушка твёрдо решила дождаться вечера, чтобы поймать момент свидеться с ним в общежитии. Причём поговорить с ним она собралась успеть до отбоя, после него их закроют во избежание контакта друг с другом. Похожее желание возникало и у Акиры, правда, в меньшей степени, нежели у Алиры. Если речь шла о возможности перекинуться хотя бы парой слов, её куда больше интересовал Нехбет, к которому Акира была, по секрету скажу, неравнодушна. Так и не найдя его в Закрытом городе, Акира так же, как и Алира, решила подождать, когда время подойдёт поближе к отбою.
А вот что касается мужской половины отряда…
Нехбет отошёл куда-то в сады, которыми изобилует Закрытый город, несмотря на свою монументальность. Да поглубже забрёл, чтобы ни товарищи (в первую очередь девушки), ни комиссары, ни НКВБ, как можно дольше, не могли до него докопаться, хотя знает, что за ним следят вышеупомянутые агенты. Не забывая по временам осматриваться по сторонам – мало ли, что может случиться, - Нехбет лишь неспешным шагом ступал по садам и о чём-то думал…
Что же до Синая, то он отлучился по своим делам. Заприметил он где-то в Закрытом городе два прилавка; в одном продавали снаряжение для адептов (тот самый, который недавно Ион посетил), а в другом торговали редкими предметами. Второй прилавок очень понравился Синаю – лакомый кусочек для сильного мага, особенно, если он – высококлассный адепт. Редкие вещи обходятся, мягко говоря, недёшево, поэтому торговцы очень удивились, что к ним зашёл покупатель, готовый отдать немало золотых адлеров за столь ценный товар. Заинтересованный покупатель здесь – большая редкость, поэтому торговцы активно пользовались присутствием Синая: предлагали ему то одну редкую вещь, то другую, назначали цену пониже или предлагали скидку за две-три вещицы, наконец, предлагали при приобретении одного товара второй отпустить в качестве подарка. Однако Синай отличался избирательностью, никогда не брал всё подряд, а только то, что считал для себя полезным. В этом прилавке он нашёл четыре предмета – самые полезные по его мнению. Ими оказались: старинная книга на прототрибальтском языке в кожаном переплёте, загадочный резной тубус с позолоченным узором, вычурный серебряный медальон с сапфиром посередине и таинственный посеревший свиток. За всё это он выложил ни много, ни мало, сотни три с половиной адлеров, чем ошарашил торговцев.
- Откуда у тебя столько золота?! – всплеснул руками один из них, разглядев адлеры, на которых выгравирован герб Острова Земли – золотая бронированная перчатка, сжатая в кулак.
- Мне пришлось много работать и часто откладывать на чёрный день, - отвечал им Синай.
- Запасливый! – с явной похвалой отозвался другой торговец.
- А я всегда с запасом, мало ли, что может случиться. Дрова, вода, провизия, реагенты, перья. А скоро и до золотых монет дело дошло (он показал на оставленные на прилавке адлеры) …
… Расторговавшись, Синай вышел из прилавка, оставив торговцам на прощанье и на процветание дела десяток золотых монет (на Трибальте подобная щедрость приветствуется, даже на Острове Огня). Хотя времени было ещё навалом, Синай шёл быстро, чтобы быть поближе к общежитию. Просто, на всякий случай. Пользуясь этим, Синай надумал пройтись недалеко от общежития, поглядеть на местный колорит перед грядущим возвращением домой, в Канну.
Во время прогулки молодой адепт остановился возле палисадника, заросшего густыми, но ухоженными зарослями шиповника. Среди зарослей кое-где виднелись каменные скульптуры на высоких, где-то ему по плечи, постаментах. Одни скульптуры изображали Детей Августа, другие – милые и мирные предметы вроде кувшинов или обелисков. Причём Детей Августа неизвестные Синаю скульпторы изобразили с атрибутами патриотизма Острова Огня, как то: барабаны, трубы, факелы, знамёна, или просто «отдающие честь». Крутится Синай неспешным шагом вокруг палисадника, то одну скульптуру рассмотрит, то другую. Так засмотрелся, что не заметил, как к нему сзади подкрался Гара, за которым также следом пятились Ион с Ником. Дождавшись нужного момента, Гара с неразборчивым нецензурным воплем бросился Синаю на плечи, и тот под его тяжестью рухнул вниз, едва не зацепив ограждение палисадника.
- Ой, извини, (нецензурное слово), ты не ранен?! – встрепенулся Гара, вдруг осознав свой промах.
Ион с Ником тут же подбежали к скорчившемуся Синаю. Все трое сочувственно коснулись его руками, пока тот прикрыл лицо белоснежной ладонью.
- Дружище, как ты? - наклонился к нему Ник.
- Помощь позвать? – спросил Ион.
- У кого-нибудь есть платок? Я весь в крови, - сказал, наконец, Синай.
- Серьёзно?! – встрепенулся Ник. – Покажи.
Ион собрался, было, хорошенько врезать Гаре за то, что поранил так любимого троицей молодого человека, да не смеет – кругом дежурят агенты НКВБ, наверняка переодетые, чтобы их нельзя было сходу узнать.
Синай поднял на троицу голову и отвёл ладонь, которой прикрывал «рану». Никакой раны не оказалось, а Синай показал им троим язык. Всем стало ясно, что он просто блефовал.
- Ах, ты умник! – воскликнул поражённый Гара.
- Сейчас получишь! – пробасил Ион, и тут же потянул Синая на себя. Стали все трое валять его по земле, будто снежный ком. Шутя валяли, никто из них зла Синаю не желал; на весь зал слышался их юношеский задорный смех.
… Вдоволь навеселившись, приятели отошли в сторону от палисадника, завязался разговор.
- Как прошло задание, Синай? – спросил Гара.
- Да, расскажи, как всё прошло, - сгорал от нетерпения Ион.
- Славно подрались, - коротко ответил Синай.
- С кем же? – отозвались все трое.
- Извините, хлопцы, информация секретная, открыто не обсуждается, - развёл Синай руками.
Троица удивилась тому, что Синай не желает раскрывать все карты.
Ник:
- Но дружище…
- Ты чего, (нецензурное слово)?! – откинулся Ион, услышав слова давнего однокурсника.
- С ума сошёл?! – даётся диву Гара. – Ты что, не хочешь рассказать нам, своим друганам, как всё прошло? Тебя запугали? Они тебе щедро заплатили, чтобы ты…
- Забыл, где ты находишься? – перебил Синай. – Ну, так я тебе напомню…
- Да всё, всё, понял, остынь! – попятился Гара.
- Синай, ну хотя бы намекни нам, что, где, почём, - умолял Синая Ион.
- Потом расскажу, - отозвался Синай. - Неподходящая обстановка, мы можем нарваться. Гляньте лучше, чего покажу.
Синай показал троице нацепленный на жилет красный треугольник. Все трое ахнули, увидев на груди Синая эту награду.
- Где ты это взял?! – поинтересовался изумлённый Гара, присмотревшись к награде.
Синай:
- Нравится? За выполненное здесь задание получил. Лично (он показал пальцем вверх) из рук генерал-губернатора.
Любуются все трое вручённым Синаю треугольником, всё диву даются.
- Я всегда знал, что она тебя себе под крылышко! – пробасил вдруг Ион.
- Кто? – не понял Ник.
- Кто, кто? Канцлер, кто! Всегда интересные задания выдаёт, не то, что нам, резервистам.
«Какой вредный здоровяк! – мрачно подумал Синай. – Знает же, что всё не так, а всё равно подкалывает».
- Так уж сложилось, - развёл Синай руками. – Никто же не ожидал, что так дело пойдёт.
- Да брось горячку-то пороть, - выпрямился Гара. – Признавайся лучше, как ты так сделал, что Альес на тебя глаз положила?
- Гара, я тебя сейчас укушу! – строго сказал Синай.
- А он прав, дружище, - молвит Ник. – Как тебе удалось склонить канцлера на свою сторону?
- Ох, не понимаю, что вы от меня хотите, - взвыл Синай. – Канцлеру просто понравилась моя компетенция, вот и весь разговор. Как хотите, это называйте, а руководство ценит лишь компетентных.
- Э, нет, в тебе что-то есть, от меня не скроешь, - с некоторой укоризной произнёс Гара.
- Поблагодари судьбу, Гара, что мы не у себя дома…
- Тихо, тихо, (нецензурное слово), остынь! – попятился Гара. – Никто никого не травит…
«Гара, как же я тебя ненавижу!» - подумал Ион, сжав массивные свои кулаки. Впрочем, ему иногда нет-нет, да хотелось хотя бы разок врезать Гаре за его раздражающие многих выходки.
- Ладно, хорош об этом, - поднялся вдруг Синай. – Думаю, нам следует идти в общежитие. Опаздывать нельзя, а то навешают.
Синай тронулся в сторону общежития, троица последовала за ним.

* * * * *

За окном уже стемнело. Юные адепты Острова Земли проводили последние часы перед отбоем уже в общежитии для иноземцев. Первое, с чего они начали, это собирать свой багаж, как им советовал комиссар Тэхс, чтобы потом не возиться. Здесь, на Острове Огня, с опоздавшими не церемонятся; хоть на минуту опоздал, у тебя начнутся неприятности. И это – в лучшем случае. Синай, прекрасно понимающий этот порядок, ещё по прибытию в общежитие для иноземцев не стал разбирать свой багаж, так его в тумбочку и положил. Нужные документы и талисманы (на всякий случай), он расфасовал по карманам ещё в Канне. И как только многочисленная стража не смогла их все найти? Наверное, потому что сработал талисман, притупляющий бдительность, которым Синай пользовался не чаще, чем по необходимости – обман в любой, особенно – неподходящий, момент станет очевидным.
Закончив паковать багаж и положив его на видное место, юные адепты Острова Земли спустились вниз; кто в библиотеку пошёл, кто в карты резаться, в кости. Не на деньги, конечно – азартные игры на Острове Огня строжайше запрещены, за это здесь могут расстрелять. Троица в перерывах между играми могла поболтать о том, о сём, порой и до споров доходило. Не будь рядом наблюдателей (чего им не нравилось), такого бы наворотили, что мало не покажется.
Что же до Нехбета, он, не дожидаясь отбоя, закрылся у себя в комнате и весь вечер оттуда не выходил. Что он там делал, оставалось только гадать. Это очень удручило Акиру – очень уж ей не терпелось уединиться где-нибудь и поговорить по душам, выяснить свои чувства друг к другу. Не сложилось. Акира, замешкавшись, не смогла догнать Нехбета. Едва она поднялась по лестнице – тихо, чтобы не услышал, - тут же услышала, как изнутри клацнул замок. Удручённой своей нерасторопностью Акире оставалось лишь с грустью посмотреть на закрытую дверь из-за угла. Постояв так где-то минуты три, она повернула назад. Ни стучаться, ни пытаться упрашивать Нехбета открыть ей девушка не решилась – дежурные рядом караулят. Вдруг чего подумают, увидев тайком, как иноземка вламывается в комнату соратнику. Да ещё и Нехбет взбеситься может, дескать, хотел уединиться, а тут к нему вламываются.
Синай же проводил время в библиотеке. Там молодой адепт просто читал всё, что казалось ему интересным, он не ставил цель добыть оттуда что-то ценное. Тем более что в общежитиях для иноземцев иного и не положено, всё ценное таится там, куда даже «Почётному караулу» прохода нет. Подозревая, что девушки - Акира с Алирой, - где-то тут, рядом, собираются завести с ним нешуточный разговор, запрятался поглубже, чтобы его труднее было найти. А для большего эффекта Синай не забывал по временам оглядываться назад и по сторонам, да менять иногда местоположение. Ему страсть как не хотелось завязывать с девушками разговор, который испортит ему вечер похуже придирок комиссаров или выговоров канцлера Острова Земли.
Однако, как в народе говорится, и на старуху бывает проруха, - всего же не рассчитаешь. Только Синай высунулся из-за высоких стеллажей, его Алира дожидается. Старший адепт стоит в пяти шагах от Синая, скрестив на груди руки, в её глазах читались неоднозначные чувства – поди разбери, что она сможет в ближайшее время выразить. Не сразу заметив Алиру, Синай остановился, тяжело вздохнул и спросил:
- Ну и в чём же ты меня хочешь обвинить на этот раз?
- Ничего не хочешь объяснить? – как-то не по-доброму отозвалась Алира.
- Ты про всё это дело, да?
- Не вздумай уклоняться от ответа, Вамну. Отвечай, когда к тебе обращается старший по званию.
- Никто тут не уклоняется, - несколько обиженно отозвался Синай, развернувшись лицом к старшему адепту. – Я – адепт «Белого креста», эта задача была поручена мне…
- Я не об этом спрашиваю, - перебила Алира. Обидевшись где-то внутри на её слова, Синай вопросительно уставился на Алиру.
- Если есть повод обвинить меня, готов выслушать. Только тянуть не советую, - съязвил Синай.
- Ещё раз съязвишь, я тебе врежу, - побагровела Алира.
- Можешь врезать, если хочешь полгодика провести в сыром подвале. Напоминаю, что мы на чужой земле, здесь другие правила. Тут церемониться не станут. Если хочешь поговорить со мной по поводу случившегося, то знай – мне великий магистр судья, а не ты. Обо всём, что здесь произошло, я буду говорить только с канцлером и великим магистром Острова Земли. На худой конец, с генерал-губернатором Острова Огня, больше ни перед кем я не собираюсь распинаться, можете меня хоть колесовать.
- Это слова упрямца!..
- И обсуждать ничего не желаю, - перебил Синай. - Всё, что я сейчас хочу, это благополучно вернуться домой. Остальное – не раньше, чем по возвращению. И только во дворце Великого национального собрания, в департаменте по делам адептов, нигде больше. Я своё дело сделал, а вы – ещё нет. А теперь всё, отбой.
С этими словами Синай положил книгу на полку.
- Акира, тебя это тоже касается, - сказал Синай, чувствуя, что Акира где-то рядом.
Точно. Акира в это время была у входа в библиотеку. Ей тоже захотелось перемолвиться с Синаем, но, подслушав их с Алирой разговор, решила остаться у дверей, послушать, о чём они говорят. Почувствовав, что атмосфера накаляется, девушка не стала вмешиваться, а осталась снаружи, подождать, пока муть не уляжется. Ожидая конца, Акира так чего-то задумалась, что в себя она пришла, когда Синай вылетел из библиотеки, как пробка. Так стремительно исчез он из виду, что исчезающее в полумраке белое полотно его мантии стало последним, чего Акира увидела.
- Ты видела? – спросила Алира Акиру. Та от внезапности едва не подпрыгнула. – До чего же наглый парень «Белому кресту» достался! Не хочет, видите ли, он обсуждать дела на чужбине. Ждёт, когда вернёмся на родину.
- А мне кажется, он это не со зла сделал, - сказала Акира.
Алира вдруг посмотрела на Акиру так, словно та устроила погром на базаре. Внутри неё всё закипело, глаза бешеные, она была готова не только Акиру растерзать, а ещё разрушить всё, до чего дотянется, и на что ей хватит воли и силы.
- Что-о?! Что ты сказала? – сердилась Алира.
- Я говорю, Синай просто понимает, где мы находимся. Если он начнёт обсуждать наши дела здесь, в Закрытом городе, нас заподозрят…
- В чём заподозрят?
- Мы обе понимаем, о чём идет речь, Алира. Можешь меня даже хлопнуть по щеке за грубость, я не посужу, что ты – старший адепт. Это для наших родных и близких мы свои, а для Острова Огня – потенциальные шпионы. Это на родине нас хватятся, а здесь за нас может заступиться только один человек, это глава фракции, генерал-губернатор, и то потому, что у них договор с канцлером. Именно поэтому мы благополучно можем уйти, не опасаясь преследования. Не заключи главы обеих фракций такую сделку, мы можем остаток жизни провести в тюрьме за любую, даже самую пустяковую провинность. Это в лучшем случае, потому что в худшем нас могут предать смерти – утопить в проливе или заживо сжечь в доменной печи. Может, Синай и дерзкий, может, и упрямый, грубый, то да сё, но ему дано как раз то, что с трудом даётся другим – видеть то, что не видят другие. Он осторожный и осмотрительный. Эти качества и сделали его адептом высокого класса. Только благодаря им он попал в «Белый крест», в отличие от меня, Нехбета и прочих, которым светило попасть в департамент по делам адептов, не дальше. Я не знаю всех деталей, но придёт время, и ты поймёшь, что всё это так…
Акира тотчас же полетела наверх, только её и видели. Ошеломлённая речами девушки Алира стояла неподвижно, будто вкопанная, глаза навыпучку, - не понимает, как ей отреагировать на сказанное.
Так и стояла она, пока дежурный не объявил, что до отбоя оставалось полчаса.