Почему тута никогда не будет своей Трейси Лордс

     - Здесь всё просто так. Кроме денег.
     - А у нас иначе, что ли ?
     - Стоп ! - заорал припадочный режиссёр Балабанов, бросая мегафоном в лысую девку. Очень страшную, но тута других отродясь не бывало и не будет.
     Режиссер забегал по съёмочной площадке.
     - Так, - наконец, успокоившись, видимо, сказал он, - мы чево тута собрались - то ? Понтами друг друга лошадиными валить ?
     - Типа того, - пидорковато осклабился слюнявым ртом, вполне рабочим, как успел заценить Балабанов, главный герой грядущего в силе и славе отеческого болтбастера.
     - Кино сымаем, - мрачно предположила лысая страшилка. - Патриотское. Как русские всех американских ниггеров преодолеют и своё вырвут.
     - Воот, - удовлетворённо протянул эталон бездарности Балабанов, щербато ухмыляясь. - Давайте тады по сценарию.
     Они продолжили по сценарию. Фильм вышел и вполне ожидаемо ( а чево ещё ожидать от руссиш швайн ? ) выстрелил, произведя в отсутствующих мозгах зрителей некоторый переворот, приведший к тому, что посмотревшие вконец оскотинились и с тех самых пор радостно и упорно жрут говно.
    - Фи, батенька, - поморщился пан Мошка, издатель, прерывая несколько увлёкшегося коалу, - как грубо.
    - Ты рыло своё свиное видал ли ? - спросил коала пана Мошку, издателя. - Мисс Порция ! - заорал коала, призывая верную секретаршу пана Мошки, издателя, мисс Порцию Браун. - Косметичка есть ? - спросил он у появившейся в кабинете.
    Мисс Порция протянула коале косметичку, но тот, отказавшись взять её жестом, предложил вручить начальнику секретарши. Пан Мошка, издатель, посмотрел в зеркальце пудреницы и неожиданно захрюкал.
    - Вооот, - удовлетворённо протянул коала, очень неприятно улыбаясь. - Что и требовалось доказать. 
    Коала давно покинул издательство, а пан Мошка, издатель, и его секретарша мисс Порция Браун недоумённо переглядывались, не понимая случившегося, пока в кабинет не заглянул тот же коала.
    - Вы все говно, - объяснил он, лучезарно скалясь резцами вегетарианца, показавшимися пану Мошке, издателю, натурально волчьими. - Всегда и во всём. Говном были, пребываете и будете.
    Коала швырнул ядерную бомбу в искажённые патриотизмом лица и прикрыл дверь. Великолепный атомный гриб вознёсся к небу, а коала, всегда честный и крайне требовательный к любому продукту, рассматривал его с пляжа Нового Южного Уэлльса, гордо и богохульно лёжа на фальшивой груди Диты фон Тиз.