Последняя страница истории

               
                Последняя страница истории      

       
        Сегодня ведущие западные политики постоянно говорят о подготовке войны с Россией. И даже дату называют, когда они будут к этому готовы, — 2030 год.
        Одна из причин этого — всемирная конкуренция между ЦИВИЛИЗАЦИЯМИ, имеющая иррациональный характер. Эту конкуренцию невозможно устранить, так как стороны существуют в разных системах ценностей и потому не в состоянии понять друг друга и в принципе не могут договориться.

        Другая причина — это нехватка ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ. По мнению мирового эстэблишмента, мировой коллапс произойдёт тогда, когда цена нефти достигнет 150 $. Отсюда очевидный вывод: чтобы не допустить всемирного экономического краха, следует передать в международную собственность ПРИРОДНЫЕ РЕСУРСЫ, прежде всего энергетические, ряда стран и прежде всего России. Это уже обсуждают в Давосе.
       
        Российский экономист Михаил Хазин, создатель теории кризисов, называл будущий мировой кризис структурным,
а не кризисом перепроизводства. Другими словами, после этого кризиса экономика уже не вернётся в прежнее состояние, как происходило при кризисах перепроизводства, а изменится качественно (водители исчезнут, их заменят роботы и т. д.).
        Что интересно, он также считал, что будущий мировой кризис начнётся где-то в районе 2030 года. И он был не одинок.
Ещё в нулевых, задолго до украинского конфликта, многие футурологи называли 2030 год (плюс-минус пару лет) годом великого апокалипсиса.

         В начале 2000-х я был под впечатлением от публикацияй Сергея Кугушева о глобальном кризисе, который он называл кризисом кризисов. И что поразительно, он тоже указывал на этот зловещий 2030 год! Таких совпадений
у разных авторов просто не может быть по определению. К тому же прогнозы и выводы Сергея Кугушева были подкреплены математическими расчётами, что придаёт его работам научную ценность, хотя бы в нулевом приближении. В этой статье я попробую изложить вкратце его идеи, не обременяя читателя математическими выкладками.

            *                *                *                *          

         Кугушев берёт за основу уравнения динамики — математических зависимостей, которые по текущему состоянию системы позволяют определить её будущее (и прошлое). Классический пример — уравнения Ньютона. Затем он применяет эту логику
к ключевым процессам жизнедеятельности человечества: росту населения, производству, энергопотреблению, распределению доходов и т. д. Эти уравнения он и называет «уравнениями Апокалипсиса» или «уравнениями Судного дня».

         Ключевое наблюдение Кугушева: когда такие уравнения строятся для разных сфер человеческой деятельности,
их траектории сходятся к одной и той же точке сингулярности — примерно 2030 год (± 10 лет). То есть технологическая, информационная и социальная сингулярности наступают практически одновременно.
         (В математике и физике сингулярность — это точка (на графике), в которой решение уравнения теряет смысл (какая-то величина обращается в бесконечность). В точке сингулярности с системой происходит качественный переход: она либо распадается, либо превращается в принципиально иную систему.)

        Кугушев ссылается на исследование профессора А. С. Германа «Антиглобалистский манифест».  В ней Герман совместил:
• Экспоненциальные кривые роста населения, производства и энергопотребления;
• Кривые степенного распределения
(по Парето — для доходов, по Лотке — для научной продуктивности, по Саймону — для численности городов).
Совместное решение этих уравнений снова выводит на глобальный кризис в 2030 году ± 10 лет. 

        Самый главный вывод Германа, который использует Кугушев: вблизи точки коллапса степенное распределение (плавные кривые, описывающие, как доходы и ресурсы распределены между людьми) перестаёт работать. Оно вырождается в аналог дельта-функции Дирака — математический объект, в котором вся масса сосредоточена в одной точке.
        Переводя на язык социума: все ресурсы концентрируются на одном уровне — верхнем. Герман назвал этот элемент
«империей зла и обжорства», а Кугушев переименовал его в «Античеловечество».

      
        Чтобы показать, что на этот раз кризис неразрешим привычными средствами, разберём несколько исторических «амортизаторов» цивилизации:

        1. Закон Седова (иерархических компенсаций): усложнение (развитие) системы идёт за счёт внешних ресурсов или перераспределения внутри системы.
В глобализованном мире внешних источников просто не осталось, и теперь закон Седова превращается в «клеймо Седова»: усложнение и рост разнообразия на верхних уровнях мировой пирамиды разделения труда и потребления оборачивается обеднением и огрублением всех прочих уровней этой пирамиды. (По Хазину — уничтожение среднего класса). Остаются только богатые и бедные.

        2. Техно-гуманитарный баланс (А. Назаретян, С. Переслегин): опасности от развития техники компенсировались социальными инновациями. Но в наше время технический прогресс и социальный регресс идут вразнос, подстёгивая друг друга. Скажем, роботизация может запросто лишить миллионы людей рабочих мест.

        3. Порог Лема. Станислав Лем постулировал порог цивилизационного суицида. С атомным оружием пройдён абсолютный порог.
Через 10–20 лет будет пройдён и относительный, когда биотехнологии станут дешёвыми и доступными. (Что и подтвердила разразившаяся эпидемия COVID-19, начавшаяся в России в 2020 году).
               
                Метафора острова Св. Матвея
        Для иллюстрации приведём экологический эксперимент: 29 оленей, завезённых в 1944 году на необитаемый остров, за 19 лет размножились до 6000, а за следующие 3 года почти все вымерли — пастбище было необратимо истощено.
А ведь человечество, грубо говоря,  — те же олени на том же острове: бежать некуда, а ресурсов тратится на 20% больше, чем воспроизводится. 

        К сожалению, будущий кризис кризисов в условиях позднекапиталистической системы станет глобальным, охватив весь мир.
Он наступает в условиях перенаселённой планеты, с огромной нагрузкой на экологию и близящимся дефицитом сырья и воды. Да и войн за землю ещё будет немало (примеры Карабаха и Украины).  К этому надо добавить чудовищную
социально-экономическую поляризацию современного мира, невиданные запасы оружия массового уничтожения.

        А есть ли выход из этого тупика?  В 2008 году Кугушев считал, что этим выходом может стать Советский проект благодаря таким механизмам, как:

       Мобилизационная экономика и планирование: способность перераспределять ресурсы в условиях дефицита и внешних шоков.
Единая научно-техническая система: от фундаментальной науки до прикладных институтов, работавших как единый контур.
Социальная инженерия и воспитание: формирование «человека задачи», ориентированного на долгосрочные цели,
а не на краткосрочную выгоду.
Инфраструктурный каркас: железные дороги, энергосистемы, города и заводы, спроектированные под устойчивое развитие,
а не только под прибыль.
        Но для сегодняшнего правящего класса это неприемлемо.
 
------------------------------------------
 2026 год. СПб