Если Вы знали любовь

Скажите, Вы знали такую любовь,
Что сердце горело, как храм на рассвете,
Что в жилах шумела не кровь, а прибой,
И Бог наклонялся к Вам тихо, как ветер?

Скажите, бывало: над крышей весна
Голубкой кружилась в прозрачной печали,
А ночь у окна, как больная жена,
Молчала о том, о чём Вы промолчали?

А Вы целовали холодный перрон,
Где поезд уносит не тело, а душу,
Где каждый гудок, как последний закон,
Приказом велит: «Не зови. Не нарушу»?

А Вы узнавали в толпе чужака
Того, кто когда-то был ближе дыханья,
И падала с неба седая строка
На Ваше усталое, злое молчанье?

Скажите, Вы прятали имя в груди,
Как лезвие тонкое, тёплое, злое?
И шли по земле, повторяя: «Иди»,
Хотя всё внутри становилось золою?

А Вы говорили метели стихи,
Когда она билась в стекло на коленях,
И слышали, как отпускают грехи
Не ангелы даже, а чьи-то сомненья?

Скажите, бывало ли Вам по утрам
Рыдать не от горя, а словно от света,
Когда на ладонях — разбитый Ваш храм,
А в пепле ещё шевелится поэт?

А Вы отдавали на суд и позор
Свои черновые, живые страницы,
Где каждая точка — заплаканный взор,
Где каждая буква боится родиться?

А Вы проклинали счастливых людей,
И тут же молились за их безмятежность,
И в самой последней из чёрных вестей
Искали не правду — одну только нежность?

А Вы опускали гордыню свою,
Как меч перед тем, кто сильнее и тише,
И вдруг понимали: «Я всё же люблю»,
Хотя Вашей боли никто не услышит?

А Вы отпускали? Не вслух — изнутри.
Не гордо — безмолвно, почти умирая.
И падали звёзды, как искры зари,
В ладони, где больше никто не играет.

Скажите, Вы верили Божьей руке,
Когда она рушила Ваши дороги?
Когда на последнем земном языке
Вы всё повторяли: «Не дай мне тревоги»?

А Вы превращались в осенний листок,
Летящий сквозь город, сквозь окна, сквозь лица,
И знали: паденье — не только итог,
Но тайная форма уменья молиться?

А Вы целовали судьбу за удар,
За рану, за долгую ночь без ответа,
За то, что любовь — не подарок, а дар,
Который сжигает и делает светом?

Скажите, Вам было знакомо хоть раз,
Как имя одно разрывает пространство,
Как в памяти вспыхивает чей-то глаз,
И рушится вся Ваша хрупкая власть?

А если знакома Вам эта беда,
Эта радость, похожая чем-то на муку,
То знайте: стихи не уходят в года —
Они выбирают единственную руку.

И если дрожала строка на листе,
И ночь становилась огромной, как море,
То это не слабость была, не пустяк —
То душа выходила из плена и горя.

И если любовь Вас однажды предаст,
Не верьте, что кончилась Ваша дорога.
Любовь, уходя, не всегда убивает нас —
Порой оставляет нас ближе до Бога.

И если однажды в безмолвии дней
Вы встретите сердце, похожее раной,
Скажите ему: «Я болел. Я сильней.
Я тоже был пеплом. Я тоже был храмом».

И пусть над судьбою кружит белый свет,
И пусть все вокзалы рыдают ночами,
Но если Вы любили — смерти нет:
Есть только стихи, что остались за нами.